Ошибки прошлого, надежды грядущего.

      Найти Выручай-Комнату было не сложно. Дамблдор оставил вполне конкретные ориентиры. Пока Поттер ходил туда-сюда возле стены, представляя себе внутреннее содержимое Комнаты, его друзья смотрели на него как на умалишенного. Но стоило появиться обычной на вид двери в только что казавшейся монолитной стене, как их взгляды изменились. Все так же молча Гарри открыл дверь и пригласил друзей зайти.       Комната выглядела ровно так, как и задумывал её парень. Внутри она была разделена на две секции. Большая часть представляла собой полигон с почти полусотней подвижных манекенов, которые были способны на движение, но не могли атаковать. Вторая часть представляла из себя крошечный закуток с камином, круглым столиком и тремя удобными креслами, расположенными полукругом. Все так же в полной тишине подростки прошли к креслам и расселись. Причем Гарри сел так, чтобы видеть обоих друзей.       Молчание затягивалось, никто не решался начать разговор. Гермиону и Рона беспокоило то, как резко изменился их друг всего за полтора месяца. И не только физически. Он как будто резко стал на несколько лет старше. Сам Гарри тоже не знал, с чего начать и что вообще можно им рассказать. Вроде бы, Крауч не владел Легилименцией, вообще никакой ментальной магией. С другой стороны, он вообще мертвым считался двенадцать лет как. Но тут ему пришла в голову мысль. — Так, раз вы не торопитесь задавать вопросы, то, пожалуй, начну я. С не самой приятной вещи, но без этого никак. Что вы знаете про ментальную магию? — и вот тут Гермиону постиг шок.       Отвечать начал Рон: — Ну, я немного знаю. Она вроде как позволяет мысли читать, а еще она запрещена. Это все. И то подслушал, — что ж, не так и плохо для начала. — Тогда слушайте…       И Гарри начал рассказывать про ментал, Окклюменцию, Легилименцию, про то, как простейшими способами защищаться от считывания сознания. Отдельно указал, что для легилимента тайн у них просто быть не может, ибо никаких щитов нет. Также и пояснил, что там на самом деле запрещено, что разрешено, а что разрешено только при наличии нормального учителя. Причины ограничений также указал. Как было видно по лицам друзей, это было для них откровением.       Ну, это и неудивительно. Это была обычная практика в магии: упрятать обычные указания на существование по запретным секциям с доступом по распоряжению профессоров. В конце концов, мозгов у детей одиннадцати-шестнадцати лет не бывает по определению. Начнут лезть куда не надо, еще и угробятся. Что Гарри и высказал своим друзьям, не забыв упомянуть и их приключения. Вроде, прониклись.       Заодно довел и обстановку с магией на Островах. Тут уже Рон вскинулся, когда Гарри начал доводить до них мысль, что разница между запрещенной магией и Темной магией все-таки есть, и не вся Темная магия является запрещенной. Услышав классификацию магии на разрешенную, условно разрешенную и абсолютно запрещенную, и почему так, вроде, успокоились. Пора переходить к сути. — Теперь вы знаете чуть больше. Перейду к тому, что же будет происходить в этом году в Хогвартсе. Что происходило со мной в Мунго, я вам уже рассказал. Теперь про то, чему и как я учился все лето. Как только я вылез из Мунго, нагруженный всяким разным как мул, меня встретил Дамблдор. Он отвел меня в Хогвартс, и мы имели один разговор. Не буду вдаваться в детали, но дело Сириуса Блэка пересмотрено, он оправдан и сейчас лечится в том же Мунго. И лечиться будет еще как минимум месяц.       