Лето того года

-Диппер! — Мэйбл, сбросив оцепенение бросилась к брату, дрожащими руками принявшись ощупывать влажную кожу, — Боже что… что случилось? -Я… — Диппер всхлипнул, хватаясь за руки близняшки и заглядывая в глаза напротив, — Я н-не знаю… Мэйбл, это… — он судорожно вздохнул, пытаясь избавиться от душащих рыданий. Воздуха в лёгких не хватало, голова раскалывалась, и слёзы мешали говорить. Его не отпускал ужас от произошедшего, и от отголосков боли била мелкая дрожь. Он зажмурился и рвано выдохнул, прежде чем произнести имя, как он считал давно мёртвого демона. -Билл. Это был Билл Сайфер. -Что? — неверяще, с ужасом шепнула старшая Пайнс, — Братец, ты бредишь… он… он ведь мертв… -Значит нет, — Диппер еле подавил истеричный смешок и поднял глаза, — Нам надо вернуться Мэйбл. Срочно. Сейчас. Происходившее в тот день Диппер помнил смутно, через мутную пелену сковавшего лёгкие ужаса, словно старую фотопленку. Воспоминания были нечёткими и обрывистыми, и он с трудом понимал абсурдность собственных действий. Он как мог объяснил происходящее сестре, опуская самые жуткие детали, и рассказал об «условии» Билла. Потом они какое-то время просто молчали, Мэйбл — обдумывая происходящее, Диппер — пытаясь прийти в себя. В голове осели последние слова демона, и Пайнс точно знал — он действительно пожалеет, если не вернётся. Не только потому что чертовски зол будет Билл, но и потому, что если он не разберётся с происходящим то будет корить себя ещё очень долго. Они оба знали что должны вернуться. А значит — сбежать. Для младшего Пайнса это было давно очевидным решением, но вот Мэйбл до конца хотелось верить, что они смогут уговорить родителей на лето в Гравити Фолз. Вот только сейчас времени на уговоры уже не было. И пока шатен быстро скидывал самое необходимое в сумку, Мэйбл звонила в Хижину и дядям, а после оставила записку для родителей. Ей ужасно не хотелось поступать так, но… ей всё же пришлось смириться — родители им никогда не поверят и не поймут, что они видели там. И они не поймут, насколько далеко всё может зайти, если разозлить демона. До автовокзала брата тоже вела старшая Пайнс, и билеты покупала она, видя в какой растерянности сейчас вечно собранный Диппер, ушедший в свои мысли. И автобус они ждали почти бесконечно долго, стоя под жарким Калифорнийским солнцем, и убивая каждую секунду бесцельно. Так казалось тогда Дипперу. Впрочем, для него время и вовсе превратилось в неподдающуюся описанию субстанцию. Оно перестало существовать, работать по своим вечным законам, как будто в часовом механизме судьбы со скрежетом сломались идущие стрелки. Остались только смех и кровь из воспоминаний. Он снова и снова прокручивал в голове случившееся годы назад, днями раньше, этой ночью… Как такое могло случиться? Он был уверен что Сайфер побежден, но вот он снова появился в его жизни, в который раз сбивая с привычного курса. Как он смог побороть барьер Гравити Фолз? Как просочился на материальный уровень? Почему выбрал Диппера для своих подлых игр? Зачем он понадобился ему в городе? Слишком много вопросов крутилось в голове подростка. И ответов на них не было совсем. Это сводило с ума не хуже адской агонии, занимало все мысли и не давало вернуться в реальность. -Диппер? — голос сестры порывом холодного ветра ворвался в воспалённое сознание. -Да? — пару раз моргнув и переведя взгляд на Мэйбл произнес Диппер. -Ты так ничего и не сказал после того как мы ушли, — сестра опустила взгляд и сжала тонкими пальцами край яркого свитера. Дипперу стало не по себе от такого несвойственного Мэйбл жеста. Его даже потревожила на секунду совесть, всё же, не стоило сбрасывать груз ответственности на близняшку, пусть и на такой короткий срок. -Прости Мэй, просто… — шатен взъерошил волосы и усмехнулся, — Просто задумался. Я не совсем уверен в том, что мы должны сделать когда вернёмся. Да и эта ночь… была не самой веселой. -Думаю сейчас главное просто вернуться, — Пайнс глянула в окно автобуса, и задумалась ненадолго, — Выполнять требования террориста это плохая идея, но… -Но больше нам ничего не остаётся, — Диппер вздохнул, нервно поправляя воротник футболки, — В