#12 Кюри: Тайны "Бессмертных"

" — Что вы со мной сделаете? — запуганный шестнадцатилетний пацан забился в угол и смотрел на мужчину в черном костюме. Он ощущал на себе его тяжелый взгляд, хоть и глаза его были сокрыты затемненными очками. Он отчетливо видел его лицо. Раны обращались шрамами, а шрамы стремительно затягивались новой кожей. Кровь прекращала выбегать наружу.» Хоть он и был осведомлен о способностях мальчика, — он был не осторожен. Пониженная чувствительность к боли иногда играла его целям на руку. — Еще раз… — сказал тот, касаясь пальцами вспоротой несколько секунд назад щеки, — Еще раз попытаешься меня задеть… и тебе конец. — Я понял! Понял! — сглотнул мальчик и втянул выпирающие из кончиков пальцев шипы. Его любимый револьвер был в полной боеготовности. Лазерный прицел указывал прямо меж глаз. Достаточно просто надавить на спусковой крючок и жизнь аномального объекта закончится в тени переулка. — Кто «вы»? — переспросил Кюри. — Ну… ты же из «Сигма», да? Ты же пришел сюда из-за моих способностей, так? — Откуда ты знаешь про «Сигма»? — Открою тебе тайну, но далеко не на всех людей работают ваши боты. По крайней мере так, как вы задумывали… Позабыв про освежающий душ, Кюри несся на всех порах в секретную лабораторию, к Янову. — Что они вдруг могли узнать? Целый год уже прошел и работы по этому делу давно прекратили… В памяти возник образ его бывшего друга. Чем бы он не стал, — запомнил он его самым обычным синеглазым мальчишкой, с которым они сидели когда-то в коридоре «Тэн». Его горящие интересом, вдохновением глаза. Его искренняя радость, когда он показывал ему свою игру, на которую он убивал столько времени. Все это было в прошлом, да, но иногда он перебирал разные варианты у себя в голове. — Что, если бы я вопреки запрету пошел проведать его? — Смог ли я тогда предотвратить все то, что случилось? — Мог ли я спасти Легру… — Что они могли узнать? Могли эти наноботы стать причиной массового безумия? Мог ли Джон стать тем, кем стал, из-за того, что ему очистили память? Самый легкий, очевидный ответ. Можно было подумать, что все так и есть, если бы не следующие вопросы. — Почему эта волна прошла только по Эшфорту? Почему коснулась самих сотрудников «Сигма»? Нет. В этом не могла быть виновата организация, на которую он второй год как работает. То, что происходило, не могло быть вызвано обычным техническим сбоем. Это было что-то другое… Что-то из разряда мистического, сверхъестественного, паранормального… Аномалия. — Дело точно в аномалии! Как и говорил Ренегат, — все мы до сих пор разгребаем последствия взрыва! Так и есть! — неожиданно для себя самого вспылил Кюри и вдавил педаль до упора, завывая импульсными двигателями. Светлые длинные волосы, карие глаза… Весь ужас, казалось, был уже позади, а впереди их хоть и ждали определенные проблемы, — ничего страшного в этом не было. Вместе они справятся. Кюри не был уверен, кому из них пришлось тяжелее, но по ней и не скажешь, что она все еще переживала. Легра, — его любовь, — ответила на поцелуй, приблизила к себе. Этой ночью они были вместе. Сейчас и навсегда. Легче всего было выбросить прошлое из головы. Кюри от корректировки отказался сразу, а вот Легру пришлось еще уговаривать. Как оказалось, ей было очень тяжело. Она потеряла не только родителей, но еще и двух любимых братьев. Она не могла это долго выносить и в итоге, хоть он ее и отговаривал, — согласилась на корректировку. С сегодняшнего дня в ее прошлом жила память о скончавшихся десять лет назад в автокатастрофе родителях. Теперь в ее голове была память о том, что Кюри помог ей не уйти в себя. Все детство они проводили вместе, а при достижении совершеннолетия скрепили себя не только дружескими узами. Они уже давно вместе. Они уже давно работают в огромной теневой организации «Сигма». Они спасают мир, помогают людям. Кюри переживал, что корректировка изменит ее. Боялся ровно до того момента, как понял, что из себя представляют эти наноботы. Когда он воочию увидел, какой это все-таки коварный и сложный инструмент. Ее прошлое полностью переделали, но она оставалась такой же, какой он ее полюбил. Они часто посещали бар с самыми настоящими алкогольными напитками на «Эшфорт-стрит 12». В этот день хоть и обещали сильный ливень, Кюри оделся слишком легко. Ничего страшного. Если и польет, то машина стоит прямо перед входом. На выходе Легра взяла его за руку и