Не может быть, но - да

Малфой так задумался, что забыл нахамить в ответ о предложении вступить в «не обязывающее половое общение». Сейчас его разум усиленно прокручивал все «за» и «против» основного предложения схорониться у Поттера, так сказать, залечь на дно. До поры до времени. С одной стороны — какого хрена он будет укрываться у бывшего врага, который тоже сильно изменился: врёт и не краснеет, ищет себе выгоду, пользуясь безвыходной ситуацией Малфоя, а вчера предложил его порадовать минетом? С другой стороны — про безвыходную ситуацию — это точно, иного места отсидеться, пережидая, что облава, устроенная на него, прекратится, и можно будет спокойно делать ноги из королевства — пока нет и на горизонте не маячит. Да и сохранить свои галлеоны, полученные от Гринграсс, не помешает. — Ладно, Поттер. По рукам. Ты даёшь мне убежище и свою защиту, пристойное содержание за твой счёт, и всё это — пока я не смогу покинуть страну. А я, в свою очередь, проверю все финансовые дела в твоём магловском предприятии и, по мере своих знаний и возможностей, приведу их в порядок. И даже если у меня будет возможность покинуть твоё пристанище скоро — я останусь, пока не утрясу твою проблему. По-моему, это честная сделка. Поттер ухмыльнулся и протянул руку: — Идёт! — и вновь запечатлел рукопожатие волшебной лентой. — Отлично. Теперь, когда мы знаем, что я тебя не буду убивать, а ты меня — сдавать отцу, я могу уже получить свою палочку? Гарри вдруг растерянно оглянулся по сторонам: — Куда же я её?.. Драко закатил глаза: — «Акцио», Поттер, старое доброе «Акцио»… Поттер сделал обескураженное лицо и призвал палочку Малфоя. Она обнаружилась почему-то в сундуке с какими-то книжками и магловской техникой. Сжав в ладони тонкое древко, Драко отвернулся и, хотел было взмахнуть рукой, но вдруг передумал. — Поттер, воспроизведи патронуса, пожалуйста, — вместо этого попросил он. — Зачем? — Хочу передать Тори послание… — А сам не можешь? Или не было в твоей жизни счастливых моментов? Могу организовать один… — мечтательно потянулся наглец Поттер. — Ты непроходимая тупица! Организуй мне патронуса! Моего могут узнать, а если Астория не одна? Тогда станет понятно, что она соучастница, и её будут пытать, чтобы узнать, где я… — Ну прямо-таки пытать… — протянул Гарри, но серебристого оленя с роскошными рогами всё-таки вызвал. — Сообщение для мисс Астории Гринграсс, — запищал Драко тоненьким голосом. — Дорогая, ваше новое парчовое платье, со шнуровкой корсета на спине, которое вы заказывали, благополучно прибыло в наш магазин. Оно в целости и сохранности, заберёте, когда выдастся случай… Поттер махнул палочкой, отпуская волшебное животное и грустно провожая его взглядом. — Что ж. Думаю, мы со всем разобрались. Мне нужно в город, по делам. Сиди здесь, запри дверь и никому не открывай… — Поттер принялся рыскать по комнате в поисках подходящей одежды. — А как же ты войдёшь? — прищурился Малфой. — Не переживай. В свои покои я всегда смогу зайти, что бы ты здесь ни выкинул. И, кстати, советую не колдовать пока что, если твой отец так люто хочет тебя поймать — он может уговорить кого нибудь в министерстве подключить к отслеживанию магии твою палочку. Как школьников Хога на время каникул… Ведь все палочки зарегистрированы на своих обладателей, помнишь? — Дельное предложение, я об этом не подумал… Кем, ты говоришь, работаешь? Но Гарри только быстро облачился в обычный осенний костюм и накинул дорожную мантию. Крикнув: «Не скучай», он скрылся за дверью. А Драко остался недоумённо стоять посередине комнаты, между открытыми чемоданами и сундуками с личными вещами Гарри Поттера. Вернулся тот в номер около четырёх часов вечера, когда злой и голодный Драко забылся усталым сном в недрах кровати. Разбудив его и вызвав домового эльфа гостиницы, Поттер организовал им поздний обед и на десерт — фисташковое мороженое, усладить кислую мину Малфоя. С едой расправились быстро, как и со сладким. А затем повисло неловкое молчание. Если за ланчем им и не надо было особо разговаривать — рты были заняты, то после стало странно. Вчера-то они оба были пьяны вдрызг, а сегодня разговор что-то не клеился. Поттер уселся за столом с какой-то