#12 Кюри: Тайны "Бессмертных"

Он занимался своим обычным делом, когда поступило сообщение. Его руки, слабо мерцая, проходя через кожные покровы пациента, то и дело касались проблемных мест, вызывая чудотворный исцеляющий эффект. — Доктор! — позвал того вдруг агент «1074», — Тебя вызывают! Что случилось можно было и не спрашивать. Янов и так все понимал. Вышестоящие далеко не глупые люди. Агент «1111» наделал шума, и Доктор не мог об этом не знать. Они оба тесно связаны не только восемьдесят третьим… Единственный вопрос был в том, какое наказание ему светит. С ним могут сделать все, что им будет угодно. Они выберут ровно то наказание, которое посчитают в достаточной мере равным непослушанию. Непослушание, — предательство. За предательство — смерть. Или «Белый лист», но тут уже как повезет. Он медленно приближался к серверной, где его уже ждали. Несколько секунд, — и он услышит свой вердикт, о котором, если повезет, он больше никогда не вспомнит. Танк-невидимка, выдающий себя за человека, сидел впереди. Ехали молча, — мобиль двигался на автопилоте. — Куда мы едем? — спросил Кюри, потирая стремительно заживающие кисти рук. Тот не отвечал и лишь продолжал смотреть строго вперед. Кюри это все очень сильно не нравилось. Догадаться, кому эта машина принадлежит, было не сложно. — Ублюдские скаттеры… — тихо проговорил про себя он, — Я вам ничего не расскажу, слышишь? Я уже почти ничего не чувствую и пытки будут бесполезны! А если я не выйду завтра на связь, то все смежные зоны отправят за мной поисковые оперативные группы, и вам это точно не понравится, это я вам гарантирую! Молчаливый доселе танк заткнул Кюри резким поворотом головы на сто восемьдесят градусов. Что-то в его живых, вроде бы, глазах, говорило ему все, что он хотел в данный момент знать. Расставляло все на свои места, отгоняло вопросы. Кюри чувствовал свою беспомощность перед этим механическим зверем уже практически на физическом уровне. А затем оно заговорило: — Рассказать ты нам ничего не сможешь. С тобой будет говорить Демон. Слушать будешь ты, — закончил он и так же резко вернул голову в исходное положение. Ехать оставалось не так уж и долго… Глаза ему не завязывали и скрыть от него свое местоположение не пытались. Это могло значить только одно. Просто так его отпускать не планировали… Двигались в сторону Таласси, прямо по южной Эшфортской объездной трассе. Но конечная точка была точно не в Таласси. На полпути они свернули куда-то в сторону деревень, — всех тех пунктов, в которые еще не пришли инновации будущего. В некоторые, к слову, пострадавшие еще шестьдесят лет назад от мировой войны, — будущее не придет уже никогда. — Как всегда… Половина всех грязных дел рождается вне мегаполисов… — думал Кюри, продолжая рассматривать варианты побега. Мобиль остановился посреди, казалось бы, мертвого пустынного поля, где единственный звук создавал поднявшийся сильный ветер. — Выходи, — проговорил механический монстр, повернувшись. Кюри повиновался и вышел из мобиля. Клубы пыли и песка вздымались к небу, пришлось закрывать лицо руками. Монстр что-то невнятно пробубнил, а затем, прямо перед ними, стало образовываться нечто, что ранее было сокрыто за таким же стелс-полем, каким был сокрыт зверь в его квартире. Целый огромный центр, похожий на сеть «Соцмедиал», где люди приобретают себе новые гаджеты, пищевые капсулы, обновки для дома, одежду и все прочие радости жизни. — Как?! — воскликнул Кюри, — Как вы умудрились установить здесь такое? Как вы соорудили здесь центр, о котором «Сигма» ничего не знает? Или… — Внутрь, — продолжал командовать тот. Кюри невольно сглотнул ком в горле, после чего, постоянно озираясь, пошел вперед. Как только отворилась раздвижная дверь, — дичайше громкая музыка полилась наружу. Железный монстр протолкнул зазевавшегося Кюри внутрь, и дверь закрылась, и стелс-поле снова активировалось. — Добро пожаловать в «киберутопию», детка! — пытался перекричать музон стоящий на входе фрик, похожий больше на какого-то явно переборщившего с модернизациями урода, чем на человека. Здесь было столько всего. Здесь было столько… «людей»… Дресс-код здесь был такой же, как в той «киберутопии», которую похоронил Мор, самоуничтожившись. Трехэтажное просторное здание, по центру которого был искусственный фонтан, течение воды в котором было результатом работы установленного на потолке проектора. Прежде чем они прошли через весь первый этаж к техническим помещениям, Кюри успел насчитать человек пятьдесят, не меньше. Он был не уверен, ведь половина из них была очень сильно похожа друг на друга. Здесь было гораздо тише. Звук урчащих процессоров, перестукивающихся поршней и каких-то коротких писков, — вот, что было за кулисами. Пройдя по длинному