Также Дамблдор считает, что в конце этого года Волдеморт сделает еще одну попытку возвращения. Но каким образом — неясно. В связи с этим, меня попросили побыть наживкой. Дамблдор уверен, что Волдеморт захочет использовать меня в своем воскрешении. Если сложить эти мысли и Турнир, то приходим к закономерному выводу — участвовать в Турнире я буду, цитирую Дамблдора: «Даже если ты будешь лежать в коме в Мунго», конец цитаты. Потому и нашел мне директор репетитора, герра Шмульке. Теперь о том, чего не рассказывал, — для меня лето растянулось не на полтора месяца, а на четыре с половиной. Дамблдор выдал нам маховик времени, — Гермиона ахнула, Рон ничего не понял, что и поторопился выяснить. — Что за маховик такой? — Это, Рон, такой артефакт, который позволяет быть в одно время в нескольких местах. А конкретно, он перемещает пользователя на несколько часов назад. Гермиона пользовалась им весь прошлый год. Не стоит ругаться, что не сказали, сам узнал только когда Сириуса спасать полез, ей было запрещено говорить о нем. Слишком опасный артефакт, нужно соблюдать целую кучу условий. Да и усталость никуда не девается. Пришлось срочно закупать зелья литрами. Меня все лето готовили к Турниру. Во время физических упражнений начитывали теорию, потом — короткая проверка усвояемости и уже практика. Потом снова физические упражнения.       Короче. Сейчас я вполне смогу выстоять в бою против трех-четырех выпускников. Но Дамблдор так и не нашел способа, каким меня собираются пропихнуть в Турнир. Да и способа, которым Волдеморт собирается вернуться, так же не нашли. Но есть признаки, что существует способ вернуться для него, и мне вновь придется оказаться в приключениях по самые брови. Это факт. Вспомните второй курс, всего лишь показал владение парселтангом, и уже новый Темный Лорд. Угу — второкурсник. Если я сейчас как-то не официально попаду на Турнир, меня просто сожрут. Но есть и приятные моменты — про них я уже говорил. Теперь про снятое проклятье. У меня сейчас и на ближайший год абсолютная память. Потому просто преступно будет просрать такой бонус.       Рон от таких новостей чуть с кресла не сполз — абсолютная память! Не нужно ничего учить, просто прочитал, и все! Мечта! — Успокойся Рон, год — это оптимистично, при условии, что я не буду валяться на кровати и ничего не делать, а напрягать мозги, и весьма сильно. А если ничего не делать — еще месяца два-три, — Рон сразу сдулся. — Так что, Герм, не обижайся, в этом году тебе придется потерпеть сильно умного меня, — Гарри открыто улыбнулся, наконец додумавшись, чего так обижалась Гермиона, — она привыкла быть среди них самой умной, а тут её без каких-либо усилий сдвинули с пьедестала, Гарри и самому было бы обидно. — Ты среди нас самая умная, хотя бы потому, что умеешь правильно пользоваться своим умом, а не как я, только на запоминание и хватает.       Гермиона порозовела от такой похвалы. Но спохватившись, она задала так волнующий её вопрос: — Гарри, я все понимаю, снятое проклятье, интенсивная учеба, но этого мало для твоих изменений, ты как будто лет на пять старше стал, как так? — О! Герм, все очень просто — много-много разговоров с опытным человеком. Я когда проклятье скинул, чуть за голову не схватился: жил как в тумане, такое творил, что самому себе кое за что по голове настучать хочется. Вот и начал задавать вопросы. А герр Шмульке отвечал. Ну, а попозже, когда вопросы по прошлому закончились, он мне прочитал краткий курс подростковой психологии. Оказывается, в немецком Аврорате много внимания уделяется именно мирному взаимодействию с населением, и их заставляют проходить курсы, на которых учат общаться и с магглами, и с простыми обывателями, и тем более с детьми и подростками.       Герр Шмульке говорил, что подростки — самая сложная группа населения. Гормоны так гуляют, что совершенно неясно, чего ожидать, а уж если подросток вооружен и кое-как умеет пользоваться этим оружием — я, если что, про палочку, — то вообще все плохо. Вот и начитывали мне лекции, чтобы я сам хотя бы знал как, на что и почему я реагирую, заодно и окружающих придерживал. А где психология, там и начала физиологии. А уж если учесть, что я сам в рост рванул, и те самые гормоны точно так же, как всем, в голову ударили, то приходится себя периодически одергивать, и то иногда срываюсь, как на Малфоя, например, — Поттер врал напропалую — ну откуда он мог знать, что там есть в этом Аврорате. Но не говорить же, что курс начитывали лично ему, чтобы тот наконец разобрался в своих тараканах? Да еще и препарировать этих тараканов заставляли.       