папкой бумаг, а Малфой улёгся на кровать, листая книгу, позаимствованную из вещей Гарри. Наконец тот нарушил тишину. — Я разговаривал с Джинни, опять попросил её уехать к себе домой… — безучастно заявил он, поднимая голову к стеклу, за которым уже стемнело. — Не могу же я жить в гостинице, а она может вернуться в «Нору»… Она плакала, говорила, что не понимает ничего… Драко вздохнул. Быть психологом покорителю не тех сердец не входило в их договор, и подставлять золотому мальчику своё плечо или жилетку, чтобы поплакаться, он не собирался. Но тому явно нужно было выговориться, и чем раньше это случится, тем быстрее закончится. — Закажи в номер вино. Одной бутылки хватит, — твёрдо заявил он. — Только сегодня без зелий… — соглашаясь, ухмыльнулся Гарри. По первому бокалу выпили в полном молчании. Они сидели недалеко друг от друга, на полу, облокотившись спинами на стенку кровати. Поттер цедил мелкими глоточками свой напиток, отстранённо уставившись в одну точку. Малфой покачивал свой, лёгкими круговыми движениями гоняя красную жидкость по бокалу. Казалось, что о его присутствии вообще забыли. — Так ты ещё ни с кем не был? Кроме своей Уизли? — не выдержал Драко. Гарри вздохнул. — Ни с кем. Ну, кроме тебя вчера, — равнодушно ответил он. — А что ж так вышло? — Малфой решил не впадать в ярость о воспоминании о вчерашнем. — Война… — горько произнёс Поттер. — До неё — Джинни всё время была рядом, помогала, мы даже целовались пару раз. А я был занят, все мысли только о победе да чтобы самому не отдать концы. А после — похороны, больница, послевоенный синдром. И опять Джинни не оставила, а я опять был не в себе, а в воспоминаниях о прошлом, пытаясь встать на ноги. Потом вроде оклемался, окончил Хогвартс. И обрадовался: мол, всё, вот она, долгожданная спокойная жизнь… И тут вдруг всё изменилось. Нудная работа в министерстве, постоянное всеобщее внимание, друзья заняты своими жизнями… И Джинни — опять рядом, но только совсем не такая, какая была. Тоже изменилась… Или же нет, такая была всегда, просто это я не обращал внимания… Так проходили месяцы в рутине повседневности. Пока мне не надоело. Гарри тупо смотрел в пол невидящим взглядом. — Никогда не узнаешь человека, пока не поклеишь с ним обои… — мрачно усмехнулся Драко, разливая им по бокалам ещё алкоголя. — Чего поклеишь? — не понял Гарри. — Не важно. Это магловская пословица. Удивлён, что ты не знаешь. Мне как-то Антуан рассказал… Мы смеялись, мечтали переехать жить вместе. Поттер развернулся к нему, упираясь боком в кровать и подпирая рукой голову. — Малфой, скажи честно, — содержимое бутылки подходило к концу, и доблестного гриффиндорца потянуло на искренность. Не важно, что не его. — Секс с мужчинами так же требует долгой подготовки? Специального морального настроя? Ну, в трезвом состоянии… Драко смущённо пожал плечами: — Да нет, вроде. Есть же особенные заклинания, соответствующие постоянные зелья. Чтобы можно было в любой момент, когда пожелаешь, ни от чего не зависеть… — он почувствовал, что краснеет, и обалдело уставился на Гарри. Но тот почему-то взвыл и вцепился себе в лохматую голову. — Да что ж это такое? Ну почему у вас всё так просто? А у меня — как всегда? Когда мне и перепадало немного греха сладострастия, то это должно было быть по плану, чуть ли не записано в еженедельнике! И до этого — Джинни должна была принимать ванну два часа, а после — даже спать рядом не позволяла. Видите ли, тело после полового акта — непристойное, порочное. А его надо боготворить и хранить… Так что после прегрешения я отправлялся проветриваться на ночь, отдельно… — Да ты гонишь… — не поверил Малфой. Но Поттер только удручённо покачал головой. — Я не какой-то озабоченный сексуальный маньяк, честно. Просто иногда хочется. Сильно, чтобы горячо, по звериному. Или как будто мы от кого-то скрываемся, в голове вихрь, а в крови адреналин. Прижать тёплое тело, укусить в шею… Зацеловать, а потом нагнуть и вылизать, страстно, похотно, оставляя следы на коже. И войти, нет, даже не войти, ворваться! Чтобы почувствовать — что моё, долгожданное, я же заслужил, мне же можно… Я же так старался, столько всего сделал… А она… Гарри уже не соображал, где находится