Дело лесного монстра

Спит Тания снова с Микаилом. В этот раз он пришёл сам. Кто-то нажаловался ему, что Тания вела себя неадекватно. Она ставит на Демьяна. Николай прекрасно знает, что Микаил такой же, как она, просто лучше сдерживается. Если ей кто не нравится – то и ему тоже. Половину ночи они разговаривают, это помогает ей немного найти равновесие. Тания привыкла к лёгким победам. Монстров просто нужно убить. Она раньше не думала, что это просто, однако теперь знает. Утром она почти адекватна. Под кожей всё ещё кипит ярость, но теперь она остыла и контролируется. До обеда патруль идёт хорошо. Точнее сказать никак, потому что ничего не происходит. В лесу появляется больше выходов из логова арахнидов. Монстры спешат убраться подальше от присланной за ними группы зачистки. Тания рада, что это больше не её проблемы. После обрушения в туннелях контрабандистов она совсем не хочет входить в любые норы. Выровнявшееся настроение в обед опускается на уровень Марианской впадины. Она не удивится, если снизу ещё и постучат, сообщая, что можно двигаться дальше. Во время обеда Тания заглядывает к Алевтине, чтобы поговорить с ней о каннибализме. Может быть, это что-то изменит в осмотре тел. Что-нибудь даст для поисков. В шатёр аналитиков влетает молодой секретарь, имени которого Тания не знает. Запыхавшись, он опирается рукой на один из столов и пытается выдавить из себя какую-то новость. Ему не хватает дыхания, зато все присутствовавшие аналитики уже обращают на него внимание. – Саш, что случилось? – Ещё… – Что, ещё? – Ещё одно… ещё тело. Сказали… Тания и Алевтина не слушают, о чём ещё он собирается сказать. Они обе выбегают из шатра и бегут вперёд. У главного шатра должны решать, кто отправится к телу. Не обращая внимания на то, кто присутствует поблизости, Тания налетает на Николая, почти снеся его. – Мы идём. – Что? – тот растерянно моргает, выглядя растрёпанным от столкновения, – о чём? Куда… – К жертве. Я и Аля. – Нет необходимости, тело доставят сюда. – Мы идём, – повторяет Тания и смотрит в глаза Николаю, слегка приподняв бровь, тон её намекает, что она собирается выгрызть возможность идти за телом. Если сейчас он посмеет сопротивляться, то эта бешенная собака вырвет его горло. Николай раздражённо закатывает глаза: – Я знаю, что ты устала от патрулей, но нет необходимости в твоём присутствии. Женщина уже мертва. – Я хочу осмотреть место. – Ты делала это в прошлый раз и ничего не нашла. Аналитики после тебя – тоже. – Может, в этот раз будет что-то ещё. Монстр же не человек, он оставляет следы. – И кто-то ещё может осмотреть их! Я знаю, ты отличный охотник, но есть и другие кроме тебя! – И всё же, давай не будем спорить? Мы оба знаем, что я всё равно поступлю как хочу. Николай в ответ смотрит на Танию с раздражением. Он из-за своего публичного имиджа даже не может сказать ей в ответ, что она его бесит. Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, он смиряется: – Хорошо. – Спасибо! – Артём Игнатьев, следователь нормисов, проводит тебя к телу. Он в группе Коваленского. Кивнув, Тания уходит. Алевтина с улыбкой извинившись, бежит за ней. – Отправь Аврану сообщение, чтобы появился, – просит Тания, – я, и этот нормис-проводник, будем ждать тебя у главного шатра. – Хорошо, – соглашается Алевтина и уходит быстрым шагом. Тания же спешит, чтобы найти нормиса. Алексис и его группа ещё должны быть на обеде, поэтому она идёт на полевую кузню. Чем ближе она к ней подходит, тем сильнее запах рыбной требухи, прогорклого масла и скисшего молока. Кухня состоит из нескольких приставленных друг к другу небольших шатров. Над столами установлены зонтики, на случай если будет дождь. Оглядывая толпу, Тания разыскивает группу Алексиса. Конечно, она видит их за самым дальним от неё столиком. Ей приходится обойти все столы и толпу народа, чтобы добраться до нужных людей. Алексис, к счастью только рад избавиться от навязанного ему нормиса. Да и Артём не то, чтобы горит желанием по кустам ползать. – Не понимаю я эти ваши