Дисквалификация злодея

      Лань Сичэнь посмотрел на него и молча кивнул. Прямо сейчас в его голове крутились слова, которые он так и не решался произнести вслух:       «А-Яо, если ты и вправду несчастен в Ордене Цзинь… Орден Цзинь не единственное место, где ты можешь остаться… Если ты не против, если ты не против… можешь вернуться со мной в Облачные Глубины…»       — Ах, — Цзинь Гуанъяо, казалось, внезапно о чем-то вспомнил, сел, улыбнулся Лань Хуаню и произнёс: — Я не сказал второму брату…       Он немного смущенно опустил голову с непостижимой улыбкой в ​​глазах. Лань Сичэнь заметил, что эта улыбка отнюдь не была притворной:       — Второй брат… Я женюсь.       До сих пор Лань Сичэнь не может объяснить то чувство, которое захватило его в тот момент. Он был настолько потрясен, словно в этот миг в сердце что-то оборвалось.       Тогда он почувствовал такую раздирающую боль изнутри, что казалось, будто грудь вот-вот разорвется — даже дышать стало невыносимо.       Цзинь Гуанъяо всё ещё улыбался про себя:       — Второй брат… Ты только не смейся надо мной. На самом деле, я… мы с ней поклялись быть вместе без согласия наших родителей…       — М-гм, — Лань Сичэню потребовалось много времени, чтобы наконец выдавить из онемевшего горла этот непривычный и неприятный для собственных ушей звук.       К счастью, Цзинь Гуанъяо, охваченный волнением, не заметил этого и продолжал говорить:       — В конце концов, я ещё не получил одобрение ее отца. Но… мы с А-Су любим друг друга. Это хорошо… это очень хорошо… Всё же, Орден Лао Линь Цинь доминирует среди подчиненных кланов Ордена Лань Линь Цзинь, а я и А-Су — оба хорошие друзья, по-видимому… мой отец не будет возражать. При поддержке Ордена Цинь…       — A-Яo… тебе так сильно нравится госпожа Цинь? — голос Лань Сичэня был ровным и спокойным. Вернув способность здраво мыслить, он придал своему лицу обычное выражение с лёгкой улыбкой, а его разум и сердце в мгновенье охладились.       Цзинь Гуанъяо улыбнулся и кивнул:       — Угу. На редкость… Она никогда не смотрела на меня свысока из-за моего прошлого и никогда даже словом не обмолвилась о происхождении моей матери… Я… очень благодарен ей… Второй брат… я действительно ее люблю…       Лань Сичэнь слегка улыбнулся, взял чашу с вином и сделал глоток.       Цзинь Гуанъяо потрясенно посмотрел на него.       Лань Хуань сказал с улыбкой:       — Сегодня можно нарушить запрет один раз… всё же я должен поздравить третьего брата.       Цзинь Гуанъяо радостно улыбнулся.       Это было отменное крепкое вино, с мягким насыщенным вкусом и хорошей выдержкой.       Лань Сичэнь полагал, что очень скоро захмелеет, но не ожидал, что действие алкоголя будет таким медленным.       — А… — Цзинь Гуанъяо, казалось, вдруг вспомнил о чем-то, с усилием поднялся на ноги, схватил Лань Сичэня за руку и, тяжело дыша, потащил его в середину сада. Наконец, они добрались до центра, где было несколько цветочных клумб, казалось, подвиды пионов Сияния средь снегов: цветы были более крупными со слегка розоватыми у основания лепестками. — Второй брат… Я покажу тебе… эти невероятные создания…       Он пошатнулся, с трудом указал на цветы и спросил:       — Красиво?       Лань Сичэнь молча кивнул, немного рассеянно.       Конечно, захмелевший Цзинь Гуанъяо не заметил этого и гордо сказал:       — Этот сорт… я сам его вывел… это очень сложный… редкий сорт… Когда-то я прочёл в книге, что у Сияния средь снегов… есть такой гибрид…       Лань Сичэнь рассмеялся и сказал:       — Ты… интересуешься этим?       Цзинь Гуанъяо холодно улыбнулся.       — Хех… мой старик… мой старик по прихоти приказал мне… отыскать такой сорт. Сорт, который никто не видел столько лет… Что ж, наверное, его так легко вывести… Это же Орден Цзинь… Если нужно выполнить какую-то грязную тяжелую работу, разве ее постоянно… не сбрасывают на меня?       Пока Цзинь Гуанъяо говорил, он казался немного обиженным. Резко нахмурившись, он продолжил:       — Это сложное ремесло, которое я с большим трудом освоил… Я не собираюсь показывать это место этим грязным подонкам… да что они знают… но, конечно же, если преподнести этот цветок в качестве подарка красивой женщине… это не будет считаться… это не запятнает его… — невнятно пробормотал он. Дрожа, он грубо вырвал с корнем весь пион и с трудом повернулся.       Лань Сичэня словно кольнули иглой в сердце, он криво улыбнулся и сказал:       — Что ж, госпоже Цинь…       «Ей определенно понравится».       Цзинь Гуанъяо, будто не слыша его, замер в изумлении и протянул цветок ему.       Лань Сичэнь вопросительно посмотрел на него. Наверное он просто просит подержать его на секунду? Размышляя так про себя, он был вынужден протянуть руку и взять цветок.       Цзинь Гуанъяо был очень счастлив, увидев, что тот принял его подарок, он радостно хлопнул в ладоши и засмеялся:       — Этот цветок… лидер среди цветов… а второй брат, второй брат… лидер среди людей. Вы так дополняете друг друга… замечательно… ха-ха…       После того, как он закончил говорить, его тело, казалось, было больше не в состоянии выносить головокружение, и он медленно пошатнулся в сторону, Лань Сичэнь уловил глазами это движение и быстро поймал его.       Теперь одной рукой он придерживал Цзинь Гуанъяо, который переместил весь свой вес на него, а другой — держал сломанный пион, корни которого всё ещё упрямо держались почвы. Он глубоко вздохнул.       Зная, что это неправильно, что это очень неправильно, Лань Сичэнь всё равно взял Цзинь Гуанъяо на руки и медленно направился к павильону.       Тот прислонился к груди Лань Сичэня, наполовину зарывшись румяными щеками в его одежду. Хорошо, что он пьян и не слышит бешеного сердцебиения Лань Хуаня.       «О чем я думаю…» — Лань Сичэнь внезапно встрепенулся. Он заботливо усадил Цзинь Гуанъяо на табурет внутри павильона, поправил позу, положив верхнюю часть его тела на стол, после чего вышел, чтобы кого-нибудь позвать.