Залог спокойствия – в отсутствии души

25 декабря Воскресенье — Я не хрустальный, ясно тебе?! — рявкнул Кесси, с самым независимым видом шагая по занесенной снегом парковке. Ему действительно было совсем не тяжело нести на плече сумку с продуктами, но Бобби почему-то решил, что даже такой незначительный вес мог ему навредить. — Кес, ну зачем рисковать? Давай я… — Отстань! — фыркнул омега, но, заметив печальный блеск в глазах друга, уже мягче ответил: — Мне правда совсем не тяжело. Там же всего лишь пачка сока, овощи и сырная нарезка. В «аквариуме» их уже встречали остальные ребята. Супруг Шона — Билли, обнял его, повосхищался животом, стрижкой, рубашкой. В общем всем, потому что во всем этом веселье и жизнелюбии и был Билли! — С Рождеством, шериф, — ухмыльнулся Шон, за что получил подзатыльник. — Ладно-ладно, Кес! Никаких «сэр»! — Давай скорее нарезку, я такой голодный, что сейчас съем ее вместе с упаковкой! — Элли выхватил у него сумку и кинулся к столу, где они с Питерсоном как раз выкладывали закуски. Кесси с интересом окинул взглядом искусственную елку, кое-как украшенную огоньками и шариками, и постарался влиться в веселый разговор Бобби и Шона. Но у него плохо получалось. Мысли витали где-то далеко, тревога за Райта возрастала в геометрической прогрессии с каждым днем, а еще над ним нависало какое-то нехорошее предчувствие. Он уже понял, что его волнение частенько отзывается болью в животе, но не мог заставить себя расслабиться. Потому что живот болел. — Ну, все за стол! — позвал Элли, едва не подпрыгивая от радости. Шон принялся разливать по бокалам шампанское, налил Кесси сок. Омега улыбался, прислушиваясь к галдежу за столом, но сам участвовать в разговорах не спешил. Он знал, что должен что-то говорить или просто не терять нить повествования, но не мог сосредоточиться. Обрывки фраз пролетали мимо него. — Ну, если на Новый год не расчистят площадь, то я лично возьму лопату и… — Они там, наверное, прямо в этот момент рубят дерево… — Мы смотрели сериал на прошлой неделе… Кесси нервно вздрогнул и стер улыбку с лица лишь единожды, когда кто-то заговорил об инспекторе Райте. Он даже не понял, о чем именно говорили, он просто отреагировал на имя. И в животе снова начало неприятно тянуть. Непринужденная атмосфера веселья несла его по течению куда-то, но он все равно отчаянно цеплялся за свои страхи. А если у Эверта ничего не получится? Если его убьют? Если его посадят? Если-если-если! Ему становилось тесно и душно в замкнутом «аквариуме». Кесси сделал глоток сока, но от сладковатого привкуса затошнило. — Я выйду на минутку, — тихо сказал он Бобби, вставая из-за стола, и вдруг почувствовал уже совсем другую боль внизу живота. Он знал, что именно предвещает эта боль. Слишком хорошо знал. Альфа вскочил на ноги, заметив, как он поморщился и схватился за живот. — Кес?! — воскликнул он, придерживая за плечо. — Сядь, я просто пойду пройдусь! — отмахнулся омега, растягивая губы в кривой невеселой улыбке. Он закрыл за собой дверь, отрезая от себя шумную компанию, и медленно направился в сторону уборной. Страх сковывал движения, но даже он был ничтожным по сравнению с тем ужасом, который Кесси испытал, заметив кровь на нижнем белье. Накатила такая паника, что он едва на ногах устоял. Ну вот и всё. Он знал, что этим и закончится. Пятый месяц. Возможно, число пять проклято. — Малыш, пожалуйста, — чувствуя, что захлебывается слезами, прохрипел Кес, хватаясь руками за живот. — Не нужно… Я же не смогу без тебя уже… — сбивчиво шептал он. Отчаянно хотелось позвонить Эверту, просто чтобы услышать его голос, но он физически не мог это сделать. Нужно было собраться с силами и… Он сделал глубокий вдох-выдох и вернулся к ребятам. Отвел в сторону Бобби и смущенно произнес: — Мне нужно в больницу. Срочно. Глаза альфы расширились от тревоги. — Кес, что случилось?! Что-то с ребенком, да? — Пожалуйста, поехали со мной, — до боли прикусив губу, попросил он. — Я не уверен, что в состоянии сейчас вести машину. — Конечно! — встрепенулся Бобби. — Заберу наши куртки, объясню ребятам, а ты пока звони своему акушеру, слышишь? — Зачем? — хрипло переспросил он. — Рождество… — Кес, не тупи! — фыркнул альфа. Спустя десять минут Кес уже сидел в кабинете