Иллюзия

      Квартира встретила Данилова какой-то незнакомой музыкой, что хоть и громко доносилась со стороны одной из комнат, но не гремела на полную и, к счастью капитана, и без того получившего непростой вечер, уж точно не доставляла соседям никакого дискомфорта. В этом он был уверен на все сто — и сам-то услышал её лишь при открытии двери. Капитан сбросил ботинки, повесил на крючок куртку и уверенно завернул в сторону комнаты, обычно именуемой в его квартире гостиной. По сути теперь она соответствовала своему названию во всех смыслах этого слова — в ней жил гость.       Никита сидел ко входу спиной, разложив по столу учебники с тетрадями, пару ручек с карандашами, выставив чашку с ещё даже испускающим пар чаем и пиалу с высыпанными в неё фигурками сухого завтрака. Мальчишка появления хозяина квартиры не замечал, то и дело подпевая словам песни, изображая игру на воздушных музыкальных инструментах и не забывая в перерывах между этими творческими актами делать пометки в одной из своих тетрадок.       — А я думал, что уроки принято делать в более спокойной обстановке, — возвращая Никиту в реальный мир, отметил Данилов, переступив порог комнаты и сделав несколько шагов в её глубь.       — Ой, привет! — вздрогнув от неожиданности, воскликнул Власов. Он отвлёкся от записей в тетради, остановившись не посередине предложения даже, а не дописав и слова, и спешно развернулся в сторону Стёпиного голоса. — Ты всегда появляешься так тихо и неожиданно?       — Не ври, — покачал головой Данилов, измерив длину комнаты ещё парой шагов и опустившись на край дивана. — Вчера ты меня прекрасно услышал, когда я открывал дверь. Так что неожиданным моё появление на пороге комнаты уж точно не стало, — заметил Стёпа, и Власов в ответ не сумел сдержать смущённой улыбки и отведённых в сторону глаз. — А если серьёзно: поживи с моё — и не такому научишься. Тем более с такой профессией. Если бы я только и делал, что топал, меня бы пристрелили уже при первом же задержании. Максимум — при пятом. А я, как видишь, живой. Так что, хочешь много знать и не лишиться при этом головы — будь тихим.       — Я учту, — кивнул Никита и, пока Данилов не спохватился и не стал задавать вопросов, где же именно он собрался учитывать необходимость быть тихим, поспешил перевести тему: — Стёп, чего-то ты какой-то… помятый, что ли. Кто это тебя так?       — Работа меня так, — стараясь выглядеть как можно более беззаботным, усмехнулся в ответ капитан. Не рассказывать же Никите в самом деле, что это разговор с его мамой так… помял боевого офицера, не говорить же, что они так и не нашли в себе сил наконец сесть и всё обсудить. — Опросы, допросы, обыски… День непростой. Да, кстати! Я ведь не с пустыми руками, посылку тут тебе привёз, — спохватился Данилов и поспешил скрыться в коридоре.       Парень проводил его взглядом, развернувшись на диване и поудобнее поджав под себя ноги, и спрашивать ничего не стал, решив просто немного потерпеть. Данилов ведь сам сказал, что порой нужно быть тихим. Степан даже и не собирался зажигать в прихожей свет, прекрасно ориентируясь в собственной квартире и хорошо помня, что собранную Ритой дорожную сумку он оставил висеть на одном из крючков прибитой к стене вешалки, аккурат где-то между куртками. На поиски ушли какие-то несколько мгновений, и капитан вскоре вновь показался на пороге гостиной.       — Держи, — протянул парню битком набитую сумку капитан. — К маме твоей заехал, она тут тебе вещи передала.       — Вау, круто. Спасибо! — разместив сумку на диване возле себя, Никита лязгнул молнией, решив сразу же посмотреть на весь тот гардероб, что собрала для него мама.       Едва успела открыться её тряпочная крышка, на диван тут же выпал сложенный втрое свитер. Он словно последний час держался буквально из последних сил, дышал через раз и молил, когда же наконец настанет его время выбраться из этой распираемой во все стороны сумки — совсем как жители города, каждый день ездящие на общественном транспорте то на работу, то с работы и непременно попадающие в самый час-пик, когда толпа тебя сначала буквально заносит в вагон метро или салон автобуса, а потом ты контролируешь, чтобы эта же самая толпа либо не вынесла тебя раньше времени, либо не оставила внутри себя слишком надолго. Следом за свитером последовала рубашка, ворот которой вопреки стараниям Маргариты всё же не выдержал издевательства над собой и успел помяться сразу по всей длине.       — Такое ощущение, что мама постаралась впихнуть в эту сумку все мои вещи, — невесело отметил Власов. Он отложил в сторону пару выпавших наружу вещей и поднял на Стёпу глаза: — слушай, мама не говорила, она вообще моего возвращения ждёт? А то я чего-то сомневаться начал.       — Да ладно тебе выдумывать, — потрепав мальчишку по плечу, отозвался Степан. Он обогнул заваленный учебными принадлежностями стол и опустился на диван, продолжая не отводить от Власова глаз. — Конечно же, ждёт. Поверь мне, если бы не твоя упёртость и желание пожить без неё, мама бы тебя уже сегодня забрала.       — Да если бы она в мои дела не лезла…       — Стоп, — выставив вперёд поднятую ладонь, Степан не позволил Власову договорить. — Мы с тобой договаривались: ты не обвиняешь во всём мать, а я не лезу к тебе с расспросами, что же между вами произошло. Иначе уже через полчаса в этой самой комнате будет стоять твоя мама и ругаться, что ты медленно собираешь вещи. Или мы с тобой будем сидеть уже не в дружелюбной атмосфере и всё же выяснять, что за конфликт произошёл, с кем ты там дружишь, что школу прогуливаешь и заставляешь маму волноваться. Ты этого хочешь?       Данилов ждал ответа и не сводил с парня пронизывающего до костей взгляда, словно не замечая, что именно от него Никита и старался скрыться, не поднимал глаз, гипнотизируя содержимое сжимаемой в руках сумки, и нервно теребил её ручку. Молчать было глупо и спустя какой-то миг Власов всё же обернулся на капитана, буквально собрав в кулак всю свою волю, и выдал практически с вызовом:       — Ну, ты ведь не станешь меня допрашивать.       — Ты хочешь проверить? — совершенно спокойно, с непоколебимой серьёзностью в голосе вопросом ответил на высказывание парня капитан, от слова вовсе не смутившись от слов подростка. Он будто бы наперёд знал, что у Никиты с уст сорвутся эти слова, что он почти что на слабо решит его взять, совсем как ёжик выпустив иголки для самозащиты. — Задай как-нибудь маме на досуге вопрос, и она тебе расскажет, что допрашивали мы и более несовершеннолетних товарищей. И совсем по-взрослому допрашивали. Так что, Никит, если понадобится, меня ни возраст твой не смутит, ни фамилия. Ладно, не напрягайся сильно, — примирительно усмехнувшись, бросил в продолжение своих слов Данилов. — Писать протокол допроса я ещё не начал.       — Успокоил, — покачал головой парень.

