Наследница

      В тронном зале была та ещё шумиха. Много дам и кавалеров болтали, смеялись и бегали по огромной комнате. Правда у трона быть остерегались. Как только объявили её Высочество, всё стихло. - А вот и северная краса! Девочка, которой в будущем будут завидовать все! До чего вы прелестны, Ваше Высочество! - им на встречу вышел элегантный стройный мужчина лет пятидесяти. Сельвия никогда не видела столь лучезарной улыбки. Сколько ему платят?       Учитель обратил внимание и на Сельвию: - Но Боже, что я вижу! Кто тут пытается затмить нашу принцессу! Боже, какое лицо! Имею честь познакомиться с будущей императрицей Севера? Сельвия сдержанно улыбнулась: - Нет. - Ну нет, так непременно станете! Станете, вот увидите! - Это моя служанка – Сельвия, - пояснила мужчине принцесса.       Интерес к Сельвии тут же испарился. Учитель откашлялся и приказал музыкантам: - Сарабанда, господа! Вставайте в пару с Эдрианом, Ваше Высочество.       Сельвия тихонечко присела в уголочек и закрыла глаза. Эту музыку она знала с раннего детства… Рассвет… Она чувствовала, как в её комнату проникают лучи солнца. Рывками, небрежно, страшно красиво и привлекательно… Пусть танцевала она не так хорошо, как хотелось, но… получала от этого истинное удовольствие.       Девушки, во главе с принцессой, вышли в центр и встали в круг. Круг побольше образовывали мужчины. Музыка становилась более плавной, и девушки, будто лебеди, купались в ней, как в безграничном озере. Их руки, как крылья, медленно и чинно двигались в такт.       Но вот они замирают, и каждый мужчина протягивает руку в сторону своей пары. Пары смыкаются. Одна рука навстречу, вторая… и вновь…       Красиво танцуют, думала Сельвия, очень красиво. Девушка вновь вспомнила свой замок, свои балы, где достойного кавалера сыскать было ой как трудно.       Сначала из парадной показалась Розалина. Её игривые голубые глаза пробежались по танцующим, губы расплылись в улыбке. Она шепнула что-то своему «милому» и захихикала. Нет, Тристан не может просто улыбнуться в ответ. Эта улыбка обязательно должна быть ехидной.       Увидев дядюшку, принцесса побледнела и чуть не упала. Учитель, что объявлял сарабанду, быстро подхватил несчастную, запричитав: - Боже, бедное дитя! Её совсем утомил танец! Вот что значит вложить в движения все силы! Бедное дитя!       Девушка отпихнула учителя и бросилась в ноги императора, не обращая ни на кого внимания: - Умоляю, сжальтесь надо мной, грешной душой, которая не смогла удержать ваше доверие и так низко пала в глазах ваших, ясных и чистых, как небосвод! Прошу, не рушьте мою судьбу! Прошу…       Все вокруг ахнули, но никто не сказал ни слова. Взоры были обращены на императора. Тристан смотрел на племянницу без капли сочувствия и жалости. Сельвия удивилась, как у принцессы язык повернулся назвать эти глазищи «чистыми, как небосвод». Хотя, когда нужно о чём-то попросить и не такое выдумаешь! - Встань немедленно и прекрати рыдать. Что ты тут устроила? - Во имя всего святого! Сжальтесь! - девушка не вставала с колен. Тогда Тристан развернулся и вышел из зала. За ним побежала и Розалина, одарившая до этого принцессу самым недобрым взглядом из всех возможных. Бедная девушка разрыдалась ещё сильнее. Фрейлины кое-как смогли её успокоить и увести в спальню.

*9 лет назад*       Ингрид лежала в холодной спальне. Вокруг неё было полно слуг, фрейлин…она держалась за огромный живот и молилась. Если это будет девочка, жизнь кончиться… - Ваше Величество… Давайте, милая! Давайте!       Брызги крови, боль, сводящая с ума. Несчастная металась в холодном поту и кричала. Сколько бы не старалась, сколько бы не молилась, её мучения не заканчивались.       Вот она. Божья кара.       Она заревела. Как же не хотелось умирать. Невидящим взглядом она оглядела комнату и у самой двери нашла зелёный блеск, протянула к этому блеску руки, тихо простонав:       - Умоляю, батюшка… Приди…       Через несколько секунд она почувствовала теплоту его рук. Блеск его глаз заполнил весь мир. Она. что было сил, сжала его ладонь и вскрикнула: - Будь ты проклят! Ты и твоя страна! Будьте вы все прокляты!       Стало легче. Она взглянула на окровавленную ночнушку, на такой же огромный живот. Слёзы кончились. Её жизнь кончилась.       Тристан пришёл в склеп через неделю после торжественных похорон. Огромный букет её любимых снежных роз был осторожно уложен на крышку гроба. Сил стоять не осталось. Он бросил трость в сторону и сел. Слёзы - признак слабости… А он весь - сплошная слабость… Рыдать можно. Сейчас ему не пришло в голову осознание, никакая светлая мысль не проникла в его душу, он не понял никакой новой истины. Он и так знал всё. Он просто рыдал. Громко и страшно.       Ещё долго ему снился страшный сон - чёрноволосый красивый мальчик на коне с деревянным мечом скачет по полю, громко хохоча и крича: - Спасибо, папа!

