Стерва

Утро для Марии выдалось очень тяжелым. Осень была солнечной, но заметно стало холодать, что сильно вводило в депрессию белокурую красавицу. Ей очень нравилось время весны, особенно прекрасный месяц май со своими оранжевыми закатами. Третьякова чувствовала прилив эмоциональной энергии и в ней открывался поэт. Не смотря на свой вспыльчивый и мужественный характер, девочка любила поэзию и искусство, легко слагала стихи и в порыве влюбленности в ней часто просыпался художник-самоучка. Маша тяжело встала с кровати и поняла, что опаздывает! В ее положении нельзя было допускать эту ошибку, потому что подобно паровозу она могла потянуть за собой девочек в большие неприятности… Блондинка быстро вскочила с кровати и с чертыханиями начала судорожно собираться. На завтрак времени совсем не осталось, но это не было сильной проблемой. Она привыкла к такому режиму, потому что в последнее время уж очень многое свалилось на ее сильные духом плечи, депрессия и стресс помогали не чувствовать голода. — Блин! Только бы успеть! Еще же покурить постоять хочется! Я без этого умру за шесть часов в чертовой тюрьме! И эту дуру на два первых урока поставили! Только маньяк мог такое придумать на первой неделе учебного года! — говорила сама с собой девушка и металась по всей квартире. Маша вылетела из дома и неслась со всех ног на их с девочками место встречи. Маша вспомнила, что у нее нет жвачки, чтобы скрыть запах никотина, а идти в магазин времени совсем не осталось. Вся надежда была на Полякову. — Привет! Ты чего такая растрепанная? На пожар бежала? — смеется Полякова. — Какой там! Проспала! На нервах не могла уснуть нормально! — запыхавшись пробормотала Маша и тут же вспомнила какие " нервы " в ее голове не давали погрузиться в сон. Про себя ее посетила хитрая улыбка, но посвящать Полякову в полуночные думы девушка не стала. — Тань, у тебя есть жвачка? У меня ничего не осталось, а спалиться не очень хочется, сама понимаешь. От нас так табаком все время пахнет, что сразу заподозрят. Полякова улыбнулась, у нее осталась одна, конечно же она поделится пополам со своей подругой. — Одну на двоих поделим, а после школы надо заранее сходить в магазин и пополнить запасы. Где эти толкушки? Ты летела, как сумасшедшая и пришла вовремя, хотя и вышла из дома позже, а они чего? Время уже заканчивается! — возмущалась Полякова и достала сигареты. Подруги решили не ждать остальных и принялись снимать стресс перед школой. — Смотри! Идут они, не торопятся! Совсем уже! У нас эта стерва первыми уроками стоит, а к ней опаздывать нельзя и места еще нормальные занять не успеем! Зачем я только волновалась, что вас подведу?! — Маша очень сильно разозлилась. — Привет, девочки! Простите нас! У Наташи автобус сломался, пришлось идти пешком, а мы ее с Мари ждали. — оправдывалась Мокриди. — Ладно… Всякое бывает. Пойдемте уже скорее, по дороге покурите! Времени совсем не осталось! — позвала за собой девочек Полякова и они двинулись быстрым шагом в направлении их тюрьмы на ближайшие два года… Подруги влетели в двери школы уже со звонком. Они быстро пробежали в раздевалку, чтобы скинуть куртки. Сменку с собой никто из них не носил, потому что было еще тепло, а переобуваться и тратить лишние минуты им невыгодно. Все это не осталось незамеченным учителями, которые дежурили у входа. Их никто не остановил, но это лишь маленькое затишье перед бурей… Компания рванула на третий этаж. Дверь была уже закрыта и никто не решался постучать. Третьякова решила взять все в свои руки и принять удар на себя. Постучав три раза, ответа не последовало. Девушка сама открыла дверь и увидела лицо учительницы, которая смотрела на нее исподлобья… Учительница была одета в синюю блузку и серую юбку, которая чуть доходила до колена и открывала обзор на красивые стройные ноги. Маша уже хотела пройти и сесть на места, которые остались, но у учительницы были свои планы на опоздавшую делегацию девочек. — Стойте там, я не разрешала вам садиться. По одному подходите ко мне, сумки складываем в общую кучу и достаем только чистый листок и ручку. — безразлично сказала учительница. Девушки были в очередном шоке! Возле доски на полу валялась куча портфелей, а класс сидел тихо и решал какие-то