Сан-Франциско нет ничего что могло бы помочь или защитить нас, даже стоящих записей. А если мы вернёмся… Может, в Хижине я смогу найти копии дневников, которые делал дядя Стэн, или просто записи Форда… -Они обещали приехать, — Мэйбл поймала непонимающий взгляд и добавила уже не совсем уверенно, — Я звонила им, пока ты собирал вещи. Трубку взял Форд, и когда я передала твои слова, сказал что они обязательно приедут, и что в подвале Хижины осталось оборудование которое может помочь. Кажется, он был напуган. Диппер кое-как подавил нервный смешок, и сцепил пальцы, чтобы не начать, как всегда в моменты переживаний, что-то в них вертеть. Он бы сказал что на его месте тоже испугался бы, если бы ему самому не приходилось бороться с нервной дрожью. -Спасибо, Мэй. И как я сам не додумался им позвонить… — он нервно выдохнул, и снова взъерошил волосы, — Если они вернутся, мы точно справимся. Найдем какой-то ритуал, или новый способ его убить, или запереть где-то, и… Голос мальчика постепенно затихал, и в итоге перешёл на тихое нервное бормотание, сопровождаемое пустым взглядом и забавными — как всегда казалось Мэйбл — движениями пальцев, будто он работал на счетах. -Хэй, бро-бро, — она постаралась как можно теплее улыбнуться, положив руку на плечо брату, и заглянула в карие глаза, — Мы со всем справимся. Диппер замолчал, прервав свои размышления, и пару секунд смотрел в никуда, пытаясь поверить в слова сестры. А потом тоже улыбнулся — немного вымученно и устало. -Конечно. Мистические близнецы? -Снова в деле! — протянула девушка и порывисто обняла брата. За окном проносились деревья редкого леса и бесконечная дорога. На задворках сознания тихо хихикнули. О, Сосновое Деревце, ещё чуть-чуть…

***

Спустя несколько часов утомительной дороги они наконец добрались до города, приветствуемые лишь старым деревянным указателем. «Добро пожаловать в Гравити Фолз! Смотреть тут не на что». Часы на руке старшей Пайнс показывали семь вечера. Солнце катилось к горизонту, но ещё вполне ясно освещало лесную чащу и весь Гравити Фолз. До Хижины Чудес близнецы решили идти через лес — так было быстрее, они ещё помнили, да и просто пройтись по старым тропинкам было приятно. Вокруг было тихо, на удивление прохладно, пахло хвоей и сырой землёй. Наверное, недавно прошел дождь. Под ногами шуршали опавшие иголки, и свежая трава. Мэйбл не переставая о чем-то говорила, и Диппер подумал, что она почти не изменилась с тех пор, как они впервые попали в этот городок. На ней всё такой же розовый свитер с падающей звездой, уже не такой яркий, с рукавами, недостающими пару сантиметров до запястий, и дурацкие джинсы с яркими патчами, но она выглядит в этом до безумия правильно. Каштановые волосы как всегда пребывают в беспорядке, розовый ободок сменился на такого же цвета заколки с сердечками и смайликами, а сияющая улыбка и веселье в светло-карих, словно карамельных глазах заставляют и Диппера чуть улыбнуться, на секунду забыв о причине их визита. В любом случае — он рад вернуться. Он сам одет в синюю толстовку, джинсы и кеды, и в принципе ничем не отличается от обычного подростка. И он зачем-то нацепил эту одолженную Венди шапку. Нет, он не знает зачем. Просто выходя из дома не смог оставить потрёпанный головной убор лежать на полке, даже не смотря на всю свою отрешённость. Может, этим он и отличается от нормального подростка — своей привязанностью к ненормальному прошлому. Они шли по лесу около получаса, не слишком торопясь чтобы попасть в Хижину. Диппер думал, что было бы неплохо встретить кого-то из знакомых им существ. Гномов в их забавных ярких колпаках, фей или кого-то ещё, но в этой части леса они не появлялись — слишком близко к городу и людям. Ещё неплохо было бы выспаться… Мэйбл щебетала о том, как весело будет снова встретиться с подругами, и о том, что этим летом она точно найдет нормального парня. Диппер закатывал глаза. Она говорит так каждый год, и всегда это заканчивается чем-то грандиозно-кошмарным, и ему приходится её в очередной раз спасать. Вся эта бессмысленная болтовня старшей Пайнс — лишь попытка вернуть брата в нормальное состояние, и хотя он этого не