Старт!

Тэхёну пора бы уже вести подсчет того, сколько раз за этот день у него спросили о состоянии носа. Из-за падения у бедняги теперь пластырь почти на весь нос, а ведь впереди ещё целая неделя, когда он должен присутствовать на занятиях и ходить дальше на тренировки, хотя Хосок сказал, что может не приходить, пока более-менее не восстановится. Но Ким Тэхён не будет Ким Тэхёном, если послушается советов. У него ж своя голова на плечах, и она парню точно не для красоты. Ну, частично и для этого, всё-таки отрицать привлекательность омеги никак нельзя. Да и как тут забыть о красивом личике, когда все мимо идущие альфы так и оборачиваются на тебя, а иногда ещё и «кискают» и свистят вслед. Тупые мужланы только на такое и способны, Тэхёну нет до них никакого дела. — Ты всё-таки выпросил у того альфы в нос, — смеется Минджун, делая фотографию на телефон. От щелчка камеры Тэхён резко дергается, бросая гневный взгляд на друга. Омега тут же убрал телефон, виновато опуская глаза. — Прости. — Я просто упал. — Ага, лицом на кулак, — прыскает Минджун, а Тэхён вновь одаривает его злым взглядом, в котором гром и молнии из-за таких нерадивых заявлений о Чон Хосоке. Да он даже мухи не обидит! Хосок вообще чистой души альфа, вон песни напевает, когда пьяный и даже если и злится из-за присутствия Тэхёна, то всё равно никогда напрямую не прогонял. Ким всё знает. Он знает о том, что Чона иногда раздражает излишняя напористость омеги, что ненавидит прилипал, что не нужна Хосоку любовь и забота. Но справится со внутренним «я» и желанием побыть рядом, вдыхая древесный аромат, у Тэхёна просто сил нет. Омега не может сопротивляться ауре, харизме и притягательности спортсмена. — А если честно, Тэхён? Что стряслось? — Говорю же, просто упал, пока бежал круг, — пожимает плечами Тэхён, доставая из рюкзака все необходимые принадлежности для рисования. На мольберте уже прикреплен белый лист, который вскоре будет заполнен новыми красками и внутренними эмоциями Кима, а пока это просто бумага, ожидающая руки своего творца. — Постой, какой круг? Ты решил участвовать в марафоне со своей… — Та-а-к, что-то наши карандаши уже затупились, а краски высохли, да, дорогие студенты? Всем доброго красочного утра, а если оно серое, то просто представьте, что вы в России, — в аудиторию вошёл один из любимых профессоров среди студентов факультета искусств Ким Сокджин. Молодой, амбициозный и красивый омега вызывал у всех учащихся поголовный оргазм. Все хотели заполучить его похвалу и улыбку, а услышать рядом сладкий персиковый аромат было позволительно лишь немногим. — Минджун, вам нужно особое приглашение или вы решили сегодня стать нашим натурщиком? — Ким Сокджин ухмыльнулся, поправляя очки длинным пальцем на переносице. Минджун тут же отошел к своему месту, оставляя Тэхёна наедине с мольбертом и мыслями о друге-натурщике, который был слишком тощим для эстетики Кима. От фантазий Тэхён прыснул от смеха. — В конечном счёте человек любит свои желания, а не желаемое. Фридрих Вильгельм Ницше. Поговорим о желаемом и любимом, дорогие студенты. Что вы любите и чего желаете? — Равноправия между омегами и альфами. — Альфу, как из фанфиков по БТС, чтобы жестокий с другими, но нежный со мной. — Чего? А как же самодостаточность? Вот из-за таких омег наши права и страдают! — Я не спрашивал твоего мне… — Так! Утихомирьте свой огонь эмоций для картин, — сдержанно улыбается Сокджин. — Закройте на секунду глаза и представьте коллаж со своими желаниями. Чего вы хотите достичь? А чего уже достигли? Что или кого вы любите? Представили? А теперь перенесите это всё на три картины, лучшие из которых будут отосланы в галерею молодых художников, — на этих словах Ким счастливо улыбается, распуская аромат персиков по всей аудитории, а у студентов — глаза по пять копеек, мысли загружены информацией до отказа. — Чего сидим? Приступаем. У нас есть ровно две недели до выставки. В глазах Тэхёна словно прожекторы включили: горят желанием попасть на выставку даже сквозь голубые линзы, которые омега не снимает почти никогда. Так он выглядит загадочней, как самому Киму кажется. Тэхён торопливо оглядел все свои кисти и краски, вытирая вспотевшие руки об синий, измазанный