и с кем разговаривает. А Драко поражённо смотрел сквозь него и с болью в сердце вспоминал ушедший год. Как он понимал сейчас своего собеседника… Во время экзаменов, или когда у Антуана были заочные, помимо обычных лекций, они порой встречались всего лишь на четверть часа — где угодно. Лишь бы увидеть глубокие медовые глаза, почувствовать обжигающее прикосновение на своём теле и ласковые губы — на шее. Страстные резкие объятия, поцелуи — урывками… А потом Антуан нагибал его над закрытым унитазом в заброшенном туалете или прижимал грудью к шершавой стене в тёмной подсобке… И двигался так быстро, что в глазах рябило, вытрахивая из головы и тела всю тоску и страдания от неизбежности… Что скоро всё закончится и они разойдутся в разные стороны. И оба пытались насладиться каждым мгновением… И даже когда они встречались в квартире профессора и имели в распоряжении несколько часов, секс всё равно был быстрый и яркий, как оба любили. А прелюдия уже получалась после… Малфой не заметил, что уже довольно долго сидит и смотрит на Гарри с горькой улыбкой. От красочных воспоминаний возбуждение собралось тягучим комком и осело в паху. — Чего уставился? — хмуро спросил Поттер, неправильно истолковывая поведение Драко. Тот вернулся в реальность и сфокусировал взгляд. — А хочешь, покажу? — вдруг лукаво улыбнулся он. — Что? — не понял Гарри. — Всё… — почти зловеще прошептал Малфой и, отодвинув пустую бутылку, потянулся к нему. — Ты же хотел вчера поэкспериментировать? Действительно был готов попробовать что-то новое? Давай же, бесстрашный воин! Бросишь вызов своей консервативной и целомудренной рыжей? Вперёд, храбрец, вчера уже встал на путь телесного блуда, так вкуси полного блаженства… Ты же не боишься? Слизеринский змей-искуситель уселся между ног гордого гриффиндорского льва и прильнул к нему всем телом, обвивая руками и ногами и прислоняясь к его паху явным стояком. — Не боюсь… — выдохнул ему в губы Поттер, тут же ответно обнимая его за талию. — Только я не знаю, что делать… Драко хохотнул, устраиваясь поудобнее в крепких руках и ёрзая членом между ног Гарри. — А я тебя всему научу… Что делать и как доставить партнёру блаженство. В этом и заключается секс между мужчинами. Отдавая, ты приобретаешь сам. И тогда оба получают удовольствие… Малфой уже вовсю тёрся о тоже возбуждённую плоть своего спутника и постанывал. Поттер стискивал его, вылизывал шею и бессознательно пытался насадить на себя. Драко закрыл глаза, поддаваясь напору ласки. Он так соскучился по чужому теплу, по таким вот жарким натискам, когда его тело, точно неприступную крепость, брали штурмом и покоряли. Ни одна женщина не смогла бы подарить ему такого наслаждения, да и не все мужчины — тоже. И наплевать, что сейчас он скакал на коленях чёртового Гарри Поттера, который даже не гей… Ну, не совсем не… Да хрен с ним, гей тот или нет. Главное, что он отчаянно желал страсти, хотел излить накопившийся пыл, просто трахать, кого угодно и куда угодно… И было бы грубой ошибкой не использовать это. А слизеринцы умели эксплуатировать и извлекать пользу из любой возможности. — На кровать, — скомандовал Малфой и сам не сразу понял, как одним сильным рывком мгновенно очутился там, причём уже без трусов, — Раздевайся! — и вновь, как по волшебству, Поттер уже нависал над ним абсолютно голый, даже не стараясь прикрыться. — Ты что, совсем не стесняешься? — изумился Драко. — Нет. А чего? У меня так же есть член, как и у тебя. Да и всё остальное, вроде, то же самое… Малфой почему-то смутился. В свои первые разы с Антуаном он всегда старался не оголяться полностью или спрятаться под покровом темноты в комнате. А Поттер так нахально себя вёл и сам не понимал, что делает… — Возьми свою палочку. И повторяй за мной… Гарри безропотно протянул руку к палочке и, наставив её на зад Драко, повторил за ним заклинание. — Очищающее. Советую выучить наизусть, — усмехнулся Малфой. — А теперь приласкай меня… Ситуация была более чем странная. Вообще-то, Драко сам был только раз в отношениях, и хоть они и перепробовали всё возможное и невозможное в магловском мире, говорить вслух о том, где и что он любит и как, он стеснялся. Однако сейчас он прекрасно