Между сладким и горьким

— Ну вот, мы приехали. Держи ключи. Дальше пойдёшь пешком. — сказал Исо, сжимая ладонь возлюбленной. — Что это было сегодня? Больше так не делай — ответила она ему, легко целуя в губы. — Почему? Я видел, как тебе понравилось — сказал он ей, наслаждаясь тем, как она смущается. — Мне-то понравилось, а папа явно не в восторге — смеясь, произнесла Нур. Он радостно улыбнулся и вышел из машины, чтобы помочь ей. — Пойдём, провожу тебя, как в старые добрые. Они шли по дороге, беседуя и держа в руках пакеты с продуктами. Актриса на мгновение перевела взгляд на клубнику, и рассмеялась. Потом шутку понял и Исо. Всё по дороге идущих было как и 10 лет назад, — такие же дома и деревья, такие же заборы и лужайки, только теперь они навеивали воспоминания. До них доносился запах майских цветов и свежей выпечки — оба тут же подумали о тёте Зухре, чья выпечка просто тает во рту. Свежая сочная трава на газонах была ещё совсем юной и привлекательной. Возле дома уже стоял Шюкрю в окружении нескольких человек. Увидев Исмаила он достал пистолет и начал целиться. Нур тут же закрыла его собой. — Дочь, отойди и не мешай мне. Он со мной ещё не рассчитался. — Папа, прошу, успокойся, ладно? Пожалуйста, не трогай его! — Отойди я тебе говорю! — Нет! Убери пистолет и он уйдёт, обещаю! — Я считаю до пяти. — он выполнил просьбу и стал отсчитывать обратное время. Нур повернулась к Исмаилу. — Прошу тебя, уходи — они незаметно соприкоснулись лбом. — Уходи сейчас же! — она посмотрела на него, нахмурив брови, не давая возможности остаться. — Я вернусь к тебе — сказал он, передавая пакеты ей в руки, и стал быстрым шагом отходить назад. — Один! — досчитал Шюкрю и нажал на курок. Пуля со свистом пролетела мимо актрисы и попала в стоящий неподалёку почтовый ящик. Нур охнула и развернулась, возмущённо подходя к отцу. — Папа ты совсем обезумел? — Чего ты так сердишься, промазал же — отвечал он ей, смеясь, отдавая оружие приближённым и жестом показывая им удалиться. — А если бы в меня попал? — она пыталась разглядеть в нём хоть каплю сомнения. — Не попал бы. Давай сюда — он забрал часть пакетов с её рук, чувствуя небольшое сопротивление. — Пойдём, поговорим. Пока они шли в беседку, женщина решила задать мучавший её вопрос: — Осман уже приехал? — Да, уже давно дома — немного приврал ей, чтобы заставить почувствовать себя виноватой — ты как раз вовремя. — сиронизировал он и поставил пакеты рядом, приглашая её за стол. Она недовольно на него посмотрела и неспеша села напротив. — Я не понимаю, почему тебе так весело надо мной издеваться? — Я всего лишь воспитываю тебя и стараюсь уберечь от всего плохого. — Исмаил — не плохое. Он туда не входит. — Даже имени его не упоминай при мне! Если ты забыла, это не значит, что я не помню! — Папа я не забыла. И мне тоже бывает трудно доверять ему — она вспомнила тот разговор у здания суда. — Но он отец моего ребёнка и делает шаги к нам навстречу. Я не могу и не хочу его игнорировать. — Какие шаги, о чём ты? Да его столько лет с нами не было! Он уже упустил этот шанс. — Шюкрю сделал небольшую паузу, но поспешно начал, не давая ей возразить, — И вообще, чем такие отцы, лучше никакого! Наш внук — не собака дворовая, чтобы можно было попользоваться, а потом бросить! Он — человек живой, он наш умный и самостоятельный мужчина, к которому вот такое вот отношение неприемлемо! Слышишь?! Неприемлемо!!! Нур не стала с ним спорить, что-то ему объяснять. Он всё равно будет стоять на своём и она понимает, что по большей части он