понимает, всё равно улыбается, тепло и как-то по детски. Когда за ровными рядами сосен, из-за огромного валуна показалась Хижина, его улыбка стала ещё шире. Всё тот же тотем рядом с ней, так и не выцветший до конца, но потерявший чёткие очертания «гигантский кекс» на водонапорной башне, новые, яркие, но всё такие же по содержанию флаеры Хижины у входа. Он соскучился по этому месту. Дверь совсем тихо скрипит при входе и над ней звенит забавный колокольчик. Первый зал был все так же обставлен псевдо-диковинками, экспонатами и чучелами несуществующих монстров. Пахло старой бумагой, деревом, травами и почему-то коньяком. За кассой стояла молодая рыжеволосая девушка, в красной клетчатой рубашке, поверх темной футболки с пумой. Почти не изменившаяся. На столе, рядом с ней, были разбросаны рекламные флаеры Хижины, стояла почти пустая бутылка с нечитаемой этикеткой — источник алкогольного запаха. Несколько туристов ходили между рядов с сувенирами, громко переговариваясь, а голоса целой группы доносились из зала. -Венди! — Мэйбл, не медля ни секунды, бросила сумку, украшенную яркими наклейками, и подскочила к старой подруге. Кордрой немного опешила от неожиданности, но когда Пайнс обняла её, то ответила тут же, широко улыбнувшись. -Мэйбл! — она засмеялась, ероша и без того растрепанные волосы, и глядя на стоящего рядом мальчика, — Диппер, привет! -Привет, Венди. Мы скучали, — Пайнс подошёл ближе, тихо смеясь. Они переписывались с ней и Зусом всё это время. Мэйбл иногда созванивалась, чаще всего по праздникам, и обязательно тащила к телефону Диппера. Также она общалась с Кэнди и Грендой — электронными письмами, в соцсетях и частыми звонками. Забывать Гравити Фолз и таких близких друзей близнецы все четыре года упорно не желали. И тем не менее, сегодняшний звонок Мэйбл и торопливое извещение о скором приезде немного шокировало и Кордрой, теперь выполнявшей обязанности кого-то вроде администратора, и Зуса, нового Мистера-Загадку, хотя они и были безусловно рады. -Мы не слишком поздно? — шатенка отстранилась, обернувшись на брата. -Не думаю, — Венди, поправив бейджик на рубашке, кивнула на вход в основной зал с экспонатами, — Но у Зуса экскурсия, они только начали. Это на час-полтора. -Может мы пока отнесем вещи? — Диппер задумчиво глянул на стоящие на полу сумки. Их было всего две, к тому же небольших. -Да, чердак всё так же ваш, — Кордрой достала из ящика стола старый ключ, и кинула шатену, — Там немного пыльно, мы им почти не пользуемся, так что ничего не поменялось. Диппер кивнул, ловя ключ на тонкой цепочке, и чуть улыбнулся, оглядывая зал. -Тут многое изменилось, — проговорил он, снова взглянув на старую подругу, — Но мы как будто и не уезжали… -Знаешь, Дипп, — хмыкнула девушка, выходя из-за кассы, и усмехаясь, — Я живу в Гравити Фолз всю жизнь, и тут не меняется почти ничего. Иногда кажется, что наш город застыл во времени. -Может и так… — Диппер улыбнулся, и протяжно зевнул, прикрыв ладонью. Долгая дорога и трудная ночь немало утомили мальчишку, и в сон клонило жутко, что не могло укрыться от взглядов Венди и Мэйбл. -Диппер, ты выглядишь так, будто готов заснуть стоя, — хихикнула старшая Пайнс, глядя на брата. -Да, Дипп, ты будто не спал пол жизни, — Кордрой хмыкнула и, бросив взгляд в зал, продолжила, — Может пока поспишь? Вы ведь ехали почти весь день, ничего удивительного в том, что ты похож на варёный овощ. -Я не похож на «варёный овощ»! — возмутился парень, забавно вскинув брови, но встретился со скептическим взглядами девушек, и надулся, совсем как ребенок, — Знаете что, вы… Мэйбл рассмеялась, не дав брату договорить, и Венди, продержавшись всего минуту, присоединилась к ней. -Прости, прости, просто ты такой милый, — Пайнс посмотрела на брата снова, и продолжила смеяться. Диппер, не долго сопротивляясь расползающейся по губам улыбке, присоединился к ним. Он не обижался всерьёз, просто природная вредность брала своё. --Иди, Дипп, всё равно впереди целое лето, — хмыкнула Венди, оглядев сонное лицо парня, — А общаться с тобой полуживым далеко не так весело. -Ладно, хорошо, — Диппер фыркнул, подхватив сумки, — А то с вами спорить… Он не