понимал, что просто должен научить своего новоявленного любовника всему, чтобы тот удовлетворял его и выполнял все низменные желания. Даже если бы Поттер и умел читать мысли, он всё равно со своей тупой башкой ничего бы не понял. Так что Малфой скрепя сердце решил поменять тактику и представить всё так, словно он делает золотому мальчику огромное одолжение, раскрывая ему секретные таинства мужеложства. — Тебе понравилось, как я вчера обхаживал твой член ртом? — маняще произнёс он, потягиваясь и сбрасывая надоевшую футболку. — О да, это было потрясающе, — жарко прошептал Поттер, избавляясь от своих очков. — Сделай мне сейчас так же! — томно приказал Драко, прикрывая глаза. — Представь, что я — твой самый любимый десерт, желанное лакомство из «Сладкого королевства», которое можно есть только языком или губами… — А я люблю грызть солёные орешки! — вдруг выпалил Гарри. — Идиот! — опешил Малфой. — Солёного я тебе организую потом! Сейчас я — сладкий эклер! — Так, я сам решу, какое ты для меня угощение! — решительно заявил Поттер и тут же радостно брякнул: — Ты будешь моим «Трю́фелем»! — Чем? — оторопело «блюдо». — Грибом??? — Конфетой с наполнителем… — нагло улыбаясь, протянул Гарри и наклонился к груди лежащего под ним офигевшего Драко. Разомкнув губы, он продолжил ораторствовать в перерывах между вылизыванием розовых упругих сосков: — Из ганаша, со вкусом алкоголя, глазированной белым расплавленным шоколадом… Сладость, которую можно облизывать, кусать и высасывать начинку… И, не разделяя слова с делом, Поттер тут же опустился ниже по впалому животу, слегка прикусил бледную кожу и, ныряя ещё ниже, вобрал в рот полувставший член. Так спокойно, будто бы порно, просмотренное неизвестно когда и сколько раз, было его настольным пособием по жизни. — Мерлин, я создал монстра… — задрожал Драко, обхватывая голову руками и выгибаясь дугой. Пошлые стоны срывались с его губ — новый сексуальный партнёр ещё не был профессионалом, и Малфой знал минеты получше этого… Но та невозмутимость, с которым тот ему отсасывал — в первый раз в своей жизни, та готовность, с которой бесшабашный Одиссей кинулся в новое приключение, та потребность в телесной близости, то ярое желание… Взвинтили Драко до упора, натянули все нервы, выжали всю кровь и плеснули в пах. Его фаллос набух и уже не влезал полностью в рот, Малфой дрожал, пытаясь судорожно сообразить, чего он хочет больше: чтобы Поттер раздвинул ему ноги и ворвался внутрь, тараня собою его накал, или же просто кончить в эту горячую глотку. Однако Гарри опять решил всё за него сам. Подавившись уже каменным членом, он отстранился от плоти, а затем просто сплюнул на ладонь и принялся дрочить Малфою, как если бы дрочил себе, яростно, обжигающе. Пары минут хватило, и Драко кончил ему в кулак, завывая и хватаясь руками за разбросанные подушки. И тут же замер, испуганно ожидая реакции. — А вот и вкусовая добавка, — ухмыляясь, произнёс Поттер, разглядывая испачканную ладонь и вдруг поднёс её к своим губам и лизнул. — Сносно. Чуть сладковата и солоновата одновременно. И тягуче. Как карамель… Гарри очистил руку взмахом волшебной палочки и, не выпуская её, навис над отрешённым Малфоем, витавшем в астрале. — Моя очередь… — прорычал Поттер, и Драко, наконец сконцентрировав своё внимание на зелёных глазах, нервно моргнул и понял, что его сейчас просто похабно выебут в рот — столько похоти и желания бурлило в этом малахитовом омуте. Но Гарри вновь огорошил: — Какое заклинание для смазки? «Это в комнате потемнело уже или в моём воспалённом мозгу?» — Откуда знаешь, что такое — есть? — Догадался. Воду из палочки «Агуаменти» достать можно, а увлажнителя — нельзя? — хмыкнул Поттер, разводя в стороны его ноги своими коленями. Драко одурело кивнул. «Ой, мамочки, это меня сейчас драть будут?» Движением головы он указал вновь направить волшебную палочку как можно ближе к своему заду и прошептал заклятие. Гарри повторил, а затем отбросил палочку в сторону и, ухватив любовника под колени, подтянул к себе. — Подожди, ты же не знаешь, что делать! — заметался Драко по постели, стараясь извернуться и сделать хоть что-нибудь, чтобы взять контроль в свои руки. Но Поттер только пожал