Для Господина

Очнулся я в привычных уже покоях в родной постели ночью. Один. Где муж?! Необычно, но я быстро привык спать рядом с ним, и сейчас чувствовал себя некомфортно. В темноте перерываю подушки, скомкав постельное белье, но Вальтера там не было. Тело немного ломило, в памяти лишь вспышки, те мгновения, как в меня летело лезвие, затем падение… А ещё я помню лицо Вальтера, очень близко, но не могу понять, в какой момент он был рядом. Совершенно запутался. Оказался в ситуации, когда сделать можно только одно: — Розабэээээээээээль! — ору в надежде, что слуга где-то рядом. — Господин? Что с вами?! — распахиваются двери банной комнаты, слуга, споткнувшись о порог, нащупывает где-то свечу и зажигает. — Ты что там делал?! — истерично визжу от испуга. Я то думал, он за основной дверью и, если честно, надежда была призрачной. — Переживал за вас, Господин. — А, не важно. Что произошло? Почему я один, где Вальтер? — Эм, Его Высочество спас вас от падения, обернувшись драконом. Сейчас он… Спит во дворе. — как-то совсем неуверенно произносит мальчик-колокольчик. — Че? Его несравненное гордое Высочество спит где, прости? У него там палатка? — от всей этой несуразицы аж голова разболелась, при этом неприятное чувство неизвестного в данном случае происхождения, очень похожее на злобу, бушевало внутри. — Палатка, Господин? Снова ваши мирские штучки? — присев рядом, Розабэль прикоснулся губами в очень милом жесте к моему лбу, проверяя наличие температуры. — Слава Всевышнему, лихорадки нет. — Плевать на палатку. Мне его сюда насильно тащить? Утром же клятва! — судорожно пытаюсь сообразить, что же делать. — Его Величество будет в ярости. — Господин, боюсь, что спать в покоях принцу сейчас будет немного… Затруднительно. — Это ещё почему? Спустя некоторое время стоим с Розабэлем во внутреннем дворе, том самом, с памятного чаепития, и наблюдаем следующее: чёрная махина в лице Вальтера в драконьей ипостаси преспокойно дрыхнет, придавив собой клумбы с дивными цветами. — И как это понимать? Почему он не возвращается в свой прежний облик? — не свожу сверлящий взгляд с чёрного ящера. — Не могу знать, Господин. Но Его Величество после происшествия с вашим падением приказал слугам без острой надобности во внутренний двор не соваться. — Надеюсь, что мое недовольство сойдёт за острую надобность. Ну-ка, пошли, — схватив слугу за шиворот, тащу к беседке, выбрав хороший угол обзора. — Стой здесь и наблюдай. Будешь свидетелем, если принц вздумает сожрать меня, например. — Господин Жюли, вы серьезно? — то ли обалдевшим, то ли жалобным тоном протянул Розабель, схватив меня за рукав. — Вас нельзя есть, Его Величество сожжет меня в адском пламени, не оставив и косточки, если с Вами что-то случится! Не смейте подвергать себя опасности дважды за лишь одни сутки! Я всегда искренне поражался честности этого парня. Что ж, если память мне не изменяет, то по статистике большинство подобных преступлений совершаются в браке. И как бы называлась статься в нашем случае?.. Что-то воображение разыгралось. — Розабель, все будет в порядке. Я просто с ним поговорю. Оставляю сопротивляющегося слугу в беседке, придав лёгкого пинка для уверенности. Пусть сидит на месте и не рыпается. Быстрым шагом направляюсь к Его Высочеству, мысленно матерясь. Почему этот двор такой огромный?! Аж запыхался. — Слыш!.. Эм, то есть, Ваше Высочество, просыпайтесь. — Грррррр. — было мне ответом, когда чудище повернуло свою огромную голову в мою сторону. Два горящих в темноте глаза, будто налитых кровью, с вертикальным