договорил, снова фыркнул, и направился к лестнице. Забавно, что в первые минуты их приезда, его тут же отправили в спальню. -Хэй, Дипп! — окликнула его подруга детства. -Да? -Я рада что вы вернулись, — искренне улыбнулась Венди, и Диппер ответил ей тем же. Мэйбл осталась внизу, о чём-то увлеченно расспрашивая Кордрой. Кажется, что-то о том, как там сейчас Робби с Тембри и прочие их старые друзья. Диппер же поднялся на второй этаж, и открыв дверь в их старую комнату, вошёл внутрь. Все так же, как и четыре года назад, словно в Хижине время действительно застыло. Та же мебель, сложенные стопкой журналы, книги, та же паутина под потолком, каминная труба, странные засечки на дереве под крышей. Фотографии, заметки, вырезки из газет, бинокль и огромный зуб какой-то неизвестной твари — над кроватью Диппера, и плакаты, фотографии подруг, старая гирлянда — у Мэйбл. На её кровати искристо-розовое одеяло, которое она купила в каком-то магазинчике Гравити Фолз, сейчас немного выцветшее, а у Диппера — старый синеватый плед, и пара белых подушек сверху. Небольшой столик, который стоит между их кроватями, словно разделен на две части. На одной — керосиновая лампа, листы из старых книг (и сами книги под столом), какие-то записки и заметки, вышедшая из строя в последние дни того лета рация. На второй — вязальные нитки, спицы, баночки с блёстками, девчачьи журналы, пушистый блокнот (Мэйбл потом долго причитала что забыла его) и куча карандашей. Они оставили здесь много вещей, и было даже странно понимать, что всё это было так давно. Интересно, почему Венди с Зусом их не убрали?.. На полу лежал, старый как мир, непонятного цвета ковер, а в потолочных балках кто-то свил гнездо. Треугольное окно, как диковинка этой комнаты тоже привлекало внимание. Свет из него падал на пол, в паре сантиметров от Диппера, отливая золотом вечернего солнца. Мальчик чуть усмехнулся уголками губ. -Треугольники тут, треугольники там, — сумки летят на пол, а сам Диппер падает на кровать, истощенный долгой поездкой, и прикрывает глаза ладонью, устало вздыхая, — Когда же ты оставишь меня, Сайфер?..

***

Он засыпает очень быстро, почему-то полностью это осознавая. Словно считая каждую минуту с которой его сознание поглощала вязкая тьма… И от того так странно ему было очнуться. Он словно тонул, а теперь наконец вынырнул на поверхность с жадным вдохом. Диппер стоял в темном коридоре, хмурясь и оглядываясь. Таким измерение снов он ещё не видел. Стены, оформленные деревом и тканевыми обоями, были словно украдены из старинного английского замка. Потолки терялись где-то в темноте. Было холодно, и казалось что ещё немного и в огромном коридоре запрет ветер Единственным источником тусклого света были через одну горящие свечи в канделябрах, развешанных на стенах, между украшающими их портретами. Именно они привлекли внимание мальчишки, и он подошёл ближе чтобы их рассмотреть. Лица на полотнах были невероятно красивыми, добрыми и мудрыми. Прекрасные дамы в светлых платьях и украшениях, увенчанных драгоценными камнями. Благородные мужчины в узорчатых камзолах, с громоздкими кольцами и медалями. Их глаза словно лучились искренностью и добротой, вызывая доверие. Но стоило мальчику пройти несколько метров — и они начали становиться важнее и надменней. Всё больше золота они вешали себе на шеи и руки, всё грубее становились их лица и холоднее глаза. Они смотрели уже с насмешкой и издевкой, с превосходством, и их теперь трудно было назвать столь прекрасными. Ещё через десяток шагов они стали попросту жестокими, а ещё дальше — безрадостными и злобными. Словно их обладатели — королевской красоты люди, в роскошных одеждах и с ненавистью в нечеловеческих глазах, были злы на весь свет, и ничего кроме этой злости не знали. Диппер хмурился, рассматривая старинные полотна, и ему казалось что они смотрят в ответ. И почему они оказались в его сне?.. Самый последний портрет, перед поворотом в другой коридор, изображал высокого светловолосого мужчину. Он был удивительно красив — светлая кожа, почти идеальные черты лица, необычный золотой глаз. Второй был закрыт темной бархатной повязкой. И одет он был