однотипному коридору, увешанному проводами и отключенными мониторами, они добрались к бронированной двери, которая, при желании хозяина, могла открыть огонь по всем не желательным гостям, которые решили проложить к ней свой путь по длинной прямой, из выдвижных лазерных пулеметов, которые складывались чуть ли не в пластину, которая становилась уже через две секунды частью самой двери. Над панелью, где необходимо было ввести пароль, была установлена ничем не прикрытая камера, которая нагло уставилась прямо на Кюри. — Доступ разрешен, — монотонно оповестил компьютер, и дверь раскрылась. С каждым следующим шагом Кюри понимал все четче, что уйти ему отсюда по своей воле не получится. Даже, если он каким-то невообразимым образом сможет без всякого оружия одолеть этого монстра и всех, кто его ждет в этой комнате, — позади будет толпа кибернетических уродов, которая наверняка сожрет его. Несмотря на все веселье, танцы и пляски, несмотря на весь хаос, что там творится, — все светящиеся разными цветами глаза были направлены на него. Если он выйдет из технических помещений один, — ему точно конец. — Что делать? — снова сглотнул Кюри и продолжил идти вперед. К слабому удивлению, комната была довольно уютно обставлена. Пол был устелен красным ковром, стены покрыты, светящейся мягким оттенком синего, декоративной жидкостью, а ближайший угол был оборудован герметичной капсулой, в которой было все необходимое для повседневной жизни. Рядом с наставленным друг на друга компьютерами, мониторами и ноутбуками, разными электронными устройствами, которых Кюри раньше и не видел, — стояло шесть капсул для сна, которые были очень похожи на те, что уже давно рекламируются по телевизору. За белым креслом, повернутый спиной к гостям, сидел человек, который был похож на самого обычного человека, если сравнивать со всеми, кого успел повидать Кюри за последние дни, модернизированными чудищами. Чего только стоил этот, похитивший его, зверь… — Можешь быть свободен, Джастин, — сказал сидящий перед компьютерами человек, а затем обратился к гостю, — Прежде, чем ты сделаешь еще один шаг, пожалуйста, разуйся. Теперь Кюри был один на один с, судя по всему, хозяином этого места. Какой-то скаттерский босс, не иначе. Причин бояться его не было… Судя по его внешнему виду, — он был совсем не опасен… Вот только судить по внешнему виду, — признак дурака, так что он гнуть свою линию не спешил, разулся, сделал еще несколько шагов вперед, ощущая приятный теплый материал под ногами. — Можешь расслабиться, — я пригласил тебя сюда, чтобы поговорить, — сказал босс. — Пригласил, значит? Твой робот проник в мою квартиру, сломал руки, запихал в мобиль и привез сюда… — И что? — перебил его тот, — Ты же не боишься смерти, верно? Не чувствуешь боли… И ты достаточно много успел натворить, не думаешь? Кюри слабо покривился, но замолчал, передавая эстафету скаттерскому ублюдку, коим его считал. — Но ты здесь не для того, чтобы я осуждал тебя, конечно. — Я… — пытался встрять Кюри, но тот его тут же перебил, — Посмотри на этот монитор, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты понял… Он не мог его слушать. Старые, затаившиеся глубоко внутри эмоции, сохраненные еще с того дня, когда все его родные разом умерли в ходе восемьдесят третьего инцидента, дали о себе знать. Ярость, обида, желание отомстить, смешавшись в едином сгустке, выплеснулись, в переходящем на крик, голосе: — Я вас всех здесь поубиваю… Не знаю, пока что, как, но… Я отомщу вам, тварям, за Эшфортский инцидент два года назад! Человек медленно провернулся на кресле к гостю и уставился ему в глаза. Они оба еще несколько секунд молча смотрели друг на друга, а затем он сказал: — Значит, тобой все это время двигала месть, а не цели твоей организации? Ясно… Тогда я должен начать нашу беседу иначе. Кюри опять поморщился. Голос этого человека заставлял его задуматься о том, что все устроено не совсем так, как он уже выстроил у себя в голове. От этого ему становилось неприятно. Становилось не по себе… — Я умер в две тысячи пятьдесят первом году. Меня пристрелили агенты «Сигма» по распоряжению Ордо Миггэ, которого ты, конечно, не знаешь. Тому была некоторая причина, да. Видишь ли, твоя организация хотела уничтожить мир, а затем построить новый, возрождая погребенную под пеплом планету. Какое-то время я работал вместе с ними. Мне, моей жене, всему основному составу «Robotics Corporation», обещали укрытие. Обещали место в будущем. Но… — тут он помедлил, — Они облажались. Как я позже узнал из вашей общей базы данных, — произошла авария и запуск сверхъядерной ракеты произошел критически рано… Тебе рассказывали что-нибудь про вспышку две тысячи пятидесятого? Кюри помотал головой, пытаясь