зрачком были прямо передо мной. Вальтер посмотрел с секунду на тщедушного меня из-под полуопущенных век, резко выпустил воздух из ноздрей так, что у меня волосы на голове зашевелились, и отвернулся. Ах ты вредный игнорщик! — Ваше Высочество! Хоть и только наполовину, но вы все ещё мой супруг! Что люди подумают, если вы будете ночевать не со своим мужем? — Гррррррррррррр. — рычит протяжно, отодвигая меня подальше своим хвостом. Хамло! — Перестаньте! — чувствую себя истеричкой. — Возвращайте себе человеческий во всех смыслах вид и пойдёмте в покои. — упрямо возвращаюсь на прежнее место перед его мордой. — Ггррррр! — снова фыркает, отодвигая. — И так вы отвечаете на все! Ваше Высочество, это крайне не вежливо! — отбиваюсь от приставучего хвоста. — Я с вами разговариваю, а вы «ррррр». Это не общение! — Гррррр. Стою столбом и наблюдаю, как ящер отворачивается, чтобы вернуться в прекрасное царство Морфея. Упрямый козел. Мне бы радоваться на самом деле, что ещё в первую брачную ночь не изнасиловали по всем законам жанра, но отчего-то я чувствую, что с каждым днём теряю связь с Вальтером. Эту маленькую красную ниточку, ощущаемую только где-то глубоко в душе, скоро может разорвать окончательно. Я не переживал по этому поводу и внезапной любви не почувствовал ни разу за все время. Однако было и несколько «но». Ответственность за обещание, данное королю, во что бы то ни стало спасти Вальтера, хоть и не известно от чего. А ещё я с удивлением отметил, что совершенно его не боялся, будто интуитивно понимал, что принц не причинит мне вреда. Даже искал в нем защиту. Последний факт вводил в недоумение, потому как прежнего Жюли Вальтер ненавидел. Черт с ним, возвращаюсь к слуге. — У вас получилось что-то узнать, Господин? — интересуется Розабэль, выдохнув, когда замечает, что на мне ни царапины. — Ничего. Его Высочество не соблаговолило оказать мне честь и объяснить. Даже словом не удостоил. — Словом? Господин, драконы не могут говорить. — Что? — Драконья ипостась не позволяет обладать человеческой речью. — Чушь, король вполне членораздельно вещал, будучи драконом. — Я говорю правду, Господин. Что ж это получается, я зря глотку надрывал? Теперь извинения преподнести надобно? Такой подставы не ожидал. Хотя, король как-то упоминал, что может многое из того, что недоступно другим драконам. Эх… — Розабэль, принеси мне одеяло и подушку. — Зачем? Вы что, собираетесь ночевать под открытым небом?! Простудитесь! — Я буду ночевать с супругом. — Господин Жюли, это лишнее. Отдохните в своих покоях, а утром продолжите выяснять обстоятельства, по которым Его Высочество так себя ведёт. — Нет, нельзя. — Почему? — обеспокоенно хватает меня за руку. — Вам не обязательно гробить своё здоровье. Или вы… А! Вы что, полюбили принца и хотите скрасить его одиночество? — Чего? Нет! — отнимаю свою руку. — Тогда по какой такой причине вы упрямитесь? — Король постоянно твердит, что мы с ним предназначены друг другу самой судьбой. Может в этих словах кроется иной смысл? Вовсе не романтический. Я постоянно думаю об этом, но не могу понять. И не пойму, если дальше буду отдаляться. — А я совсем не понимаю вас, Господин. Сейчас все принесу. — слуга сдался. Через пятнадцать минут у меня было одеяло и подушка. После ухода слуги набираюсь смелости и иду к дракону. Помедлив, укладываюсь рядом, облокотившись об его спину. Чувствую как голова падает на землю — Вальтер отодвинулся. Подползаю ближе, вновь облокотившись, а дракон снова отодвигается. И так ещё несколько раз, пока принцу не надоело.

