Точка невозврата

POV Альбедо.

      – Нет, серьезно, – тяжело вздохнула девушка, отбирая градусник, который я неохотно выпустил из рук. – 38,7... Вы правда хотите выйти сегодня на работу?       В вопросе слышался нескрываемый упрек, длинные ресницы подрагивали от возмущения – такая красочная реакция на обыкновенную простуду меня позабавила. Болеть очень неудобно, энергия тратится в разы быстрее, из-за чего спать хочется гораздо чаще и дольше. Но если только так я мог лицезреть ее беспокойство, то я готов болеть каждый день.       – Все в порядке, меня просто слегка продуло, – лукавлю, все же в глазах немного рябит, однако ей это знать необязательно.       – Да-да, я это уже слышала...       Ее раздражённое цоканье вызывает желание потрепать пшеничные локоны, что были убраны в свободную косичку. Ей идёт, даже очень... Тц, ватным стало не только тело, но и мозг. Просто замечательно! Необходимо отвлечься, иначе снова пойду на поводу эмоций...       – Ты довольно умело ухаживаешь за больными, – грудной кашель впервые показывает себя вовремя, позволяя мне отпить еще одну кружку заваренного чая.       – Мой брат никогда не отличался крепким здоровьем, поэтому пришлось стать его личным врачом.       Усмешка, пропитанная печальной горечью, заставила меня замолчать. Я уже давно понял, что любое упоминание о ее брате является запретным, тем более после увиденного во временном жилище Кэйи. Внутри все неприятно клокотало. Теперь отвлекать от лишних мыслей нужно не меня.       Люмин так ничего и не рассказала, а я и не спрашивал, боясь потревожить ее воспоминания. Также правильным решением было умолчать о ее ночных криках, которые, по-видимому, и довели Кли до истерики. Страшно представить, что им обеим пришлось пережить этой ночью. Этот надрывный плач до сих пор стоит в ушах и вызывает еле скрываемые мурашки.       – Спасибо...       – М?       Может, моя сожительница была права, и у меня начались слуховые галлюцинации? Иначе я не могу объяснить, почему второй раз за утро слышу от нее фразы, ей не свойственные.       – Спасибо за то, что сидели со мной всю ночь, несмотря на плохое самочувствие... И что...успокоили меня...       С каждым словом ее чарующий голос становился все тише, в какой-то момент я подвинулся ближе, чтобы расслышать каждую произнесенную буковку – Люмин слишком редко начинала разговор по собственной инициативе. Пускай на ее лице не отобразилось и тени волнения, но ее покрасневшие ушки выдавали ее с потрохами. Довольно занимательная реакция... Нет, сейчас лучше отвести взгляд. Не смотри, Альбедо, борись с соблазном, что неумолимо растет каждую секунду.       – Я прошу прощения, что заставила Вас волноваться... И что Кли плакала из-за меня...       В какой-то момент благодарность сменилась на угнетение себя, подобные заявления мне были явно не по душе, но прерывать сосредоточенную девушку не хотелось – выслушаю до конца, а потом уже выскажусь. Я часто задумывался о том, в какой обстановке она росла. Ее манеры и привычки, незримые для самой себя, не свойственны людям улицы. Конечно, порой в ее речи проскакивают какие-то грубые высказывания, но это бывает так редко, что можно пересчитать по пальцам.       Однако речь не только о них. Почему младшая сестра должна была ухаживать за старшим братом? Почему должна соглашаться на сомнительную работу, чтобы немного прокор–!.. Стоп.       – "Она ведь жила на улице и по ее истощенному телу можно понять, что питалась она не три раза в день. Тогда... она собирает на что-то? Или может для кого-то..."       – Поэтому я пойму, если Вы захотите уволить меня, – погрузившись в свои мысли, я даже не заметил, как уже несколько минут взгляд золотистых глаз был направлен на меня.       – Мы уже говорили на эту тему, Люмин, – пришлось прокашляться, чтобы убрать хриплость в голосе. – Если чувствуешь вину, то останешься до конца и не будешь убегать, – на этом утверждении слева послышался облегченный вздох. – "Глупенькая, зачем же ты говоришь о том, чего сама не хочешь?"       До конца... А ведь конец уже близко. Вчера, ближе к ночи, мне позвонила Лиза, классная руководительница Кли и по совместительству учитель литературы, и оповестила, что школа уже отремонтирована и занятия начались с понедельника. Это значит, что сестра...больше не может здесь находиться.       – "Хоть я и ответил, что Кли пока не может вернуться, потому что с ней некому сидеть, ведь Кэйа сейчас в другом городе, а ее мама в другой стране, но этой отговорки хватит только на неделю – именно через столько возвращается Алиса."       Не будет Кли – не будет Люмин и это удручает. Наши нынешние отношения сложно отнести хоть к какой-нибудь категории, кроме "работодатель и работник", и то даже здесь были нарушены границы. Как только закончится неделя наказания, она вновь исчезнет из университета и мы больше не сможем пересекаться каждый день. И я более чем уверен, что она начнёт меня избегать – в этом она точно хороша, раз даже ее друзья не способны ее поймать.       Мы не друзья. Не приятели, что могут запросто назначить встречу в кафе и сесть за один столик, попивая мятный чай. Да и разве возможно стать кем-то из них после поцелуя... Ох, нет, я не должен был про это вспоминать.       – Ваша кожа становится все краснее и краснее. Возможно мне стоило дать нурофен, а не парацетамол...       Прохладные мягкие ладони легли на мой слегка вспотевший лоб и шею, заставляя признать, что в комнате стало невыносимо жарко... Хах, Люмин, если бы ты только знала, что творится со мной после твоих прикосновений. Это правда сводит с ума...

