***
Много лет назад, когда Анарка была ещё ребенком, она случайно обнаружила подземные ходы, которые тянулись на многие километры и уходили к горам, где соединялись с природными пещерами. Повзрослев и став женой Куффена, она продолжала держать свою находку в секрете. Женщина понимала, что это место может стать надёжным укрытием, поэтому тайно приносила сюда припасы и сбережения. Изначально, она хотела спрятать здесь свою семью, если вдруг на поместье нападут, но судьба решила распорядиться иначе. Когда в провинции началось твориться неладное, Анарка рассказала дочери про тайное место, а карту к нему, спрятала в кольце-печатке с гербом их фамилии. Сомнений нет, похоже именно туда отправилась женщина. И туда же Джулека направила своего брата, когда передала его спутнице кольцо с подсказкой.***
В ее сердце не осталось сомнений, Джулека спустилась в казармы, где жили несколько отрядов личной гвардии семьи Куффен и подобрала себе подходящую амуницию. Пришло время стать той, кем всегда была — сильным воином, что способен без тени страха держать в руках меч. Этим она объявила войну собственной родине, в лице ее отца. Пусть против девушки выйдет хоть целое войско, но она больше не отступит... Путь до укрытия надёжно хранился у нее в голове, Джул старательно запомнила каждый поворот и развилку на карте матери, поэтому уверенно шла вперёд, освещая себе дорогу горящим факелом. Спустя какое-то время до нее стали доноситься далекие отголоски, в которых можно было различить отдельные слова. А вскоре стали отчётливо слышны несколько голосов, принадлежащих знакомым людям. — Сыночек, ты представить не можешь, как я счастлива увидеть тебя спустя стольких лет. Ты так вырос. Прости, что не смогла уберечь тебя, и позволила забрать. Если бы я только знала, то никогда не выпустила тебя из рук, — похоже мама плакала, потому что ее голос дрожал и постоянно срывался. — Вы можете рассказать, что случилось? — за юношу говорила его спутница. — Прости, я бы хотела ответить на все вопросы, но сама ничего не знаю. Ты родился совершенно нормальным ребенком, но потом... Даже приметно не представляю, почему ты вдруг лишился всего, — женщина виновато опустила глаза в землю и сжала в пальцах подол своего платья. — Зато я знаю, — тихо произнесла Джул заходя в небольшую пещеру, где царила очень напряжённая атмосфера. — Наш отец чудовище. — Прошу тебя не нужно так говорить, — поворачиваясь лицом к дочери и вставая на ноги. — Он сложный человек, но... — Нет, он кто угодно, но только не человек. Отец пошел на сделку с темными божествами, а ценой за это стало тело его ребенка. — Что? — выдохнула Анарка и упала на колени. — Мама, я была в темном храме. Демоны всё рассказали, и они требуют обратно свою плату. Поэтому наши земли находятся на грани войны, из-за этого гибнут поля и страдают люди. Демоны лишили отца своего покровительства, пока они не получат то, что хотят. — Ты уверена? — Маринетт нервно облизнула губы. — Да. Поэтому отец приказал солдатам убить тебя, — переводя взгляд на брата. — Он не остановится, пока не прольет твою кровь. Тебе опасно оставаться здесь, Госсе... — Лука, — тихо поправила девушку мать. — Это имя я дала своему сыну, когда впервые взяла его на руки. — Но пока, — заговорил парень своим необычным голосом, — я не могу его носить. Оно принадлежит человеку, которым я стану, когда верну свое тело. А до того момента буду отродьем. — Ты не собираешься останавливаться, даже зная, что идёшь на верную смерть? — Маринетт уставилась на брюнета удивлёнными глазами. — Я хочу вернуть свою жизнь, и готов пройти даже через ад, — его губы не шевелись, чем парень пугал мать и сестру. — Это опасно, ты погибнешь! — Нет, — юноша осторожно прижал ладонь к щеке Маринетт, — пока будет жить хотя бы один демон, я не умру. Даже если меня разорвут на части. — Откуда такая уверенность? — спросила Джулека, опускаясь рядом. — Путешествуя один, мне встретился демон, которого не удалось убить с первого раза. Он оторвал мою ногу, а взамен, тело покрылось настоящей кожей. Позже, мне удалось победить и нога вернулась. — Но тебе предстоит сражаться не с демонами. Если тебя ранет человек, тело не исцелится после его смерти. — Не бойся, сестра, я это знаю. — Ну раз так, значит я пойду с тобой. И это не обсуждается!