тишина в 213

Конечно, большого успеха я не ждал, ведь было еще достаточно рано, тем более выходной, поэтому квартиры я обходил только те, в которых жили менее агрессивные люди. В первых пяти мне никто не открыл, и это понятно. Я б в такую рань не то, чтобы не открыл, я бы послал еще в придачу. Но я все же не терял надежды и продолжал искать того самого человека, который будет знать хоть что-нибудь о прошлой ночи. Мне кажется, об этом будет знать любой, ведь истории и сплетни в нашем подъезде распространяются максимум за минут сорок. Один узнал — передал на этаж выше. И так по цепочке. Просто осталось найти того человека, который мне откроет дверь. Барсик послушно сидел в рюкзаке, показывая свою сонную мордочку. В принципе, мне даже нравился такой компаньон. Я хоть не один проебывал свое утро. Почему я раньше не думал о том, чтобы брать его с собой? Очередная квартира — очередной игнор. Сука, меня уже начинала бесить эта ситуация в целом. Мать моя хуй знает где пропадает, может, уже, блять, ласты склеила, ибо бухает так, что даже наш местный бомж позавидует, а я, потрахавшийся и счастливый, прихожу домой и вижу кровь, водку и пустую квартиру. Вот о какой я жизни мечтал, товарищи! Это идеально! И никакие антидепрессанты и валерьянка не поможет, сразу на девятку и пусть делают из меня овоща. Так легче будет, отвечаю. Лучше просто существовать, чем выживать. У меня осталось не так уж и много квартир. По счету уже 6 этаж, а мне все еще никто не открыл. — Здравствуй, Эмильен. — здоровается со мной баба Нюра с пятого, которая пришла поливать свои цветы. В такую рань… Чудные эти пенсионеры. — Здравствуйте, баба Нюра. Вам помочь? — сразу сообразил я. Баба Нюра не такая уж и разговорчивая женщина, мало что скажет незнакомцу, да даже и приятелю. Она тут местный партизан, который все знает, но ничего тебе не скажет. Но я давно прощупал ее слабость: если ее заговорить, при этом помогая в чем-то, то она все тебе выдаст как на духу. Вот и тут я, выхватив лейку из ее рук, принялся поливать растения, что были выставлены на площадке. — Ой, спасибо, внучок, всегда помогаешь мне. — вздохнула она, с радостью отдавая мне лейку, и, наблюдая со стороны, начала руководить процессом полива. — Баб Нюр, а Вы не знаете, где мать моя пропадает? А то с утра проснулся, обошёл всю квартиру, а ее и нет. — решил, что лучше сразу наступать, а то он потом просто забудется со своими цветами и мне ничего не расскажет. — Ой, Эмилька, да кто ж ее знает. — это меня сразу не порадовало. — К ней приходил вчера кто-то, говорят, мужчина. Такой темноволосый, интеллигент, наверное, потому что был одет красиво, в костюм. Еще, знаешь, портфельчик у него такой был темненький. Он с твоей мамой что-то на пороге обговорил, а потом что-то не заладилось у них. Вот с этого места мне бы хотелось подробнее, ибо, возможно, эти капли крови как раз оставил этот мужик. И кровь, возможно, была далеко не его… — Он как начал кричать, так я аж с моего этажа слышала. Да тут все слышали… — в голосе бабы Нюры промелькнула грусть. — Он потом еще каких-то позвал, таких амбалов. Они твою мамку и забрали… Из груди в горло переместился большой комок, который не давал дышать в полную грудь. Мне, почему-то, стало волнительно за нее, хотя я никогда такого не чувствовал. Видимо, то, что мы живем вместе всю мою жизнь, играет роль. — А куда? — тревожно спросил я. — Ой, вот этого не могу знать, внучок. — Ладно, спасибо, баб Нюр. — бросил я, вручив ей лейку, и бросился вниз по лестнице. Забежав в квартиру, я решил тщательно проверить кухню на наличие каких-то улик. Единственное, что я понял, что мама очень сопротивлялась, чему свидетельствовали разбитая посуда и отвалившаяся дверца шкафчика. Я осмотрел стол, пол и, в принципе, все, что было, но кроме тех пятен крови и водки ничего нового не нашел. Тогда я принял для себя лучшее решение: обыскать ее спальню. В комнате стоял запах табака и перегара. Было очень душно, поэтому в первую очередь я открыл окно. Обыскивать комнату моей матери было не сильно приятным занятием, но это единственное, на что я надеялся. Если она говорила с этим мужиком, а тот еще и орал на нее, то, видимо, они виделись не в первый раз. Он был при параде, еще и с какой-то охраной, поэтому, смею предположить, что какой-то важный ферзь. А откуда у мамы такие знакомые? Вот тут пазл не складывался. Тем временем я нашел записную книжку. Вот это было интересно, ведь там может быть все, что угодно, и даже что-то про этого упыря. Я открыл маленький блокнотик, и на первой же странице я увидел многочисленные номера, которые сливались один в другой. Видимо, мать это писала в пьяном угаре. Я попытался что-то разобрать, но ничего кроме номера своей бабушки, то бишь маминой мамы, я ничего не понял. Пролистав почти весь блокнот, я думал, что уже ничего не найду, но на последней странице я увидел выделенный номер, адрес и вчерашнюю дату. А внизу было подписано: «Срочно». Я не знал, что это значит, но раз дата соответствовала времени, когда забрали мать, то нужно ехать по этому адресу. Бедный Барсик уже заснул у меня в рюкзаке, но я, закинув его на плечи, разбудил питомца. Страницу с адресом и телефоном, которую я вырвал из книжки, я положил в карман на замке, чтобы не потерять. Забив адрес в картах гугла, я понял, что это заброшка в двух улицах от нас. Идти туда недолго, но я был почти уверен, что никого там не найду. Но попытка не пытка, как говорится. Так я и ищу приключения на свою задницу.