тишина в 213

Утром я проснулся от лучей солнца, которые пробивались сквозь тюль. Открыв глаза, я постарался прийти в осознание, где я, а в голове сразу вспомнились все события ночи. Я почувствовал неловкость, но и в то же время я был рад, что это случилось. Я потерял девственность с тем человеком, которого люблю, который стал для меня самой важной на данный момент частью жизни. Мое тело было накрыто каким-то тонким пледиком. Я повернулся к окну на другой бок и увидел спящего Масленникова, который уткнулся мне в подушку. Я сам себе усмехнулся, а после, стараясь его не разбудить, пошел в ванну. Собирая все мысли в кучу, я попытался проснуться, но ничего толком не выходило. Я реально все еще хотел спать, но мне было пока некомфортно вести себя у Масленникова как дома, поэтому ложиться обратно в постель я не спешил. Я, все еще думая об огромных переменах в моей жизни, двинулся на кухню в надежде найти что-то интересное и вкусное в холодильнике. Еще сквозь прозрачную дверку я заприметил сырок, что уже говорило, что он будет моим. Скушав его в несколько укусов, я решил вернуться в комнату, забрать свои вещи и пойти, наверное, домой… Мне было интересно, как там моя мать, хоть я и был уверен в том, что она спала после очередного бухича. Осторожно зайдя в спальню, я аккуратно собрал вещи с пола и хотел уже идти, но голос с кровати обратился ко мне: — Эмилька, а ты куда собрался? Выходной же, в школу не нужно. — Дмитрий Андреевич, я, наверное… — Дмитрий Андреевич? — перебил меня Масленников, поднимаясь с подушки. — Ночью я был просто Димой. Я вспомнил, как в порыве страсти назвал его Димой, за что теперь мне будет стыдно. Вообще, после этой ночи я столько всего стыдного сотворил, что и не перечесть. Лучший первый раз в жизни, блять. — Простите, случайно вышло. — бросил я и попытался удалиться. — Иманов, стой. Я остановился, повернулся в сторону кровати и, увидя серьёзный взгляд Дмитрия Андреевича, понял, что сейчас он что-то скажет, что мне может не понравится. — У тебя все нормально? Ничего не болит? Хорошо себя чувствуешь? — Масленников закидал меня вопросами. — Да, у меня все в порядке, спасибо. — уверил я его. Ну мне и правда ничего не болело, и чувствовал я себя хорошо. — Я очень надеюсь, что, потеряв со мной девственность, ты не боишься теперь ни меня, ни половой жизни в принципе. Я старался сделать все аккуратно, и чтобы твой первый раз был комфортным. — серьёзность его слов дошла до меня сразу же. Мне стало так приятно его внимание и забота, что я невольно улыбнулся после его монолога о нашем сексе. — Тебе хоть понравилось? — Да, Дмитрий… Дима. — усмехнулся я. — Я рад. — он улыбнулся, а после подошел ко мне и, приобняв за талию, чмокнул в губы. Каждый поцелуй Димы я чувствовал каждой клеточкой тела, и каждый поцелуй был будто в первый раз. — Эмиль, ты же понимаешь, что в школе не должны знать о наших отношениях? — Да, конечно. Я это прекрасно понимал, но и не рассказать было очень сложно. Но если я расскажу, то его просто уволят, а мне этого не нужно. — Ладно, я пойду. — бросил я ему на кухню и двинулся к выходу. — Куда? — выскочил он, уже, кстати, натянув какие-то шорты. — Ну, домой… — Еще рано очень. Может, посидишь ещё? Неловкость утра все ещё зашкаливала, поэтому я предпочел бы лучше сходить домой, разведать обстановку, а потом, например, погулять со Стасом и Полиной. Но и предложение остаться с Димой мне безумно нравится. — Нет, спасибо, я пойду. — Ладно. — было видно, что он расстроился. Я натянул кроссы, взял портфель и поспешил покинуть квартиру Масленникова. — Я тебя люблю. — услышал я вслед, когда Дима закрывал дверь. Я невольно улыбнулся милоте, которая была за моей спиной и побежал к выходу из здания. Все-таки, даже таким чёрствым к любви людям, как я, можно растопить сердце одной искренне сказанной фразой. *** Я да это свершилось я теперь не девственник Стасок ЕБАТЬ КОПАТЬ ПОЗДРАВЛЯЮ БРАТ Полюндра АААААААААА ЭМИЛЬ ПОЗДРАВЛЯЮ Расскажи как он Как вы начали Чем закончили О чем говорили Что он тебе говорил А он приятно стонет Вы презиками пользовались я надеюсь А что теперь когда свадьба А как в школе это будет Вы будете за ручку с ним ходить Я поль я просто с ним переспал и мы теперь вместе вот и все Полюндра Ага всего лишь переспал нихуевые у тебя тогда события в жизни раз для тебя первый секс это просто Я усмехнулся, отправив стикер. В голове снова всплыла последняя фраза Димы, а я снова улыбнулся. Я впервые улыбался так часто за эти дни. Никогда не было такого, чтобы в течение суток я смеялся больше, чем один раз. Ну, если я трезвый. А тут я улыбался всем, кого видел, с кем общался, а особенно друзьям и Масленникову. Это все он, гаденыш, сделал из меня какого-то мальчугана влюбленного. Но мне нравится. Я благодарен ему, что он дал шанс на счастье. *** Дверь в квартиру оказалась открыта. Я не помню, закрывал ли я ее, но мне все равно было стремно заходить, ведь я не знал, что можно ожидать от этой женщины. Аккуратно перейдя порог, я прислушался: вроде, все тихо. Тогда я заглянул на кухню: бутылки водки на полу, одна недопитая на столе, разбитый, по всей видимости, стакан, какие-то овощи и… кровь? А вот тут мне стало вообще не по себе. Из-за страха быть покалеченным своей же матерью, я достал канцелярский нож, который всегда носил в портфеле. Держась стены, я двинулся к спальне, где она всегда спала. К счастью, я там никого не обнаружил, но самое ужасное то, что осталась только моя комната. И либо она там, что тоже плохо, либо ее вообще нет дома, и я без понятия, где ее искать. Барсика я заметил еще на диване в спальне целым и невредимым, поэтому у меня немного отлегло. Блять, впервые мне было страшно заходить в свою же комнату. Руки тряслись и от страха, и от волнения, и от перевозбуждения, которое появилось, когда я взял в руки нож. Дверь в мою комнату открыта. Сердце бешено стучит, не давая вдохнуть полной грудью… Раз. Два. Три. Пустая комната. Я выдохнул и с облегчением плюхнулся на кровать. Запихнув нож обратно в портфель, я осмотрел свои вещи, которые уже не видел сутки (для меня это много). Все на месте и цело. Проверив так же аккуратно ванну и туалет и окончательно убедившись, что дома я один, я начал думать, где может пропадать моя мать. Мне было все равно на ее жизнь, но внутри все равно что-то щелкало, и я хотел найти ее. Пусть она лучше будет в каком-то госпитале или сумасшедшем доме, нежели дома. Я бы смог зажить спокойно… Мне 18 уже скоро. Посадив Барсика к себе в рюкзак, набрав еды для него и для себя, я отправился по соседям в надежде что-то узнать о событиях этой кровопролитной ночи…