роскошнее всех прочих людей, хотя и в тёмные одежды, и золотых украшений на нём было немало. Голову его венчал золотой обруч с изображенным глазом. И этот мужчина тоже смотрел с такой страшной злобой, превосходством, насмешкой… у Диппера перехватило дыхание. Он казался ему знакомым. Безумие, плескавшееся в золотом взгляде было ему хорошо известно, но он не мог понять откуда, ведь этого человека он точно никогда не встречал. Не особо задумываясь о своих действиях, подросток протянул руку и провел кончиками пальцев по холсту. Взгляд мужчины будто стал на секунду изумленным, даже… испуганным? Диппер посмотрел на него пристально, но спустя мгновение не увидел ничего кроме холода и жестокости. Он уже видел где-то этот взгляд — сумасшедший, жестокий и насмешливый, как маска, как защита. Нахмурившись он снова провел по рельефным контурам краски старого портрета. -Кто же ты? — он знал что ему не ответят, и все же произнес это вслух. В последний раз взглянув на холст, и обернувшись на всякий случай назад, он выдохнул и кинулся за угол, сорвался на бег. Лица на портретах, всех кроме последнего, были искажены до неузнаваемости. Они кривлялись, кричали, смеялись, высовываясь из рам и махая когтистыми руками, а глаза их горели гневом и голодом. Нечеловеческие глаза. Липкий ужас пробежался по каждому уголку сознания Пайнса. Он бежал долго, сворачивая наугад, и коридоры, как в лабиринте, сменялись один на другой, но не заканчивались. Он уже успел выдохнуться, когда зашёл в тупик. Со всех сторон раздался механический смех, и мальчик вздрогнул. Диппер едва сам не засмеялся, от осознания своей глупости и страха. Он ведь в ловушке, в его мире, измерении, где все идёт так как он хочет. И бежать бесполезно, всё равно придёшь туда, куда приведёт демон, как ягнёнка на заклание. -Верно мыслишь, Сосна, — Диппер готов был поклясться что это произнесли над самым его ухом, но когда обернулся то никого не увидел. Вокруг были лишь темные стены, — Говорил же, иногда ты очень умный мальчик. Он снова смеётся, земля уходит из-под ног, и Диппер падает вниз. Он зажмуривается, сердце набирает совсем уж ненормальную скорость, кажется ещё чуть-чуть — и остановиться. Ужас поглощает каждую клеточку тела в ожидании падения. В ушах свистит воздух, перед глазами сгущается тьма. Пайнс падает долго, задыхаясь от страха, но так и не проронив ни звука. Ему казалось унизительным забавлять демона своими криками, тем более зная, что это только кошмар. Когда каждый нерв пронзает резкая боль у него перехватывает дыхание, словно лёгкие сдавили железными тисками. В уголках глаз выступают хрустальные слезы, а в голове звенит. Перед глазами все расплывается, но Диппер все же понимает, что теперь находится в какой-то комнате. Когда боль чуть утихает, он оглядывается. Здесь нет окон и дверей, будто это всего лишь декорация. Вся мебель дорогая, выполненная в английском стиле, века, эдак, семнадцатого. Из источников света только свечи и камин, над которым в позолоченной вычурной рамке висит портрет Сайфера. Всё вокруг просто кричит о величии и власти хозяина измерения. -Нравится, а Сосенка? — голос снова слишком близко и Диппер вздрогнув оборачивается. На этот раз он видит его. Треугольник парит в паре метров над землей, с ехидством глядя на мальчонку единственным глазом, и мальчик думает, что чертовски странно, что в первых снах Билл явно был в человеческом «облике», но сейчас предпочёл свою старую форму. Пайнс затравленно смотрит на демона, все ещё рвано дыша, и пытаясь выглядеть храбрым. -Сайфер, — змеёй шипит подросток, поднимаясь на ноги, — Чего тебе надо? -Что так сразу к делу? Ещё и так грубо? — притворно удивляется демон, и отлетев, садится в кресло, — Даже чаю не выпьешь? Демон щелкает пальцами и Диппера буквально отбрасывает в другое кресло, ещё один щелчок — и рядом уже парит сервиз. Он чуть наклоняет кисть и тут же поочередно наполняются чашки. Одна плавно подплывает к Пайнсу, другая к Биллу. Диппер медлит. С одной стороны злить демона в мире где он фактически всесилен — дурная затея, с другой… мало ли что за игру он придумал? Хотя поводов для жестокости у него сейчас быть не