Только через мой труп

Микки видел, как Йен рухнул, словно подкошенный, а сверху на него навалился рычащий зомби. - Отвали от него! - крикнул он, хотя зомби, как известно, не понимали человеческого языка. Он кинулся к Йену без оглядки, как полный идиот, его левый фланг оказался совершенно незащищенным. Никогда не игравший в футбол, Микки мог только предположить, что удар полузащитника был бы схож с бросившимся на него с этого бока зомби. - Черт! Ебаный по башке! - он услышал, как Лип закричал, а затем Игги тоже выругался, и началась потасовка, сопровождающаяся воем нескольких зомби, но Микки слышал это смутно, он боролся, чтобы сбросить с себя своего. Его зомби была девочкой-подростком, она щелкала челюстями как волк, ее глазные яблоки были плоскими, молочного цвета. Пахло вокруг, как от спортивного носка, пропитавшегося застарелой кровью, который оставили сохнуть в раскалившейся на солнце машине. Микки удалось перевернуть и подмять под себя зомби так, что он удерживал ее за плечи. Она была чертовски сильной, наверняка намного сильнее, чем при жизни. Он уже потянулся к оружейному ремню на шее, но она хлестнула его по лицу, и ему понадобились обе руки, чтобы удержать ее внизу. Микки не мог схватить ее как следует… запястья зомби были рваными ранами, внутри которых болезненно белели сухожилия. - Микки! – в трех метрах от него закричал Йен. Микки вскинул глаза, думая, что он зовет на помощь, но Йен просто отбивался от зомби, отчаянно указывая подбородком в направлении Микки. Микки передвинул колено так, чтобы придавить своего зомби. - Что? - крикнул он Йену, не понимая, чего тот хочет. Ну не игрок он в шарады. Что-то наподобие тяжеленных шаров для боулинга ударило его в спину и отправило в полет, освободив от первого зомби, но оставив погребенным под тремя другими. Они были детьми, может быть, девяти или десяти лет, с покрытыми пятнами лицами, как побитые фрукты. У одного не хватало глаза, и он с воем попытался укусить его за руку, но Микки вовремя отдернул ее. Даже с их причудливой зомби-силой, они все еще были детьми, и Микки смог отбросить их достаточно далеко, чтобы выдернуть свою винтовку, которая обвилась ремнем вокруг шеи. Он выстрелил, приготовившись к отдаче автоматического оружия. Дети-зомби чуть не разлетелись на части от силы выпущенных пуль, но к ужасу Микки два развороченных тела продолжали ползти к нему, хотя их головы были расколоты, как дыни. - Господи, сдохните, мать вашу! - заорал Микки, продолжая стрелять, пока зомби не улеглись, растерзанные на кусочки. Вскочив на ноги, он услышал еще выстрелы и увидел, как Игги палит в четырех зомби, а пятого Лип разносит на куски монтировкой, которую заранее сунул за пояс. В паре шагов Микки заметил брошенный АК-47, и если его, черт возьми, заклинило, никогда он не перестанет шпынять этого заумного идиота данным фактом, но то было лишь мимолетной фантазией… Его первый зомби-подросток снова набросился на него. Теперь, когда у него в руках было оружие, ход боя начал меняться, хотя и потребовалось некоторое время, чтобы уложить нападающего зомби. Увидев, что Йен смог сбросить своего и не нуждается в срочной помощи, он лучше сосредоточился и переместился, чтобы помочь Игги избавиться от его своры. Микки наконец снял палец со спускового крючка, когда последний зомби замер, и Игги тоже прекратил огонь. Позади него раздалась серия глухих стуков. Он обернулся и увидел, как Йен снова и снова вонзает кулак в зомби, кряхтя с каждым ударом. Зомби, казалось, давно замер с головой, вдавленной в асфальт. - Йен… Йен! - позвал Микки, пытаясь привлечь его внимание, но тот продолжал наносить удары по месиву, которое раньше было головой зомби. - Галлагер, я думаю, ты победил. - Микки присел