в краску, фартук. Так, нужно сосредоточится на своих мыслях и желаниях. Тэхён закрывает глаза, как и велел профессор, представляя перед собою всё, что хочет иметь и достичь в этой жизни. Вдох. Сердце отдаётся бешенным ритмом в ушах. Ладони потеют. Сознание рисует картину будущего, в котором Ким Тэхён — успешный художник, искусствовед, приглашённый преподаватель живописи в Сеульском Национальном Университете, красив до чёртиков, изящен и любим. Любим собой. У будущего Тэхёна тёмные натуральные волосы, карие глаза, украшенные только внутренним блеском и харизмой, а кожа не выбелена сотнями тональных средств. И в одежде тот Ким Тэхён предпочитает больше сдержанный стиль без вырвиглаз принтов и кислотных оттенков. Просто и со вкусом — дорогие брендовые вещи, маленькие украшения, среди которых то самое заветное кольцо. А рядом с таким шикарным Тэхёном не менее горячий Чон Хосок. Будущий Хосок вообще практически не изменился: те же темные волосы, те же янтарные глаза, в которых черти правят балом, те же соблазнительные губы с родинкой, по которой хочется проходится языком раз за разом, всё то же офигенное подтянутое тело. А на пальце — всё то же заветное кольцо. И в этом будущем этим двоим так комфортно вдвоём, в одиночестве. Никакого шума, никакой мишуры, ничего лишнего. Ким Тэхён, любовь, Чон Хосок. Выдох. Глаза открываются. Грифель карандаша делает первые наброски картины. Первые наброски желаемого.

***

— Я же сказал, чтобы ты отдыхал, так какого чёрта, Ким Тэхён? — рычит Хосок, наблюдая за тем, как к остальным участникам подлетает опоздавший омега с пластырем на носу и на коленках, открытые для взора из-за коротких спортивных шорт. Тэхён лишь улыбается во все тридцать два и успокаивает, что всё в порядке, он может продолжать тренировки. Он же не слабак там какой-то. Хосок скептически оценил состояние Кима, отметив себе в голове, что у парня очень сильный дух соперничества. — Ладно, тогда начинаем разминку. Все помнят движения? Участники марафона тяжело вздохнули, но после раздражённого: «Что за настрой такой, птенчики?», тут же разбежались по разным кучкам, чтобы выполнять разминку и упражнения, которые ранее показывал Хосок. Чон же приземлился на первые ряды трибун, откидывая голову назад на спинку. Состояние хуже некуда, он ещё не отошел после вчерашней попойки с Юнги. Кто вообще заставлял Хосока пить? Юнги же вроде как не заливал ему в рот соджу, но при этом и не останавливал, когда бедный Чон пил стакан за стаканом. Но самое страшное то, что Хосок не помнит, что он творил. Последнее яркое воспоминание алкогольной ночи о том, что Юнги начинал говорить о Тэхёне, шансе, истинности и всё в таком духе. И тогда уже из Чона будто весь здравый смысл выбили (наверное, это всё последствие общения с занозой Мином) — он не мог остановить поток мыслей о жалости к себе и о том, как же хорошо Тэхён и Юнги будут гармонировать в паре. Да уж, какая-то Санта Барбара и Хосок в ней явно главный герой. Тот самый хладнокровный мужчина из дорам, поражающий своей неприступностью и детскими травмами. «Это всё блять вина Юнги» — выдыхает Хосок, осматривая новеньких участников марафона. Ким Джису собрала возле себя практически всех омег, что-то весело щебеча и смеясь, делая приседания. Эта девчонка напоминала Хосоку самого себя в прошлом, когда он был таким же злым и агрессивным, не воспринимая никаких слов похвалы или любви. Стоп. А что-то изменилось с тех пор? От собственных мыслей Хосок фыркнул, закатывая глаза. Он только что, анализируя Ким Джису, случайно описал сам себе психологический портрет. Чон невольно задержал взгляд на Тэхёне, разминавшегося в полном одиночестве на зелёной лужайке стадиона. Омега наклонялся вперёд и назад. Цветочный аромат вновь кутает Хосока и оседает шлейфом на коже. Под кожей. Время замедляется, послеобеденное солнце приятно щекочет, бликует на пепельных волосах омеги. Тэхён повёрнут боком к Хосоку, открывая прекрасный вид на технику исполнения. Ким отклоняет корпус назад, поставив руки на бока и глубоко вдыхая. Глаза закрыты, тело полностью сосредоточено на разминке, а Хосок завороженно наблюдает, даже не моргая. Пытается найти хоть одну ошибку, чтобы показать, как надо