прав. Актриса молча встала, забрала клубнику и пошла в дом, желая как можно быстрее увидеть сына. Шюкрю, не чувствуя больше оппозиции, остался немного недоволен, но абсолютно точно был уверен в своей правоте, поэтому выдохнул и победно улыбнулся. Зайдя в дом Нур заметила играющих бабушку и внука. Она крадучись зашла и встала в проходе, наслаждаясь этой картиной. Первой её заметила мама — от неожиданности она даже сначала перестала улыбаться, но потом, увидев Нур в хорошем расположении духа, облегчённо выдохнула и продолжила незатейливую игру. Тут Осман, видимо почуяв неладное, повернул голову и увидел её, взволнованно смотрящую на него. Она молча подошла чуть ближе и опустилась на колени. Сын заметил, что руки мамы что-то прячут сзади. — Мам, а что ты прячешь? — спросил он, — Я должен угадать? — Ну, попробуй. Он стал перебирать принадлежность, потом поинтересовался, к какому виду относится, и через несколько отрицательных ответов прозвучал положительный. Перед глазами оказались ярко красные ягоды с контрасным зелёным хвостиком. Глаза ребёнка его выдавали — они блестели радостно и ярко. Он на несколько секунд задумался, а потом все же подошёл и обнял маму. — Спасибо — сказал он ей через волосы на ушко. — Прости, что не встретила тебя. Клубника в честь извинения. Ты меня простишь? — также на ушко шептала ему. — Прощаю. Я пойду шоколад топить, с шоколадом вкуснее. — проговорил он, принимая из рук угощение и направляясь на кухню. — С сыром тоже — крикнула весело ему Нур. — А, точно! Спасибо мам! — прозвучало следом. Актриса присела возле женщины напротив. — Доченька, расскажи хоть, пока мы наедине, где ты была, почему так резко пропала? Назлы улыбнулась, увидев, как то же самое сделала Нур.       POV Исмаил & Нургюль — Осторожно, тут немного неровно. — прошептал Демирджи ей на ушко, держа её за руки, пока та держит глаза закрытыми. Актриса услышала крики чаек. — Мы что, на пляже? — Ну, не совсем. Открывай. Несколько секунд глаза привыкали к солнечному свету, чуть позже они увидели светлый двухэтажный дом напротив. Он был красивого персикового цвета с отделками более светлого камня возле дверей и синих окон. Просто огромный. У его подножия красовался блестящий бассейн, а рядом стояли небольшие, немного закрывающие его от посторонних лиц деревья. За домом не так далеко виднелось море — такое нежное и таинственное. По нему радостно плыло апельсиновое солнце. Рядом они увидели родные глаза цвета кофе, которые смотрели на неё с надеждой. — Ну, что скажешь? Я купил нам эту виллу. Правда не один, я договаривался со своим отцом, потом с застройщиком… Она стояла, до сих пор не веря своим глазам и ушам — неужели это то, о чём она думает? — Исмаил, я… Это ведь очень дорого… И рядом с морем… Ты… — слова совершенно не складывались в предложения, и решено было обнять его так крепко, чтобы он понял, что это для неё значит. — Давай зайдём внутрь, там вид ещё круче — она поспешно согласилась. Вход в это место обозначали две большие колонны и навесная плоская крыша, закрывающая темную, аркообразную дверь от осадков и иногда солнечного света. С прихожей их сразу поприветствовал просторный зал, оформленный в современном стиле, с отделками из светлых тонов и бриллиантовыми люстрами, которые разбивали свет по всей комнате. Чуть дальше, справа виднелась кухня в минималистичном дизайне, тренажёрный зал, хаммам и душевая. Немного левее был пристроен гараж. Наверху располалась большая спальня в светлых тонах с панорамным окнами и балконом, за ней ещё одна в