Робота люблю

Мальчик поднял взгляд на робота, что в ответ обратил на него внимание и приветливо помахал рукой. Питер мгновенно понял кто является его подарком на день рождения, улыбаясь новому знакомому и хватаясь за его рукав. Робот усадил мальчика на сгиб локтя и произнёс те слова, которые его юный господин не забудет никогда. — Моё имя Киллиан. С этого дня я буду служить Вам, пока Ваше сердце не перестанет биться. Питер звонко смеялся и прикладывал ладонь к груди Киллиана, пытаясь почувствовать биение его сердца, но увы там не было слышно ничего подобного. В это время в стороне что-то недовольно обсуждали родители, читая инструкцию и просматривая на радостного ребёнка. Из обрывков фраз Питер уловил суть. Он с интересом взглянул на вторую руку робота, о которой шла речь, и тут же детские глаза наполнились ужасом. — Мама, почему у Киллиана нет левой кисти? — Хоть бы спасибо сказал, что остальное целое. Ты большего и не заслуживаешь, — ответила мать, набирая номер агенства. — Вам не стоит волноваться. Нужную запчасть обязательно доставят. А если нет, Вам купят другого, — разъяснил робот, погладив прохладными пальцами мальчика по щеке. Тогда он не знал, что будет нагло врать о том, как быстро сумел подстроиться под температуру Питера. — Я не хочу другого. — И не получишь, — мальчик не слушал мать. С этой минуты мечтой стало желание услышать, как в груди Киллиана забьётся сердце. Теперь помимо чтения книг, у Питера появилось новое хобби - бегать за роботом по всему дому и выпрашивать его рассказать новую историю. Киллиан всегда отвечал, что знает немного сказок и они все по обыкновению про море, так как его изобретатель от скуки рассказывал самому роботу нечто подобное. А мальчик был в восторге. И даже хотел стать капитаном. Но Питер оказался внимательным ребёнком, замечая все отличия его робота от людей. Он частенько заставлял Киллиана улыбаться или говорить с интонацией, но не выходило у него ни черта. Несмотря на это, мальчик не считал робота бездушной машиной. Питер утверждал, что если бы Киллиан не обладал чувствами, то не мог бы с точностью определять его состояние и помогать тогда, когда это требуется. Он очеловечивал робота, а тому оставалось только потакать. Все стало сложнее, стоило Питеру подрасти. Он остался тем же ребёнком, верящим в чудеса и в то, что научится летать, а Киллиан станет настоящим человеком. Робот охотно посмеялся бы над такими фантазиями, но возможности не имел. На протяжении всех недолгих лет Питера, он подмечал изменения не присущие роботу, но поверить не мог, что такое возможно благодаря неугомонному мальчишке. Сближать их стали последние года. Парень не выносил своих родителей, а Киллиан со своим невероятным пониманием был рядом, всякий раз уверяя Питера, в этом нет его вины. Роботу не хватало сил сказать, что у мальчика психологические проблемы, а родители в упор не видели их, к тому же являясь источником. Киллиан лишь старался подстроиться под Питера и показать ему, какого быть для кого-то на первом месте. Крики, ругань и противоречия не стояли и рядом с тем состоянием, когда мальчик запирался в комнате, а из неё доносился плачь. Робот с успехом мог выбить дверь, забрать ребёнка и более не позволять ему переживать. Киллиан регулярно задавал себе вопрос, почему же так не поступает и отвечал одинаково. — Я не имею права проявлять чувства. — Что? — растерянно спросил Питер, отрываясь от перелистывания страниц. Робот сказал лишнее и сообразив, отрицательно покачал головой. — Какие-то неполадки. Не обращайте внимание. — И правда неполадки. Ты имеешь право на чувства. И они не слабость, как говорит мудак, которому ты подчиняешься. — Не говорите так про отца. — А ему можно бить меня? Я не его начальник, портящий нашей семье жизнь. — Вы правы. Он поступает неправильно. Парень усмехнулся и поднялся на коленях, отложив книжку. — А давай сбежим отсюда? — Куда же? — Неважно. Но там не будет их. — Господин, ложитесь отдыхать. — Мне надоело жить по их условиям. Тебе наверняка тоже, — Питер умоляюще взглянул на робота и вдруг вынул из-под подушки пистолет. — Я застрелю отца и возьму деньги, нам должно хватить, а потом я устроюсь куда-нибудь… Ты все равно не кушаешь. — Уберите оружие, — в глубине несуществующей души Киллиан начал уже не на шутку бояться за психику ребёнка, ведь такое адекватному в голову не придёт. — Не впадайте в крайности. У Вашего отца сложный период, как никак жена умерла. — Мне ничуть не легче! А ты не понимаешь меня, — мальчик всхлипнул и отдал пистолет роботу, обессиленно опускаясь лицом в подушку. — Понимаю. Но это не выход. — Тогда помоги его найти… — Обязательно.