помочь с подготовкой. Тэхён делает наклон вниз, выдыхая своими полными губами воздух, тянет руки вниз к траве. Грёбанные шорты. Хосок сглатывает, не отводя взгляд от обтянутых бёдер Кима, которые так и зовут, терзает свою нижнюю губу в попытке успокоится. В попытке не брать на душу грех и отвернутся. Блять, как же охуенно он выгибается. Хосок от своих же мыслей вздрагивает и, когда здравый смысл всё же вернулся после длительного путешествия в Магадан, альфа вернулся к разглядыванию Ким Джису, которая смотрела прямо на него, самодовольно улыбаясь. «Вот чёртова сучка» — Хосок не выдает своих мыслей, лишь холодеет во взгляде, поднимая брови, как бы спрашивая: «Чего остановилась?». Девушка тут же вернулась к разминке, обсуждая что-то с другими участниками. — Почему ты тренируешься не с ними? — Хосок всё же подходит к Тэхёну, наблюдая за тем, как парень делает бег на месте. Ким от неожиданности даже остановился, выпучивая глаза. — Что? Я тебя напугал? — Слишком бесшумно подкрался, — улыбается Тэхён, отпивая из бутылки холодной воды. Пепельные пряди прилипли к вспотевшему лицу, а когда Ким пьёт, то его кадык так… Так движется. «Я думал, что ты чувствуешь мой аромат» — остается не озвученным. — Блять, — выдыхает Хосок, отбирая воду у Тэхёна. — Нельзя много пить во время тренировки. Переходи к планке, — Чон приседает на корточки, наблюдая за Кимом. Омега опускается вниз, ставит руки в изгибе девяносто градусов и носочками упирается в траву, натягивая тело, словно струну. Хосок оглядывает его с пят до головы, оценивая положение и, откидывая бутылку с водой в сторону, обходит омегу сзади. — Ты слишком напряжён в руках. Расслабься, — голос Хосока раздаётся совсем близко к коже Тэхёна и омега чувствует, как сильные руки Чона проходятся по плечам, спускаясь чуть ниже. Тэхён шумно вздыхает, нечленораздельно мычит и беспощадно краснеет. Ну как тут расслабится, когда рядом Хосок? Да ещё и в планке. — Напряги мышцы пресса и дыши носом. Втяни живот, Тэхён, — Хосок аккуратно проходится по бокам и животу Тэхёна, проверяя технику исполнения. Так себя успокаивал альфа. Но внутренне не может контролировать свои эмоции, когда ощущает как расцветает аромат Тэхёна. — Вот так, умничка. Запомни это положение, потому что оно идеальное для планки. Хосок убрал руки, плавно скользя взглядом по телу Тэхёна: пепельные волосы прикрывают красные от смущения уши, что заставляет Чона ухмыльнутся, край футболки слегка приподнялся, открывая нежную медовую кожу, тэхёнова жопка смешно оттопырена из-за длительного нахождения в планке, ноги слегка трясутся. Как. Же. Заводит. — Хватит, передохни, — Тэхён расслаблено опускается на траву, жадно вдыхая воздух. Силовые нагрузки тяжело даются омеге, не привыкшему к такой каждодневной рутине. — Собираемся на беговой линии! — кричит Хосок, оставляя Тэхёна наедине со своими мыслями и горящими мышцами после минутного Ада. Но можно ли назвать это Адом, если сердце заходится в бешеном ритме, а места, где касался Хосок, горят огнем? Тэхён часто дышит, закрывает глаза, представляя руки Чона на своих плечах, на боках и животе. Какое у него было лицо в этот момент? Понравилось ли Хосоку? Тэхён знал точно, что Чону не противно. Может, в нём сыграл простой инстинкт альфы, но этот древесный аромат, кутающий легкие и кожу, пробрался в самое подсознание и никак не хочет покидать беспомощное тело Тэхёна. Ким задыхается в этой пучине. Но ему нравится задыхаться вот так. Поднявшись, Тэхён наблюдает за тем, как Хосок разговаривает с другими участниками, рассказывая основные правила при беге. Тэхён знает их уже наизусть: контроль тела, дыхание, сосредоточенность. Хосок выглядит таким холодным, когда рассказывает ребятам. Его взгляд отрешённый, будто он просто робот, запрограммированный на бег. И от этого Тэхёну вдвойне хорошо, потому что такой пустой взгляд никогда не был направлен в его сторону. Как минимум в янтарных глазах были эмоции раздражения или усталости, как максимум — переживание за состояние омеги. Губы Тэхёна тут же расплываются в улыбке, а рука автоматом машет, когда Хосок переводит взгляд на него и морщинка между его бровями разглаживается. Какой же Чон Хосок красивый. Тренировка закончилась, когда