-5-
11 сентября 2022 г., 12:00
Под убаюкивающий стук дождя письмо продвигалось с трудом. Вета постоянно отвлекалась, зевала, но старательно, пока свежи впечатления, описывала роскошно-траурное убранство королевского дворца, наряды фрейлин, изложила разговор с принцессой-регентом. Снова зевнула, отодвинулась от стола и критически оценила строки — не кривоваты ли? Потянулась за флаконом с песком, подсушить чернила, да так и замерла. Магический светильник мигнул и погас после очередного раската грома. Это было странно — не свеча же. Дариуш рассказывал, что все кристаллы в особняке заряжает лично, но Вета не задумывалась: связана ли их магия с хозяином? Впрочем, работало же всё до сих пор.
Осторожно, чтобы не опрокинуть чернильницу и не испортить труд последних минут сорока, поднялась. Коснулась шара, сдерживая порыв его потрясти — ведь бесполезно. В коридоре тоже стало темно — исчезла полоска света под дверью.
Пока гадала, что делать, да и вообще надо ли, со стороны лестницы раздался детский голос и еле слышный всхлип, тут уж Вета не колебалась.
— Ланни? — глаза быстро привыкли к полумраку и вскоре она отыскала силуэт девочки в светлом платье. — Что случилось?
— Катти? Я ищу Катти. Светильники сломались, хотя такого не может быть! — в голосе дочери Анджея звучали сердитые ноты, снова поражая семейным сходством. — У меня есть свой, мне папа подарил, но в него нужно вставить кристалл. А Катти вышла, и я не знаю, где она.
— А твоя няня? — Вете хотелось взять девочку за руку, но та не собиралась приближаться. — Или давай я помогу?
— У меня нет няни, я уже большая, — снисходительно глянула на неё Джоланка, по крайней мере так Вете показалось в полумраке. — Мирра, гувернантка, пока в отпуске. Она вернётся через неделю, в наш дом на Кленовой улице. А ты сможешь? Не… поломаешь?
«Наш дом». Конечно. Не живёт же Анджей круглые сутки на службе, а ребёнка не нянчат бабушка с дедушкой.
— Я постараюсь ничего не испортить, — Вета осторожно взяла протянутую сферу и покрутила в руках, отыскивая паз. — Нашла. Давай кристалл.
В протянутую ладонь легла прохладная полоска, оставалось только аккуратно, до мягкого щелчка вставить одно во второе. Есть. Шар засветился сразу, мягко и ровно. В глубине сферы, если присмотреться, клубился фиолетовый дым.
— Это папа мне сделал, — девочка решительно забрала светильник. — Шар может навевать приятные сны. Или показывать сказки, но для этого нужен другой кристалл. Как ты думаешь, что с домом? Грустит?
— Я не знаю, — пожала плечами Вета, — может быть.
— Эй, как вы там? — раздался снизу звонкий голос Катаржины. — Я смотрела в подвале как тут всё устроено. И случайно отключила освещение, но уже вернула как было. Сейчас будет светло!
— А может и не грустит, — пробормотала Вета про себя. — Проводить тебя до комнаты?
Магические шары, действительно, мигнули и зажглись.
— Я сама, — отрицательно покачала головой Джоланка. — Мы с папой гостили здесь раньше, в день именин дяди Дариуша.
Девочка сделала несколько шагов, но обернулась.
— Спасибо!
Сфера в её руке клубилась фиолетовыми переливами. Губы дрогнули в робкой улыбке и Вете подумалось, что сейчас Джоланка на отца совсем не похожа.