синих — они оба улыбнулись, понимая, для кого она уготована. — Ну, как тебе? Тут ещё в десяти минутах побережье. Наш двор окружён каменным забором с выездом посередине. Всё на высшем уровне. Ещё и не так далеко торговый центр и площадь Тимура. — Любовь моя, я о таком и не мечтала. Мне лишь нужно было, чтобы было уютно, безопасно и светло. Ты тайком от меня выбирал дом и ничего мне не сообщил? Он улыбнулся и чмокнул её в губы. — Пойдём к морю. Они весело спустились вниз, пробегая через несколько домов и машин в округе, свернули на тропинку. Поспорили кто быстрее. Уже почти у самого берега Исмаил остановился, наблюдая как она, такая разгоряченная и счастливая, с большой любовью опускается в воду, делая плавные, но резкие толчки и оборачивается, видя как он, счастливый и разгоряченный, никак не может отдышаться. — Так вот значит в чем был план побега — ты меня в воду хотел затащить! — громко крикнула ему актриса, подплывая к берегу и восстанавливая сбившееся дыхание. Он молча наблюдает за тем, как волны ласкают её тело, как она выходит из воды, как высоко и часто вздымается её грудь. Вот она сжимает волосы, а потом распрямляет и подходит ближе, ответно улыбается. Оба смотрят друг на друга и у обоих сбивчивое дыхание, обжигающее кожу напротив. — Ты в облаках завис — говорит Нур тихо, и в голосе с хрипотцой чувствуется тот самый настрой. — Не в облаках, а на тебе — он проводит рукой по её щеке и притягивает, целуя в губы. Его кожа покрывается мурашками от холодной влажной одежды, она чувствует это. Капелька морской воды рывком стекает с её носа к её губам, но они так заняты, что тут же растирают её, от чего поцелуй становится немного солёным на вкус, но не менее влажным. Внутри, где-то в душе запускается фейерверк, ноги становятся ватными и сердце стучит так бешено, словно они ещё до сих пор бегут по этой тропинке. — Родной, нас увидят — шепчет она ему в губы в те малейшие секунды, когда он меняет их положение. — Пусть видят. — говорит он, и сваливает её на песок. Она смеётся, но молча повинуется, держась за него руками. Исо хватает её за бедра и всё же уносит их чуть поотдаль, под бежевый шатер, опуская босые ножки на землю.Сбоку ветер на несколько секунд открывает прекрасный вид. Он стоит позади неё, целуя куда-то в шею, оголяя плечи и вытягивая первый стон. Слышится шум воды и шум срываемой одежды. Мужчина усаживает их на диванчик рядом. — Сегодня ты сверху, госпожа моя — говорит он ей, окончательно лишая стыда и разума. Они начинают движение, сцепляя руки, сцепляя губы, сцепляясь телом. Лучи проникают в их укрытие, освещая её обнажённую, отражающуюся в его бесстыжих глазах. Он бесконечно желает её от одного только вида. Взгляд падает на шею, где поблёскивает небольшая цепочка, а затем на полуоткрытые губы. Она берёт его руку и ставит на грудь, ближе к сердцу, замечая его удовольствие. Пусть чувствует её бесконечную любовь и доверие. Теперь немного замедляется, спускаясь ниже. Она хочет его шею, лаская её поцелуями. Его горячее тело остро чувствует каждое прикосновение, каждый её мокрый локон, коснувшейся его торса. Он и понимает, что она дразнит его, но даёт ей эту возможность совсем ненадолго, возвращая её губы обратно к своим. Врывается в её бедра, на мгновение переводя взгляд куда-то вверх. Морской песок едва заметно ощущается на коленках. Он проводит рукой по её пояснице, заставляя прогнуться. Водит пальцами по губам и ореолам, чем стимулирует её стоны. Их тела напрягаются и заметно ускоряются — соитие достигает своей