***

      Эми пролежала в постели целую неделю, не говоря ни слова и не разрешая открывать шторы. Сельвии пришлось сидеть в её душной спальне и выполнять все указания - давать успокоительные, еду и снотворное по времени; не шуметь и лучше всего - вообще не разговаривать. - Эй ты, - обратилась к ней Эми, - Принеси что-нибудь почитать. - Как скажете.       Наконец-то удалось увильнуть! Сельвия радостная прошла в библиотеку и с интересом начала рассматривать книжные стеллажи, как вдруг услышала: - Я слишком строг с ней… - Ты слишком о ней печёшься, старина. Вот забеременеет и всё само придёт. Давай ещё по бокальчику.       Замолчали. Сельвия уж было хотела уходить, как вдруг услышала голос Тристана: - Я подумал тут над кое-чем… Южное королевство может сослужить нам отличную службу.       - Как же, мой Повелитель? - Если удастся, скажем, выкупить у короля эти земли… Старик не отвертится. Будет править так, как буду указывать и хрен с ним. Ну а если посмеет пикнуть - сгною. Лишний порт никогда не помешает. Так ведь? - Ну, да... А что тогда с Западом? Они будут недовольны. - Плевать. Скоро все начнут делать то, что я скажу.       Фредерик засмеялся: - О, мой Господин, верю! Верю! - Уходи. Мне нужно побыть одному. И да, кстати… - Повелитель? - Ещё раз до меня дойдут сведения о том, что ты домогаешься до служанок, никакая дружба меня не сдержит. - Умоляю простить… Бес попутал. - Пошёл прочь. Наш разговор кончен, - сказал Тристан, и Фредерик, кланяясь, удалился.       Сельвия притаилась. Её любопытство никогда не доведёт до добра! Однако сейчас вести очень хорошие! Очень. Она на носочках прокралась к крайней полке, как вдруг совсем близко услышала голос Тристана: - Не так быстро. - Ваше Величество… - как он только слышит и видит все? Так легко её ещё никогда никто не ловил! - Ты шагаешь, как слон, ей богу. Неужели на охоте от тебя не разбегаются зайцы? - Вы знаете обо мне всё? - Нет… Только, не без помощи определённых людей, совсем малую часть. А вы слышали всё? - Да. Самое главное слышала точно. - Прекрасно. Знай, твоего отца никто не трогал. Он цел и сыт. Ты хотела взять книгу? - Да. Её Высочество попросили… - Видно, она заждалась, - он внимательно посмотрел на её выбор, - О нет. Она такое никогда не прочтёт. Возьми что-нибудь из сочинений учёных Северных Земель. Есть один превосходный том. В нём рассказано о природе зла, добра и поднят очень животрепещущи, особенно для нас, монархов, вопрос: существует ли «общее благо»? Ей очень нравится это читать. - Это будет насмехательством. - Что? - Общее благо. Она выходит замуж именно ради общего блага. Почти все высшие люди вступают в брак ради общего блага. Очень уж жестоко это благо, не находите? - Я считаю, что вы, женщины, склонны всё преувеличивать и драматизировать. Брак - не конец света. Да и потом - можно же иметь любовников? - Мою бабушку за это казнили. Она изменяла дедушке с самого начала их супружеский жизни. С конюхом. Мой дед счёл это оскорблением и казнил её. А конюха бросил на съедение собакам. - Так надо было скрываться лучше. Она должна была понимать, на что идёт. - Вы так сильно не любите свою племянницу? Вы… Вы разве не видите, как она страдает? - Вижу. Но поделать ничего не могу. Такова суровая истина. - Вы человек без сердца! - вскрикнула Сельвия, - Как только бедняжка жила! Без родителей, да ещё с таким дядей, для которого «интересы страны превыше всего»! - Не смейте повышать голос в моём присутствии! Да и вообще. Мои проблемы и проблемы моей семьи вас никак не касаются, и вы не в праве их обсуждать. Возьми ей «Ромео и Джульетту». Третий стеллаж от входа, пятая полка. - Благодарю за помощь, - Сельвии было противно оставаться с этим человеком ещё хоть на долю секунды. Взяв - таки «Ромео и Джульетту» она побежала к принцессе.       Это был последний приказ, который она выполняла.