Ловушка окклюмента

Драко терпеливо ждал, когда Грейнджер договорит до конца и произнесет что-то вроде «это делает с нами Гарри Тернер», и тогда он сможет спросить, кто такой этот чертов Гарри Тернер и где его искать. Но грязнокровка молчала, всем своим видом показывая, что Драко услышал все, что нужно. Страшная истина медленно оседала у него в голове. - Кровь Блэков, ну разумеется, - потерянно пробормотал он, - но откуда такая мощь? Это просто немыслимо. Он вопросительно взглянул на гриффиндорку, и она поспешно спрятала глаза. - Или ты сейчас же выложишь все до конца, или я взломаю тебе голову сам, - с угрозой прошипел слизеринец, - и возможно даже без помощи магии. Грейнджер испуганно сжалась и на всякий случай забралась глубже в свой угол. - Бузинная палочка, - едва слышно шепнула она. - Бузинная палочка – что? – уточнил Драко, в глубине души совершенно не желая слышать ответ. - Она у Гарри, - виновато проговорила Грейнджер. - Ну охуеть. Гриффиндорка уставилась на него так, словно из его рта выскочила жаба. - Он же объявил, что уничтожил ее. - Он хотел, - голос Грейнджер совсем упал. – Но я отговорила его. Сказала, что это глупо – отказываться от такого могущества, ведь однажды на смену Волдеморту может прийти новое зло. Я и представить не могла, что он станет использовать ее так. - Сказки Барда Бидля ничему вас не научили? Бузинная палочка сама по себе и есть зло. Никто и никогда не использовал ее силу во благо. - Я боялась, можешь ты это понять, Малфой?! – вдруг, не сдержавшись, выкрикнула гриффиндорка. – Боялась, что все повторится, что появится новый безумец, который откроет охоту на грязнокровок. Боялась, что мне снова придется стирать себя из памяти родителей, рискуя погубить их навсегда. Боялась снова терять близких и умереть сама. Я боялась таких, как ты и твоя семья, Малфой! - А моя семья боялась, таких как ты, - Драко резко оборвал набирающую обороты истерику. - Каких – таких? – опешила Грейнджер. - Маглорожденных. - Ты издеваешься? - Отнюдь. Вы имеете устрашающую тенденцию плодить сквибов, даже вступая в браки с чистокровными магами. Двадцать лет назад Том Реддл предложил бороться с вашим засильем, и многие волшебники его поддержали, ведь никто тогда не знал, что он наделает крестражей и рехнется. Мои родители полностью искупили вину, сделав для вашей победы больше, чем вы сами, больше, чем хваленный Снегг, но их так и не простили, ведь отец любил только собственную жену и заботился только о своем сыне, верно? – выплюнул Драко. – Не пытайся свалить на них еще и свою ошибку, Грейнджер. Они и так отдали все, чтобы я мог спокойно жить в мире, где для меня не осталось места. Гриффиндорка захлопнула рот, не зная, что возразить разъяренному слизеринцу. - Ты не просто вложила Поттеру в руки бузинную палочку – ты знала, для чего он ее использует и молчала. Ты видела, что он творит с Лавгуд – и не пыталась помочь. Кому еще он влез в голову и зачем? Плечи Грейнджер сникли. - Мне, тебе, Луне и почти всем Уизли, - призналась она, - может, не тронул Чарли и Билла, ведь они были далеко и не напоминали о себе. Его сломили… воспоминания Снегга, которые он увидел в Омуте памяти. Гарри не мог себе простить, что столько лет ненавидел человека, положившего жизнь на его защиту. Он все повторял: «Если бы я только знал, если бы я только знал». А потом у него появилась бузинная палочка – и возможность знать. - Но знания оказалось мало. Гриффиндорка убито кивнула. - Он начал с Джорджа, когда нашел в его голове мысли о самоубийстве, - прошептала она, - потом взялся за Джинни: ее чувства к нему были не взаимны, и он не хотел, чтобы она страдала. А затем… - Грейнджер шумно сглотнула, и ее губы задрожали. - Настала твоя очередь, - докончил Драко, испытав странную смесь жалости и презрения. - Он обнаружил, что мои чувства к Рону остыли, - произнесла она, не отрывая глаз от сцепленных в замок кистей. – На войне мне казалось, что мы любим друг друга. Нужно только выжить и победить – и между нами не останется никаких преград. А потом война вдруг закончилась и преграды исчезли, а я осталась со своими чувствами лицом к лицу. И оказалось, что Рон совсем не тот человек, которого я смогу любить всю жизнь. Он хороший, но… - Примитивный, - услужливо подсказал Драко. Она ничего не возразила. - Как я и говорил, вы, гриффиндорцы, слишком торопитесь все принимать за любовь. - Гарри увидел, что я отдаляюсь от Рона, тем причиняя ему боль, - продолжила Грейнджер, - и решил сделать нас счастливыми против нашей воли. - Уизли он тоже подправил мозги? - Да, думаю, да. Рон никогда бы не стал так со мной поступать сам. - Чем Поттеру не угодила Лавгуд? - После войны она сделалась еще более странной, и он нашел у нее в голове зачатки безумия. - А я? Что ему не нравится во мне? – с нажимом потребовал Драко. Грейнджер бросила на него странный взгляд. - В тебе ему нравится все, Малфой. Слизеринец моргнул, переваривая услышанное. - Это то, о чем я думаю? - Да. Он давно и безнадежно влюблен в тебя и полез в твою голову, чтобы узнать, взаимны ли его чувства. - Почему он не воспользовался для этих целей языком, как нормальный человек? – спросил Драко. – Чтобы иметь возможность изменить ответ, если он ему не понравится, так, Грейнджер? - Нет! Нет… наверное, нет. Я не знаю, Малфой, не знаю! Это вы с ним чертовы менталисты, а не я. Драко тяжело вздохнул и взглянул на темную пучину за окном спальни. «Поттер, тебе нужно было просто спросить». Но теперь было поздно задавать вопросы и получать ответы. Никакие признания уже не воскресят Лавгуд. Никакие признания не отнимут у Поттера недопустимую мощь, которая с годами будет только расти. - Если то, что ты сказала – правда, у нас есть шанс, - не оборачиваясь, произнес он. – На что кроме убийства ты готова, Грейнджер, чтобы перестать трахаться с Уизли в теплицах? - На все, - не раздумывая, воскликнула гриффиндорка. - В таком случае, мы сможем причинить Поттеру достаточно боли, чтобы он никогда больше не запускал пальцы в чужие головы. - Говори, что нужно сделать, я готова, - решительно откликнулась она, но червячок сомнения на миг шевельнулся в ее сердце. – Малфой, - неуверенно позвала она. - Что? - Я хотела уточнить про… ларец. Если захлопнуть его до конца, то крышка отсечет пальцы и человек истечет кровью. А что станет с Гарри, если мы перестараемся, и его сознание не сможет вырваться из твоей головы? «Ты всегда умела задавать правильные вопросы, Грейнджер». - Прекрати рассуждать как конченный магл, - фыркнул Драко. – По-твоему, сознание может истечь кровью или что-то вроде того? Не разочаровывай меня, иначе я решу, что вы с Уизли и впрямь стоящая пара.