***

Открываю глаза на рассвете, вижу как солнечные лучи отражаются от плитки на башнях дворца. Как ярко. Лежать сейчас на свежем воздухе так приятно, тепло и уютно, вот бы поспать ещё. Погодите. Тепло? Оборачиваюсь и понимаю, что Вальтер в облике человека абсолютно обнаженный лежит позади меня, обнимая со спины. Всё-таки не бросил одного замерзать на холодной земле. Но ситуация довольно двусмысленная, конечно. Вытаскиваю руку из-под одеяла, чтобы убедиться в очередной раз, что браслет раскололся. Должен ли я всё-таки переспать с ним и покончить с глупой традицией ежедневных клятв? Всего один раз лечь под мужчину, не так уж и страшно. К тому же, в этом мире никто даже осуждать не станет за мужеложество. Но… Смогу ли я? Аккуратно переворачиваюсь всем телом в его объятиях, чтобы посмотреть на Вальтера поближе. Красивый, куда ни глянь. Тёмная кожа, длинные ресницы, нос с маленькой горбинкой, роскошные длинные чёрные волосы. Даже на вид шелковистые. Впервые вижу принца без одежды, которая скрывала поистине шикарные мышцы и стройное тело. Я бы не отказался иметь такое же, даже потрогать захотелось. А отказывать себе в мелких радостях не привык, поэтому сползаю чуть пониже уровня лица принца, который все еще обнимал меня. Касаюсь ладонью его груди, чтобы ощутить насколько она твёрдая, хоть и мягкая на вид. Опускаю руки ниже к стальному прессу, жутко завидуя. Обвожу пальцем кубики, затем перемещаю ладонь на его руки, прощупывая. Нежно касаясь, веду до плеча, взгляд сам собой переходит на его выступающие ключицы, подбородок и скулы… Вздрагиваю и сжижаюсь как кролик, наткнувшись на красные глаза. И давно Вальтер не спит и наблюдает за мной? И с чего я вообще решил, что он от таких манипуляций не проснётся?! Идиот! — Я… Эм… — не могу подобрать слов, чтобы оправдать свои домогательства. — Доброе утро? В конце концов, решаю, что не обязан что-либо объяснять своему же супругу. По статусу имею право. — Доброе. — отвечает с непонятной интонацией. Вальтер не стал меня дразнить, но одеяло отобрал, чтобы прикрыть наготу. Равнодушие принца немного обидело, мог бы посмущаться что-ли, хотя… Почему это совершенство должно стесняться? А вот и сам король со священнослужителем спешат к нам, чтобы в очередной раз закрепить клятву, которую я теперь даже во сне расскажу без запинки.

***

После завтрака удалось выцепить несколько минут в загруженном расписании Его Величества, чтобы узнать подробности происшествия. Оказалось, что Вальтер попросту не мог вернуть себе человеческий облик, обычно на это уходило несколько недель с некоторых пор. Из чего следовало, что мое присутствие рядом ускорило превращение до всего навсего одной ночи. Обычно у драконов подобной проблемы не возникало. Я попрежнему не понимал как это работает и что именно не так с магией Вальтера, но рад, что ему лучше. До обеда Розабэль объяснял мне географию этого мира: соседние королевства, различные поселения и деревеньки. На карте каждая местность, даже самая маленькая, отмечалась гербом. И один из таких гербов в виде полумесяца с цветком «Агония» меня заинтересовал, так как на плаще Вальтера всегда была брошь с этим же знаком. Изначально я думал, что это просто безделушка, но раз это герб, да ещё и не тот, который красуется на воротах в замок, а маленькой деревеньки где-то в лесах, возникают вопросы. — А что это за место? Расскажи о нем. — Деревня «Ливерия». Народ там живет отстранённый от внешнего мира, чужаков не любят. Но у жителей деревни лучшие лекари в королевстве, множество полезных трав в ближайших лесах. Насколько мне известно, первый супруг короля родом из этой деревни. — Что? Вальгард был обычным жителем деревни? — Да, Господин. Подробностей, к сожалению, не знаю. — Удивительно, король женился на простолюдине. — рассматриваю карту ещё внимательнее, вдруг найду ещё что-то интересное. — А сыновья значит вступают в брак по договоренности. Розабэль, мы должны съездить в эту деревню. — Господин! Вы сейчас член королевской семьи, стоит