Прости за ложь

Эрика первой зашла в спальню, уже одетая в шёлковую ночную сорочку, стараясь пройти мимо Кристиана, что всё равно поспешил за ней, беспокоясь за супругу. — Боже… Всё ещё больно, да? Я не хотел… Эрика обернулась к нему и слабо улыбнулась, покраснев. — Нет. Это… не твоя вина. У меня… женское недомогание. Кристиан заметно расстроился. Опять. Но, по крайней мере, вот чем объясняется то сопротивление его поцелую. — О… тогда, мне оставить тебя спать одну? Девушки в Опере в такие дни («НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ, ЕЩЁ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ!» — внутренне кричит полностью поникший Кристиан) сложно контактировать с мужчинами, я видел. И ты, наверно, тоже… — Нет! — в отчаянной мольбе воскликнула Эрика. — Нет, пожалуйста. Я столько лет была одна. Не уходи… — Не бойся. Я лишь спросил. Раз так, я никуда не уйду, мой Ангел. Рука мужчины сама собой потянулась к её щеке, но он вовремя одёрнул себя, так как Эрика глядела на его ладонь, как на раздражителя. Пока что лучше воздержаться от лишних прикосновений. — Спасибо. Мы ведь можем просто лежать вместе на кровати, верно? Она спросила об этом так робко, что у Кристиана подкосились ноги — эта девушка вообще знает, насколько очаровательна, когда ведёт себя так? Супруг кивнул и мягко рассмеялся, и пара наконец легла в постель. Эрика уже ожидала, что он обнимет её за талию, как уже делал, но Кристиан, наоборот, отодвинулся. Всего несколько дней назад она бы решила, что противна ему, что он хочет быть, как можно дальше от неё. Но не сейчас. Эрика сама легла ближе к нему, но муж снова отодвинулся. — Не нужно! Иначе я упаду, — со смешком ответил Кристиан. — Я не хочу тебя беспокоить, но если ты всё же хочешь чувствовать меня рядом, то… Он протянул руку и стал медленно поглаживать её живот через сорочку, словно это могло облегчить боль. Поцеловать супругу сейчас он не решается, чтобы снова не произошло отторжения. Эрика смотрит в его лазурные глаза и не может поверить в происходящее. Кристиан, будто понимая её без слов, запел колыбельную, которую часто пела его мама. Красивый и тонкий голосок Кристиана проник в самую душу Эрики, вся любовь и нежность, исходящая от колыбельной, окутала девушку, что вскоре уснула.

***

Позавтракав вместе, Эрика посоветовала супругу всё же навестить старика Валериус. — Но это же… ты ведь понимаешь, что меня не будет три дня или больше? Ты же так хотела прогуляться со мной в воскресенье… Ей хочется верить в его искренность. Потому Эрика подошла ближе и улыбнулась поникшему Кристиану. — Сейчас, как ты сам знаешь, я не в настроении. Но, если ты не солгал мне, то следующее воскресенье мы проведём вместе в парке. Я буду ждать тебя.

***

Прошло три дня. Кристиан был несказанно рад, что отец Валериус поправляется и может спокойно ходить в одиночку без посторонней помощи по своему дому после болезни. Кристиану не хотелось уходить, он пообещал, что обязательно приедет обратно через неделю или позже. Ему бы хотелось привезти в Перрос Эрику. И сходить на могилу матери, чтобы девушка сопровождала его не как Ангел, а как жена. Также, повезло, что сюда не приехала Паулина, иначе Кристиан не представляет, что бы сказал ей и как бы повёл себя в такой ситуации. Как только карета тронулась с места, Кристиана одолело беспокойство за его бедную глупую супругу, что во многом была истинно гением, но по части самой себя часто заблуждалась. А общество поддакивало этим заблуждениям, тем самым губя её. Кристиан виновато опустил голову. Он тоже так с ней поступил. Зная, что ей сложно доверять, он разыграл помолвку с Паулиной, наговорил то, что хотела услышать Паулина, только бы та оставила Эрику в покое. Что ему ещё оставалось делать? Мужчина вспомнил, что не только желание защитить возлюбленную двигало им тогда. Нет. Было ещё кое-что. Хотелось причинить ей боль. Ведь где-то там, в глубине души Кристиан до сих пор злится за обман с Ангелом. Ну, не только и не столько за это. Когда он сорвал с неё маску впервые, Эрика впервые наорала на него. Ангел, строгий учитель, что всегда был рядом, никогда не кричал на него. Но в тот день… Это было страшно и больно. Впервые оказавшись в доме на озере, Кристиан подумал, что красивая волшебная сказка об Ангеле Музыки навсегда разрушилась, но чувства, что цвели между Кристианом и Эрикой в эти три месяца были реальны. Он так думал, но та ссора, первая ссора разрушила и эту надежду. Кристиан думал, что чувства были только у него, что Эрика хотела просто посмеяться над ним. Он думал, что её злость и ненависть к нему — реальность. Нет, сейчас-то он знает, что ошибался, и, справедливости ради, также знает, что Эрика никогда на самом деле не злилась на него. Чем ближе подъезжали к Опере, тем больше Кристиан переживал. Мужчина молился, чтобы по дороге не сломалось колесо, чтобы ничего не задержало, чтобы карета доехала как можно быстрее. Кто знает, что за эти несколько дней произошло, а стоит его бедной возлюбленной хоть раз подумать, что Кристиан сбежал… В доме на озере его встретила тишина, и сколько бы он не кричал «Эрика!», никто не отвечал. Сердце Кристиана забилось сильнее, когда выяснилось, что её нет в доме на озере. Самым худшим было то, что и признаков того, что она ушла — тоже не было. Это испугало и насторожило мужчину. «Не могла же она просто взять и исчезнуть, как самый настоящий призрак?» Кристиан отдышался и успокоился, для более внимательных поисков нужно думать на холодную голову. Он хотел никогда больше не прикасаться к гробу и не подходить к нему, но именно там и спала его возлюбленная жена. Именно, что спала — он видел, как подымалась и опускалась её грудь. Кристиан не хочет знать, каждую ли ночь после его отъезда Эрика спала в этом, но больше она здесь спать не будет. Решив так, мужчина наклонился к ней, после чего очень медленно и очень осторожно, стараясь не разбудить, хотя она и так спала очень крепко; взял её худое тело на руки и, прижав ближе к себе, перенёс её в свою (их общую теперь) спальню, на постель, затем лёг рядом. Пара спала до наступления утра.