тесты! Мария первая подошла к математичке и с вызовом посмотрела ей прямо в глаза. Лаура Альбертовна не ушла далеко от Третьяковой и со стервозным огоньком в глазах начала сверлить лицо блондинки. — Вот ваш вариант, я оставила свою подпись на нем, не пытайтесь подменить его и списать. Я все вижу. Сядете тоже куда Я скажу. Блондинка закипала от надменного общения учительницы, из ее ушей уже можно было увидеть пар, который выделяла злость внутри. Маша взяла листок и стиснув зубы, направилась на положенное ей место. Посадили около окна с каким-то мальчиком. «Просто супер, только этого сейчас не хватало до кучи!» — бубнила про себя девушка. Еще большее удивление на лице девушки вызвал тот самый тест. — Она совсем оху…? Какого черта?! — Третьякова увидела бланк ОГЭ за 9 класс, тот самый экзамен, который она завалила. В это время учительница разбиралась с остальной четверкой опоздавших. Краем глаза она заметила, как ученица за партой резко изменилась в лице и с усмешкой хмыкнула. — Вот и проверим ваши знания, что вы усвоили за прошлый год, как вам удалось пересдать экзамены с двойки на пятерку. Уж очень интересно посмотреть, как вы будете блистать своими знаниями. — издевалась учительница. — Ах, да! Совсем забыла! Мария, сдайте, пожалуйста свой телефон мне на стол, не переживайте, читать ваши смс-ки не буду. — с еще большей улыбочкой язвила математичка. Мария подошла к ее столу и отдала телефон прямо в руки с каменным лицом. Учительница продолжала улыбаться глазами и заочно ликовала о своей победе. — Вот сука! — тихо проговорила Мария, когда возвращалась на свое место. — Что? Вы что-то сказали, Мария? Или может вас что-то не устраивает? Встаньте, пожалуйста, я не разрешаю садиться! — сжимая челюсть злилась Лаура. — Я говорю сумка. Мне нужна сумка, листочки еще взять, а то на черновик не хватает. — улыбнулась белокурая. — Я сама вам дам листочки! Идите сюда! Третьякову уже не на шутку разбесили эти «туда-сюда» по всему классу. От урока прошло чуть больше половины, а времени с Божьей помощью хоть что-то решить стало ничтожно мало! На ОГЭ давали четыре часа, а эта сучка два урока всего лишь, это даже меньше полноценных двух часов. «Она совсем двинутая, думает, что мы тут Пифагоры хреновы или кто?» — Третьякова не могла успокоиться, злость разрывала изнутри и в ее голове стали появляться жуткие картинки, как она избивает причину своего гнева. Маша перевела взгляд на своих бедных «сокамерниц» в этой темнице. Полякова безмолвно губами говорила много матерных слов, от чего Маше стало немного смешно, но смеяться сейчас было не в кассу. Девушки просидели два урока за этими тестами, каждая из них понимала, что потерпит полное фиаско и их ждут очередные проблемы. Все девочки сдали работу до звонка, вот только Полякова пыталась что-то еще выдавить из своих недознаний в области точной науки на листок. Звенит звонок, а это значит, что бой окончен. Победители и проигравшие будут оглашены на следующем занятии. Все вышли из класса… — Вот ведь тварь! Она совсем охренела?! Это только второй урок, а уже контрольные и оценки! Чего она прицепилась к нашим экзаменам и откуда знает, что мы пересдавали?! Меня прям трясет от этой Лауры, такого я еще нигде не встречала! Мы сто процентов завалили эти вонючие тесты! Она специально все это сделала! Провокаторша долбанная! — Третьякова была в ярости и буквально орала на всю школу. — Над нами теперь будут еще эти смеяться, они же все такие умные, а сами с телефонами сидели! Тоже мне, отличники-любимчики! Я сама лично видела, как эти зубрилы прекрасные с телефона ответы списывали! — уже не выдержала Мокриди. Она была самой спокойной из девочек. Полякова в это время успокаивала Машу, потому что знала о ее приступах агрессии, которые могли выйти за очень большие рамки. Мария в такие моменты могла начать бить кулаками стены и крушить все вокруг. Буше пришла в голову идея- Девочки, а давайте ей так и скажем в лоб, что почти все кроме нас списывали и получили хорошие оценки? Пусть она их отдельно посадит, потому что очевидно, что у нас двойки будут и посмотрит какие у нее «отличники» есть. — Не-не, не надо. Ты чего? Нас и так все ненавидят, а тут мы получается еще и стукачи будем. Черт с