понять, к чему он все это ведет. — Ракета разорвалась в небе, но взрыва, как такового, не случилось. Вместо этого по всей планете волной прокатилось нечто, изменяющее мир. Нечто, с последствиями чего ты, твоя организация, и некоторые филиалы «Сигма», борются по сей день. Именно по этой причине вы еще существуете. Если бы этой угрозы не существовало, — я бы уже давно стер «Сигма», стер бы этот гнойник, с лица нашей земли. Я — пережил всех своих врагов. Я достиг большей части всего, чего хотел достичь. Я — Кибердемон. И я уже победил… — Кибердемон? — удивился Кюри. — Сейчас этим именем не бросаются так, как раньше… — Я читал старые отчеты, где проскакивало это имя. В них говорилось, что ситуация улажена и все под контролем… Очевидно, это не так, — сразу поправил себя он, — Значит, хочешь сказать, тебя зовут Терри Уайт? Терри Уайт, да? — уточнил Кюри, пытаясь детально вспомнить все, что ранее читал про него. Ответ, который этот Кибердемон хотел ему дать, уже сам подбирался к нему. Только вот он не хотел вот так просто все принимать. Он хотел услышать все, что он скажет, он хотел найти лживую зацепку, подловить его, перевернуть его мысль, опровергнуть, доказать что-то, но… Пока что, ничего не мог противопоставить его словам. — Меня тоже вела жажда мести, агент «1111». — Он слишком много знает о «Сигма»… Неужели ему и правда удалось взломать главную систему? — думал Кюри, — Удалось обойти защиту искусственного интеллекта Гевермана? — Правда в том, — позволь я вести ей себя до самого конца, — мы бы сейчас с тобой не разговаривали. Когда мои первые творения, — Кибердемоны, — собрали мне новое тело, — я смог отринуть все те эмоции, которые разрушают человечество из цикла в цикл. Бесконечный круговорот ненависти и смерти. И всему виной… время. Время, Кюри. Нерушимая стена сложившейся истории, которая определяет отношения миллиардов людей. Время, — определяет реальность, в которой мы существуем. Кюри не успевал задавать свои вопросы, как у него появлялись новые. Именно поэтому он стоял, как идиот, с открытым ртом, продолжая молча слушать одну из главных угроз для всей организации в две тысячи пятьдесят первом году, как говорилось в отчете. — Правда в том, Кюри, что не вы управляете миром, о нет. Миром управляют незримые, вечные потоки. Время, Кюри. Миром управляет время, и, скоро, я буду управлять им. Я уничтожу, сломаю его. Все циклы будут стерты, а создания новых я не допущу. Еще немного, — и технологии позволят преодолеть завесу невероятного… — спокойно продолжал раскрывать свои планы Терри, — Через два года после моей биологической смерти, — появилась угроза нового апокалипсиса. Сейчас это помнят одни лишь единицы. Именно в то время я понял, что для достижения моих целей, мне не нужно вести войну с огромной организацией. Мне было достаточно затаиться. Затаиться и наблюдать за тем, как человечество в очередной раз себя уничтожает. Круговорот бед продолжался ровно до конца две тысячи девяносто седьмого. Когда оружие лежит на земле, а взять его больше некому, наступает затишье… Наступает мир, который все ждет, когда объявится кто-то со своими идеями, со своим мнением, кто-то, кто его разрушит и запустит цикл заново. Круговорот ждет, когда двигатель убийственного прогресса вновь начнет качать пролитую кровь… И такой человек появляется в две тысячи сотом, ровно через три года после затишья. Точнее, появляется то, что от человека осталось. Ты же знаешь про Опуса Гевермана хоть что-нибудь? — Этот человек создал новую версию сетевой защиты. Несколько десятков лет назад был одним из совета директоров «Сигма»… — словно в трансе, кивал Кюри. — Хитрая сволочь украла мою идею. Он избежал своей смерти точно так, как я избежал своей. Он загрузил себя в вашу систему и живет в ней, функционирует, подобно паразиту. Единственный из четверки, кому удалось встретить сегодняшнее утро. Понимаешь, к чему я веду? Ваш гениальный директор, создатель нейросети, создатель нейроботов, — попытался нанести по мне удар. При его земной жизни ему ни разу не удалось одержать победу в наших с ним сетевых баталиях, — и при его цифровой, — ничего не изменилось. Итогом нашей игры стало возникновение некой «зоны перегрузки», которой посчастливилось выпасть на Эшфорт. Геверман использовал всю вычислительную мощность, что у него была. Ему было необходимо чем-то пожертвовать. К сожалению, он выбрал Эшфорт. Понимаешь? Вот и вся тайна, которая сломала тебе жизнь… Причиной безумия восемьдесят третьего инцидента, — была человеческая ненависть и злоба. И я не смог уничтожить его полностью, Кюри. Однако, я запер его в «Кибермории», в королевстве цифр, имя которому, — Вселенная, — Терри вытянул руку в направлении одного из мониторов, — Я покажу.