на корточки и оттащил Йена в сторону. - Полегче, психопат-убийца, - пробормотал Микки, оттягивая Йена и чувствуя, как его грудь вздымается от громкого дыхания. Когда Йен, наконец, начал успокаиваться, Микки схватил его за руки, внимательно изучая их. - Черт, ты же не поранился, нет? Йен попытался высвободиться из крепкой хватки Микки. - Я в порядке, меня не укусили, - глухо ответил он. - Но обмен биологическими жидкостями, вероятно, тоже канал передачи вируса, ты, тупой идиот, - сказал Лип, опускаясь на колени, чтобы тоже осмотреть руки Йена. Как только они оба убедились, что на руках нет ран, хотя они и покрыты кровью зомби, Микки чуть отодвинулся, качая головой. - Ты только что забил зомби до смерти голыми, блядь, руками? Йен неловко дернулся и встал. - Не знаю, я просто не мог остановиться. - Он посмотрел на Микки, который тоже поднялся на ноги. - Перестань так на меня смотреть. Микки вскинул руки. - Сорян! Последнее, что я хочу сделать, это разозлить тебя, - его голос прозвучал испуганно, даже для его собственных ушей, но он не мог изменить тон. - Держу пари, в таком гневе ты мне не понравишься! Обычно было забавно заводить Йена в те редкие моменты, когда он злился в прошлом, но сейчас от этого внезапного спокойствия, накатившего после нападения, Микки почувствовал тошноту и неловкость, глядя в знакомые глаза и не в силах сразу понять, что же в них такое отражается. Йен уставился в землю. У Микки был странный привкус во рту. Он собирался выяснить, что, черт возьми, происходит, но его прервал Игги. - Эй! Мне кажется, я вижу там Таргет! Не останавливаясь, чтобы прийти в себя после битвы с зомби, они неловко заковыляли, все как один подбирая оружие, прежде чем немедленно броситься к знаку красного бычьего глаза, выглядывающего из-за груды машин. Это был первый магазин, на который они наткнулись. Микки почувствовал, как колотится его сердце, отчаянно надеясь, что на этом все закончится, потому что они найдут достаточно еды и припасов внутри, чтобы доставить их на район в течение утра, а затем вернутся с большим количеством людей и заберут остальное в безопасное место за баррикадами. Хотя, конечно, этого не произошло. Даже Микки, который считал себя почти комично невосприимчивым к апокалиптическому дерьму, пожив жизнью закрытого гея в хреновой семье с самого днища, был потрясен тем, насколько пусто было внутри супермаркета. Электричества не было, но высокие окна пропускали достаточно дневного света, чтобы осветить голые полки. Игги шел впереди, держа пистолет на взводе, отбегая то назад, то вперед, чтобы разглядеть поближе стенды, Лип трусил позади, но Микки не мог заставить себя последовать за ним. Все проходы, которые он мог видеть, были пусты, не осталось ни одной банки тунца или полупустого пакета чипсов. Это было похоже на нашествие саранчи. Впервые с тех пор, как они отправились в путь, Микки почувствовал, как настоящая паника начинает подниматься вдоль его позвоночника. - Пусто, - излишне резюмировал он. Очевидно, что магазин был пуст. Его тихо произнесенные слова отозвались эхом, оттого как пусто было вокруг. - Похоже на то, - подтвердил Йен. Он положил руку на плечо Микки. - Но это всего лишь первый магазин. Следующий раз будет удачнее. Микки едва слышал его. - Почему мы не искали еду раньше, - спросил он в основном себя. - Почему, черт возьми, я думал, что мы сможем продержаться на том, что уже было? Я чертов идиот. - Не было времени, чтобы пойти и взять еще, - напомнил ему Йен. - Нам пришлось перекрыть район, когда туда хлынули зомби, - Микки даже не потрудился ответить. Игги и Лип уже возвращались. Лип поймал взгляд Микки и покачал головой. Микки моргнул, в носу у него защипало. Неужели он на самом деле собирается