на улице уже начало вечереть. Небо окрасилось в красные и розовые оттенки, окрашивая высокие здания в яркие цвета, оттеняя серый и чёрный. В парке Хандон уже собираются студенты и люди для отдыха. Сегодня должны запустить фонтаны на реке Хан и это всегда просто великолепное зрелище, которое притягивает миллионы взглядов. В такие дни в парке особая романтическая атмосфера. То, что нужно для гениального плана Ким Тэхёна. Омега уже принял душ в раздевалке стадиона и переоделся в свою обычную одежду: серые обтягивающие джинсы, полосатая чёрно-белая водолазка и светло-синяя джинсовая куртка. От волнения Тэхён всё закусывал нижнюю губу, сминая пальцы. Сегодня омега воспользуется своим шансом. Своим единственным желанием. — Хосок! Хосок уже выходил из стадиона, когда его окликнул Тэхён. После стольких раз Чон даже не испугался, всего лишь спокойно обернулся, втягивая носом цветочный аромат. Могут ли цветы быть такими потрясающими, даже если некоторые из них и приносят боль? Тэхён выглядел в глазах Чона как всегда идеально. Даже пластырь на его переносице не портил Кима, лишь добавлял изюминки. На губах омеги играла довольная улыбка, а в глазах, закрытых голубыми линзами, Хосок мог разглядеть хитрый план. План, по которому сегодня Хосок будет следовать. Будет поддаваться. Вот только непонятно поддаваться инстинктам или Тэхёну? — Тэхён? — ухмыляется Хосок, поправляя лямку сползающего рюкзака. На альфе сегодня чёрные джинсы с потертостями и тёмно-зелёное худи, так естественно подчёркивающий свежий аромат. Тэхён на какое-то время залип, всматриваясь в янтарные глаза напротив в которых отображался сам омега и закатное солнце. — Я хочу использовать свой шанс, — на одном дыхании выпалил Тэхён, смущённо опуская глаза в пол. Почему он не может смотреть сейчас прямо, когда Хосок так смотрит? В тех глазах погибель Тэхёна. Ким откашливается и, собравшись с духом, смотрит на Чона. — Ну то жела… — И что же ты хочешь? — голос Хосока пробирает до мурашек. — Св… Свидание? — Как-то неуверенно прозвучало, — хмыкает Хосок, складывая руки на груди и отворачиваясь в сторону, рассматривая идущих людей к парку Хандон. — Видимо, не очень хочешь. — Хочу пойти с тобой на свидание, — уже более уверенно звучит Тэхён, делая шаг вперёд. Хосок улыбается самими уголками губ, осматривая Кима с ног до головы. — В парке будет фестиваль фонтанов. — Пойдём, Тэхён, — Хосок не верит своему же глубокому голосу. Не верит, но улыбается. Не верит, но протягивает руку Тэхёну, у которого сейчас, наверное, инфаркт жопки случится. Ким судорожно вытирает вспотевшую руку и хватает ладонь Хосока. Чёрт, как же приятно. Хосок сжимает тэхёнову руку в своей, ведёт по направлению к парку Хандон, пытаясь сдержать эмоции. (Но древесный аромат выдаёт. Выдаёт Хосока с потрохами.) Фестиваль фонтанов должен начаться ровно в восемь вечера, так что у Хосока и Тэхёна ещё полно времени. К парку они шли молча, держась за руки. Каждый осмысливал свои действия и тайные желания. Тэхён пищал внутри себя, как девчонка, вдыхал аромат альфы, наслаждался их маленьким прикосновением и тем, как иногда сталкивались их плечи. Хосок нервно сглатывал, его ладонь потела, а внутри творилась самая настоящая буря. Это неправильно, нет, всё правильно; он сделает тебе больно, нет, Тэхён на такое не способен; он заставляет тебя быть слабым, нет, это придаёт силы. Хосок не знал с чего начать разговор, как лучше сменить такой смущающий настрой, но и Тэхён ничего не предпринимал. Просто шел рядом, будто он может уйти с альфой хоть на край света (именно так всё и есть, Тэхён готов). — Хочешь что-нибудь поесть? — Хосок нарушает первым молчание, когда они уже подошли к парку. Рядом с рекой поставили ларьки с уличной едой, запахи которой пробуждали в любом человеке подойти и поесть. Различие специй и выбора просто поражало. Тэхён коротко кивнул, смущённо улыбаясь. Они двинулись к ларьку, где продавались токпокки и шашлычки на шпажках. Тэхён хотел сам заплатить за еду (ведь он же из состоятельной семьи и привык, что им пользуются), но Хосок лишь быстро протянул оплату за еду, вручая в руку Тэхёна шпажки с едой. — Но, Хосок. — Просто кушай. Мы же на свидании, помнишь? Вот и веди