поиски, – говорит он Тании, когда они идут к главному шатру, – зверьё вроде ищите, а с собой тащите кабинетных крыс. – Полевые аналитики, – исправляет его Тания, – они не кабинетные, тоже полевые. – Это как криминалисты, – говорит Алевтина, нагоняя их как раз перед шатром. – Так, криминалисты, милая, они экспертизы разные делают, пробы берут, а этот, что с нами ходил, ни одной не брал, да и не искал вроде ничего. – Часть проб проверяется на месте с помощью магии, – объясняет Тания, когда они выходят из лагеря. Артём за почти две недели поисков уже привык к тому, что при пересечении барьера все шатры, палатки и люди тут же исчезают. Даже не оглянулся, чтобы проверить. К телу он ведёт их быстро. Тании в этот раз не нужно говорить о правилах и безопасности. Алевтина как единственный другой маг в этот раз замыкающая. Артём шутит о том, что ему неловко, что его девушки защищают, но больше ничего не комментирует. Тания передаёт Алевтине артефакт пути, чтобы та оставляла метки для Аврана. Идя вперёд, они снова видят несколько скоплений болотных огоньков, один запутался в паутине арахнидов. Позже Тания проверит, внесён ли этот выход из их логова на карту.  Тело в этот раз не в овраге. Это спуск с холма, поросший шиповником и плохо просматриваемый с любой стороны. Монстр бы так сознательно его прятать не стал. – Нашли из-за того, что нюх у господина Коваленского, что у гончей, – объясняет Артём, – его вместо собаки можно отправлять. Тания кивает. Алевтина же уже осматривает тело. Ей приходится продираться через заросли шиповника, чтобы приблизиться к телу, иголки цепляются за волосы, и Алевтина перекидывает толстую косу на грудь. – Это женщина, – говорит она, осторожно осматривая тело, – не то, чтобы были варианты. Судя по тазу и мягким тканям старше тридцати. И, похоже, тело сбросили с вершины холма. Тания хмуро оглядывает каменистый склон с лысой растительностью на нём. На сухой почве почти нет следов. Оглянувшись на Артёма, она просит: – Держитесь поближе к Алевтине. В лесу сейчас полно арахнидов, мы их логово побеспокоили, когда на вашем кладбище упыря убивать ходили. – Так вот куда у нас батюшка делся? Упырь сожрал? – Нет, арахниды. Упырь как раз там уже давно жил, его падаль устраивает. – Падаль? – не понимает мужчина. – Она про захоронения. Упыри предпочитают трупы хотя бы недельной давности и на живых редко охотятся, если к ним не лезть. – Ох, ты ж, господи, – бормочет Артур и перекрещивается, – упокой господи нашего батюшку. Оглянувшись и проверив периметр, на несколько метров в лес, Тания поднимается на холм, оставляя Алевтину с Артёмом. Она надеется, что пауки не появятся, достаточно занятые группой мистиков, посланных на их уничтожение. Холм не высокий, поросший редкой травой. На вершине пара чахлых берёз и большая ёлка. Тания осматривает землю, находит несколько капель крови. Присев, оглядывает место вокруг, но достаточно заметных следов нет. Есть несколько вмятин, но их недостаточно, чтобы делать выводы. Щёлкнув языком, она встаёт, чтобы глянуть вниз, на труп. Сверху его видно куда лучше Изломанные конечности под неестественными углами устремлены в разные стороны. Алевтина внимательно осматривает тело, её посох лежит на земле рядом. Она сидит на земле и с ватными палочками возится с руками жертвы. Потом суёт их в обычный пакет. Тания, пожав плечами, спускается по склону рядом, низко наклоняется, проверяет, где почва мягче. Ищет следы вокруг холма. Вокруг в основном высокая трава и шиповник. Дождь был два дня назад, но на каменистой почве это не помогает найти следы. – Её убили ночью, – сообщает Алевтина, когда Тания возвращается, сделав вокруг холма круг, – Здесь сухо и слабый ветер. Я не уверена, но думаю, она умерла где-то около девяти вечера, может быть немного позже. И рядом с рекой. – С рекой? – Да, у неё песок в одежде и мелкая речная галька. Я не думаю, что она валялась на берегу, не в этой одежде, так что предполагаю, что её там убили и тело, соответственно, упало. – Ты можешь сказать что-то ещё? Другие