заплакать, сломаться посреди пустого Таргета, в то время как Йен сжимает рукой его плечо? Кажется, так оно и есть, - с горечью подумал он. Затем Йен сделал нечто, что заставило Микки вспомнить, почему он выбрал его, чтобы вместе пережить апокалипсис. Если бы Йен попытался утешить его, заключив в объятия, Микки знал, что полностью потерял бы самообладание. Вместо этого тот стукнул его кулаком в грудь, не так сильно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы вернуть его к реальности. - Здрасьте, - прибавил Йен. Его голос был тверд. – Соберись давай, нам еще не один супермаркет облазить предстоит. Микки устало потер глаза рукавом. - А что, если все остальные магазины тоже пусты? - Тогда, я думаю, нам просто придется стать настоящими каннибалами, - ответил Йен. - Я голосую за то, чтобы начать с Игги. Игги попытался изобразить улыбку, но на полпути потерпел неудачу, выглядя почти таким же обеспокоенным, как Микки. - Я серьезно, - сказал Микки. - Я тоже, - Йен взъерошил ему волосы, что обычно гарантировало бы его раздражение, но теперь он смог только слабо шлепнуть Йена по руке. В то время как лица Липа и Игги были отражением его уныния, Йен просто выглядел решительным. - Забыли, ребят. Нельзя все время побеждать, - он начал пятиться к выходу, подталкивая остальных движением бровей. - Пойдемте, кажется, в двух кварталах отсюда есть Доминикс. Не имея особого выбора, Микки снова последовал за ним на солнце. - Чувак, это было бы слишком просто, да? - пробормотал Лип, шагая возле него. Микки сочувственно фыркнул. Он вытер руки о джинсы, пытаясь очистить их от кишок зомби, но ему удалось только размазать их еще и по ткани. Его руки были все в красных пятнах. Он ненавидел эту дрянь, она почему-то отказывалась смываться, как обычная кровь, и воняла хуже выгребной ямы. Сдавшись, он пошел рядом с Йеном, держа винтовку наготове. Было невероятно напряженно ходить по пустым улицам. В трещинах на асфальте уже начали расти сорняки. Когда они проходили под пустой станцией надземки, Микки задался вопросом, как все будет выглядеть через год, если металлические рельсы заржавеют и разрушатся под собственным весом, если бурьяном порастет улица внизу и весь Чикаго погрузится в собственные городские джунгли. В нескольких кварталах отсюда действительно расположился Доминикс, и он тоже был пуст, не считая двух коробок с томатным соусом, найденных Липом за кассовым аппаратом. Рядом стоял Уолгринз, выметенный под метелочку, и три магазинчика на углу, во втором из которых им удалось найти несколько упаковок аспирина и теплый холодильник, полный просроченного молока. Кто были те люди, которые забрали все, подумал Микки, и где они сейчас? Неужели они отсиживались в своих кварталах? Были ли они мертвы или стали нежитью? Микки почти задыхался от отчаяния, которое поднималось в его груди. Он был голоден, в животе урчало. Это заставляло его подумать о Дебс, Карле и Лиаме, а также обо всех других детях по соседству, которые, должно быть, тоже хотели есть в этот момент. Они практически с пустыми руками добрались до скоростной автострады, вид широких перекрестков, полных брошенных машин, потряс его чувства. Вездесущий запах гнили, который теперь висел над городом, был здесь особенно силен. В машинах должны быть тела, рассуждал Микки. Солнце заставляло их потеть, поэтому они сделали короткий перерыв в тени съезда, задыхаясь, изо всех сил пытаясь делать только маленькие глотки из бутылки с водой, которую передавали по кругу. Они встали почти сразу же, никто не хотел оставаться на месте слишком долго. Через несколько часов их путешествие стало казаться бесцельным. Микки чувствовал себя настолько обезвоженным, что ему казалось, будто отдельные клетки его