себя соответственно, — улыбнулся Хосок, перед тем как украсть с тэхёновой шпажки кусочек мяса. Ким так и застыл, а перед глазами строчка красными буквами светилась: «Свидание свидание свидание». Перекусив, они направились дальше по парку, застав уличное выступление музыкантов и танцоров. Вокруг уже собралась ликующая толпа, снимающая ребят на телефоны. Тэхёна толкали с двух сторон, отчего Ким неуверенно сжимал плечи, пытаясь стать как можно меньше, чтобы не мешать другим. Хосок вновь сжал руку Тэхёна, заставляя последнего посмотреть прямо в янтарные глаза рядом. «Не бойся, я рядом» — шепчет Хосок, заставляя сердце вновь пуститься вскачь. Девушка пела песню о разбитом сердце и о дурманящей любви, заставляя Тэхёна невольно перенести слова песни на жизненную ситуацию. Толпа слегка рассеялась и Ким неохотно отошел от Хосока, оставляя последнему личное пространство. — Потанцуем? — совсем неожиданно даже для самого себя заявляет Хосок. Тэхён лишь удивлённо смотрит на него, смущённо кивая. «Ты слишком легко соглашаешься со всем, Тэхён», — Хосок улыбается, тянет омегу за собой ближе к певице и танцорам. Люди расходятся, уступая им дорогу. Тэхён идёт вслед за древесным шлейфом, за яркой улыбкой, за огнями в глазах, за любимым. И не может сдержать своих эмоций, всё больше заставляя Хосока вдыхать цветочный запах, безбожно тонуть в нём. «Этот дом горит, и ничего не осталось. Он дымится, и мы оба это знаем» Толпа ликует. Хосок кладёт свою руку на тэхёнову талию, подвигает ближе к себе, встречаясь глазами. Щёки омеги краснеют, а у Хосока легкие горят и дыхание сбивается. Тэхён обвивает шею Чона, улыбается и поглядывает исподлобья, а пепельные волосы закрывают красивое лицо. Они двигаются медленно, не обращая внимания на точный ритм песни, на слова, на музыку, на аплодисменты других людей. «У нас есть целая ночь, чтобы влюбится. Но внезапно всё рушится, всё рушится» Тэхён проходится ладонями по горячей шее Хосока, заставляя последнего сглотнуть комок, крепче сжимает руками плечи, заглядывая в глаза. Глубина этого янтаря навсегда отпечаталась в сердце омеги. Хосок ответно сильнее сжимает талию Тэхёна, прижимая всё ближе, ощущая жар тела напротив, чужое дыхание на губах. «Ничто так не разбивается, как сердце» — Ты знал, что ужасно танцуешь? — смеется Тэхён, когда они идут уже ближе к реке Хан, чтобы выкроить свободное местечко с лучшим видом на фонтаны. Ким держит Хосока за руку, без шансов на то, чтобы потерять полученное тепло. А Хосок и не вырывается. Он же пообещал свидание. И Чон сделает всё, чтобы было в лучшем виде. И да, это просто ради желания Тэхёна, а не из-за того, что Хосоку нравится проводить так время. Чисто для справки, чтобы все знали. И чтобы чёртово сердце Чона тоже уже это узнало. — Я же не могу быть идеальным во всём, — хмыкает Хосок, крепче сжимает руку Тэхёна и двигает тело омеги ближе к себе, когда на бедного чуть было не налетела толпа скейтеров. Тэхён испуганно хватается за плечи альфы, а Хосок лишь раздражённо рычит вслед. — Вот же чёртовы школьники. Здесь не место для их рейва. Ты в порядке? — Хосок переводит взгляд на вновь смущённого Тэхёна и быстро убирает руку с талии омеги, пряча взволнованный взгляд. — Спасибо, — слабо улыбается Тэхён, отодвигаясь. В руках Хосока так спокойно и уютно. — Начинается, — меняет тему Хосок, откашливаясь. Они подходят к реке Хан, продвигаясь сквозь толпу людей. Раздаётся громкая музыка, отчего Тэхён вздрагивает и переводит взгляд на Хосока, ища в нём спасение. Ким вдыхает древесный запах и, сжимая руку, продолжает смотреть шоу. Фонтаны один за другим включаются, пускают воду в пляс, а разноцветные огоньки только делают такое шоу ещё больше фееричнее. Толпа восторгается, делают фотографии, чтобы потом в Инстаграме хвастаться зрелищем. Вода прыскает вверх, а цвет подсветки меняется на фиолетовый, завораживая взгляд. Музыка попадает точно в ритм фонтанов или же наоборот, да какая разница. Главное, что это слишком красиво, чтобы быть правдой. Тэхён улыбается, в его глазах отображается световое шоу, на губах играет самая удивительная по красоте улыбка. Потому что искренняя. Хосок улыбается вместе с ним, иногда притягивает ближе, чтобы прошептать