Тут очнулся Рон. — Так вот почему ты начал меня одергивать? Тоже что-то заметил из этой… как её… пхисогии? — Ну, вообще, да. Если я еще себя в руках держу, то вот ты на фоне этих гормонов и недостатка уверенности мог таких дел натворить, что самому потом стыдно было бы. И ладно я, я-то еще кое-как понять могу, а если бы ты Гермиону обидел? — Рон покраснел, вспомнив первый курс. — Вот и я о том же. Короче, будем работать над собой. Я по-своему, а вы по-своему. Герм, не против, если я возьму командование на себя на это вечер? — Конечно нет, Гарри! Ты в этом явно больше меня понимаешь… — Не беспокойся, научу. Тогда давай начнем с Рона, я ему тут кое-что пообещал, а он вроде как согласился. — И что же ты ему пообещал?       Тут, как ни странно, ответил Рон: — Гарри пообещал, что поможет мне… стать уверенней… Вот. И покажет, как добиваться того, чего мне хочется… — Почти. Будем мы с тобой, Герм, делать из Рона человека! — Гарри засмеялся, Рон покраснел.       Гермиона ничего не поняла и только переводила взгляд с одного своего друга на другого. На воспитание Рона она уже давно забила, признав это вещью непосильной для себя, разве что пыталась его сдерживать. Прямо даже интересно, что там придумал Гарри. А тот продолжил: — Первым делом, ты, Герм, составишь Рону расписание занятий. Пока что плавающее, — на попытку высказать, что Рон все равно не будет ему следовать, Гарри поднял руку, останавливая высказывание. — А я прослежу, чтобы он ему следовал, методом герра Шмульке. Рон уже заочно согласился, — тот только кивнул. — Начинай составлять расписание Рона с семи утра — раньше он будет занят, да и ты сама, возможно, тоже, если согласишься. Короче, Рон должен делать все домашние задания, и у него должно оставаться еще хотя бы два часа перед отбоем.       Гермиона кивала, уже мысленно планируя график друга. Рон молчал. В голове у него пока что не укладывался рассказ Гарри. Рон всегда долго думал. — Ах да, Рон, твой подъем переносится на полшестого. Вместе со мной. И не дай тебе Мерлин не встать, пеняй на себя, — Рон попытался опротестовать столь ранний подъем, и перенести его хотя бы на пару часов, но Гарри был непреклонен. — Рон, я тебе попозже покажу, зачем нужен такой ранний подъем, и к чему он способен привести, а то, боюсь, Гермиона не выдержит этого зрелища.       Гермиона, услышавшая, что она чего-то там не выдержит, вскинулась: — Гарри Джеймс Поттер, и что же это за зрелище, которое я не выдержу, а Рон выдержит? Я, может, считаю иначе и тоже желаю посмотреть? Показывай, если это прилично, конечно же… — уже тише проговорила она.       Гарри усмехнулся — ловушка захлопнулась. Он медленно встал, скинув мантию и форменный джемпер, начал расстегивать рубашку. Скинув и её, он оказался с голым торсом. А торс был развит что надо, стыдиться было нечего, в отличие от Рона. Наблюдая за медленно наливающейся багрянцем Гермионой, Гарри сделал вполне определенные и правильные выводы. — Вот к чему приводят постоянные физические нагрузки. Посмотри на Гермиону, и ты поймешь, какую реакцию будешь вызывать у половины Хогвартса, а учитывая твою конституцию, все будет еще внушительнее, — произнес Поттер, надевая рубашку обратно.       