улыбнулась. Мимо пронеслась ярко-зеленая машина и в тот же момент с ревом мотора грянул гром и бесконечные капли дождя кинулись вниз, прерывая сцепившуюся в поцелуе пару. Кюри посадил ее в машину, затем и сам уселся на водительское. И даже когда они уже были внутри уютного салона, — его не оставляла странная чуйка. Чуйка эта постоянно срабатывала у него, если что начинало идти не так во время миссии. Всеми фибрами души он чувствовал, что кто-то за ними наблюдает. Решил больше не ждать. Втопил на полную и понесся прямо по улице. Притворился, что ничего не замечает. — Наверняка опять в серверной сидит, — думал Кюри, прямо-таки «пробегая» мимо очередной камеры содержания. — Кюри? Приветствую… — с радостью встречал его Янов, закидывая в себя синтезированную капсулу. — Рассказывай. Я летел сюда так быстро, как мог. — Тьфу ты, зачем? Я же написал, что дело не срочное… — Говори. — Помнишь объект три тысячи сто тринадцать? — Пацан с шипастыми лапами? — Да… — И что? Ответ уже сам подкрадывался к нему. Предчувствие отдавало слабым стуком в висках и головной болью. Неужели… — Три тысячи сто тринадцатый покончил с собой прямо в камере содержания. Вчера. — Как? — холодно держался Кюри. — Вспышка слепой ярости, как при восемьдесят третьем… но это еще не все. — Все дело в наноботах? — В нейроботах, да… А ты как догадался? Взгляд того остекленел. Мысли бурили дыру в его разуме, но он старался не отдаваться самым дурным из них. Он быстро пришел в себя, затем сказал: — Но почему это коснулось только Эшфорта? — Именно! — воскликнул Доктор, — Тот же вопрос я задал полковнику! Он как всегда что-то там буркнул насчет того, какие мы здесь все несообразительные и сказал, что они разберутся… — Они? Вышестоящие? — Да… Вышестоящие… — медленно повторил Янов, — Ты уже понял, да? Три тысячи сто тринадцатый вступал в контакт с «киберутопией», это мы выяснили еще в первые дни содержания при помощи ментальной обманки, как ты знаешь… — Но как они могли повлиять на такое количество людей? — Этого мы, конечно, не знаем, но факт остается фактом. Мы знаем то, что они промышляют подпольной имплантацией, так что вывод сам собой напрашивается… — Хочешь сказать, что они своими махинациями как-то вредят нейроботам, а люди потом сходят с ума? — Не обязательно сходят с ума, Кюри… Возможно, выполняют их приказания… — Это чисто твои догадки, как я понимаю? — задумался тот. — Да, но… раз уж тебе все равно пока нечем заняться, то ты мог бы проявить некоторую инициативу, понимаешь… — А почему бы прямо не заявить все руководству? Я уверен, что они пойдут на встречу. — Тут такое дело, понимаешь… Почти год назад, когда мы узнали откуда на улицах появляются скаттеры с дорогими «модификациями», мы уже вышли на членов клуба «киберутопии». Тебе никто об этом, видно, не рассказывал, да? Ты тогда еще восстанавливался… — Не тяни! — настоял тот, выдавая свою повышенную заинтересованность в деле. — С органов порядка нам стали поступать сообщения, которые указывали на то, что в последнее время за решетку попадает все большее количество членов клуба, понимаешь? От самой девятой зоны послали двух агентов. Они проследили за одним человечком, на которого раньше вышли органы порядка, и вышли на клуб. Ну, вот они и влетели туда… Настроены были серьезно, так что были жертвы… — Так и чем все кончилось, черт возьми? — Ну-ну, Кюри, успокойся. На тебя это так не похоже… — Ты же знаешь, как это для меня важно! — Да-да, — Янов поправил свои очки, затем продолжил, — В общем, дело в том, что «киберутопию» крышуют серьезные дядьки по ту сторону закона, понимаешь… — Ты шутишь… — Нет… — Хочешь на полном серьезе сказать мне, что «Сигма» испугалась скаттеров? — Ты, видно, не до конца понимаешь, какую угрозу они представляют… — Я никогда не поверю, что у нас не хватит ресурсов со всеми разобраться! — Нет, ты не понимаешь… — тянул агент Доктор. — А-а-а… — протянул Кюри, — «Сигма» сотрудничает с ними… — Они играют немалую роль в нахождении новых объектов, Кюри. Те из них, которые готовы с нами работать, служат нашими глазами и ушами. Они сливают нам всю важную инфу, которую могут знать. В первую очередь, сливают всех, кто начинает козырять аномальными силами, да… Кюри задумался. — Теперь, видно, ты понимаешь. — Ты рассказываешь мне все это, потому что… что? Янов молчал и косился на собеседника. — Ты же знаешь, что, несмотря на запрет, я все равно буду действовать, да? — Ну, знаешь