что-то на ушко, но омега не разбирает слов, лишь наслаждаясь легким дыханием, щекочущем тело, отчего мурашки пробегают. Сейчас Чон Хосок живёт своим настоящим, позабыв о темном прошлом и загадочном будущем, просто наслаждается моментом, «здесь и сейчас» он чувствует себя живым, наслаждаясь фестивалем фонтанов и присутствием Тэхёна. Неизвестный номер, 20:45 Что за прелестное зрелище, Тэхён Тэхён перечитывает сообщение на телефоне и сглатывает комок, подступивший к горлу. Сердце опускается вниз, в самые пятки, когда к носу доносится знакомый аромат пионов. Глаза тут же потухают, ищут в толпе ненавистный источник. Рядом с ларьком уличной еды стоит Чон Чонгук, самодовольно потягивая сигарету и прожигая дыру в Тэхёне. Перемену в настроении омеги уловил и Хосок, потому что Тэхён бы не отпустил руку просто так, по своей воле. Он же чёртов прилипала. Хосок переводит взгляд на Тэхёна, смотрящего куда-то вдаль. — Что-то не так? — Хосок кладёт ладонь на плечо омеги, заставляя того крупно вздрогнуть. В глазах испуг. Нет прежнего огня и наслаждения. — Тэхён? — Всё в порядке, давай дальше смотреть шоу, — улыбается Тэхён, а сам взгляд отводит. Он всегда так делает, когда врёт. Не может смотреть прямо, потому что скрывает свои чувства. Опять. Прячется за маской безразличия, потому что никому нет дела до проблем омеги. А если Хосок узнает о том, что Тэхён привлекает не только альф? В прошлый раз, когда они столкнулись с Чонгуком, Хосок только презрительно смотрел на него. Нет, Тэхён не хочет повторения. Только не сейчас, когда у них свидание и Хосок так нежен. Неизвестный номер, 20:55 Тэхён-и, я скучаю К счастью или несчастью Хосок не поверил словам Тэхёна, поэтому положил руку на талию, прижимая последнего к себе. Тэхён только коротко охает и смотрит изумлённо, а щёки опять заливаются краской. «Ты скоро умрёшь от передоза крови», — Хосок улыбается и свободной рукой убирает пряди пепельных волос с лица омеги. Тэхён опускает веки, прикусывая губу. Слишком идеально. Цветочный аромат всё сильнее чувствуется, заставляет вдыхать и умирать, гореть легкие и чувствовать тяжесть внизу живота. — Ты слишком часто смотришь в телефон для человека, который наслаждается шоу, — шепчет на ушко Хосок, пока Тэхён усиленно пытается привести свои эмоции в порядок. Он нервно теребит край джинсовки и тяжело дышит. Ладони потеют. — Или хотя бы мной, — добавляет Хосок и Тэхён не выдерживает, поворачивает голову и встречается с янтарными глазами. Ким Тэхён пьян. Он не пил алкоголь, но зачем влюблённому человеку что-то другое, если напротив любимые глаза, светящиеся различными огоньками, метающие такие молнии, от которых жарко стаёт. Вот и Тэхёну не нужен алкоголь, чтобы почувствовать, как кружится собственная голова. Ким непроизвольно тянется ближе к Хосоку, прикрывая веки. Он уже чувствует дыхание Чона на своих губах. Чувствует, как рука сильнее сжимает талию. Чувствует, как жарко Хосоку. Чувствует, как распускается древесный аромат. — Тэхён, как ты можешь так поступать со мной? Тэхён тут же приходит в себя, а всё помутнение тут же исчезает, возвращая место холодному рассудку. Не ожидая от самого себя, омега рычит, поворачивая голову в сторону чёртового Чон Чонгука. Прямо сейчас Ким Тэхён готов крушить и убивать. Шоу закончилось, так что люди потихоньку начинают расходится, оставляя Хосока, Тэхёна и Чонгука наедине. Ах нет, вон там сзади ещё долбанные шестёрки последнего стоят. — Чон Чонгук! — кричит Тэхён, заставляя оборачиваться других людей. Цветочный аромат стал тяжёлым, даже невыносимым для самого омеги, но сейчас в нём бушует океан, вихрь эмоций, и все они не положительные. А Чонгук лишь насмешливо переводит взгляд на ошарашенного Хосока, не способного даже слова вымолвить. Альфа так и застыл, рассматривая своего истинного. Запах пионов резко перебил всё, включая аромат Тэхёна. Хосок сжимает крепче зубы и кулаки, пытается держатся из последних сил. Так много всего, что хочется сказать, но так мало слов. — Вот это неожиданность. Давно не виделись, Хосок, — Чонгук складывает руки на груди и переводит тёмный взгляд то на Тэхёна, то на Хосока. — Как поживаешь, истинный? — добавляет Чонгук, смеясь. Где-то в душе у Тэхёна только