ними, время покажет кто есть кто. — заверила Козелкова. За беседой Маша немного успокоилась и поняла, что забыла свой телефон в кабинете математички. — Блин! Я походу телефон у этой мымры очкастой забыла! Так не хочу опять туда возвращаться. — закрыла ладонью глаза Третьякова. — Маша, хочешь я с тобой схожу? — предложила Полякова. — Нет, Тань, спасибо. Вы идите тогда в сторону кабинета, на английском встретимся, скоро звонок уже. Сама схожу, пусть знает, что я ее не боюсь! Девочки разошлись в разные стороны. Мария подошла к кабинету и постучала три раза, спросив этим можно ли войти. Ответа не последовало. Девушка снова положила руку на ручку и слегка дернула. Дверь не поддавалась. Она снова начала закипать! — Бл…! Тут даже двери дебильные какие-то! Неужели нельзя сделать нормальную ручку?! — блондинка дернула три раза и уже хотела уйти, как дверь открылась и чуть не ударила ей в лицо. На пороге в недоумении с большими глазами и опять оценивающим взглядом смотрела Лаура Альбертовна. Маша немного испугалась от неожиданности, что учительница была все это время в кабинете и слышала ее трехэтажный мат. — Вы решили мне дверь сломать, Третьякова?! Что вы здесь делаете?! Я же разрешила вам войти! Или у вас после теста сил не осталось, чтобы нормально нажать на ручку, а может руки, как и голова не из того места растут? — выдала Лаура Альбертовна и победно развернулась, качая бедрами, обтянутыми юбкой, направилась за свой рабочий стол. Мария сначала растерялась от столь дерзких высказываний в свой адрес, а потом засмотрелась на попу учительницы, что так сладко манила ее нежно сжать и погладить. — Вы так и будете там стоять, Третьякова? Войдите, пожалуйста, не забудьте закрыть за собой дверь! Терпеть не могу этого шума из коридора! — язвила учительница. Мария будто очнулась от какого-то гипноза и сначала сама не поняла чего она до сих пор стоит в дверях. «Я и без твоего разрешения войду! Еще как войду! Мы еще посмотрим, стерва! Знала бы ты, как я умею входить!» — думала про себя Третьякова и сама удивилась себе. Девушка закрыла дверь и подошла к столу. — Лаура Альбертовна, я телефон у вас забыла забрать. Можете отдать, пожалуйста? — вежливо, но с каменным лицом говорила ученица. — Да, что вы говорите? Я уже подумала, что вас заботят результаты теста и вы хотите начать исправлять данное недоразумение. Тут оказывается… Хм. Телефон на уме. И всего-то? — Лукина никак не могла остановиться издеваться и топить девочку. — При чем здесь тест, Лаура Альбертовна?! — Маша снова вскипала. — Вы его еще даже не проверили, результаты только завтра и логично, что завтра после оглашения мне нужно будет об этом подумать и начать принимать какие-то меры? М? — Вы меня не поняли, Мария. Я не из тех преподавателей, которые любят тянуть кота за резину. У меня все четко и без промахов! Ваши тесты уже проверены и успею вас обрадовать, что вы написали на двойку! — с вызовом смотрела учительница в глаза белокурой и ждала реакции. — Другого я и не ожидала от вас, уж больно все предсказуемо оказалось, даже неинтересно. — хмыкнула бестия. Внутри Третьяковой проснулся самый страшный дракон, который стремительно выпускал свое пламя наружу. Девушка не хотела больше оставаться в компании Лукиной и обсуждать ее познания в алгебре-геометрии. — Где мой телефон?!! — повысив тон спросила Маша. — Отдайте мне телефон немедленно, я опаздываю на урок! Лукина победно улыбалась и смотрела на девушку со своего стула снизу вверх. Она видела, как ученицу трясет, а вена на ее шее становится шире. В глазах не было слез, что удивило учительницу, только ярость хищника, который разорвет свою жертву. «Ха, какая сильная девочка, надо же!» — думала про себя математичка и продолжала смотреть на разгневанную девушку. — Зачем он вам, Третьякова? Тем более, сами говорите, что урок скоро. На уроках учиться надо, если не знали, а он вас только отвлекать будет. — преподавательница никак не могла остановиться наслаждаться тем, что выводит ученицу из себя. Она будто экспериментировала и проверяла, как далеко можно зайти с этой девочкой, какую реакцию от нее можно ждать. Лукина увидела, что девушка сжала руки в кулаки и повисла гробовая тишина. Мария с вызовом смотрела на свою язву за столом, но лицо было каменным, чтобы не дать увидеть эмоции. Лаура в это время все смотрела на кулаки и увидела, что на костяшках девочки много беленьких шрамов. «Боец-хулиганка, во что же ты свои ручки девичьи превратила?» — подумала учительница и решила прекратить эту пытку. — Возьмите сами свой телефон, мне нужно работать. Вот он.