тела начинают усыхать и слипаться. Они пересекли реку и пошли по Мэдисон-стрит, мимо железнодорожного вокзала, который стоял пустой и безмолвный как могила. Они дошли до Мичиган-авеню и остановились на углу, разглядывая бывшую когда-то одной из самых оживленных улицу Чикаго. Солнце припекало брошенные машины и кучи мусора, вздымающиеся вокруг как перекати-поле. Микки заметил троицу койотов, которые метались между машинами, кусая друг друга за ляжки. Знаменитый Боб в Миллениум парке резко отражал солнечный свет, когда они проходили мимо него, и Микки увидел кровавые отпечатки рук, разбросанные яркими брызгами по его гладкой поверхности. Повинуясь прихоти, они направились к озеру, испытывая в то же время и жажду и начало помутнения сознания. - Черт… Это аквариум Шедда? Аквариум был виден вдалеке. Микки прищурился. Широкие круглые окна, выходившие на озеро и вмещавшие вольер с дельфинами, были треснуты, как будто сам Бог спустился вниз и разбил их массивным кулаком. - Помнишь, как мама однажды летом водила нас туда? - лениво спросил Игги у Микки. Микки не помнил, он был слишком мал, но его старшие братья так много говорили об этом, что это практически стало воспоминанием самого Микки. Они пробыли там весь день и дважды посмотрели шоу дельфинов. Они остановились, чтобы наполнить свои бутылки водой в Букингемском фонтане, хотя вода уже зловонно попахивала. И на вкус была как плесень, но Микки выпил полбутылки и снова наполнил ее. После унылого совещания они решили идти на север, по крайней мере, еще час, и если хрен что найдут, будут возвращаться. Микки подумал, как странно, что они не видели никаких людей, кроме себя, что еще более странно, они не столкнулись с большим количеством зомби после первой атаки. Он не мог решить, какой сценарий заставлял его чувствовать себя более опустошенным от ужаса… Оказаться в ловушке без выхода в городе, кишащем зомби, или прийти к осознанию того, что они были последними людьми на земле. Они шли по боковым улочкам, пока у них не заболели ноги, и Микки начал чувствовать себя странно, как будто в уголке его зрения было что-то знакомое, но он не смог бы уловить это, если бы обернулся. - А вы, - он сглотнул, чувствуя себя параноиком. - Вы чувствуете, что… Он замолчал, вместо этого указывая на воздух вокруг них. - Последний час или около того, да, - без колебаний ответил Лип. Его голос звучал необычно спокойно для человека, признавшего, что за ними следят. Микки увидел, как дернулся рот Йена и внутренне застонал от неизбежного. - Подожди… - сказал Йен, откашлявшись и понизив голос. - Кажется, у нас гости. - И широко улыбнулся. Микки не смог удержаться от смеха, несмотря на свою тревогу. – Гляньте на этого юмориста. Они остановились за отелем, осматривая окрестности. Микки никого не видел, но у него все еще было это чувство. Как будто за ними охотились. Он собирался спросить Игги, что тот думает, потому что его брат казался напряженным, будто охотничья собака в стойке, когда Йен шикнул на них всех, немного излишне, так как все молчали. Йен поднял брови. - Ты слышишь это? Сначала Микки ничего не услышал, но потом появился звук, едва заметный, плывущий к ним Бог знает откуда. - Это... - Микки замолчал, напрягая слух. - Я думаю, что это… - Это блядский R. Kelly, - подсказал Лип. Микки пронзил его взглядом. - Я как раз собирался сказать - музыка, но у тебя, как всегда наготове исчерпывающее определение. - Да под него телочек трахать улетно, - возмутился Лип, защищаясь. - Лучше мальчиков, - усмехнулся Йен, выпрямляясь рядом с братом. Однако его улыбка стала шире, когда он уловил слабую мелодию. - Боже, я чертовски скучал по музыке, - Йен закрыл глаза, как будто пытался впитать звуки через кожу. Микки начал