Лилия в огне

      — Если я еще хоть раз!.. — вся хижина содрогнулась от яростного крика. Бельчонок затрясся и спрятался в кафтан хозяина. Два дракона, два страшных монстра, двое безжалостных убийц, двое верных слуг… В панике начали перебирать в голове все свои реальные и потенциальные грехи.       — Если я еще хоть раз не досчитаюсь провизии на следующую неделю! — в дверях появился щуплый феминный мальчик, чья аура вопила: «Я готов убивать насмерть». Юн был меньше своих друзей и по возрасту, и по росту, но, как верная «матушка» группы, вызывал бесконечный ужас. — Киджа!       Целью стал белый дракон, попутно прощавшийся с жизнью.       — А-а что я? А я ничего не брал! Ты же знаешь, я не посмею лишить принцессу ни одной крошки ед… — он начал маниакально лепетать, оглядываясь по сторонам в поисках поддержки.       Терминатор моментально переключился на другой угол комнаты.       — Шинья! — Парень в мехах и жуткой маске виновато замотал головой. — Что ты отнекиваешься? Ты брал наш запас орехов?       Ответ снова был отрицательным.       — А, может, это твоя белка? Ещё одна такая выходка и я пущу ее на шашлык!— разумеется, подобного живодерства в планах у Юна не было, но пар выпустить хотелось. Эти раздолбаи, может, и были легендарными воинами, но без его гениальности и невероятной красоты не протянули бы и недели.       — Чего орем? — Хак оперся на дверной проем, лениво чавкая яблоком.       Юн повернул на него голову, высвобождая демоническую мощь.       — Зверь… поделись секретом, где ты взял еду?       — Нашел. — высокий плечистый парень не был обременен таким качеством, как беспокойство. По крайней мере, относительно ругани Юна.       На секунду мальчик выдохнул, убедившись в безопасности своих запасов. Но лишь на секунду.       — Погоди, а как ты понял, что оно не ядовитое?       — А никак. Ты же не дашь мне умереть?       Синий и белый драконы благодарили судьбу за то, что внимание ушло с них, в то время как Юн предпринимал попытки выбить из друга идиотизм.       — Кстати, а где принцесса? Тренируется? — в моменты, когда он говорил о Йоне, Киджа напоминал золотистого ретривера, который беспокойно ждал хозяина с работы.       Хак ответил, увернувшись от пролетевшей мимо метлы:       — Говорит о чем-то с Ик-Су и Жёлтым, — тон у него был совершенно будничный.       Однако атмосфера среди драконов в миг переменилась. Они знали, чего касался диалог. Как бы они ни пытались это игнорировать, то странное чувство, скребущееся на задворках сознания, никуда не проходило. Всё началось за неделю до этого.       Джи-Ха оттолкнулся от верхушки дерева. Лес был местами молодым и ветки порой гнулись слишком сильно. Вот и этот прыжок оказался смазанным. Красоваться было не перед кем, но в отношении своих сил зеленый дракон всегда ждал элегантности. Воздух свистел в ушах, россыпь облаков наполняли его влагой. Джи-Ха любил ощущение взлета так же, как чувство падения. Когда ты на несколько секунд оказываешься в пропасти, не контролируемый никем и ничем, сердце замирает и сжимается: сможешь приземлиться в этот раз?       Кто бы мог подумать, что одному из самых говорливых участников компании так необходима тишина? Поначалу друзья думали, что он шастает по борделям: кто в шутку, кто всерьез. «Я всегда знал, что у тебя извращённая натура, змеюка», «Джи-Ха! Не стесняйся своих потребностей, я не смею ограничивать тебя в этом!». Да уж… от нее это звучало особенного обидно. Но такова была принцесса: забота о других для нее была на первом месте.       Шутки прекратились, когда его заметил Зено. Жёлтый дракон до сих пор был для него загадкой. Он всегда шутлив, прост, глуп — на первый взгляд. Сперва Джи-Ха решил, что в их поколении произошла ошибка, выдавшая «дефект». Но немного наблюдений привели к интересному умозаключению: в этом бестолковом парнишке больше мудрости и понимания, чем в них всех вместе взятых.       