ли, Кюри, я — человек ума. А еще я потерял друга. Ты его тоже знал. Ренегатом звали. Если эти ублюдки причастны к восемьдесят третьему инциденту, то они по любому связаны и с твоим другом тоже. С Джоном. А если так, то у твоего, извини, ублюдского друга Джона поехала крыша именно из-за их действий. Легко проведя кистью мы рисуем связующую все доступные нам факты нить и понимаем, что твой наставник погибает из-за действий именно «киберутопии». Да, Кюри! Ты спрашиваешь меня, зачем я тебе это рассказываю? Я хочу, чтобы ты занялся этими сукиными детьми и отомстил за наших ныне мертвых друзей! — проговорил тот и вдобавок бросил, — Еще и Шойгена, сука, замочил! Пока Кюри слушал его, он думал. Лицо его не выдавало эмоций. Он вновь сделался холодным, бесчувственным, готовым к работе агентом. Он медленно обвел взглядом серверную, а затем остановился на Янове: — Я и не знал, что тебя это так сильно тронуло… — монотонно вымолвил Кюри. — Сам знаешь, что руководству перечить крайне нежелательно… Я закрылся и держал все в себе… — Можешь не продолжать, я все понимаю. — Так что ты будешь делать? Кюри недолго молча смотрел себе под ноги. Подставил руку, закатал рукав пиджака, поиграл скулами. Потом сказал: — Где, говоришь, клуб тот был? — Опустила руки! Опустила руки я сказал! Он загнал ее в подвальный сектор старинной многоэтажки. Пока он гнался за ней по улице, она успела взорвать нескольких прохожих. Женщина лет сорока—сорока пяти, размахивая руками, была способна разорвать любые цели, на которых сосредоточится. Здесь же, в темноте и тишине, она была в тупике. Он слышал каждый шорох. Слышал ее дыхание. Пробежали они с километр точно. — Опустила руки и завела их за спину! Медленно выходи ко мне на свет и тогда будешь жива! — продолжал давить Кюри, освещая все перед собой прикрепленным к револьверу фонариком. По информации, которую он успел на нее собрать, женщина эта была из числа спокойных и законопослушных. Работала счетоводом в небольшой компании по производству синтез-лекарств. Тихая, мирная. Каждый вечер одним путем возвращается домой, попутно забегая в придорожный магазинчик за пищевыми капсулами. С утра на работу. Так каждый день. Не думал он, что страх может заставить даже такого человека пойти на подобное… Однажды оказалось, она была не так чиста, как на первый взгляд. Постоянная слежка дала плоды. Кюри узнал, что она сидела на легких наркотиках и раз в неделю закупала несколько таблеток у «своего» человека. Теперь уже ее можно было оформить через органы порядка, но он, как всегда, как учил наставник, решил все сделать сам и сразу. Он вломился к ней в квартиру и ждал ее возвращения с работы. Не ожидал он, что она решит привести к себе домой своего знакомого. Бедолага, которому пришлось зарядить в нос, послужил той секундной преградой, которая позволила ей уйти. — Опусти руки… — начал было Кюри. Он точно знал, что она пряталась за следующим углом. Замедлил шаг, сосредоточился. Был готов стрелять. — Ты же из «Сигма», да? Ты пришел убить меня, да?! — истерично выкрикнула женщина. Еще один человек. Еще один человек, на которого перестали оказывать достаточное воздействие наноботы, оседающие в головном мозге. Наркотики… По любому, всему виной наркотики… — Послушай меня… — твердым голосом стал отвечать Кюри, как вдруг женщина резко дернулась из-за угла с заранее выставленными вперед руками. Он успел интуитивно прикрыться левой рукой, как вдруг почувствовал боль. Сначала разорвался рукав его черного пиджака до самого плеча, а затем, следом, разорвалась и сама рука. Кость раздробилась на мелкие кусочки по самый локоть и вместе с окровавленными шматками мяса разлетелась в разные стороны. Все, что осталось от его левой руки, — это один, висящий на фаланге, палец. Видимо, она потратила большую часть сил на случайных прохожих, в которых она увидела для себя опасность. Потому Кюри упал на колени, сморщившись от неприятных ощущений. В ту же секунду дуло револьвера, изрыгая пламя, с оглушающим грохотом, пролетающим по закрытому подземному помещению, направило патрон прямо в лоб законопослушному объекту четыре тысячи восемьдесят. Так закончилось его первое дело без Ренегата за спиной. На улицу он уже вышел с полностью целой и здоровой рукой. Разве что, кожа от локтя до кончиков пальцев была несколько более тусклая, чем на второй… Каждый день начинается с просмотра электронной почты.