---

Илья. 22:20 «Никитос, ограбление откладывается» «Если вообще не отменяется» «Витёк ногу сломал» Никита. 22:22 «И из-за этого отмена?» «Что, без него никто ничего сделать не сможет?» Илья. 22:22 «Вообще-то он главный» «Забыл?» Никита. 22:22 «Такое забудешь. Да и такого тоже» «Ладно перенос. Но про отмену ты с чего взял?» Илья. 22:23 «Мало ли»

      Власов старался отогнать прочь мешающие здраво мыслить эмоции и сосредоточиться исключительно на важном. Ему безусловно было не по себе от перспективы, что дело, подготавливаемое ни один день, могло сорваться в одну минуту из-за какого-то Витька, так не во время сломавшего себе ногу, но парень прекрасно понимал, что все его причитания никак бы не исправили ситуацию. Он не смог бы в любом случае сгонять на машине времени в прошлое и не допустить этого пресловутого перелома, не мог собой заменить главаря подростковой шайки, не в его силах было дать распоряжение совершить ограбление во что бы то не стало.       На экране планшета призывно светился значок продолжения просмотра, но нажать на треугольничек и вновь погрузиться в события очередной серии детектива парень не спешил. Мысли в голове никак не фокусировались на сюжете, то и дело возвращаясь к персоне Витька Фокина, его перелому и намеченному на конец недели ограблению магазинчика. В руках Власова оказался мобильный, едва отложенный на подушку дивана, а пальцы по новой забегали по буквам, набирая очередное послание товарищу.