Гермиона уже не знала, куда деть себя от стыда. Рон — тоже. Только причины стыда у них были очень разные. Если Рон завидовал и стыдился своей рыхлой и совсем не спортивной фигуры, то Гермиона окончательно разглядела в Гарри парня. Крайне симпатичного парня. А ведь сегодня только первый день. Большинство сплетниц еще делятся впечатлениями о лете и просто не успели заметить изменений в Гарри, кроме отсутствия его вечных очков и изменившейся стрижки. А вот когда все новости будут обсуждены и разговоры зайдут за мальчиков… Она снова покраснела. А что будет твориться в Хогвартсе, когда тот станет Чемпионом? Она еще не понимала, какими путями движутся её мысли, но определенно понимала, куда. Точнее к кому. Чертов Поттер только что потеснил в её мыслях учебу!!! Это бесило. Кинув взгляд на Гарри, она поймала ответный взгляд и понимающую усмешку. ОН ЕЁ ПРОВОЦИРОВАЛ!       А вот Гарри наблюдал за результатами своего маленького эксперимента. И они ему определенно нравились. Уже сутки он пытался выкинуть из мыслей Гермиону Грейнджер. Вот как увидел её на платформе, так и пытался. Как назло в голову лезла теория взаимоотношений между мужчиной и женщиной. И тот полет на гиппогрифе. И тот страх на втором курсе, когда она попала в больничное крыло. Но все портили именно три года их дружбы. Не хотелось портить дружбу из-за неудачного признания. Вот и сложился такой план-проверка. Что ж, теперь надо выждать и поговорить.       Тем временем и Рон, и Гермиона пришли в себя от такой нескромной демонстрации. Пора было заканчивать, и так уже достаточно поздно, скоро отбой, а про занятия магией еще не было сказано ни слова. — Так, ввиду того, что у нас есть всего два месяца для плотных занятий, после которых будет произведен выбор Чемпионов, и я начну учиться значительно активнее, предлагаю еще и вечернюю практику в магии. Я покажу и научу кое-чему из арсенала авроров. А чтобы вы знали, чему я могу научить, я и создал тут этот милый полигон.       Гермиона окинула взглядом вторую часть помещения с манекенами. То же самое сделал Рон. Говорить начал Рон, Гермиона все еще была слегка розовая: — Гарри, я, конечно, все понимаю, тебя многому научили, но зачем тут так много манекенов, хватило бы и одного, разве нет? — Вот потому и показать проще, — с этими словами Поттер вышел на полигон и поднял щиты от шальных проклятий.       Быстро упав в боевой режим и разогнав разум примерно в два раза, он начал представление. Никакого «шага», никаких иллюзий, сокрытий и прочего. Зато было ускорение. И много красочных бомбард, взрывающих мишени, Редукто, пробивающих насквозь по два манекена, десятки Секо, крошащих в щепу дерево. И, конечно, грамотное передвижение значительно быстрее человеческих возможностей.       Всё! Рон поплыл, теперь его от тренировок не оторвет ничто. Вот уж никогда Гарри не думал, что придется использовать отрицательные стороны друга для его же пользы. Рон позавидовал, Рон захотел быть не хуже, Рон захотел учиться.       Реакция Гермионы была несколько иной, скорее академической. Она оценивала, что умеет Гарри, и какие заклинания у него можно перенять. О! Это она еще реальных знаний и умений не знает. Тогда никуда бы Гарри из Выручай-Комнаты уже не ушел, пока не показал и не научил бы всему.       Под конец Гарри вернулся к началу их разговора: — Ни в коем случае не смотрите в глаза даже старшекурсникам-слизеринцам. Про Снейпа я точно знаю, что он легилимент. И Дамблдор точно. С остальными непонятно, но лучше, если вы не будете смотреть в глаза никому, а уж кому не доверяете — тем более. Хорошо? Директор и я долго готовились к Турниру, будет обидно, если все сорвется из-за неучтенного легилимента.       Друзья прониклись и пообещали следить за тем, кому в глаза они смотрят.       Хорошо, что Поттер вспомнил про время. А времени у них оставалось ровно добраться до башни факультета. Заскочив через портрет, они попали в шумную гостиную, где близнецы Уизли делились ощущениями от урока ЗоТИ. По их восторженным возгласам получалось, что демонстрация Непростительных производит неизгладимое впечатление. Плохо, что мало кто знает, чем они опасны. Рон же, быстро сверившись с расписанием, обнаружил данный урок в четверг. Это значило, что на аккуратную отправку Невилла в больничное крыло остается один только день. Быстро попрощавшись, троица разбрелась по спальням. Завтра будет сложный день.       