Extra 5: 2016 Chinese New Year Special (aka Fishing King Extra)

Боль в животе становилась невыносимой. Живот крутило так, что мысли были только об этом. Хорошо, что сейчас все тело было в напряжении, в состоянии покоя боль стала бы настоящей пыткой. Раньше мне было плевать, но как только внутреннее напряжение исчезло, мои болячки обострились в десять раз, словно мстя за последние десять лет наплевательского отношения. Это подтверждало мою теорию, что я из тех, кто становится только крепче от психологического давления. Я остановился и велел остальным спускаться первыми, сказав, что догоню. Лэй Бэньчань, проходя мимо, заметил мое бледное лицо и понял, что что-то не так, но Толстяк уже скрывался внизу. Я подумал, что он-то уж точно догадался, что я собираюсь сделать. Когда свет их фонарей исчез в проходе, я наконец смог отбросить притворство и начал осматриваться. Мне нужно было найти естественное углубление или два, затем обломать все соляные наросты на стене и присыпать сверху. Когда всё подсохнет, не останется никаких улик. На душе стало спокойнее после того как я смирился с ситуацией. Я освещал фонарем стены, дюйм за дюймом, но достаточно глубоких впадин на каменной поверхности не было. Даже если и были, то над головой, а против гравитации не попрёшь. Я глубоко вздохнул, вытащил скальный молоток, висевший на поясе, и начал бить по соляным наростам под собой. Слой соли на скале здесь был толстым, и я не знал, насколько именно. Может получится выдолбить нужную соляную яму. Настроение портилось, я начал бить чуть быстрее и ударил по гроздьям несколько раз. В итоге я сбил целый нарост, и он покатился по тоннелю. «Осторожнее!» — донесся снизу ругань Толстяка. — «Мне эта прическа обошлась в восемнадцать сотен юаней!» Я разгреб раздробленный соляной нарост и обнаружил, что слой соли толщиной с ладонь. Я ожидал увидеть под ним еще один слой породы, но сразу же понял, что ошибся. Под солью явно виднелся рукотворный объект, похожий на идеальную прямоугольную пластину. Копнув глубже, я обнаружил, что это старая бронзовая пластина, покрытая ржавчиной. Я осмотрелся и молотком сбил еще пару соляных наростов рядом. К моему удивлению, медные пластины были вмурованы повсюду в поверхность каменного тоннеля. Пластины и скала сливались в единое целое, образуя стенки тоннеля. Пластины были словно заплатки, прилепленные к поверхности стены одна за другой. Я постучал молотком по медной пластине и сразу понял, что за ней пустота. Приложил ухо и, наконец, понял, что услышал голос Молчуна. Странный звук, смешивавшийся с ветром, слышался из-под медных пластин. Он был похож на звук воды, сильнее и громче, чем ветер. Поверхность медной пластины была испещрена ямками, с множеством пузырей ржавчины из-за коррозии. В других местах виднелись зеленые наросты окиси, кое-где сизые, а кое-где странного красного цвета. Я знал, что медная ржавчина отличается от железной: она образует бугорки, в то время как железо становится чешуйчатым. Я осмотрел разные слои ржавчины и поскоблил несколько ногтем, обнаружив, что медная пластина проржавела насквозь. Внутреннее чутье подсказало, что эти бронзовые пластины эпох Тан или Сун. На пластинах виднелись медные вставки с плотным узором, напоминающим головастиков. Каждый метр повторялся рисунок двух странных рыб, прижимающихся друг к другу боками, с чешуей в виде облаков. Над головами рыб была круглая фигура, похожая на солнце. Эти узоры, казалось, не несли никакой функции и, должно быть, были стандартным рисунком на бронзовых шлифовальных инструментах. Медные пластины различались по размеру, некоторые даже были обрезаны. Я потрогал медь и почувствовал, что она немного теплая. Превозмогая боль в животе, я крикнул остальным, чтобы не уходили. Я поспешил вниз и велел им тоже осмотреть окружающие соляные наросты. Толстяк и Молчун сразу поняли, что я что-то нашел. После нескольких ударов по соляным гроздьям прическа Толстяка за восемнадцать сотен юаней покрылась пылью и крупинками соли. Вскоре они обнажили огромную бронзовую пластину, согнутую в виде изогнутой трубы. Она была намного больше тех мелких, что видел я. Я спустился и внимательно рассмотрел соединение медной пластины со скалой при свете фонаря. Тут я осознал, что пластина на самом деле не была заплаткой. Эти скалы проходили сквозь внутреннюю стену медной трубы, образуя единое целое. Мы начали бить по скале еще сильнее, откалывая куски камня от стены тоннеля, и обнаружили, что в скальную породу вмурована цельная труба. Порода, похоже, сформировалась в то время, когда по трубе еще стекала вода. Всевозможные отложения в воде прилипли к стенкам трубы, и тысячелетия грязи обволокли ее внутреннюю стенку. Прямо как те пациенты, чьи артерии забиваются холестериновыми бляшками. Неудивительно, что здесь так сухо, подумал я. Никакие водяные пары со всей горы не могли просочиться сквозь такую защиту. Красная медь высоко ценилась в эпохи Тан и Сун, поэтому использование бронзы постепенно сокращалось. Почему же тогда трубу здесь сделали из бронзы, а не из меди? Может, я ошибся в оценке династии? Красная медь стала набирать популярность лишь в начале эпохи Тан. А производство вещей из бронзы было отлично развито. Такую большую трубу определенно было проще изготовить из бронзы. Толстяк постучал по трубе. Мы все были уверены, что с другой стороны стенки трубы — пустота. Эта труба не была врублена в горную породу, а значит, по ту сторону стены мог оказаться огромный отвесный обрыв или глубокий водоем. Молчун приложил ухо к медной трубе, и Толстяк тут же последовал его примеру. Они слушали достаточно долго прежде чем я спросил, что они слышат. Толстяк покачал головой: «Похоже на водопад?» Я подполз к нему и прислушался. С другой стороны доносился очень слабый звук. Я не знал, какая толщина у этих труб. С другой стороны мог быть толстый слой соли и гравия, заглушающий звук, уловить эти тонкие шумы было очень сложно. Если это и был водопад, то точно не один. Прямо под нами, возможно, бушуют бесчисленные мощные водопады.