смеяться. - Чувак, ты что, блядь, танцуешь прямо щас? - Ш-ш-ш, ты все портишь, - прошептал Йен. Его бедра мягко покачивались, лицо исказилось в экстазе, и он покусывал губу, как подгулявший папаша, отрывающийся на вечеринке в квартале. Это была самая милая вещь, которую Микки когда-либо видел, за исключением других милых вещей, которые делал Йен. - Эта песня была у меня в сборнике в седьмом классе, бро, - пробормотал Игги из-за спины Микки. Микки развернулся и увидел его, кивающего головой в такт. Лип и Микки переглянулись и не смогли удержаться от хихиканья, на самом деле хихиканья. Это было глупо и безрассудно, они были на территории зомби, и Микки был на девяносто процентов уверен, что за ними следят, но чувствовал себя почти под кайфом, наблюдая, как их братья подпевают слабым звукам R. Kelly. Он не слышал музыки с тех пор, как в ноутбуке семьи Галлагеров несколько недель назад сдохла батарея. Наконец, Лип пожал плечами и начал ритмично ими потряхивать. Теперь Микки хихикал, закатывая глаза. Йен услышал его смех и прошелся к нему в буги-подходке. - Давай, Мик, чай-кофе, потанцуем, - предложил он. - Ты щас реально, как старикан подкатил, Галлагер, - рассмеялся Микки, но позволил Йену схватить себя за бедра, чтобы провести их по неуклюжему кругу, пока Микки оказывал символическое сопротивление. На одну горячую минуту все четверо отдались импровизированной танцевальной вечеринке в тени здания отеля. - ...это чертов уик-энд, детка, я собираюсь повеселиться, - подпевал Йен, сморщив нос. Микки позволил себе прижаться лбом к плечу болвана, беспомощно ухмыляясь. Он хотел, чтобы ему объяснили в письменном виде, как Йен мог заставить его чувствовать себя так внезапно, обжигающе счастливым, когда в буквальном смысле нечему было радоваться. Он не думал, что когда-нибудь поймет, как это работает. Музыка затихла, и они были вынуждены неохотно спуститься с вершины неожиданной глупости. - Откуда был звук? - спросил Йен. Наступила короткая тишина, затем в воздухе снова зазвучала музыка, ритмичная и отрывистая. - Это Spice Girls? - хором спросили Микки и Игги. Йен громко рассмеялся. - Что, Мэнди увлекалась ими, когда была маленькой, она гоняла это дерьмо весь день и всю ночь, - проворчал Микки. Игги фыркнул, ткнув его в бок. - Да, конечно, это все Мэнди. - Предатель, - Микки пихнул брата локтем в ребра. - Не могли бы вы, долбоящеры, сосредоточиться на гребаную секунду? Кто-то сменил альбом и треки, - сказал Лип. - Это сделал человек, если только зомби сейчас не увлекаются герлз-группами из 90-х. Они все замолчали, пытаясь определить направление, откуда доносилась музыка, что было нелегко, пустые улицы и высокие здания создавали эхо. - Туда, - сказал Игги через минуту. Он указал направо, и они последовали за звуками Wannabe к тому, что по предположению Микки могло быть лишь разрывом в пространственно-временном континууме, в котором кто-то замутил школьную вечеринку с ночевкой. Место было близко. И оказалось Бойстауном. Первым отмер Йен. - О боже, я знаю, где мы. Он усмехнулся Липу. - Мы рядом с тем баром, куда Моника хотела меня отвести, когда появилась с Бобом. - Что, тот гей-клуб? - Да, мы туда однажды с Мэнди пробрались, когда Моника снова сбежала из города. Мы в квартале от Феечки. Микки раздраженно подхватил разговор. - Что, скучаешь по морщинистым пидорам, лезущим ручонками тебе в штаны? - Мысли о Кэше и Неде все еще немного раздражали Микки, гребаные извращенцы. Йен только рассмеялся, толкнув Микки, и к тому времени тот отвлекся, потому что музыка внезапно оборвалась. Он забыл о жаре, он забыл, что за ними, вероятно, следят, он забыл обо всем этом, потому что в конце улицы, под выгоревшими вывесками баров и клубов сгрудились три