every you, every me

      Гарри застыл у двери — всего на пару мгновений — и затем решительно постучал. — Мы ждём кого-то? — прокричала из кухни Рейчел. Дадли, сидя в гостиной у телевизора, отрицательно помотал головой, а затем, спохватившись, что жена этого не видит, крикнул в ответ: — Я нет! Сейчас открою!       Отперев дверь, он замер.       Дверь открылась. — Добрый ве…       Встретив на улице, Гарри вряд ли бы признал своего кузена в этом накаченном красавце-мужчине, но выражение лица, выражающее абсолютное непонимание ситуации, Дадли Дурсль пронёс через года. — ЗдорОво, Большой Дэ, — стараясь не засмеяться, Поттер протянул руку. — Разрази меня гром! — Оправившись от изумления, он крепко пожал протянутую руку. — Столько лет прошло! Входи скорее! Что тебя сюда привело? — Одно важное дело. — Важное так важное, но сначала выпьем чаю!       Мужчины прошли в гостиную — воодушевленный Дадли и Гарри, до глубины души удивлённый теплотой приёма. — Идите все сюда! — прокричал Дурсль, потом, обращаясь уже к кузену, быстро заговорил, вводя в курс дела: — У нас с женой дочка, ей одиннадцать. Отец умер три года назад — инсульт, мама с тех пор живет с нами. — Понятно. Я сожалею. — Спасибо. — Дадли кивнул и улыбнулся  — Посиди здесь, я схожу за чаем.       Он вернулся через несколько минут с чашками и женой — симпатичной миниатюрной брюнеткой лет тридцати. — Гарри, знакомься, это Рейчел, моя супруга. Рейчел, это мой кузен Гарри Поттер.       Новоиспечённые знакомцы обменивались рукопожатиями и фразами «очень приятно», когда в гостиную вошла тётя Петунья.       Пожалуй, ни один человек в мире не вызывал у Гарри Поттера столько неоднозначных чувств, и, спящие столько лет, они снова взбурлили внутри. — Здравствуйте, тётя. — Здравствуй. — Она натянуто улыбнулась. — Рада тебя видеть. Столько лет прошло. Чаю зашёл попить? — Ну, это во-первых. А во-вторых — есть разговор. — Он повернулся к Дадли и Рейчел. — По поводу Джеральдины.       Петунья и Дадли обменялись неподдающимися прочтению взглядами. Рейчел растерянно огляделась. — Джери? Но… Вы не могли бы объяснить, что имеете в виду?       Гарри кивнул. — Конечно, я здесь именно для этого. Скажите, замечали ли вы что-нибудь необъяснимое, странное в поведении вашей дочери?..

***

      Спустя час Гарри вышел покурить на задний двор. Тётя Петунья изъявила желание составить ему компанию. — Отлично держитесь, — заметил Поттер. — Не найдётся огонька?       Он благоразумно решил, что прикуривать от палочки прямо сейчас точно не стоит. Тётя кивнула и передала зажигалку. — Просто я знала, что так будет. — Она с чувством затянулась. — С самого младенчества она была особенной, не похожей ни на кого. Разве что на…       Она прервалась, снова затягиваясь. Гарри понимающе хмыкнул. Тётя Петунья имела дело с большим количеством волшебников, чем кто-либо из маглов в принципе. — Если что, в Хогвартсе есть кому о ней позаботиться. — Да, конечно. — Она бросила на него долгий взгляд. — Он никогда не казался мне каким-то… плохим местом. И кстати, ты теперь там работаешь? Помнится, за твоей матерью… да и за тобой приходили работники школы.       Гарри покачал головой. Они оба усмехнулись, вспомнив об одном и том же — как дядя Вернон обезумел и увёз их на островок посреди моря, и как в избушку ворвался Хагрид… — Ох, боюсь представить, с какой скоростью сейчас проворачивается в гробу Вернон, — внезапно произнесла миссис Дурсль.