подсказки? – Ну… ещё не знаю, – Алевтина немного смущается, снова поворачиваясь к телу и возясь с ним, – я собрала всё, что может быть следами и когда вернёмся в лагерь, сделаю настоящую экспертизу. Мы с Авраном думаем, что придумали что-то интересное для криминалистики с использованием магии. – Как интересно, – тихо говорит Артур, – а что вы собираетесь выяснять? – ДНК, – говорит, появляясь из-за деревьев, Авран, он немного покрыт паутиной и Тания хмурится, видя в его руках посох. – Ты что, через туннель арахнидов сюда добирался? – Так было быстрей, – честно признаётся Авран, лихо улыбаясь и тут же следуя к телу и Алевтине. Он наклоняется, почти тычась носом в тело, – уже узнала время смерти? Она выглядит как-то более избитой. – Её сбросили с холма, – говорит Тания. – Вчера вечером, – отвечает Алевтина одновременно с ней. Переглянувшись, они слегка улыбаются друг другу, и Тания поворачивается к Артёму, чтобы расспросить его, как они заметили тело и двигали ли что-нибудь. – Вы не думаете, что это монстр, да? – спрашивает Артём, и Тания невольно окидывает его уважительным взглядом, уловив это, мужчина неловко смеётся, – я в Екатеринбурге жил два года назад, да жена отсюда родом. У неё мать болеет, а переезжать к нам не хотела. Вот и перебрались мы сами. Сотня трупов, одни женщины, аналитики ваши говорят, что по возрасту они близки друг к другу. Есть одинаковые травмы, а у этой ещё вон, никаких следов зубов зверя какого. Налицо почерк серийного убийцы. – Что же раньше молчали? – Да какое моё дело лезть? Жавнерович по голове не погладит, а у меня три иждивенца и жена работает секретарём в том же отделении, что я. Плохо это, не по-людски, конечно, но они-то мертвы уже. – А будущие жертвы? – возмущается Тания хмурясь. – Так это, жена у меня, – повторяет Артём, – вот, поди, мне и не хочется, чтобы жертвой-то она стала. Выругавшись, Тания кивает. Она хотела бы обругать его, но сомневается, что имеет право. У неё нет близких, которые не могут о себе позаботиться. Маменька её хоть и не была обучена магией своей управлять нормально, а всё же сможет себя защитить. Подумав об этом, Тания придерживает своё мнение. Только кивает. – Полный лес магов! – поражается вслух Авран, – Как он вообще посмел? – Ломка, – отвечает Артём, – как у наркомана. Душевнобольной он. Авран и Алевтина вместе работают над телом, собирая с него и вокруг любые пробы, которые могут. Тания, убедившись снова, что поблизости никого нет, отправляется искать следы по большому диаметру вокруг холма. Она находит отпечатки мужских ног, идущих в сторону от холма. К сожалению, эти следы ведут к пешеходной тропе, проходящей западнее. Вернувшись, Тания проверяет, что её спутники в порядке, и отправляется на третий круг, почти ползёт на коленях, ориентируется на запах меди и соли, который в округе особенно явственный. Вспоминает вчерашний день. Их путь несколько раз проходил поблизости. Странно, что запах уже был. Вернувшись, она спрашивает: – Аль, ты уверена во времени смерти? – Уже нет, – качает та головой, – похоже, тело замораживали и… Она замолкает, морщась. Тания ждёт. – Её разогревали. Есть посмертные следы на спине. – Фу, – честно говорит Авран морщась. Кивнув, Тания размышляет о вчерашней встрече с художником. Конечно, это в каком-то роде скачок логики, но этот человек был как раз у реки. Тания пытается решить, ищет ли она кого обвинить или есть повод. Не определившись Тания, используя магию, подготавливает тело к транспортировке в лагерь. По дороге никто не разговаривает. Взгляд Тании то и дело возвращается к телу жертвы. Микаил прав: она определённо сломает ноги этому человеку при встрече. Прежде, чем выяснить, к какой поисковой группе ей нужно присоединиться Тания отправляет волшебную записку всем, кто посвящён в дело. Она хочет обсудить возможного подозреваемого. Это ведь успех, даже если окажется, что это не художник. Вечером в палатке братьев Деляновых собирается вся их маленькая группа самопровозглашённых, по сути, следователей. Евгений, как