ли отправляться в такое далёкое путешествие? Это опасно. Да и зачем? — Хочу узнать побольше о магии чёрных драконов. А раз предки Вальтера из этой деревни, возможно найдём и другую информацию о Вальгарде, а с ним и подробности о загадочной смерти. Король ведь не спешит открывать карты. — В таком случае, Господин, как вы объясните эту поездку супругу? — А я должен что-то объяснять? — приподнимаю бровь. Я ведь не пленник. — Эм… Младший супруг не может отправиться куда-либо за пределы имений без разрешения старшего. Вам потребуется бумага, подтверждающая законность вашей поездки. И ещё кое что: если кто-то увидит вас без браслета, сразу подумает, что покровителя у вас нет. Соотвественно, Господин, это очень рискованно. Вы будете как ходячая мишень для разбойников даже со свитой. Плюс, если браслета нет, то должна стоять печать отца, главы семьи. — Черт. Сколько займёт дорога? — Две недели в одну сторону. — Значит месяц в полной сумме. Черт! А если притвориться обычными путниками? — Вас без свиты никто не отпустит. Не забывайте своё положение: Господин Жюли — супруг принца королевства. Таким образом, либо уговорить Вальтера предоставить мне необходимую бумагу и закрепить брак, либо дырка мне от бублика, а не поездка. Я же реально как пленник без этого браслета! Я долго размышлял о всех возможных вариантах: попросить принца поехать со мной, затащить его в постель ради закрепления брака, или же оставить все как есть и не рыпаться. Первый вариант придётся обосновать, а я не уверен, что стоит ему все рассказывать. Второй означал прощание с анальной девственностью, а третий — топтание на одном месте и ухудшение состояния Вальтера. Позволить себе бездействовать я не мог, потому как не знал, сколько времени у меня вообще есть. Осталось только одно… Парень я, конечно, решительный, но эта задачка, пожалуй, одна из самых трудных в моей жизни. Сижу в ночнушке весь намытый до скрипа, облитый ароматными маслами каких-то трав, выбритый во всех стратегически важных местах. Розабэль по мне так ножичком повозил, что таким гладеньким я никогда не был. Хоть и волос от природы совсем мало. Грызу ногти в ожидании, когда же Вальтер выйдет из банной комнаты, но нет ничего хуже течения времени, когда чего-то ждёшь. Соберись, тряпка! Тебе нужен этот браслет на постоянной основе. Делаю глубокий вдох, затем выдох. Спускаю ноги с кровати на холодный пол, на цыпочках подхожу к двери, за которой сейчас мой муж. Сегодня он должен стать им перед Богами. Сглатываю ком в горле. Прислушиваюсь, в помещении ни одного шороха. Жуть. Толкаю дверь, которая легко поддаётся. Вальтер лежит в воде с закрытыми глазами, в приглушённом свете от свечи. Заворожённый этим зрелищем, стараюсь очень тихо подойти поближе, совершенно не зная с чего начать. Как вообще соблазнить мужчину? Наклоняюсь к его лицу и застываю в растерянности. — Когда ты целовал Каспара, был куда смелее. — неожиданно произносит принц и открывает глаза. Свои красные глаза, которые вечно прибивают меня к полу. Он вообще когда-нибудь спит? Значит у Жюли с Каспаром действительно была романтическая связь, и Вальтер все знает. Только сейчас осознаю, что о чувствах кронпринца совсем не подумал, ведь тяжело не только мне. Его супруг был в постели с его братом. Невыгодное у меня положение. — Я этого не помню. — говорю, не опуская глаз. — Какую игру ты ведёшь? Думаешь, я поверю, что ты выборочно потерял память? — Ваше Величество, — из наклона возвращаюсь в прежнее положение. — Я уверяю вас, что не помню ничего, что происходило до брака с вами. Вы можете не верить, но сейчас я в любом случае ваш супруг. Не Каспара, а ваш. И… — Продолжай. Что ты хотел сказать? — И… — прикусываю губу. — И я хочу быть вашим перед Богами. Я сказал это! Сказал! Не верится… Сердце стучит так, будто сейчас выскочит из груди и утопится в этой ванне. Вальтер смотрел на меня стеклянным взглядом, будто тоже не верил своим ушам. Может, ждёт, что я передумаю? Кронпринц поднялся в ванной в полный