***
— Выкладывай! — Анджей сдвинул всё со стола, не забывая, впрочем, открыть небольшой дорожный сундук, который по его просьбе доставили из особняка. Выудил оттуда бутыль с бренди, довольно хмыкнул и щедро плеснул содержимое в два стакана. Помощник между тем извлёк из футляра бумаги, а поверх легла тень магического оттиска документа. — Так, что у нас тут? — Анджей сделал глоток, прикрыл на миг глаза и приготовился слушать. Шпак набрал воздуха, внезапно закашлялся, помахал рукой, мол, всё со мной в порядке, сейчас. — Пока ты распивал чаи с принцессой и невестой… — начал он, но Анджей хмыкнул и прервал. — Эту часть можешь пропустить. К делу. — В общем, как ты знаешь, мы снова опрашивали свидетелей по трём направлениям, с целью выяснить как в руках у кронпринца оказалась шкатулка. Исходя из того, что в ней находился тот самый артефакт. Анджей кивнул, покачивая стакан в руке. Собственно, всё это он знал и можно было начать с главного, но пусть уж помощник учится выстраивать доклад по всей форме. — Одна группа снова опрашивала стражу, тех кто выжил в день покушения. Вторая допросила садовников — не заказывал ли кронпринц в подарок супруге что-либо для оранжереи. В характерной шкатулке. И я, по твоему поручению, отправился в Хранилище. Оказалось, что старый хранитель умер и там сейчас за главного его бывший помощник. Смерть старика никого не удивила, ему давно перевалило за сто, он жуть как любил рассказывать истории, что помнит почившего короля ребёнком и как к замку пристраивали южное крыло. Наверняка имел дар или из семьи магов. Сделав замечание от себя, Ярек скосился в сторону начальства — не придерётся ли к словам? Сосредоточился и продолжил. — Теперешний хранитель пожаловался, что пока полностью не вошел в курс всех дел, не разобрался с записями и предложил мне посмотреть самому. За окном зловеще громыхнуло, Ярек вздрогнул от неожиданности и Анджею пришлось ободряюще кивнуть помощнику. Мол, я весь внимание. — Во-о-от. Я просмотрел то, что лежало на столе, а там было-то несколько листов, спросил где остальное и новый хранитель посоветовал посмотреть у старика дома, иногда тот забирал документы с собой, чтобы поработать или просто по привычке. — Надеюсь, ты не превысил полномочий? — на упреждение уточнил Паковски, догадываясь, к чему дело идёт. — Нет, — ответил Ярек укоризненным взглядом. — Хранитель, оказывается, давно жил там же, во дворце… — Да лет тридцать точно, — кивнул Анджей, вспоминая угрюмого старика в служебной хламиде, с которым сталкивался несколько раз — тот, кажется, и не менялся со временем, разве что седая борода становилась длиннее. — В крыле для прислуги у него была отдельная квартира. Мне открыла девушка, что у него прибиралась. Она, к слову и нашла тело. Говорит, старый хранитель уснул прямо за письменным столом, так и скончался. Поэтому заходить отказалась, но впустила меня в комнаты. Я всё внимательно просмотрел, вот. Итоги. Анджей кивнул энергичнее — наконец-то. — Первое, — войдя в раж, Ярек даже начал загибать пальцы. — На стене, над каминной полкой, у старика висят портреты сыновей. Все в траурных рамках. Из документов стало ясно, что все трое погибли на последней войне, в боях. — Второе. Судя по личным записям — я нашёл ежедневник хранителя и что-то вроде дневника, — он винил в гибели детей старого короля, а принца Зимовита — в том, что их смерти оказались бессмысленными. Эти рассуждения часто встречаются и, мне кажется, если опросить круг его знакомых, мы выясним, что подобные мысли часто высказывались им вслух. Анджей оценил взглядом внушительную стопку документов на столе и Ярек поправил листы, чтоб не расползались: — Здесь не всё, только основное. — Третье. Хранитель в дневнике часто рассуждал о том, что хотел бы отомстить за смерть детей, а то его жизнь тоже утратила смысл. Это зафиксировано в записях. — И последнее. За неделю до гибели его высочества, старик Хранитель отметил в журнале находку под номером 12. 