что треснуло. Треснула последняя надежда. Гнев и злость тут же отходят на второй план. Ким беспомощно открывает рот, пытаясь выдавить хоть слово, но в итоге просто смотрит на Хосока. Возле глаз Чона собрались тёмные тучи, аура вокруг альфы была слишком пугающей даже для Тэхёна, хоть он и ощущал на себе похожее не раз. Знаете, то чувство, когда ненависть приливает даже к ушам? Хосок не слышит ничего: ни вопросов Тэхёна, ни слов Чонгука, ни собственного биения сердца. Чон лишь сверлит взглядом Чонгука, пытаясь найти ответы на свои вопросы молча. Но всё, что находит в тёмных глазах напротив — насмешливость и эгоизм. И от этого Хосоку дурно. Хочется блевать до тех пор, пока легкие не освободятся от чёртового запаха пионов. Чон переводит взгляд на побледневшего Тэхёна. Кажется, что омега сейчас дух свой испустит, упадёт в обморок и больше никогда не посмотрит в сторону Хосока. Чон не знает, какие слова подобрать, что сказать, как оправдаться перед Тэхёном. — И это тот, кто тебе нравится, Тэхён? — Чонгук тянет самодовольную улыбку, указывая длинным пальцем на Хосока. Ох, откусить бы ему этот палец. — Перестань, Чонгук, — шепчет Тэхён, пытаясь взять себя в руки, рассуждая трезво. — Он даже себя защитить не может, Тэхён-а. Этого придурковатого альфу обмануть как два пальца об асфальт. Ты же понимаешь, что я лучше справлюсь? Я смогу хорошо позаботиться о тебе, потому что знаю о тебе всё, — Чонгук подчёркивает последнее слово, осматривая Тэхёна с ног до головы. От этого взгляда неприятный холодок по телу проходится. — Даже то, о чём ты сам не знаешь, Тэхён-и. Будешь самим довольным и… — Чонгук, хватит! — кричит Тэхён, делая шаг назад и закрывая глаза. Омега чувствует себя полностью опустошённым, грязным и недостойным даже пальца Хосока после таких заявлений Чонгука. Ким в шаге от того, чтобы разрыдаться и убежать прочь. В шаге, чтобы сдаться. Тэхён никогда не сможет стать конкурентом за сердце Хосока, когда Чонгук — истинный. Конечно же, Хосок выберет его. Они будут так счастливы, а может ещё и будут использовать Тэхёна в своих играх, ведь Чонгук долбаный извращенец, любящий омег. — Хватит, — получилось слишком тихо и обессилено. — Прекращай этот фарс, Чонгук, — Хосок наконец-то смог прийти в себя, вернуть себе спокойствие и отрешение от всяких эмоций, когда дело касается прошлого. Чон холодно оглядел Чонгука, презрительно задерживаясь на лице омеги. — Что? Истинные? Сказки для идиотов. И, прости, блять, что? Сможешь сделать довольным и что ещё? Счастливым? Не смеши мои трусы, Чонгук, — Хосок откровенно насмехается над Чонгуком, пытаясь лишний раз не дышать. — Мы втроём знаем правду о том, что Тэхён будет счастлив даже без тебя и меня, потому что он — самодостаточная и целостная личность. И мы оба с тобой сейчас видим, на чьей стороне стоит Тэхён, — добивает Хосок, хватая Тэхёна за руку. А у Кима опять бабочки в животе вихрем пляшут, искрятся самые сильные молнии в голове, заставляют с упоением смотреть на альфу. — И не будь так самоуверен, здесь ты никому не нужен. А если ты ещё хоть раз подойдёшь к Тэхёну с таким предложением, то я лично вырву твой язык и засуну тебе в жопу, чтобы смог удовлетворить сам себя, — процедил Хосок, а тени на его лице всё темнее и темнее с каждым словом, аура вокруг всё пугающей, заставляет Чонгука и Тэхёна непроизвольно содрогнутся из-за силы альфы. — Пойдём, Тэхён, продолжим наше свидание. — Не забывай из-за кого твоя натура альфы выла по ночам, Хосок! — орёт вслед Чонгук, отчего Хосок сильнее сжимает зубы и быстрее уводит Тэхёна подальше, чтобы не чувствовать аромата пионов, не видеть этих темных глаз, не думать о истинности. К дому Тэхёна они идут молча, уже утратив прежний запал от фестиваля фонтанов. Хосок сильно сжимает руку омеги, смотрит прямо перед собой и прокручивает у себя в голове разговор с Чонгуком. Что за бред? Омега не может любит омегу. Чонгук хочет себе Тэхёна? Полная херня, пускай только попробует. Хосок самолично перегрызёт эту самодовольную рожу. Никто не смеет прикасается, смотреть так на Тэхёна, никто не сможет сделать его счастливым, кроме Хосока и самого омеги. Дичь какая-то. Прошло уже столько лет, почему Чонгук появился перед ним именно