врача. С минуты на минуту должен был приехать доктор Свон. Он без лишних разговоров согласился осмотреть его, зная о печальной истории Кесси, но особой тревоги в его голосе не замечалось. Он как всегда был преисполнен уверенности. — Ложитесь пока на кушетку, я сделаю УЗИ, — произнес помощник доктора, настраивая аппаратуру. Омега послушно лег и задрал рубашку. Он молчал, мысленно умоляя богов сжалиться над ним и над его ребенком, и едва не застонал от облегчения, когда, едва ли ощутив прикосновения холодного датчика УЗИ к своему смазанном гелем животу, одновременно с тем почувствовал бульканье внутри себя. Так малыш переворачивался. Он не толкался, но… — Все нормально, — улыбнулся доктор, указывая пальцем на экран. — Видите, он касается ладошкой живота изнутри, изучает… Кесси дернулся, пытаясь рассмотреть изображение. И, увидев, как ребенок шевелится, облегченно застонал. — Я конечно, не уверен, но могу предположить, что это отслоение плаценты. Не серьезное, конечно, но придется соблюдать постельный режим и желательно немного полежать на сохранении, прокапаться… — сказал доктор, протягивая омеге салфетки. — Вы правильно сделали, что приехали в больницу. Это может вызвать преждевременные роды, а на таком сроке это еще нежелательно. Точнее скажет доктор Свон, но выбор, конечно, за вами. — Все что угодно! — вскрикнул Кесси, вытирая живот салфетками. — Все меры предосторожности, какие нужны. Мужчина улыбнулся, посмотрел на замершего у двери Бобби. — Ваш муж, видимо, переволновался, — мягко произнес он, обращаясь к альфе. — Нужно обеспечить максимальный покой и заботу.

***

26 декабря Понедельник Кесси проснулся в больнице и удивленно охнул, едва ли открыв глаза. На прикроватном столике стоял огромный букет цветов. Он буквально приковывал взгляд, и ни о чем другом думать уже не получалось. Осторожно приподнявшись на кровати, он внимательно изучил букет, пытаясь найти подсказку, кто же это ему подарил. Он втайне надеялся, что это Райт, что вот он сейчас войдет в палату и скажет, что все будет хорошо. И Кесси поверил бы ему! …Только вот в то, что Эверт подарит ему цветы, он поверить не мог. Да и не в его стиле это. Нежные розочки явно выбирал омега. Вряд ли Элли. Скорее Билли. Кесси слабо улыбнулся и спустил ноги на пол. Прислушался… Он не знал, можно ли ему вставать, но очень уж хотелось в туалет, а потому, еще раз проинспектировав, не болит ли где, поднялся. Умывшись холодной водой, Кесси вдруг в полной мере осознал, насколько он устал. Доктор сказал, нужно меньше волноваться, а он изматывал себе душу, думал без конца о Райте и о работе, когда на самом деле все его мысли должны быть направлены на ребенка. Будто почувствовав, малыш в животе забулькал, перевернулся и… едва ощутимо толкнулся. Омега замер, опираясь обеими руками в раковину. Еще один толчок, но уже более сильный. — Наконец-то, боже, наконец-то! — выдохнул он, поглаживая себя по животу. — Как же ты напугал меня! Ты там даже не думай пока выбираться наружу, понял? Плавай себе, развивайся… Он все ворковал и ворковал, не услышав даже, как приоткрылась дверь. Кесси обернулся, увидев в зеркале отражение Патрика Пайса, санитара. — Привет, — улыбнулся он, складывая руки на груди. — А я сегодня на смену заступил и мне сказали, что к нам самого шерифа положили! Все хорошо? Кес растянул губы в искренней улыбке. — Он толкнулся! — восторженно прошептал он, прощупывая живот, будто понять расположение ребенка. — Впервые! — Здорово! — воскликнул бета. — Я же говорил, что все получится! Ты бы лучше прилег, скоро завтрак принесут… Кес кивнул и вернулся в кровать. — Не знаешь, кто цветы притащил? — поинтересовался он, переворачиваясь на бок. — Буквально десять минут назад целая делегация уехала, — ухмыльнулся Патрик, поднимая жалюзи и впуская солнечный свет в палату. — Доктор Свон прикрикнул на них и прогнал. Слишком галдели. Кесси на это только глаза закатил. С одной стороны он немного расстроился, что это не Эверт, но с другой стороны… он ведь этого и ожидал, да? Подобные жесты совсем не в стиле альфы. Да и сам Кесси не фанат цветов. Бесполезная херня ведь, засохнет, и в мусорное ведро. Он скользнул взглядом по нежным розовым лепесткам и улыбнулся. А все равно приятно.