Проснулся Гарри как обычно, но вот Рон, который должен был выйти с ним на пробежку, все еще спал и вставать не собирался. Ну да ничего, есть универсальный способ побудки — Агуаменти. И целый фонтан холодной воды окатывает спящего друга, щадить его смысла нет. Нужно наоборот, ставить в тяжелые условия, чтобы тело отвыкало от некоторых привычек. Дикий крик разнесся по всей спальне, перебудив всех. Невилл, Дин и Симус, чертыхаясь, пытались выкарабкаться из пологов, а Поттер уже захватил одежду Рона, самого Рона и уже тащил его в гостиную. Пока друг пытался понять, что же это такое сейчас было, Гарри уже просушил его и, молча сунув одежду в руки, ушел умываться. За время его отсутствия Рон вроде вспомнил о карах небесных, что обрушатся на его печень, если он снова уснет, уже оделся и перетаптывался, позевывая. — Пошли, Рон, у нас еще много дел. — Угу, куда идем? — К Черному Озеру. Я бегаю ровно час на предельной скорости. Потом еще час упражнений, ты будешь бегать два часа как получится. И не дай Мерлин ты попробуешь филонить.       Рон понял.       В принципе, пробежка прошла нормально. Всего-то бросил полсотни жалящих в друга. И упражнения прошли нормально. Еще на сотню жалящих. Рон дышал тяжело, проклиная свой длинный язык, которым согласился на этот Ад. Гарри же был вполне свеж. Да еще и мысль по нейтрализации Невилла на период первого ЗоТИ пришла в голову. В конце концов, зачем думать, как упечь парня на больничную койку, если есть те, кто занимается этим почти профессионально. Близнецы спустились всего через час после того, как Гарри и Рон пришли в башню, и уже успели принять душ. Увидев искомых объектов, Поттер быстро подошел к ним. — Здарова, парни. — Здарова, Гарри, как жизнь? Ты здорово изменился. — Да-да, будешь отбивать у нас девчонок? — Гарри даже не хотел разбираться, кто из них Фред, а кто Джордж. — Возможно, но вообще, я к вам с деловым предложением, — услышав слово «деловым», близнецы навострили уши. — Давай рассказывай, в чем дело… — …и если мы сможем… — …то, конечно же… — …поможем! — За соответствующую плату! — такой вариант Поттера устраивал. — Значит так, завтра у нашего курса первый урок ЗоТИ, Невилл Лонгботтом гарантированно не должен на него попасть. Ясно? Только крайне аккуратно, чтобы без каких-либо последствий.       Слово взял один из… рыжих: — Один вопрос — почему? Ты как-то раньше не был замечен во вражде с Невиллом. — А я и не враждую, я помогаю, ему ни в коем случае нельзя видеть применение Круциатуса. Слишком у него с ним плохие ассоциации. — Поняли. А вот мы как-то и забыли, хотя видели в какой то газете… Хорошо, Гарри, Невилл будет в больничном крыле ровно одну пару и ни минутой больше. Все сделаем за так. — Спасибо, парни. — Удачи, Гарри — сдвоенный голос слегка нервировал.       Гермиона сегодня что-то задерживалась, на нее было совсем не похоже. Она спустилась только к девяти утра. Выглядела она слегка помятой и невыспавшейся. — Привет, Герм, не выспалась? Что-то плохое снилось? — Гарри, конечно, предполагал, почему не выспалась Гермиона, но не подразнить её было выше его сил. Интересно, откуда в нем это? Ах да — целых четыре садиста, целое лето втаптывающие его в землю и отпускающие шуточки на грани.       Гермиона, вспыхнув, отвернулась от него и пробурчала что-то про длительное чтение — отмазка засчитана. Собравшись компанией, подростки отправились на завтрак. Гарри снова сел справа от Рона. Ели в молчании, первым занятием были Зелья. Несмотря на то, что вроде как Снейп притих, идти туда все равно не хотелось. Но еще рано уходить от программы. Да и теорию Поттер подтянул здорово. Так же молча Трио спустилось в подземелья. Там уже стояли Змеи. И, естественно, Малфой.       