единственный нормис, немного выделяется. Он пришёл, увязавшись за Алевтиной. Тания пересказывает встречу с художником. После Алевтина рассказывает всё, что они выяснили благодаря телу новой жертвы. – У нас есть следы ДНК из-под её ногтей. – Итак, нам просто нужно найти подозреваемого? – И проверить, что это его ДНК, да. – Потрясающе, что у нас уже есть один! – говорит Фёдор ухмыляясь. Обхватив рукой за шею Демьяна, он виснет на нём, наклоняясь к столу. Он рассматривает карту, на которой Тания отметила всё, что им известно о местности и найденных телах, – сто́ит выяснить, живёт ли этот «художник» поблизости от леса. – Я не думаю, что мне стоит к нему приближаться, чтобы спросить. – Я выясню, – говорит Микаил, – скажу, что извинюсь за тебя. – Николяша тебе никогда не поверит, – фыркает Тания, – он нас всю жизнь знает. – Я и не собираюсь спрашивать у него, – закатывает глаза Микаил, – доверься мне. Через час у меня будет адрес. – Как скажешь. Нужно проверить его дом, – кивает Тания, – Мы должны выяснить, есть ли там ребёнок прошлой жертвы. Прошло две недели, он мог уже избавиться от него. – Тогда встретимся через час, я собираюсь написать служебную записку о том, куда мы идём и зачем. Передам Евдокии, на всякий случай. – Это какой такой случай? – тут же спрашивает, забеспокоившись Алевтина. – Жалоба от этого парня, да? – предполагает Фёдор тут же, понятливо кивнув. Насколько Тания знает – у него в личном деле столько же взысканий, что и у неё. Демьян постоянно пишет за него объяснительные, как Микаил пишет за неё. – Мы собираемся просто войти к господину Шмель-Юреневу? – немного испуганно спрашивает Евгений. Тания обращает на него внимание и немного снисходительно качает головой. – Нет, что ты. Мы не можем прийти к нему такой толпой. – Хватит нас двоих, – Фёдор указывает на Танию, потом переводит палец на себя. Он несколько раз быстро повторяет этот жест, усмехаясь, – её происхождение, мой нюх. – У меня отличный нюх, – фыркает Тания, – спасибо. – Ну, ты будешь отвлекать господина-аристократа, пока я отойду в «туалет». Случайно заблужусь, сверну не туда и на нюхе выйду. – Ты очень переоцениваешь терпение и силу воли Тании, если думаешь, что она может отвлекать внимание того, кого считает каннибалом-педофилом-убийцей, – снисходительно говорит Авран, – нам повезёт, если она не сломает ему ноги, едва увидит. – Я же не убила Опраксина! – Ты знала, что он нужен живым, чтобы найти ещё детей, – с милой улыбочкой говорит Алевтина, – В этом парне необходимости нет. – Ошибаешься, он необходим, – говорит Тания и объясняет, – он определённо часть цепочки работорговли, на которую у ОРФа сейчас нет ничего, потому что Николя убил единственный возможный источник информации. – Не могу его осуждать, – фыркает Фёдор, – я тоже очень хотел его убить. – Но ты этого не сделал, – говорит Демьян. – Но хотел. – Но не сделал. – Но прекратите, – просит Алевтина, – Тания не может отвлекать никого. – Микаил отвлечёт, – говорит Тания, – я и Фёдор разделимся, чтобы обследовать дом. Демьян пойдёт с Микаилом, его Иван уже видел. Притворится, что приносит извинения от моего имени. – Зачем Демьяну это делать? Вы просто коллеги, – не понимает Фёдор, – без обид, но мы, может, и учились когда-то в одной школе, но вся знать столицы там училась. Это не делает нас друзьями. – Иван этого не знает, – объясняет Тания, – Демьян в моей патрульно-поисковой группе, он изобразит, что ему за меня стыдно. У него и Микаила безграничное терпение. – Ну да, они терпят вас двоих, – кивает Алевтина, понимая ход мыслей Тании, – а я и Авран? – Если внутри есть ещё дети – им нужна будет медицинская помощь. И Авран вызовет отряд зачистки гнезда арахнидов. Тания обводит всех взглядом, потом вспоминает о ещё одном присутствующем человеке и добавляет: – Евгений, надеюсь, проводит нас и поможет с арестом. У нас, вообще-то, ни у кого нет полномочий арестовывать нормисов. – Что? Разве? – В уставе и кодексе ВИМСа ничего об этом нет, – кивает Демьян, – по сути, дело должно