рост, из-за чего теперь нужно было смотреть снизу вверх. А это было затруднительно, так как мне стоило огромных усилий побороть природное любопытство и не опускать взгляд к его промежности. — Ты никогда не хотел быть со мной, с самого детства. А сейчас заявляешь, что хочешь разделить постель? Что же изменилось? Понимаю его смятение и недоверие, а также то, что стало стеной между нами. И по непонятным причинам я не могу себя заставить врать кронпринцу, ибо при одной только мысли о предательстве испытываю жгучий стыд. — Я… Я не влюблён в вас, вы правы. Но вы мой супруг, и мне бы хотелось стать для вас верным мужем и опорой. — сердце, прошу, успокойся. — К Каспару я не испытываю никаких чувств вовсе, даже дружеских. Более того, даже не помню, испытывал ли вообще. — Выходит, стоит памяти вернуться, побежишь к нему? Настоящий Жюли уже мёртв и не вернётся, а я уже решил, что, если стал чьим-то супругом, то буду хранить верность. Поэтому… — Этого не случится. Я буду доказывать вам это столько, сколько потребуется. Вальтер нахмурился, пытаясь разглядеть во мне неискренность, но у него не выйдет. Знаю, что красные глаза видят больше, чем обычные. Я понял это не сразу, но с каждым разом, когда кронпринц смотрел на меня, чувство становилось отчетливее. Вальтер может считывать эмоции или намерения людей. Не знаю как правильно, но есть у него подобная способность. И сейчас он пытается уловить фальшь в моих словах и не может. Протягиваю ладонь, чтобы коснуться его кожи, по которой скатывались капли воды. Меня ощутимо трясёт, но упорно продолжаю тянуться к нему и подхожу ближе, почти вплотную. Никогда не думал, что поцеловать кого-то может быть настолько сложно. Перевожу ладонь с его груди на шею, где немного прилипли волосы от влаги, убираю их назад. Приподнявшись на носочки, дышу Вальтеру в губы, но не могу преодолеть эти пару сантиметров. Помоги же мне, черт тебя дери! Но кронпринц и не думал упрощать несчастному мне задачу, а я уже готов сгореть со стыда и провалиться сквозь землю от страха. В горле пересохло, ноги еле держат. Решившись, касаюсь губами его губ еле ощутимо, будто чуть ветерком подуло. От стойки на пальцах задрожали колени, и я рисковал облажаться по полной, если не буду держаться за него сильнее. И тут Вальтер сжалился надо мной, обняв за талию и прижав к себе, в тот же момент поцеловал меня сам. От ощущений я чуть не задохнулся. Он не совал язык мне в рот, не кусался, даже не напирал. Это был вполне обычный поцелуй, но меня вело от осознания происходящего. От тепла его тела, от неожиданно мягких губ, от рук, что так крепко обнимали. До этого момента я никогда не представлял какого это, доверить своё тело человеку гораздо сильнее тебя. Инициатива Вальтера придала мне уверенности, и я уже сильнее обнимал его за шею, отвечая на поцелуй. Разорвав поцелуй, Вальтер перешагнул бортик ванны, одновременно придерживая меня на месте, ибо я пошатывался из стороны в сторону, словно опьяненный. После направляется в комнату и аккуратно ведёт меня за собой. Аккуратно, потому что я готов был запнуться о свою же ногу. Послушно сажусь на кровать и теперь осматриваю кронпринца полностью: с головы и груди до паха и пят. С удивлением понимаю, что не чувствую и капли отвращения, наоборот, он настолько привлекателен, что возбуждение само скапливается в паху. Ещё буквально несколько минут назад до поцелуя я полагал, что придётся потратить время, чтобы нужный орган принял стойку смирно, но все оказалось совсем иначе. Вальтер лёгким толчком в плечо заставляет меня лечь, а затем, наклонившись, тянет мою промокшую ночнушку вверх, оголяя бёдра. Сжимаю колени, стесняясь, отвожу взгляд. Чувствую, как щеки пылают румянцем, но меня успокаивала реакция Вальтера: он не смеялся надо мной. Напротив, его уверенные, ласковые движения направляли и помогали расслабиться. Снова целует меня, отвечаю уже не задумываясь. — Сегодня не пойдём до конца. — произносит мне в ухо. — Поэтому не нужно дрожать, как лист на ветру.