Вообще, за три прошедших года Гарри не помнил ни одного раза, чтобы Уизли и Малфой, оказавшись в одном помещении, не начали перепалку. Но сегодня, видимо, был день исключений. Или это так подействовал легкий удар Рону в район почки и украдкой показанный Малфою кулак. К концу урока у Львов сложилось мнение, что декан Змей смертельно болен и замаливает грехи за всю жизнь.       Во-первых, Снейп был предельно вежлив, хоть и кривился при обращении ко Львам. Во-вторых: баллы снимал только по делу и по одному-два, а не по пять-десять и просто за то, что существуют. И самое невероятное, что и заставило всех считать его смертельно больным, он снял со Змей баллы, и НАКИНУЛ БАЛЛЫ ГРИФФИНДОРУ! Гермиона, получившая целый балл за правильный ответ, находилась в прострации.       Дальнейший день ничем не отличался от сотен других из прошлых годов. Обед. Занятия. Ужин. А вот после ужина лично Поттеру надо было идти на аттестацию. Заранее узнав у Гермионы, где находится нужный кабинет, в шесть часов Поттер уже стучал в дверь. Его пригласили войти. В кабинете находились две женщины. — Здравствуйте, мистер Поттер, — обратилась к нему невысокая полненькая женщина в очках. — Меня зовут профессор Батшеда Бабблинг, я преподаю Древние Руны. А это моя коллега Септима Вектор, — профессор Рун указала на вторую женщину, внешне полную противоположность профессору Бабблинг — высокую худую женщину лет тридцати. Та только кивнула Гарри. — Вы изъявили желание перейти от Прорицаний к Древним Рунам. Так как предмет сложный и запутанный, то меня не устроит отставание моих студентов, если вы не пройдете аттестацию, то в переводе вам будет отказано. Вы готовы? — Да, профессор, я готов. — Прекрасно, вот вам текст. Это экзаменационный текст за третий курс. Вам нужно его перевести, времени ровно полтора часа. Также вам будет нужно составить рунную цепочку для освещения в заданных пределах, но только если вы справитесь с текстом. Время пошло.       Текст не представлял для Поттера большой сложности, ведь весь словарь и правила перевода он выучил наизусть. С переводом он справился всего за сорок минут. Если профессор Бабблинг и удивилась, то виду не подала. Цепочка для освещения так же не вызвала трудностей, он такую же как-то в качестве задачи от наставников делал. Десять минут, и готово.       Когда профессор закончила с переводом и проверкой рунной цепочки, она объявила, что аттестация пройдена, результат зачтен. Далее взяла слово профессор Вектор. Суть её речи не отличалась от предыдущей. А вот задания были несколько… простоваты.       Последний класс начальной школы. Понятно, что от третьекурсника никто не будет требовать магических расчетов, но задания для одиннадцатилетних детей в тринадцать… Задание было решено в кратчайшие сроки. И после проверки Поттер получил приглашение на перевод на Нумерологию. Или же посещать факультатив по ней. Второе предложение Гарри принял. УЗМС был слишком важным для него предметом. Без него было невозможно работать в «поле» на сборе необходимых материалов для Артефакторики. А большинство компонентов требовали именно сбора и добычи.       Попрощавшись с профессорами, Гарри вернулся в гостиную факультета, чтобы тут же узнать новость: Малфой нарвался. Прицепился к Невиллу, а когда тот, набравшись храбрости, ответил резкой отповедью, достал палочку и попытался проклясть Невилла. Тут-то и появился лже-Грюм, превратил Малфоя в хорька и здорово того приложил о каменный пол. Теперь белобрысого кроме как Хорьком на факультете не величали. Что ж, Малфой давно напрашивался на трепку, а потеряв свою излюбленную цель, решил поискать другую. Вот и отхватил. А Барти хорош, качественно играет сумасшедшего.       Кстати, днем Гарри видел газету, про нападение на Грюма. Но все повернули так, что тот реально сумасшедший, да еще отца Рона приплели. Неприятно вышло. Ну да ладно. Пора бы проверить, как Рон соблюдает свое расписание.