человека, двое мужчин и девочка-подросток. Они стояли к ним спиной и напряженно разговаривали друг с другом. Микки остановился вместе с остальными, издали наблюдая за тремя незнакомцами. Он осторожно обхватил пальцами винтовку. И услышал, как девушка начала неслабо наезжать на одного из парней. Она сильно ткнула его в грудь, и мужчина вздрогнул. - Музыка была чертовски тупой затеей и ты, дурак, чего добиваешься, чтобы все зомби в городе на нас накинулись? - крикнула она, и Микки почувствовал, что его сердце почти остановилось, потому что он узнал этот ор. - Охуеть, - прошелестел Игги рядом с ним. - Мэнди, - выдохнул Йен. И затем прокричал - Мэнди! Мэнди резко развернулась со своего места, где читала лекции мужчинам рядом с ней. Ее волосы были длинными и растрепанными, с узлами и спутанными прядями. Черты лица заострились, что было заметно даже на расстоянии. Микки поклялся бы, что она похудела по меньшей мере килограммов на 5, а она и так всегда была очень худой. Он не думал, что когда-либо в жизни увидит более прекрасное зрелище. - Йен? - неуверенно позвала она, а затем заметила остальных. - Микки? Микки! Она медленно направилась к ним, как будто не верила в то, что видела. И Микки тоже почувствовал, как его притягивает к ней. Это было похоже на сон, за исключением того, что он бежал, и двигался быстрее, чем когда-либо во сне. Он слышал, как Лип, Йен и Игги бежали за ним, но опередил их. Мэнди встретила его на полпути, и Микки обхватил ее обеими руками и поднял над землей. Они никогда раньше не обнимались, но это казалось самой естественной вещью в мире. Наконец, он опустил ее на землю и услышал, как она смеется ему в ухо. - Мудак, - поприветствовала она. Микки знал, что его голос срывается. - Шлюшка. Мэнди отстранилась. - Ах ты, мудак! - На этот раз она прокричала это и ударила его по руке, чертовски сильно. - Бля, - воскликнул Микки, отступая, но Мэнди последовала за ним. - Ты гребаный мудень! - Она снова ударила его в то же самое место. - Ты, блядь, бросил меня здесь! - Она пнула его по голени, и Микки попытался вырваться, но она отвесила ему еще одну плюху. - Как ты мог оставить меня здесь? - Я не бросал тебя, я даже не знал, где ты, господи! - настаивал Микки. Йен, наконец, подбежал и обнял Мэнди сзади, удерживая ее, как разъяренную кошку. - Успокойся, - прошептал он ей на ухо. Микки изумленно наблюдал, не в силах смириться с тем, что перед ним стоит его сестра, красная от ярости и такая знакомая и совершенная, что он не мог с этим справиться, ему снова захотелось обнять ее. Она снова пнула его, когда он попытался. - Отвали на хрен, мудак! - закричала на него Мэнди, но как бы она ни вырывалась, Йен крепко держал ее, пока она не сдулась, и не зашмыгала носом, - Ты не искал меня. Ты, блядь, бросил меня. - Я не бросал тебя, - настаивал Микки, делая шаг вперед, чтобы быть достаточно близко, чтобы коснуться ее руки. - Мэнди, я не знал, где ты. Я, я... Но Микки понимал, что это дерьмовое оправдание, и он видел, что она тоже так думает. Он не искал ее. Он фактически оставил ее умирать. Он закрыл рот, чувствуя вину, как живое существо, разрывающее длинными ногтями его внутренности на ленточки. Он не знал, как объяснить, о чем он думал, когда на них напали зомби. Он едва помнил. Это было похоже на лихорадочный сон. - Мэнди, - позвал один из мужчин, с которыми она разговаривала ранее. Он подошел и встал рядом с ней, другой мужчина, пониже ростом, с другой стороны от нее. - Все в порядке? - Да, - сказала она. Йен отпустил ее, и она отступила, вытирая запястьем рот. - Да. Все в порядке. Она повернулась к двум мужчинам. - Хосе, Бен, это мои братья. А это мой лучший друг, а это... — Она замолчала, оглядывая Липа. - Это какой-то