Новый прыжок вышел лучше — зелёный дракон смог протолкнуться сквозь низкие облака. Местность была довольно однообразной. Он скучал по морскому воздуху и портовой жизни. Он скучал по… дому? В голове пронеслось: «Нет». Его дом был здесь. Его дом там, где друзья. Его там, где она. Драконья кровь сыграла с ним злую шутку. Если копнуть глубже, то и не только с ним, но копать он не хотел. Джи-Ха был рожден служить, но судьба подарила ему выбор.       Снова падение, снова сжимается сердце. Закрыть глаза, слиться с потоком и…       В груди больно кольнуло. Дракон дернулся и в последний момент успел зацепиться о крону дерева. Царапаясь, он свалился на землю, исступлённо глядя в небо. Что только что произошло?       Он почувствовал это. Очень далеко, неуловимо. Как слово, которое ты забыл, как упущенная мысль, как камушек, смытый волной. Что-то потерянное искало его. Оно рвалось к нему с чудовищной силой и при этом было абсолютно недосягаемо.       Джи-Ха взглянул на рукав одежды — порвался.       — Юн будет ворчать… А жаль, хороший был кафтан, — дракон говорил вслух, непонятно с кем и для чего. Он никак не мог оправиться от удивления, а в голове билась мысль: «Кто ты?»       С тех пор за неделю на месте успела побывать вся компания. Более того, с каждым разом расстояние уменьшалось по чуть-чуть. Было ясно — «оно» приближается.       Иногда разведка уставала, и Джи-Ха был вынужден тащить друзей на спине. Если Йону, несмотря на убийственный взгляд Хака, дракон с радостью был готов «прижимать к себе», сколько того требовала дорога, то остальных он катал не столь охотно. Киджа был сброшен вниз после первой же истерики из-за пролетавшей мимо мухи. Зено оказался до ужаса тяжёлым. Вся надежда была на Шинью и его пронзительный взгляд, но даже он не смог дотянуться своим чутьем до источника суматохи.       Так все пришло к тому, что друзья обратились за помощью к Ик-Су. В целом, этого и не требовалось — он уже всё знал. В настоящий момент он медитировал у водопада, а Йона ждала его ответа.       И вот поредевшая группа расположилась перед хижиной. Стояли теплые осенние дни, отпечатки прошедшего лета. Юн, отчаявшийся воспитать этих детей-переростков, принялся чистить картошку к ужину. Хак делал вид, что дремлет у дерева, надвинув на глаза неизвестно откуда взявшуюся соломенную шляпу. Киджа в этот момент кружил вокруг него с назойливыми просьбами устроить пробный поединок. В конце концов Зверь не выдержал:       — Жук. — бросил он, посмотрев куда-то за спину дракона.       Тот, пусть это и казалось невозможным, стал ещё более белым и начал истерично размахивать руками.       — Где?! Где-где-где?!       — Не «где», а «ты». Ты жук. Надоел. — Хак вновь отправился в мир сновидений.       На мгновение повисла тишина.       — Да как ты смеешь! Так оскорблять честь Белого дракона! Сначала «змея», а теперь м-мерзкое насекомое… — громкость их возни повысилась раза в три.       — Эй, Шинья, а где Джи-Ха? — спросил Юн, методично нарезая овощи, затем огляделся и добавил, — И Зено?       Синий дракон, до этого чертивший что-то веточкой на земле, указал пальцем в сторону юга. Да, он был, как всегда, немногословен. Но Юну это даже нравилось: иногда он мог болтать с ним часами, пока занимался домашними делами. Из-за маски он никогда не мог точно сказать, слушают ли его, но почему-то чувствовал, что да.       — Снова на разведке?       Кивок.       — Вы все ещё чувствуете… это?       Кивок.       — А на что это похоже?       — Мы чувствуем дракона, — тут уже подал голос Киджа, наконец угомонившись. — Я помню это с тех пор, как искал Шинью, Джи-Ха и… Зено не совсем считается, он сам пришел, — белый стал машинально царапать когтем рисунок на земле, чем сильно расстраивал соседа.       — Но разве это возможно? — мальчик так опешил, что высыпал ингредиенты мимо котла и, чертыхаясь, стал в срочном порядке промывать их.       В ответ он получил лишь тишину. Все, даже с виду не заинтересованный в разговоре Хак, будто в трансе повернулись в сторону водопада.       Ик-Су сидел на краю берега, опустив босые ноги в воду. Лицо его было так расслабленно, будто мужчина спал. Йона ждала возле него, опустившись на колени. В голове крутилось множество вопросов, но она лишь трепетно поглядывала в его сторону. Девушка, сама того не замечая, начала легонько царапать свои пальцы. Она должна была понять, что происходит. Ради всех, кто всегда рядом, ради всех, кто готов отдать жизнь за нее. Ведь все они… Следуют за своим лидером. А лидер не смеет только брать, он должен и давать. Что если она не сможет? Что если она останется все такой же слабой?       — Йона, дорогая, — внезапно длинные тонкие пальцы опустились на ее лоб, и разум начал очищаться от тревожных мыслей, как небо очищается от туч. — Пока ты следуешь выбранному тобой пути, а остальным виден этот путь… Все будет хорошо.       Девушка почувствовала, как внутри разливается тепло. Для этих людей она будет становиться сильнее с каждым днем.       — Небеса поведали мне… Источник ваших сомнений, — Ик-Су встал, обращая взор к глади озера. — Впервые за долгие, долгие годы кое-кто наконец-то стал осязаем. На земли Коуки ступил… Лиловый дракон.       Йону словно окатили из ведра. Быть того не может… «Но ведь легенда!» — подумала она.       — Легенды не всегда обладают детальной точностью, не так ли? Девушка поразилась тому, каким серьёзным и взрослым выглядит Ик-Су в такие моменты. Он совсем не похож на того «большого ребенка», как его называет Юн. Священник продолжил:       — Не все последовали за Красным драконом, не все даровали избранным свою кровь. Молодой Ширью ждал, когда станет достаточно сильным, чтобы присоединиться к своему любимому хозяину. Но он… опоздал, — Ик-Су произносил эти слова, будто погрузившись в транс. — Пожираемый собственной виной, Лиловый дракон отправился в изгнание и поклялся предать жизнь своего рода покорному искуплению. Однако Ширью бесследно пропал, а деревня его опустела…       В груди у Йоны появилось нехорошее предчувствие. Она жадно и напряженно хваталась за каждое слово. Ей хотелось знать больше, прочитать всё до конца, будто перед ней свитки. Кто-то вдалеке нуждался в ней, и принцесса безумно хотела ему помочь.       Вдруг ноги священника подкосились, и он рухнул на землю. Дымка транса спала, Ик-Су с привычным невинно улыбчивым выражением лица потирал ушиб. Девушка бросилась к нему, обеспокоенно помогая другу подняться на ноги.       — Прости меня, Йона, — произнес мужчина, опираясь на неё. — Силы вновь покинули меня, а я так… Я так хотел бы помочь вам больше.       Принцесса лишь покачала головой и по-доброму сощурилась. Её взгляд излучал безграничную любовь. Не романтическую, вовсе нет… Так она смотрела не только на близких. Так Император смотрит на страну, которую обожает всем сердцем.       — Спасибо тебе, Ик-Су.       Когда парочка вернулась к хижине, уже начало темнеть. Компания что-то шумно обсуждала: Юн раскладывал еду по тарелкам, Джи-Ха чем-то дразнил Хака, а Зено радостно играл с Ао под (предположительно) ревнивым взглядом Шиньи. Однако, стоило Йоне и Ик-Су появиться, все разом замолкли. В воздухе повисло ожидание.       Но принцессе было не обязательно говорить. За неё это сделали глаза. Наполненные огненной решимостью и непреодолимой силой. Хак едва заметно улыбнулся. В такие моменты он особенно осознавал, что готов быть её слугой до последнего вздоха.       Драконы тоже почувствовали это и поднялись, готовые последовать куда угодно за своим командиром.       — Нужно собрать еду и оружие, — произнесла Йона, глядя за горизонт. — С утра мы отправляемся на юг.