кульминации. Она выгибается от удовольствия, он видит это и вместе с ней уносится вверх наслаждения — в их секретный рай.       end of POV Нур не стала говорить маме все подробности, но та догадывалась о случившемся по довольным дочерним глазам. — Так значит он приобрёл дом для семьи, правда? — Да мам. Теперь у нас будет свой дом недалеко от моря. — Машаллах, я так рада за вас, дитя моё. Я вижу твои глаза, которые светятся радостью, и нет для меня большего счастья. Но я переживаю за Османа. Внук для меня дороже всего. — Ты права, мам, но думаю, что он примет его, как только увидит, что он хороший. Он правда старается, мам, а я не совсем ему доверяла. Мне даже стыдно перед ним. — Он поймёт. Он должен понять, а ты не должна стыдиться. Ты так долго занималась воспитанием сама, что забыла, что им занимаются оба родителя. — она погладила её по руке. —Ты прости, родная, но я тоже не доверяю ему и понимаю твоему папу. Но ты не сердись на него, он тебя очень любит и защищает. — Я знаю. Я это понимаю. Но в последнее время он меня пугает. Женщина ничего ей не ответила, лишь поглаживая руку. — Мам, а как обстоят дела с подготовкой? Может мы перенесём праздник к нам в дом? — Нет, дорогая, так дело не пойдёт. Тем более, что папа уже подготовил стол и заказал угощения. Мы позвали тётю Ханде и дядю Керема. Посидим в кругу семьи, как подобается. — Ладно, ты права. Тем более я их так давно не видела, хочу поскорее обнять.                               *** — Как же хорошо видеть твои сверкающие глаза — сказал он, оборачиваясь на неё, сидящую напротив. — Когда я с тобой, я обо всём забываю — она сладко улыбнулась. Этим солнечным днём они отправились в магазин за подготовкой к сегодняшнему торжеству, по пути проезжая место съёмок и зеркальную парфюмерную доброго друга. — Давай ещё заедем в строительный. Я думаю соорудить ему что-то вроде навесного кресла или гамака. Он хотел такое. — Правда? Что ж, мы можем обратиться к моему другу Кемалю, он знает в этом толк. Или ты хочешь, чтобы мы сделали его? — Аллах, у тебя друзья находятся на каждом квадратном метре! Не удивлюсь, если они и под водой есть! — Ты что — ревнуешь? — Я удивляюсь твоей дружелюбности, дурак! По пути в кондитерскую они поговорили о ходе мероприятия и приглашённых гостях. — Я пригласила Суню, хочу её увидеть. Надеюсь, всё пройдёт хорошо. — А кого хочет видеть Осман? — Он пригласил Кадира, друга по соседству, и Ахмета — они с ним вместе ходят на занятия по единоборствам и играют в шахматы. Я переживаю по поводу его выбора в пользу боёв — он может серьёзно повредить себе что-то, но он так хочет быть сильным ради меня, мне приходится прятать своё переживание. — Я понимаю. Но лучше он будет уметь постоять за себя, чем вместо этого тратить время на видеоигры. Физическая выносливость это важно. — отвечал ей мужчина, пока они вместе шагали к прилавку. — Здравствуйте! Вот ваш заказ — черничный чизкейк с прослойкой из пломбирного мороженного. Сверху украсили ягодами и солёными фисташками, как вы и хотели. — Благодарю Вас. Хорошего дня! — произнесла Нур, забирая счастливую коробку вкуснейшей сладости. — Ему и в правду такое нравится? Солёные фисташки и пломбир — это что-то непонятное. — Ты не пробовал — йогуртовый мусс там просто божественнен. Уф, здесь столько сладостей, даже глаза разбегаются. — Ты права. — Ладно, пойдём, нам ещё в одно место нужно. Доезжая до здания какого магазинчика, Исмаил спросил: — Как думаешь, я сильно разозлю твоего отца и нашего сына своим появлением? — Ты ещё спрашиваешь? Отец