- математичка указала на тумбу позади своей спины и чуть сбоку на ней покоился телефон. Мария могла легко обойти Лауру, взять вещь и быстро уже уйти пока нервы совсем не сдали, но ученица решила тоже поиграть со своей обидчицей. Третьякова наклонилась близко к Лауре Альбертовне, на что та подняла непонимающий взгляд сквозь очки. Маша очень близко придвинулась своим лицом к лицу учительницы, что их носы почти соприкоснулись. Во взгляде Лауры читались «непонятки», а Третьякова включила в себе соблазнительницу и параллельно просунула свою руку между рукой и талией учительницы, чтобы дотянуться до телефона. Маша все это делала не отрывая зрительный контакт с Лукиной. Математичка была в легком ступоре и не шевелилась. Тут возникла одна проблема! Рука блондинки не дотягивалась до мобильника и Мария немного навалилась на Лауру Альбертовну так, что их груди соприкоснулись, а Маша не упустила момента вдохнуть запах женщины с ее шеи. Вдох был очень громким. Преподавательница вышла из себя от такой наглости и хамства в своем кабинете! — Хватит! Мария, что вы себе позволяете?! Вы в своем уме вообще? Как вы себя ведете с преподавателем и еще вдвое старше вас?! Совсем мозги отсутствуют?! — Лукина была в ярости и кричала на весь кабинет, перед этим резко вскочив со стула, чтобы между ними стало, как можно больше расстояния. Тут Маша поняла, что не только она обтекать может и ей стало смешно от реакции учительницы. При этом она внутри себя победно ликовала, что сравняла счет на ничью в битве со стервой. — Лаура Альбертовна, я не понимаю о чем вы! Что я такого опять не так сделала, что вы орете на меня?! Мне всего лишь нужно было взять телефон, а вы мешали пройти за ним. Я взяла свою вещь и ничего такого. — с улыбкой в тридцать два зуба говорила блондинка. — Идите на урок немедленно! Маша начала выходить и на пороге Лукина добавила — Ах, да. Совсем забыла! Подружкам передайте, что у них тоже двойки, а у вас дополнительная двойка за сегодняшний урок. — снова эта улыбка на лице Лукиной. — В смысле дополнительная, за что?! — Третьякова снова закипела. — Как за что? За СУМКУ! Надо заранее готовиться к уроку и иметь при себе сразу все принадлежности на парте, а вы получается нарушили дисциплину, ходили туда-сюда постоянно. Считайте, что это вам предупреждение за неподобающее поведение на моем уроке. — отлетало от зубов, как стих без запинки из уст математички. Маша вышла и специально громко хлопнула дверью. Грубо и громко сказала «тварь» за дверью учительницы и со всей силы ударила несколько раз кулаком об стену, которая была украшена рисунком из плиточной мозаики. Было больно… Кровь тут же потекла ручьем от удара об шершавую стену. Маша решила не идти на остальные уроки и пока не было охранника сбежала из школы. Девушка сразу написала смс Поляковой и ждала окончания английского, чтобы Таня могла сбежать к ней. В этот же момент в коридоре Лукина услышала ругательство в свой адрес и улыбнулась себе, что все-таки довела ученицу. — То их классный руководитель мне дверьми хлопает, а теперь еще и эта нервнобольная. Такими темпами она скоро на кого-то обвалится и будет здесь проходной двор. — бубнила учительница под нос и положила руку на лицо от возмущения. В ту же секунду, она услышала несколько сильных глухих стуков и крик. Женщина сначала не хотела придавать этому особое внимание, но от любопытства решила сходить проверить. Лукина вышла из кабинета и увидела, что около ее аудитории везде капли темной крови, а на стене она размазана по всему рисунку. Ей стало не по себе от этой картины, потому что она не очень переносила вид крови, но при этом, учительница сразу поняла виновника, а точнее, виновницу всего этого беспорядка, который будет убирать уборщица. «Тьфу ты! Она точно ненормальная!» — сказала в голове брюнетка и ушла в свой кабинет звонить уборщице, чтобы скорее убрали это кровавое месиво.