347 из старой сокровищницы, обозначенную, как: «Старинный артефакт. Предположительно периода предтеч. Из раздела подарков высочайшим лицам различными делегациями. Закрытая секция». В скобках: «лично для его высочества Зимовита». А у себя в дневнике отметил, цитирую: «Это то, что я искал долгие годы! Этот день всё изменит. Наконец-то». И стоит три восклицательных знака. Довольный собой Ярек победно глянул на Анджея. — Всё сходится. Старик хотел отомстить за сыновей. Мир, который заключил Зимовит он не одобрял, считал, что принц предал всех, кто погиб. Долго искал способ, а когда нашёл артефакт, обрадовался. Настроил эту штуку и вручил его высочеству. Тот открыл шкатулку и погиб. Всё логично. — Логично, — Паковски допил бренди и потянулся к бутыли, чтобы плеснуть ещё. — Но… — Но требует доработки, согласен. — Помощник наконец-то опрокинул свою порцию и протяжно выдохнул. Некоторое время Анджей молчал, взвешивая, стоит ли разочаровывать Шпака самому или оставить это на долю высшего начальства. Решил, что версия имеет право на жизнь. В любом случае Ярек хорошо поработал. — Но, у меня к тебе будет другая просьба. — Это по службе? — уточнил дотошный помощник. — Значит приказ? Отыскивая двери в свою комнату здесь, в корпусе дознавателей, Анджей споткнулся о старые помятые доспехи, «украшающие» холл. И понял, какая мысль у него крутилась давно, что он упустил. — Можно и так сказать. Рано утром, вот сразу с утра, перед докладом Главе отдела, отыщешь во дворце оружейника. Возьмёшь его и двух стражников, проверишь доспехи, которые стоят в галерее перед оранжереей. — Рядом с залом, где тренируется Наследник? Их же осматривали. В день взрыва и позже. — Их осматривали, — уточнил Анджей. — А вы обы’щите. Разберёте и обнюхаете каждую деталь. Притащишь мне всё, что там найдёте внутри, даже если это будет кругляш птичьего помёта в соломе, ясно? И, помнишь, да? Ничего… — Да помню, я, помню, — Ярек страдальчески скривился и подставил свой стакан ближе к бутыли. — Ничего голыми руками не трогать. — Правильно. Молодец, — похвалил Паковски и налил им обоим понемногу. — Но про Хранителя — дельная версия, согласись? — Да. Вполне. Осталось узнать, как на неё посмотрит наше начальство.***
Глава отдела смотрел на подчинённых хмуро. Шевелил губами и бровями, тёр покрытый седой щетиной подбородок в глубокой задумчивости. — Это что? На его столе с одной стороны возвышалась стопка документов из комнат Хранителя, а с другой лежала завёрнутая в тряпицу камышовая трубка, и чуть в стороне — приглашение Дариуша на закрытую вечеринку для друзей жениха. — Это версии, — совершенно спокойно заявил Анджей. — А это — объяснение, почему мой брат явился в роковой день во Дворец раньше назначенного времени. Хотел пригласить на гулянку лейтенанта королевской стражи и, вероятно, его высочество. — Ясно, — оторвал Глава отдела тяжёлый взгляд от карточки с весьма весёлым изображением. — Никогда не сомневался в вашем брате, Паковски, но хорошо, что нашлось понятное объяснение. С этим разобрались. Дальше. — В духовой трубке, насколько я могу судить, игла с проклятьем. Возможно — отсроченного действия. Возможно — его, проклятье, потом планировали снять. Специалисты скажут точнее. — Вы всё же придерживаетесь версии, что объектом покушения являлся Наследник? — Глава и не собирался прикасаться к свёртку. — Эртейская работа? — Вполне вероятно, — не спешил с выводами Анджей. Политика — дело тонкое. — Как вариант, наследника не собирались убивать, а планировали подтолкнуть его отца, Зимовита, к новой женитьбе, кто знает. — А это - версия гибели Его высочества. Про записи старого Хранителя выслушал Глава очень внимательно, не перебивая, что Ярек счёл добрым знаком, а вот Анджея поначалу озадачило. — Молодцы, отличная работа, — шумно хлопнул ладонями по столу Глава отдела, и Анджею стало ясно: дело закрыли. Что бы позже не обнаружили маги-спецы внутри проклятóй трубки, распространяться о ней не станут. Всех устроит трагическая история мести обезумевшего от горя отца, который потерял троих сыновей и тронулся настолько, что покушался на своего повелителя. Это будут обсуждать, описывать в легендах и воспевать в трактирных балладах. Возможная случайность уже превратилась в покушение. — Версию доработать, документы оформить, даю два дня. Как раз успеете до отпуска, Паковски. Работайте. — Медаль, — беззвучно проговорил Шпак, когда выходили из кабинета. Анджей хмыкнул, оставляя своё мнение при себе. Хранитель мёртв, из родни у него тоже никого не осталось, очень удобно, всех устраивает: смысл спорить? — Работаем, — подбодрил помощника, чтоб не расслаблялся раньше времени.