быть возвращено полиции, но мы все видели Жавнеровича. – Я не видел. Вроде, – тут же говорит Фёдор. Он задумчиво хмурится. – Он тебе не понравится. – Как скажешь, – кивает Фёдор, полностью соглашаясь и принимая на веру слова друга и партнёра. – Мик, у тебя ещё есть те шапки-невидимки? – спрашивает Тания, – Две лучше, чем ничего. – Нет, – качает тот головой, – я вернул их Альберту. Не было необходимости оставлять здесь полулегальный артефакт. – Жаль. Алевтина, возьми медицинский набор, – говорит Тания, быстро смиряясь с отсутствием лёгкого пути, – я к Евдокии. Закончив обсуждать намётки плана, все расходятся, им нужно подготовиться. Демьян предоставляет Тании бумагу и чернила с пером, чтобы она могла написать служебную записку. Краткий отчёт о том, куда они пошли и почему. Она упоминает только себя и Фёдора, так как у Микаила и Демьяна есть другая официальная причина быть там. На всякий случай Тания пишет второй вариант, но добавляет в объяснения присутствие Алевтины. Закончив быстрым шагом, Тания покидает палатку братьев Деляновых и отправляется на поиски Евдокии. Они не особенно общаются, но знакомы с того дня, как женщина вербовала её. Евдокия Диопер на самом деле не её настоящее имя, но в ВИМС, да и, наверное, во всей империи, только глава Третьего Корпуса знает, как Евдокию на самом деле зовут. Большинство других людей даже не знает о том, что должность старшего секретаря на самом деле является для неё прикрытием для основной работы: она один из координаторов Третьего Корпуса. Тания заглядывает в палатку к администраторам и проверяет, нет ли внутри Николая. К её удаче кроме нужной ей, Евдокии никого нет. Та сидит за одним из столов и напряжённо что-то пишет. Тания не подглядывает. Останавливается перед столом. Аккуратно кладёт сложенные пополам листы бумаги. Евдокия приподнимает взгляд от того, что пишет, и смотрит из-под очков на Танию. Молчит несколько мгновений, оценивая её вид. Тания задаётся вопросом: сколько на самом деле старшему секретарю лет. Она когда-то вербовала Танию, чтобы, параллельно с ГАРМ, Тания присоединилась к Третьему Корпусу. Тогда она выглядела точно так же, как сейчас. – Уверена, мне не понравится то, за чем ты пришла. – Вообще-то, в этот раз я предусмотрительно составила служебную записку и написала объяснительную. Заранее. Евдокия переводит взгляд с Тании на свой стол. Обдумывает её слова. – ТК или ГАРМ? – И то и то, – отвечает Тания, – больше ТК для меня, но присутствуют другие сотрудники Чёрной Стражи и для них это всё только ГАРМ. – И когда мне следует это прочитать и сообщить о существовании объяснительной Капитану Романову? – Объяснительная завтра. Записка потребуется где-то – Тания опускает глаза на запястье и задирает рукав, чтобы посмотреть на часы. Те снова встали, и Тания трясёт рукой, будто надеется, что они пойдут. Она обводит взглядом палатку, надеясь, что где-нибудь стоят часы. Евдокия услужливо протягивает собственное запястье с часами, хоть и не говорит время. Тания кивает и уточняет, – через один час и сорок пять минут. Возможно, два часа. – Хорошо, – кивает Евдокия. Когда Тания разворачивается, то она говорит ей в спину, – постарайтесь не убить подозреваемого, корпус хочет задать несколько «торговых» вопросов этому человеку. – Конечно, госпожа Диопер. Выйдя из палатки, Тания видит Николая. Тот ещё её не заметил, и она предпочитает быстрее скрыться. Как Микаил и обещал: спустя час он возвращается с адресом и даже знанием о том, какой у Ивана Шмель-Юренева любимый алкогольный напиток. – Это-то нам знать зачем? – не понимает Авран. Тания рада, что это спросил он, а не она, когда на него обращаются снисходительные взгляды Демьяна и Микаила. Похоже, это какая-то естественная информация, которая известна большинству, потому что Алевтина тоже выглядит недоумевающей из-за того, что Авран не знает о чём речь. – Ты никогда не приносил извинений? – Нет, зачем мне? – удивляется в ответ Авран, – я всегда прав. – О… – Теперь ясно, почему вы с Танией друзья. – Он мне