чуть не убил тебя тогда, в этот раз возможности не упустит. А Осман... Они правда на тебя злятся, им не так просто простить тебя, как это сделала я… И знаешь почему? — Почему? — Потому что я влюбилась в тебя как дура! — смеясь, сказала она и выпорхнула из машины. Исмаил ухмыльнулся и молча отправился за ней. Женщина в это время стояла возле маленького ларька с мясом. — Да, господин Бахди, положите мне вот этот кусочек. — Как скажешь, моя красавица, для тебя всё самое лучшее! Как ты прекрасно выглядишь, Машаллах! — Спасибо, вы тоже как всегда обаяшка! Вот, держите! — Дорогая, обижаешь! Давай вот так. — он аккуратно взял у неё две купюры из четырёх. — Это тебе, на здоровье! — Спасибо, здоровья вашим рукам! Хорошего дня! Передавайте привет Эйчин! — Спасибо, радость моя, передам! Дай бог тебе здоровья! —… Ну, что уставился? Пошли! — сказала Нур ничего не понимающему Исмаилу, и прошла обратно к машине. — Что это было? — смеясь, сказал он ей, помогая уложить сумки. — Где? — будто бы не понимая спросила возлюбленная. — Там, с этим продавцом. Как давно вы знакомы? Почему он так тебя называет? — Ты что — ревнуешь? — Да, я ревную, Нур. И ещё мне говорила про друзей — смеясь глазами, продолжал он. Она игриво посмотрела на его губы, но развернулась и села в машину. — Хорошо, ответь тогда мне, почему мы заехали именно сюда, а не в супермаркет? — спросил шатен, выезжая из переулка. — Я просто давно его знаю — вспомнила времена, когда бывала здесь, он всегда продавал мне мясо за полцены, всегда жалел меня. Захотелось его увидеть. — Так и куда нам дальше? — спросил Исмаил после небольшого молчания. — Домой — прошептала она.       * через несколько часов * — Сынок, не торопись — весело проговорила ему Нургюль . — Мам, ну хочется же — немного виновато говорил он, с азартом цепляя на руки механические перчатки. Во дворе послышался шум подьезжающей машины и Нур поспешно вышла. — Суня!!! — Нургюлюм!!! Подруги с громкими возгласами и смехом обняли друг друга. — Наконец-то я тебя вижу наяву! Пойдём скорее! — радостно предложила актриса и они бодро прошли к столу праздневства, по пути поинтересовавшись о делах и состоянии друг друга. — Хорошо, что ты приехала, все уже почти собрались, у нас хоть минутка будет для разговоров. — Ай, как славно. Тётя Ханде уже тут? Я её не вижу. — Да, вместе с дядей. Про тебя уже спрашивала, она в доме с мамой. Сейчас к ним пойдём, ты лучше расскажи, как сама. Пока подруга обсуждали последние новости из жизни друг друга, гости уже входили во двор, где щедро и громко поздравляли Османа, который немного стеснялся и чувствовал небольшую неловкость, хоть и был рад такому вниманию. Нур с Суней в это время проходили в дом, и заметив раскрасневшего мальчика, радушно посмеялись. — Дорогая, я пойду моего мальчика спасать — сказала актриса, после небольшой шутки. — Проходи пока на задний двор, присаживайся куда хочешь. — Хорошо, сейчас пойдём и будем вас там ждать. — ответила ей подруга, намекая на её маму и тётю, — Давай, поспеши, смотри, как они его окружили — кивком показала в сторону мальчика, ставя переданные цветы в вазу. Ешилчай быстрым шагом подошла к сыну, кладя ему руки на плечи, и пригласила всех за стол, показав на место, откуда уже доносилась музыка и вкусные запахи. Все радостно осыпали мальчика подарками, в честь чего был занят весь зал в доме, вместе прошли на задний двор и с шумом расселись по выбранным местам. Нур зажигала свечи и поправила надоедливую прядь, когда заметила вдалеке до боли знакомый силуэт.