***

01 марта Среда — Я заеду за тобой через полчаса, — раздался в трубке не терпящий возражений голос Элли. — Что? Ли, даже не выдумывай! Мне нужно на работу! — проворчал Кесси, переворачиваясь на спину. В таком положении он едва ли мог дышать, будто живот давил и на легкие, но от постоянного лежания на боку у него уже ныла поясница. — Первый день весны, погода превосходная, а на работе сегодня ничего важного! Даже не спорь, слышишь? Доктор сказал, ты должен больше гулять, вот и идем гулять! Кес только вздохнул и покорно пошел одеваться. Спорить было глупо. Погода действительно чудесная да и волнение немного отпустило, все-таки тридцать первая неделя беременности — большой срок. Малыш уже достаточно развит, чтобы выжить в случае преждевременных родов, а значит можно было выдохнуть с облегчением. Правда, ходить все еще было тяжело. Кесси был в хорошей физической форме, до беременности регулярно посещал спортзал, но все равно чувствовал себя развалюхой. Это бесило, но он старался успокаивать себя, что все это временно. Вот родит и вернется в форму. — Ну, и куда мы поедем? — проворчал омега, забираясь в салон машины Элли. — К океану! — с улыбкой ответил друг, жмурясь на яркое мартовское солнце. — Ты как? Хорошо себя чувствуешь? — Просто прекрасно, — честно ответил Кесси, приложив руку к животу. Ребенок снова толкался. Ему уже было тесно внутри, но он хотел двигаться. Еще один удар. Кес надеялся, что он не будет сегодня слишком активный и, убаюканный шелестом волн, уснет, даст ему спокойно погулять. Потому что, если он будет вот так вот кувыркаться, то им придется нарезать круги вокруг туалета! Они припарковались возле самого пирса и первым делом направились к кофейне. — Ты что будешь? — рассматривая позиции меню, поинтересовался Элли. — Карамельный латте, — покраснев, сказал Кесси. Глупости, никто не может знать, что запах карамели плотно ассоциируется у него с Райтом! — Карамельный латте и кокосовый раф, — сказал омега баристе и, заметив, как Кес достает кошелек, отмахнулся. — Не выдумывай! Я пригласил тебя на кофе! Кесси только плечами пожал. Ладно, в следующий раз он пригласит Элли. — Давно хотел спросить, что там у тебя с Брайаном? — глядя на бушующий океан, поинтересовался он. — Мы не истинные, и я, честно говоря, даже рад этому, — улыбаясь, поделился друг. — Ну, знаешь, как-то это жутко и паранормально — связь и все такое. Мои родители тоже не были истинными и уже почти сорок лет живут душа в душу. Я вообще до того, как ты мне рассказал про ваши с Эвертом отношения, думал, что все это байки! Кес тоже улыбнулся, поднеся стаканчик к губам. Запах карамели успокаивал, напоминал, что все будет хорошо. Ведь будет, правда?.. — И что, ты хочешь свадьбу или нет? — спросил он, любуясь солнечными бликами на накатывающих на берег волнах. Элли вздохнул. — Я не знаю. Боюсь немного. Он говорит, что любит, и я действительно вижу это, да и сам его люблю, но… Но вдруг я потом встречу истинного и разрушу наши с Брайаном отношения? Или он встретит истинного? Это же вполне вероятно, да? — Конечно, но ты путаешь совместимость и влюбленность, — мягко ответил Кесси. — Это разные вещи, понимаешь? К истинному альфе ты будешь тянуться всем телом, инстинкты будут говорить тебе, что делать, но это не что-то непреодолимое. У меня с Эвертом это получилось случайно, — он выразительно указал взглядом на свой живот. — Если бы не ребенок, да и если бы не связь, я бы никогда не выбрал такого альфу себе в пару. Не потому что он плохой, нет. Я просто не знал его. — Но сейчас ты его знаешь? И ты… Кесси только рассмеялся и шутливо произнес: — Эй, я не могу признаться тебе в любви к Эверту раньше, чем ему самому! Элли тоже заулыбался. — Я это все к чему, — добавил Кес, глядя другу в глаза: — Если ты действительно любишь Брайана сейчас, то ты не разлюбишь его и встретив истинного. Не скрою, будет больно дистанцироваться от совместимого с тобой альфы, но все это временно. Любая боль проходит рано или поздно. Просто помни, что люди должны руководствоваться головой, а не инстинктами, и не важно, насколько эти инстинкты сильные. Они помолчали какое-то время, глядя вдаль, а потом пошли на пирс. В среду