не друг, – тут же говорит Тания. – Она мой лучший друг, спасибо, – соглашается Авран с Фёдором, одновременно со словами Тании. Он закатывает глаза, поняв, что она сказала, но ничего не добавляет и не ругается. Он также совершенно не выглядит разочарованным. Тания его слова также никак не комментирует. Поместье, в котором живёт и работает Иван Шмель-Юренев, одно из тех, что Тания отметила на отшибе. По сути оно окружено лесом со всех сторон. Есть узкая асфальтированная дорога, на которой невозможно разъехаться. Евгений, как оказалось, имеет машину, но для шести человек, не считая его самого, в ней мало места. Тем более что Демьян и Фёдор довольно массивные мужчины, а Тания и Микаил, очень высокие. Им требуется время, чтобы обдумать, как устроиться. В итоге Фёдор, как самый высокий, сидел на переднем сидении. Алевтина, как самая худая, сидела между Микаилом и Демьяном. Тания и Авран же, переплетясь с ней, и друг другом, ногами, сидели на их коленях. Это не самая комфортная поездка. Едва машина тронулась, как она издала странный натужный звук. Фёдор переглянулся с Танией в зеркало заднего вида. – Напомни мне, чтобы я лоббировал для правоохранительных органов новые служебные машины, – просит тихо Микаил, прижимаясь ртом к уху Тании. Та кивает, соглашаясь с ним и решая, что также обратиться с этим к отцу. Определённо автомобиль мог бы быть больше. Из-за нескольких кочек на дороге Тания ударяется головой о потолок машины и тихо ругается. – Извините, – стыдливо говорит Евгений, – просто поместье довольно далеко, пешком было бы достаточно долго, чтобы время для посещения просто стало неприличным. – Всё в порядке, – с лёгким раздражением говорит Тания. Она наклоняет голову на плечо Микаила. По ощущениям дорога занимает намного больше времени, чем есть на самом деле. К тому моменту, когда машина останавливается, не на повороте или светофоре, Тания чувствует, что у неё покалывает ноги от неудобной позы. Выбравшись из машины, она немного подпрыгивает и трясёт затёкшей ногой. Тем же заняты Демьян и Микаил, которые вдобавок оба были сидениями. Перед ними – огромные ворота, за которыми видно только густую зелень, а не поместье художника. Тания немного хмурится. Если там внутри дети и кричали, зовя на помощь, то не удивительно, что никто не услышал. Подойдя к забору и заглянув через него, Тания видит длинное двухэтажное поместье с колоннами и двумя крыльями, выступающими буквой П навстречу. – Мы с Фёдором войдём отдельно, – решает Тания немного изменить план, – Микаил и Демьян отвлекут внимание охраны и слуг. Мы поможем Алевтине войти и найдём место, где она будет ждать сигнал. Авран идёт с ней. Ради всего святого не отвлекайся ни на что. Евгений, убери машину, – продолжает давать указания Тания, – ты теперь вторая линия отвлечения. Через полчаса, после Микаила, появишься и скажешь любую чушь о том, что тебе нужен Шмель. Можешь даже рассказать, что я его в чём-то подозреваю. Неважно. Мне и Фёдору нужно время, чтобы всё обследовать здесь, а Микаил, как бы ни был талантлив, определённо не сможет вечно тянуть время. Вопросы? Никто ничего не спрашивает, и все кивают, давая понять, что поняли и согласны. Фёдор задумчиво осматривает сад и лес по эту сторону забора. – Странно, что нет охраны. – Он не настолько богат, – говорит тут же Евгений, – господин Шмель-Юренев только брат градоначальника. – Шмель же художник, они должны быть бедными. – Голодными, – исправляет Микаил, – художник должен быть голодным. – Этот определённо не голоден, – с отвращением говорит Фёдор. – Это точно, – кивает Тания, – Мы это исправим. После маленькой паузы, быстро обдумав дальнейшие действия, Тания говорит: – Мик, входите минут через десять, нам нужно будет пройти в лес дальше и найти подходящее место, чтобы перепрыгнуть через забор. – Конечно, – Микаил кивает, и они с Демьяном на всякий случай прячутся, пока Евгений отгоняет машину. Входя в вечерний, объятый сумраком лес, Тания прислушивается. Она не знает, хочет ли услышать крики о помощи или нет.