так? Предстал ещё большей мразью, чем был. Где край его самолюбованию и эгоизму? Подсознание рисует неприятные отрывки, в которых Тэхён теперь держит за руку Чонгука, улыбается игриво ему и целует. Отрывки, в которых на месте Хосока — Чонгук, наблюдающий за разминкой Тэхёна. Отрывки, в которых Чонгук, вместо Хосока, получает тысячи признаний о любви. — Хосок, мы пришли, — тихо подаёт голос Тэхён. В голосе звучит страх из-за нависающей ауры вокруг альфы. Он словно сейчас взорвётся, как атомная бомба, стоит только сказать что-то не то. Но, честно говоря, у Тэхёна тоже много вопросов. Откуда Чонгук и Хосок знают друг друга? Как долго? И знали ли они раньше о своей истинности? И что означают последние слова Чонгука? Есть ли у Тэхёна шанс заполучить хоть каплю внимания Хосока себе? Но альфа всё не останавливался, тянул за собой Тэхёна, проходя мимо его дома. — Хосок! — голос звучал уже громче. Тэхён сжал ладонь альфы, привлекая к себе внимание. — Мы пришли. — Так быстро? — Хосок остановился, отпуская руку Тэхёна. Они стояли молча, разглядывая асфальт перед глазами. Никто не решался заговорить первым, но обоим хотелось обсудить сложившуюся ситуацию. Но как же Хосок не хотел вспоминать прошлое, так же и Тэхён не хотел говорить о своей порочной натуре, что привлекает других омег. Слишком неправильно было это всё. — Тогда, заходи внутрь. — Хосок, что будет завтра? Мы вернёмся к первоначальному? — вдруг выпаливает Тэхён, не в силах больше терпеть. Ким хочет знать стоит ли ему надрываться и тратить дальше своё время на Хосока. Но стоит только взглянуть в эти янтарные глаза, наполненные сейчас тоской, то всё желание узнать ответ на свой вопрос улетучилось. Тэхён поджал губы, закрывая глаза. — Да, — Хосок убивает Тэхёна всего лишь одним коротким словом. — Почему, Хосок? Разве нам не было хорошо сегодня? — заглядывает в глаза с надеждой, а сам боится ответа. Ещё чуть-чуть и разрыдается. Сердце так болит. — Я знаю, Тэхён, знаю. Нам было так хорошо, что я потерял счёт времени. Забыл о себе самом, вновь чувствуя, как жизнь течёт по моим венам, бьёт фонтаном, так сказать, — забавно, Чон Хосок. Но ни разу не облегчает ношу Тэхёна. — Когда я смотрел сегодня на тебя, танцевал с тобой, смеялся, вдыхать твой аромат. Тэхён, это не объяснить словами. Я правда благодарен за всё это, — ладони так потеют. Хосок смотрит с такой нежностью и болью, что хочется просто бежать прочь, но в то же время тонуть в янтарных глазах. — Тэхён, ты такой замечательный. Ты столько раз признавался мне в своих чувствах, что я не могу сосчитать. Не могу даже понять в какой момент начал вести счёт твоих признаний. Но, Тэхён… — Нет, замолчи, — Тэхён закрывает уши, жмурится, будто сейчас его ударят по голове чем-то тяжелым. — Тэхён, я боюсь тебя любить. Взрыв. Тэхён открывает глаза, когда ощущает древесный аромат, наполняющий легкие до отказа. Хосок смотрит на него так нежно, цепляет своей грустью. «Но моей любви может хватить на двоих», — хочет добавить Тэхён и злится. Почему? Разве Тэхён хоть раз дал повод боятся? Ким всегда показывал свои чувства, эмоции, открывался сполна перед альфой. А что получает в ответ? Страх? Тэхён судорожно вздыхает, пытается прийти в себя, не заплакать. Сжимает кулаки и смотрит на телефоне время. — Тогда я сделаю кое-что, пока время моего желания не закончилось, — шепчет Тэхён и сминает пальцы, смотрит исподлобья на Хосока, ожидающего действий. «Ты слишком легко доверяешь мне сейчас», — Тэхён делает шаг на встречу Чону, прикусывая губу. — У тебя нет возможности отказаться. Тэхён быстро хватает Хосока за плечи, подаётся вперёд, испуская цветочный аромат. Хосок судорожно втягивает запах, закрывает глаза, проводя носом по уху Тэхёна. Ким легонько касается мягкими губами щеки Чона, оставляя почти невесомый поцелуй, в который вложил все свои эмоции, все чувства и переживания. В губы поцеловать не решился. Всего один поцелуй в щёку. Тэхён отстраняется, не смотрит в глаза, перебирая в руках конец джинсовой куртки. Не может посмотреть. Боится увидеть отвращение. — Спасибо за сегодня, Хосок. Спокойной ночи, — разворачивается и уходит, так и не посмотрев на Хосока. Сердце слишком бешено бьётся, чтобы разочароваться.