должно, думает Диппер, ведь он выполнил его условие — вернулся в город. Может, выйдет договориться? Подросток, задумавшись опустил взгляд на чашку. На вид чай как чай, ничего необычного. Ни крови, ни плавающих в жидкости глаз, ни даже запаха яда. Всё же помедлив ещё секунду он делает глоток. И впрямь, ничего страшного… даже странно. Билл пристально на него смотрит, словно раздумывая о том, что делать дальше. Все мысли мальчишки у него как на ладони, и его предложение о том, что они могли бы разойтись без лишней крови забавляет демона. Это было бы быстро, просто, и очень скучно. Впрочем, Билл мог бы подумать об этом, не будь одного «но» — Диппер Пайнс был слишком упрям, прямо как и его несносный, по мнению Сайфера, дядюшка. Мальчишка вряд ли пойдет на сделку опять, после того что было в прошлом… Даже так, Билл был уверен, он в конце концов получит то, что ему нужно. Разве что на это уйдет больше времени. Но он никуда не торопится — время на веселье всегда найдется, ведь так? -Как добрался, Сосенка? В дороге не укачало? — «заботливо» интересуется демон, наконец начиная разговор. Диппер даже облегчённо выдыхает, ведь долгая тишина уже начинала давить на него, — Я смотрю, ты устал, раз сразу отключился. -Да, знаешь, после нескольких суток без сна и жуткого кошмара, устаешь быстро, — прищурился Пайнс, с раздражением глядя в единственный глаз собеседника, — За всё это тебе, конечно, персональная благодарность. -Обращайся, малой, — хмыкает демон, про себя отмечая наглость мальчишки, — К слову, мы могли бы избежать этого, если бы ты делал что велено. Но ты у нас упрямый маленький саженец, да? -Да, — шатен огрызается, сжимая хрупкую чашку чуть ли не до хруста, и выдыхает, пытаясь успокоиться. От этого места, разговора и в особенности собеседника ему не по себе. Он хочет проснуться, но понимает что так просто его не отпустят. -Зачем я тебе нужен здесь, так, к слову? -Ну вот ты опять возвращаешься к скучным темам, — притворно-обиженно вздохнул Билл, скучающе наблюдая как фарфоровая чашка крутиться в воздухе, расплёскивая чай, который испарялся, не долетая до пола. Это казалось до жути глупым, учитывая происходящее. -Неужели так не терпится избавиться от моей компании? -Ты конечно не поверишь, но да. Зачем я тебе нужен? — повторяет Диппер, пытаясь быть как можно уверенней. Прячет старый страх за этим. Наивный. Ведь демон прекрасно видит, чувствует все его эмоции. Его страх, беспомощность, одиночество. Именно таким он был забавнее всего, как казалось Биллу — не сломанным, но напуганным и от этого злобным. -Что же ты такой упёртый… — Сайфер изобразил усталый вздох, щёлкнув пальцами, и чашки рассыпались голубыми искрами, — Я хочу заключить с тобой сделку, — ровно произнес он глядя прямо на мальчика. Он ведь изменился. Бледная кожа, светлые веснушки, непослушные мягкие кудряшки, аккуратные черты лица… О, и глаза! Эти омуты темно-шоколадного цвета действительно были зеркалом души. Душа. Вот что и впрямь интересовало Билла. Ты хоть представляешь какая у тебя душа, Сосновое Деревце? — мысленно ухмылялся он. Настоящая редкость в мире людей. Чистая, невинная, почти нетронутая человеческими грехами. Почти. Где-то там внутри все же клубились вязким туманом злость, обиды, страхи. Последние больше всего позабавили Сайфера. Почему бы не сыграть на них? -Нет. — о, он ожидал этот ответ, — Больше никогда, Сайфер. Я помню что случилось в прошлый раз, и больше не буду участвовать в твоих играх! -Но ты уже участвуешь, Сосна! — засмеялся демон, вновь щёлкнув черными пальцами. Свет померк, и пространство словно перестало существовать, как в тех первых кошмарах. Диппер ничего не видел, но ощущал колкий холод и страх. -Выбирай, Деревце, услуга или жизнь? — будто отовсюду сразу раздался голос Билла. -Иди к черту, Сайфер, — прошипел мальчик, пытаясь оглядеться. -Значит, выбираешь второе? Всё тело скрутило от адской боли, и Диппер не смог сдержать вскрика. Словно все кости в теле медленно прокручивали, ломали, осколки вгоняя в кожу или органы. В голове стоял гул, и череп словно разрывался. Перед глазами заплясали алые вспышки. -Увидимся позже, малой. Тебе пора просыпаться.