Конец POV Альбедо.

***

      Сегодняшнее раннее утро выделялось тишиной и спокойствием в Мондштатском университете – коридоры были практически пусты, лишь изредка мимо вымотанной студентки проходили убитые третьекурсники, собирающиеся покупать очередную порцию эспрессо из кофейного аппарата. Ветер на улице вел себя удовлетворительно, то и дело заглядывая в пластиковые окна и наблюдая за светлой поникшей макушкой.       – "Почему вчера никто не предупредил об отмене первой пары?" – недовольно вздыхала блондинка, облокатившись на металлическую стенку автомата.       Колено неприятно саднило при ходьбе, поэтому пришлось сменить положение на сидячее. Да и ждать Сахарозу в этом месте было удобнее всего.       – "Хотя может и предупреждали, но до изгоев новости никогда не доходят..." – лёгкое пожимание плечами и расслабленные брови выдавали женскую незаинтересованность.       – Ох, Л-Люмин, тебе тоже ничего не сказали?       Впереди показалась невысокая фигура со взъерошенными салатовыми волосами и блондинку это напрягло. Подруга всегда выглядела более чем опрятно, а тут такое гнездо на голове.       – Было бы странно, если бы рассказали, – саркастично усмехнулась студентка, поднявшись с места и стараясь игнорировать беспокойную болячку. – Что с твоими волосами?       – А?.. Вааа, что же это???       Женское удивление было настолько по-детски искренним, что Люмин не смогла сдержать смешок – медные глаза широко открылись, а ладони начали быстро быстро зачесывать выбившиеся короткие пряди и поправлять длинноватую челку.       – Похоже ветер хорошенько потрепал тебя по голове. Давай расчёску, я поправлю.       Блондинка любила расчёсывать волосы Сахарозы – от ее прядей всегда доносился запах сладостей и природной свежести, который после отпечатывался на ладонях. В каком-то роде это и являлось главной причиной. Но студентка понимает, что даже если бы прическа подруги была в полном порядке, то она все равно бы попросила ее об этом. После некоторых махинаций, прогульщица осторожно поднесла тыльную сторону ладони к носу, чтобы проверить аромат, а после досадно прошипела, вновь откидываясь на скамью.       – "Все равно чувствую эти цитрусовые нотки..."       Такой запах мог принадлежать только одному человеку, который нещадно ворвался в ее жизнь, даже не удосужившись постучать. Если бы стучал, то она бы не открыла – лучше выпрыгнуть в окно, как при их первой официальной встрече, или наоборот забаррикадировать дверь, лишь бы этот наглый самодовольный тип остался на другой стороне. А так...он уже внутри. И Люмин прекрасно понимает, что он не такой ужасный, каким она хочет его выставить в собственном сердце.       Да, он любит дразнить ее, причем методы порой переходят личные границы, хотя они не заботили его с самого начала. Но хозяин понимающий и не лезет туда, куда не просят, даже если его глаза сияют неподдельной заинтересованностью. Парень предоставил ей все условия для проживания, выделив одну из комнат и обустроив ее под комфортное пребывание. Составленные правила уже давно позабыты, профессор задаёт столько вопросов, сколько захочет, но некоторые блондинка все же усиленно игнорирует.       Происшествие с утра заставило Люмин задуматься об ее личном отношении к своему работодателю и по совместительству профессору. Девушка понимала, что забота парня выходила за рамки положенного – можно сказать, что он упрямо выходил за четко отмеченные границы и даже не переживал об этом. По крайней мере по нему не было видно. Но проблема в том... что и она сама стала переступать через установленную грань. И это пугало.       – Сахароза... – тяжёлый нескрываемый вздох заставил подругу тут же присесть рядом и сосредоточиться. – Ты хорошо разбираешься в человеческих чувствах?       Вопрос был неожиданным. Даже слишком, отчего стеснительная особа непонимающе уставилась на собеседницу, сминая ткань на рукавах. В золотистых глазах отчётливо виднелось ожидание, поэтому, поправив свои очки, девушка с заиканием поспешила уточнить:       – Ч-ч-чувства??? О к-каких чувствах идёт речь?????       Увидев смятение на женском лице, блондинка замялась, стараясь правильно подобрать слова. Сахароза была очень впечатлительной, но студентка понимала, что поговорить о подобном она может только с ней. Ей просто требовалось опровержение, чтобы кто-то другой донес до нее простую истину и развеял все сомнения. Чтобы отговорил и сказал, что она не перепутала и это невозможно.       – Спрошу проще: в чем разница между "быть благодарным кому-то" и "испытывать влечение к кому-то"?       Хоть вопрос был задан без единой запинки, но чтобы договорить девушке потребовалась вся оставшаяся сила воли. Подруга потупила свой взор, казалось, что в ее голове начали усиленно крутиться шестерёнки. Подперев щеку, однокурсница удивлённо изогнула бровь и, не отводя взгляда, смущенно хихикнула:       – Люмин, мне кажется, что этот вопрос стоило задать себе перед зеркалом...       – ...Чёрт... Чёрт! – выругалась блондинка, пряча свое бардовое лицо в ладонях и отмечая, что этот дурацкий цитрусовый аромат до ужаса приятен.