плечами: — Ну, принцип я понял ещё вчера, обычные фрикции, какая разница, в какое отверстие… Ты, главное, успокойся! — Поттер! — чуть было не завизжал Малфой, представляя, как его натянут, не подготовив. — Я вчера себя разработал перед тем, как оседлать тебя! Там всё надо размять, расслабить… — Точно, ты прав. Прости, не подумал. Перевернись! — и, не дав ему опомниться, Гарри перекатил худую фигуру по кровати и рывком приподнял на колени. — Сейчас разберёмся… Драко тут же вспыхнул огнём стыда и возбуждения, так как Поттер это своё «разберёмся» выдохнул ему прямо в задницу, ещё и раздвигая полушария. А потом действительно принялся вылизывать всё подряд, снимая напряжение — своё и Малфоя. Тот разомлел и обмяк в одно мгновение, Мерлин, как же он любил «римминг»! И Драко уже сам протянул руки, обнимая себя за филейную часть и бесстыже раскрывая. Его благоверный воспринял это как положительный знак и, оторвавшись от отверстия, тут же прильнул к нему собой, настырно тыкаясь налитой головкой в тесное нутро. Драко только полностью зарылся носом в складки постельного белья, натягивая кожу под пальцами и распахивая себя ещё больше, чуть ли не выворачивая наизнанку. — Ну же! Войди! Сильно! — попытался командовать он из недр кровати глухим голосом, но Гарри его, похоже, услышал. Он вцепился в бёдра и резко потянул на себя. — Попроси меня… На французском… — приказал он. — Prends moi, aime moi! — застонал Малфой. — C'est bon, entrez, de toutes vos forces! Поттер двигался как заведённый, ощущая, как под ним трепыхается Драко, что-то воодушевлённо воркуя. Незнакомые слова, подобно пузырькам шампанского во рту, перекатывались и взрывались, только в ушах. Гортанное «Р», тягучее «Э»… Гарри готов был слизывать эти звуки с губ любовника и иметь его ещё сильнее, чтобы тот продолжил их воспроизводить… В какой-то момент он пригнулся к бледной спине, просунул руку под живот Малфоя и сжал его член. Тот импульсивно дёрнулся и излился, во второй раз за этот вечер пачкая ладонь. И тут же Гарри кончил сам, охая от неожиданности. Оба обессиленно повалились на кровать. — Я хочу в душ. И спать. И есть. Не обязательно всё в этой последовательности. И кофе. Я так и не получил вчера кофе после секса в постель… — вдруг принялся упрекать вернувшийся к жизни через пару минут Драко. Поттер как-то странно-радостно посмотрел на него и тут же подскочил. Через десять минут он уже вернулся с круглым подносом, с чашками кофе и блюдцем с пирожными на нём. — Я обычно не ем в кровати, это моветон. Но иногда можно себя побаловать… — Малфой передёрнул плечами и сам не ожидал, как кокетливо это выйдет. Он облокотился спиной на изголовье кровати и прикрылся одеялом, и Гарри водрузил ему на колени поднос, устраиваясь рядом. — Кстати, Поттер, я тоже тебя не узнаю… — удерживая обеими ладошками горячую чашку, произнёс Драко. — Так свободно пустил бывшего врага к себе в спальню, занялся с ним сексом, оставил ночевать… А на следующий день решил с головой в воду: уже преднамеренно трахнуть другого мужчину, попрактиковался первый раз в жизни в фелляции… И всё так просто и спонтанно! У тебя что, вообще после войны крышу сорвало? — Да, наверно. Я через такую хрень прошёл, врагу не пожелаешь, — облизывая пальцы от крема, равнодушно признался Гарри. — Хотя, если честно, если бы ты был геем ещё в школе и я бы об этом знал, то с удовольствием бы трахал тебя… С пятого курса. Или когда ты там в меня влюбился? — вдруг радостно съязвил наглец. — Поттер, ты мне достаточно трахал афферентные нервные пути, с первого курса! — пробубнил Малфой. — Вечно везде светился… Ах, Поттер то, ах, Поттер сё! Мерлин, как же ты меня тогда бесил… — А потом? — вдруг спросил Гарри. — Потом не до тебя было… Тёмный Лорд воскрес, отец к нему в ноги кидался — не знаю уж, по принуждению или по собственному выбору, только мне вот метку поставили насильно… А потом ты всех победил, а нас, как проказу вышвырнули из страны, депортировали. Хорошо, что родственники во Франции сжалились, приютили… А теперь отец ищет всевозможные способы восстановить нашу репутацию и честь, наивно полагая, что это возможно… Так что не было до тебя мне дела, о великий и могучий Гарри Поттер.