забулдыга, которого они подобрали. Лип смотрел на нее широко раскрытыми глазами, выражение его лица было таким напряженным, как будто он не мог и слова вымолвить. Микки чуть не фыркнул, потому что этот умник никогда не терял дара речи, но тут же поперхнулся. Мэнди настороженно наблюдала за ними. Лип, Йен и особенно Микки совершенно не знали, что сказать. Именно Игги вмешался и спас положение. Он встал перед Мэнди и нежно взял ее за плечи. - Я так рад, что с тобой все в порядке, - сказал он, глядя ей в глаза. Искренность в его голосе почти звенела. Мэнди слегка поежилась, но выдержала его взгляд. - Мы все. - Игги кивком подбородка указал на Микки, Йена и Липа. Когда этот дебилоид успел стать таким дипломатом, - недоверчиво подумал Микки. Мэнди даже улыбнулась ему. - Я тоже рада, что с тобой все в порядке, Игги, - Микки не упустил из виду, что она назвала его по имени. Она повернулась к Хосе и Бену, стоявшим рядом с ней. - Давайте накормим немного этих засранцев. - Это, черт возьми, самая сексуальная вещь, которую я когда-либо слышал от тебя в своей жизни, - высказался Йен. Мэнди фыркнула и почти неуверенно потянулась к его руке. Микки увидел, как Йен сжал ее ладошку, и почувствовал острую боль в груди от того, что не получалось выразить словами. Микки не мог оторвать глаз от Мэнди, когда они следовали за ней и двумя мужчинами к входу в здание с контуром Тинкербелл над дверью, потому что боялся, что если он посмотрит в сторону, она исчезнет. Он не мог поверить, что она жива. Он хотел снова обнять ее и никогда не отпускать, и, черт возьми, он был таким сопливым последнее время, Господи. Это все Галлагер виноват. Но Микки также не мог не заметить, как мужчины шли чуть позади Мэнди, практически почтительно. Тот, что пониже, Бен, что-то прошептал ей на ухо. Она кивнула, и Бен поспешил вперед. Тот, что повыше, Хосе, стоял сбоку от двери, пропуская остальных внутрь. Микки был последним. Он заметил, что Хосе был безупречно выбрит, а его v-образный вырез футболки был явно чистым, что заставило Микки лучше осознать свое собственное неряшливое состояние. Микки также заметил, что из кармана его узких джинсов торчит пистолет. У Хосе было кислое выражение лица, когда он посмотрел на Микки. - Вы не возражаете, если мы оставим вашу свиту снаружи? - О чем ты говоришь? - спросил Микки. Хосе оглянулся, и Микки повернулся, чтобы проследить за его взглядом. Около пятнадцати с лишним зомби сгрудились на углу примерно в трех кварталах позади, жадно наблюдая за Микки и другими входящими в бар. Твари не двинулись с места, чтобы напасть. С внезапной уверенностью он понял, что именно они преследовали их, так тихо и осторожно, что они едва заметили. Мысль о более чем дюжине зомби, бесшумно преследующих их в течение нескольких кварталов, заставила волосы на его руках и ногах встать дыбом. Почему они смотрели вот так, не сводя с них белых глаз, но оставаясь на месте как приклеенные? - Что они делают? Почему не нападают? - спросил Микки у Хосе. Хосе посмотрел на него так, словно он шутит. - Ты серьезно? Увидев, что Микки ничего не понимает, Хосе ухмыльнулся. - Ты серьезно. Где, вы, наивные чукотские дети, отсиживались 5 недель, в секретном бункере? - На ебучей южной стороне, сука, - раздраженно ответил Микки, потому что к черту этого вылизанного, насмешливого ублюдка. Он оттолкнул его, чтобы войти в клуб, и Хосе закрыл за ним дверь. Внутри было так темно по сравнению с ярким солнцем снаружи, что он сначала ничего не увидел, потянувшись вперед, чтобы схватиться за Йена перед собой, как за поводыря. Его глаза начали привыкать, и он увидел, что внутри было еще около двадцати человек, все мужчины разного возраста, но одинакового уровня истощения. Микки видел острые