***

После этого он ещё с полчаса отбивался от Мэйбл, устроившей ему допрос с пристрастием. Шатенку сильно испугало то, что когда она зашла в комнату брат кричал во сне, а тот чувствовал себя последней сволочью отнекиваясь и не говоря правду. Ему не хотелось признавать, что он беззащитен перед их давним врагом. -Я просто устал, Мэйбл, — в который раз вымученно улыбнулся Пайнс, — и спрятал дрожащие руки под пледом, — Все хорошо. -Это Билл? Снова? — хмурится она, не сдаваясь, — Диппер, просто скажи уже мне, что он сделал! Я могу позвонить дяде Форду. Они обещали разобраться с делами и сразу же вернуться, но… -Мэйбл, — он произносит это с нажимом, привлекая к себе внимание близняшки, — Всё в порядке. Правда. Это просто кошмары, они снились мне и раньше. -Хорошо, — через паузу вздыхает девушка, отводя взгляд. Она не верит, нет, но оставляет брата сказав что-то о том, что ему стоит спуститься. Диппер смотрит ей вслед, а потом тяжело выдохнув, впивается ногтями в кожу и смотрит в никуда. Он не в порядке. Ему страшно. Чертовски. Так, как не было уже очень давно. Ему хочется сбежать от боли, от воспоминаний о ней, и от него. Вот только он знает, от демона не спрячешься. Он у него в подкорке, записан на жёсткий диск. Сколько он уже сидит у него в голове? Как долго его навязчивый шепот он не мог отличить от собственных мыслей? На что готов сейчас Сайфер, чтобы получить желаемое? И главное — что? Дипперу, пожалуй, стоило выслушать условия сделки, чтобы хотя бы знать чего хочет Билл. Но в тот момент в нем слишком сильны были страх и злость. Одно Пайнс знал точно — просто так Сайфер его не оставит. Он будет преследовать его, сведёт с ума, разрушит до основания, лишь бы добиться своей цели. Больше не будет как в их первую сделку, Диппер был уверен. Он — вирус. А с вирусами надо бороться. Только этот вряд ли сотрёшь. Диппер отстраненно стирает из уголков глаз выступившую влагу, не успевшую ещё прочертить соленые дорожки на щеках, и встаёт с кровати. Холодная вода в ванной привычно отрезвляет, скатываясь по коже, и он даже вяло улыбается себе в зеркале. Уже не кричит — лишь вздрагивает — когда глаза отражения на секунду желтеют, и жуткий оскал украшает губы. -Придумай что-то ещё, Сайфер, — тихо кидает он выходя из тесной комнатушки. -О, я придумаю, Деревце, — злорадно ухмыльнулось отражение, проводя его взглядом, — Будь уверен… Диппер этого не слышал. Оно и к лучшему, да?

