Хрустальные слёзы Юпитера

Они просидели так, весь вечер, пока Артём увлеченно рассказывал про необычайные свойства серы, Данил впитывал информацию, как губка. От такой активной работы мозга, у него даже волосы изменили свое положение, и теперь были похожи на гнездо. -А теперь еще раз, какие аллотропные модификации бывают у серы? Частый вопрос в тестах. - Артём откинулся на спинку стула, начав усердно моргать покрасневшими глазами, от чего у него выступили слезы. - Ну, ромбическая, пластическая, - Данил загибал пальцы левой руки так сильно, что они побелели. - еще одна, моноклиническая? - Господь, - Артём устало вздохнул и взял в руки кружку. - мо-но-клин-ная. Как ты вообще такое слово придумал? - Артём уже хотел отпить чай, но поняв, что кружка пуста, уже как полчаса, поставил ее на место. - У меня уже бошка не варит. Настенные часы показывали двадцать минут одиннадцатого. На удивление, общество Артёма не надоедало, а наоборот, нравилось Данилу. Нравилось наблюдать за его тонким пальцем, который задерживался на словах при чтении, нравилось слушать его голос, который автоматически понижался на сложных вещах и повышался на легких. Данил замечал маленькие, совсем незначительные вещи. Например то, что Артём очень странно писал цифру пять. Она была похожа то ли на английскую "s", то ли на лесенку. Парень держал кружку "по-аристократически", оттопыривая мизинец. - Уже поздно, я, пожалуй, домой. - Артём аккуратно встал со стула. - можешь джинсовку подать? -А, да, конечно. Из-за легкого касания во время передачи, по телу прошлись мурашки. Они такие разные, даже на ощупь: руки Данила тёплые и сухие, а у Артёма наоборот, холодные и немного влажные. - Ты замёрз? - Данил склонил голову так, что светлые пряди закрывали глаза, мешая Артёму взглянуть в них, а вот Данил прекрасно видел бегающий взор собеседника. - Нет. Ладно, я пойду. Дверь захлопнулась и Артём исчез. Может быть, он больше никогда не появится в этой квартире. Он растворился в этой рутине, так же, как и его запах, он смешался с другими запахами, улетел через открытую форточку. Теперь, об Артёме напоминали только фантики и кружка с ложкой на столе. - Такой смешной. Нога стучала о холодный кафель балкона, пока Данил крутил в руках зажигалку, не решается зажечь сигарету, просто не хочется. В голове такой бардак, а на сердце тепло, оно так отчетливо отстукивает удары, иногда «кувыркается» в груди, от чего становится приятно. Данил, как дурачок, стоИт и улыбается, стОит только вспомнить Артёма. Его передергивает от холодного ветра, но он продолжает кутаться в плед и стоять, вспоминая малейшие частички сегодняшнего вечера. -Не такой уж он и плохой. - Это предложение проносилась в голове, уже пятый раз, за последние десять минут. Чтобы Данил подумал такое о каком-то отбросе из футбольного клуба - невозможно. Случилось бы это неделями двумя ранее, он бы дал себе хорошую пощечину, чтобы протрезветь, но что же он творит сейчас? Он лёг спать с мыслями об Артёме, с надеждой, что завтра он вновь сможет с ним поговорить. « Он конечно мастер менять маски. В нашу первую встречу я подумал, что меня ударят арматурой и закопают где-нибудь в лесу, или хотя бы, просто испепелит взглядом. Он же казался репейником, хрен подступишься, а на самом деле хороший, открытый. Даже слишком! Не говорили о личном пространстве?» Артём брёл по узкому переулочку, а мысли текли, как река. Большая и спокойная, но вот блин, есть в этой реке огромный омут с чертом, под названием Данил. Как бы Артём не уходил в сторону, он все равно натыкался на Вайнера. Он уже представлял, как тот учится вместе с ним в колледже, как они вместе выполняют практическую работу. Ну, каждый же хочет побольше уделять времени человеку, с которым интересно. Так и Артём: «мне просто приятно его общество». Была это чистая правда, отговорки, успокоение для самого себя или что-то другое - неважно, главное, что Артём вновь хочет встретиться, как можно скорее. Ждать рассвета бессонной ночью, Чтобы солнце коснулось лица. Ждать того,кто тебя ждать не хочет, Встречи ждать и разлуки конца.