днем было мало народу. Им навстречу шла пожилая парочка. Бета держал руку своего омеги и что-то увлеченно рассказывал, указывая на берег. — И вот еще пример — беты, — произнес Кес, когда они дошли до самого края пирса. — У них нет и не может быть истинных, но они тоже создают семьи и обретают счастье. Как Джун и Джо. Кажется, Бобби рассказывал, что у Джо был совместимый омега, но тот был замужем, и они оба решили, что не станут ломать свои семьи ради друг друга. Просто разъехались по разным городам и потеряли связь. — Ладно-ладно, убедил! — воскликнул Элли, растягивая губы в искренней улыбке. — Если мне поступит предложение, я его приму! Кесси удовлетворенно вздохнул и натянул на голову капюшон. Было совсем не холодно, но ветер трепал волосы, и те лезли в лицо, мешая пить кофе. Все эти разговоры о истинных отзывались в его душе невесомой тоской, которую он поспешно отгонял от себя, вдыхая карамельный аромат латте. Это успокаивало… Запах был сильный, умопомрачительно сладкий и навевал воспоминания. Ребенок снова начал толкаться, и Кесси погладил ладонью живот через слои одежды. Он бы еще и заговорил с малышом, но, наверное, глупо делать подобное на людях. Элли вдруг коснулся его плеча и приложил палец к своим губам, призывая к молчанию. Кес удивленно вскинул бровь, но кивнул. Так же без разговоров он отдал мобильный телефон, когда друг показал этот жест, растопырив большой палец и мизинец возле уха. Он нихрена не понимал, растерянно глядя на то, как Элли сует его телефон в карман, а потом солнечно улыбается и уходит. — А… — одними губами прошептал Кесси, оборачиваясь… И натолкнулся взглядом на Эверта. Стало тяжело дышать, безразмерное счастье ширилось, заполняя все его существо. Рецепторы будто взорвались фейерверками, карамельный запах кофе показался блеклым подобием рядом с феромонами, которые исходили от альфы. В глазах Эверта светилась тревога и восторг, он, казалось, ничего не замечал вокруг. — Кес… — позвал он, не делая последний разделяющий их шаг. И Кесси тоже очнулся. Бред. У них никогда не было этих нежностей, обнимашек и поцелуев, так с чего бы сейчас начинать? — Кхм, ты… — неожиданно хриплым голосом начал омега, хватаясь рукой за перила. — Ты приехал… — Ненадолго, — с грустью ответил Райт, поджимая губы. — Я не мог не приехать. Каждый чертов день проклинаю себя, что оставил тебя здесь одного. Могу только представить, что ты чувствуешь. — Все нормально, — торопливо буркнул Кесси, умоляя свой голос не дрожать. Все не нормально. Причем настолько, что он прямо сейчас снова позорно разрыдается и кинется к нему в объятия, умоляя не бросать его одного. — Я справлюсь. А ты… как там? Ну… Эверт смотрел ему в глаза долгим нечитаемым взглядом, будто сканировал. Он знал, что омега врет, видел его состояние, но решил промолчать, сделать вид, что поверил. — Никто не знает, что я тут. Элли привез тебя сюда и забрал телефон в целях безопасности. Я не могу раскрыть всех деталей, но… да, я связался с генералом Вайсом. Ты был прав, он ненавидит меня, но их ненавидит еще сильнее. И мы вместе работаем сейчас. — Моя помощь нужна? — тихо спросил Кесси. Альфа улыбнулся, подошел чуть ближе, встал рядом. — Твоя главная задача сейчас заботиться о ребенке… Кес тут же взвился: — Чтоб ты знал, я не собираюсь сидеть в декрете слишком долго! Восстановлюсь после родов, понянчусь недельку и найму какого-нибудь омегу, чтобы присматривал за ребенком. Он ждал, что Эверт будет переубеждать его, но тот вдруг ласково погладил его по щеке. — Я знал, что ты так скажешь. Другого от тебя и ожидать было нельзя. Кес, поверь мне, — он подошел еще ближе, провел пальцами по виску, убрал прядь волос за ухо, — ты останешься в должности шерифа. Я не позволю этим тварям скинуть тебя. Омега закивал и смущенно отвернулся, утыкаясь взглядом в размытый горизонт. — Ты когда обратно? — шепотом спросил он, чувствуя, что краснеет. — Завтра утром, — вздохнул Эверт. — Я снял комнату в гостинице на окраине города и… ну, если ты хочешь, мы можем провести этот день вместе. Кесси почувствовал, как защипало в глазах, и судорожно заморгал, кивнул. — Конечно, идем, — произнес он, сжимая в руках стаканчик с уже остывшим кофе.