***

Оказалось он не проспал и двух часов. Экскурсия, по словам сестры, недавно закончилась, и люди разошлись — кто ушел, кто остался присмотреть сувениров. И стоило Дипперу спуститься вниз, едва уловив людские голоса, как он тут же угодил в крепкие объятия старого друга. -Чувак, я так соскучился по вам! — произнес Зус, сильнее сжимая Диппера в руках, — Мы так ждали когда вы наконец приедите! -Я тоже Зус… — прохрипел Пайнс, улыбаясь и похлопывая друга по спине, — Но… воздуха… -Прости, — тут же спохватился он, и отстранился от Диппера. Мальчик улыбнулся и окинул его взглядом. Выглаженный костюм, похожий на тот, что носил дядя Стэн, феска, им же подаренная, и трость делали его уже совсем другим человеком. Но судя по всему, несмотря на немалую ответственность, Зус так и остался добрым и немного неуклюжим парнем и их другом. Сзади тихо засмеялись, от картины задыхавшегося в объятиях Диппера, Венди и Мэйбл, захрюкал Пухля. Пухля? Парень перевел удивленный взгляд на поросёнка, заметно увеличившегося за прошедшее время. Ещё когда они приехали из Гравити Фолз родители были жутко недовольны тем, что Мэйбл привезла домой Пухлю, но год усердно терпели. Только год. Потом, когда их отправили к тётушке, они с каким-то знакомым отправили его назад в Хижину. У Мэйбл, когда она узнала, была жуткая истерика, и Дипперу стоило больших усилий вытащить её из их тайного убежища. Потом она ещё несколько недель не разговаривала с родителями, и ходила в черном, будто в трауре, что было и вовсе жутко для вечно жизнерадостной Пайнс-старшей. Сейчас же сестрёнка радостно улыбалась, и прижимала к себе немалых размеров поросёнка, так, словно он ничего не весил. Диппер чуть улыбнулся. Мэйбл такая Мэйбл… Вечер прошел шумно и весело, и близнецы даже не вспомнили о цели своего визита, позволив себе недолго побыть детьми. Теми детьми, что четыре года назад, также как и сейчас, собирались перед старым барахлящим телевизором и смотрели не надоедающего «Уткатива» или глупые ужастики Гравити-Фолз. Они, так же как и раньше, смеялись, глупо комментировали происходящее и просто дурачились. Мэйбл смастерила себе рожки и усы из того, что нашла на чердаке, и закатывая глаза бегала за Диппером и Венди, а Зус вместе с ней, приговаривая «мозги, я хочу ваши мозги…». Наверное, в Хижине давно не было так шумно… Даже не смотря на то, что «компания» поредела, а их друзья повзрослели, не смотря на то, что Хижина и сам город изменились, а привел их сюда все тот же демон разума, это был один из лучших вечеров в жизни Пайнсов за последние несколько лет. Потом, уже за полночь, когда близнецы вполголоса лениво переговаривались лёжа в кроватях, Дипперу позвонили родители. Они, наконец, хватились детей и на повышенных тонах выясняли где пропадают их чада. Конечно, их можно было понять, и откровенно говоря — нужно было, ведь у них буквально пропали двое несовершеннолетних взбалмошных подростка, но Диппер не хотел. Не хотел понимать, принимать и просто слышать о родителях хотя бы пару дней. Несмотря на то, что последняя их ссора была не такой уж и громкой, Диппер был обижен. Так бывало почти всегда когда он в очередной раз делал, что-то не оправдывающее их надежд. В общих чертах, их разговор был очередным скандалом. Отец что-то орал в трубку и угрожал забрать их завтра же, а мать стараясь держать голос ровным отчитывала сына. Сын так же ровно, пытаясь не язвить и не срываться, отвечал им. Диппер не боялся. Может, это и не было плюсом, но он от чего-то знал, его попросту не отпустят из города пока он не сделает то, что должен, и родители не смогут ничего сделать. Билл просто не даст ему уйти пока он не сыграет свою партию, пока демону не надоест играть. Или пока он сам не прервет игру. В конце Диппер просто бросил трубку послав все к черту. В конце концов, если за ним действительно приедут он просто сбежит к Кордрой, или, в крайнем случае, в лес к Мультимедведю. Да. И плевать, что решение странное, и проблема от этого не исчезнет. Дипперу надоело пытаться быть хорошим сыном…

***

Тёмный коридор, медленные и тяжёлые шаги, отдающиеся гулом от стен. Кто-то… или что-то, сокрытое тёмным балахоном подходило к большому черному, словно беззвëздная ночь, зеркалу, в золотой оправе. Это «что-то» легко провело по нему пальцем, тихо произнося: — Скоро… ещё немного, и ты будешь вновь свободен… Увидев как по зеркалу пошли почти невидимые трещины, таинственный посетитель легко улыбнулся и направился в сторону точки начала пути. По ту сторону «озёрной глади» появилась другая тень, взглянувшая на трещину. — И правда, скоро…