лопатки, ключицы и костлявые локти, почти выпирающие через ткань рубашек, куда бы он ни посмотрел. Они были худыми, как Мэнди, будто ни одного намека на полноту в их мире никогда не существовало. Микки, Йен и все соседи похудели за последние несколько недель, да, но, черт возьми, не так. Они расступились, когда Мэнди вошла. Микки смотрел в полном недоумении, потому что какого хрена Мэнди вообще здесь делает? Почему, черт возьми, все эти парни обращаются с ней, как со вторым Иисусом? - Хочешь пива? - спросила она через плечо. Слово пиво заставило Микки забыть о продолжении анализа ситуации с Мэнди и парнями. - Я бы, блядь, убил Йена прямо здесь и сейчас за пиво, - сказал Микки, не подумав и заставив Йена удивленно рассмеяться. Мэнди повернула голову и странно посмотрела на него, и Микки понял, что она не поняла шутки. Она же не знала, что они трахаются, и не просто трахаются. И не понимала веселья в намеке на то, что он может причинить боль Йену, потому что он никогда не причинит вреда Йену, даже ради восхитительного, прохладного, освежающего, божественного нектара! Господи правый, он действительно хотел сейчас пива. Она провела их в заднюю комнату, которая, вероятно, когда-то была кладовкой, и ушла за обещанным пивом, забрав Игги на подмогу. Лип тоже предложил помочь, и хотя она велела ему отвалить, он все равно последовал за ней как щенок. Именно тогда Микки по-настоящему оглядел комнату, в которой они находились, солнечный свет струился из высокого окна и освещал незатейливый интерьер. - Как райский дворец, - недоверчиво пробормотал Микки. Йен легонько хлопнул себя по щеке. - Проснись, - сказал он себе. - Йен, проснись. - Чувак, это по-настоящему, - ликующе выпалил Микки и схватил Йена за руку. - Смазка, насколько хватает глаз! Это было лишь небольшим преувеличением. Задняя комната клуба была заставлена коробками, которые поднимались почти до уровня глаз и были заполнены большими упаковками и маленькими пакетиками смазки. Йен набрал полные пригоршни и засунул их в карманы, прежде чем повернуться к Микки и обхватить его руками, поднимая и кружа вокруг себя. Микки рассмеялся, бормоча протесты, но когда Йен наконец опустил его на землю, они просто уставились друг на друга, тяжело дыша и ухмыляясь. Микки уже чувствовал, что у него встал, но ему также нравилось, как Йен на мгновение снова стал похож на Йена, беззаботного мелкого пацана, а не того, кто сгорает изнутри от гнева. Микки поцеловал его прежде, чем даже подумал об этом, и Йен поцеловал его в ответ, и еще разок. Микки почувствовал чистое счастье на долю секунды, и это было самое странное, самое неожиданное ощущение. - Эй, у них есть еда, вы, ребята, хотите хот-доги или... - сказал Лип, входя в комнату, но закрыл рот, когда Йен и Микки отскочили друг от друга, немного виновато. - Господи Иисусе, держите члены в штанах, вы, кролики. Микки показал ему средний палец. - Отсоси. - И сразу нет, - парировал Лип. Игги вышел из-за Липа, держа в руках кучу банок Буш Лайт. И скривился. - Значит, ты серьезно по уши в этом гействе? - спросил он. Микки просто посмотрел на него, потому что серьезно уже, ребята. - Кто в гействе? - спросила Мэнди, подтянувшись в комнату. - Ты гей, Игги? Пришел в нужное место! - Она дразняще улыбнулась. Игги, что очевидно, не потерпел клеветы. - Я не гей, - промычал он и косо махнул рукой в сторону Микки. - Он гей. Гействует вон с Галлагером. Когда из комнаты выкачивается весь воздух, возникает ощущение, что тишина внезапно становится еще более безмолвной, чем мгновение назад. Не в первый раз Микки задумался о том, что даже в зомби-мире именно гей тема безотказно ошеломительно действует на членов его семьи. У Мэнди отвисла челюсть. - Что? За? Нах?!..