Никита. 22:27 «Откуда ты про перелом вообще знаешь?» «Явно же не он тебе позвонил» Илья. 22:29 «Катька Сычёва написала» «Одноклассница моя. Помнишь, говорил?» «Они с Витьком в одном доме живут. В соседних подъездах. Говорит, домой возвращалась, а он на костылях к подъезду ковылял» «Подробностей не знаю, где он там кости ломал» Никита. 22:32 «Ладно, посмотрим. Может, и без него всё пройдёт» «А мы тут зря панику разводим» Fwd: /«Подробностей не знаю, где он там кости ломал»/ «Небось, полез к кому не надо. Вот ему ноги и переломали» «И правильно сделали» Fwd: /«Одноклассница моя. Помнишь, говорил?»/ «Конечно, помню» «И говорил, и фотографии показывал, и с подарком на восьмое марта советовался» «Ты, помнится, в кино её собирался пригласить. Как успехи?» Илья. 22:35 «С ограблением закончим — приглашу» «Отметить успех. Ахах»

      От написания ответа другу Власова отвлёк негромкий звук ударивших по прикрытой двери костяшек. Он взметнул взгляд в сторону порога, и ровно в этот момент, выждав несколько секунд приличия, дверь распахнулась, пропуская Степана в помещение.       — Слушай, Никит, пока я опять не забыл, — сделав пару шагов к разместившему на диване парню, Данилов сразу же начал разговор о главном, не собираясь тратить время зазря и стеснять Никиту своим присутствием в предоставленной ему в распоряжение комнате. — Посмотри внимательно вещи, которые мама тебе передала и скажи, нужно ли ещё что-нибудь. Ну, или отпишись, что зайдёшь после школы и, если что дополнительно требуется, сам возьмёшь.       — Хорошо, я напишу, — кивнул парень.       — Но только что бы правда написал, а не как в прошлый раз, — поспешил отметить капитан, почти что просверливая Никиту взглядом. — Смотри, я ведь проверю.       — Да понял я, понял. Вот, смотри, — не став затягивать время и вынуждать Данилова сомневаться в его словах, Никита поднял с дивана свой мобильный и вошёл в один из диалогов, — при тебе сейчас напишу.

Никита. 22:39 «Забыл сразу написать» «Спасибо за вещи, мам» «Не будет чего-нибудь хватать — я зайду»

      Власов продемонстрировал Степану отправленные на номер матери сообщения и вышел из диалога. Он собирался уже нажать на кнопку блокировки и отложить мобильный в сторону, как вдруг передумал, помедлил с мгновение и коснулся пальцем окошка в верхней части экрана.

Никита. 22:40 «Спокойной ночи»

      — Вот это правильно, Никит, — улыбнувшись, отметил Стёпа. — Маме будет приятно.       — Ещё б знать, что мне может понадобиться помимо этих вещей, — не то обращаясь к хозяину квартиру, не то просто размышляя вслух, проговорил Никита. — Их тут столько... Не думал, что в эту сумку можно столько всего вместить. А, знаю! — воскликнул вдруг парень. — За шампунем нужно будет завтра зайти. А то твой, прости, доверия как-то не вызывает.       — Чем это, интересно, он тебе не угодил? Нормальный шампунь.       — Фиолетовый, — напомнил Власов.       — И что? — пожав плечами, переспросил Данилов. — Ну, подумаешь, он фиолетового цвета. Что с того? Он ведь не красит, просто расцветка у него такая. Да что ты так смотришь на меня? — чуть повысив голос, встрепенулся капитан. — Он был по большой скидке, вот я и взял сразу несколько. Кто ж знал, что скидка эта, видимо, из-за его, скажем так, непривычного цвета? Пенится хорошо, волосы моет так же — по-моему, для шампуня большего и не нужно. И вообще, я к тебе пришёл про вещи сказать — я сказал. А шампунем каким хочешь, таким и пользуйся. Всё, спокойной ночи.