Vixere

- Ещё так много дел предстоит переделать! - Так много! - И без этого неудачника я наконец-то смогу взять себя в руки! - Люмин возьмёт себя в руки! - И сейчас моя сосредоточенность лучше, чем когда-либо до этого! - Лучше, чем когда-ли- Погоди-ка! Но Паймон всегда думала, что ты максимально сосредоточена, даже когда рядом Мистер Денежный Мешок! Девушка пробормотала с по-детски нахмуренным лицом: - Ничего подобного, его общество понижает мой IQ. - Что такое IQ? - Интерсубъективный Кругозор, конечно же. - Ты ошибаешься, Люмин, - проговорил Чжун Ли, отпив свой чай и вздохнув. - Я уверен, что это Инициированное Кряканье. - Чжун Ли... Иногда я всерьёз задумываюсь, не пытаетесь ли вы просто морочить нам голову. - Зачем мне это? Путешественница тоже не совсем понимала, зачем - хотя они с Паймон дурачались при любом удобном случае. Чжун Ли и фея провели в компании друг друга уже больше недели без постоянно витающего в воздухе флирта между Люмин и Чайльдом, из-за чего, казалось, им стало ещё комфортнее вместе. Оскорбления Паймон вылетали гораздо быстрее, чем обычно, а придуманные ей прозвища стали более впечатляющими. Это был прогресс, как считала она сама. Новым любимым прозвищем Люмин для консультанта похоронного бюро стало "Морасосущая пиявка-паразит". Звучит глуповато, но смысл угадывается предельно легко. - Паймон не думает, что хоть одно слово из сказанного относится к IQ... Люмин и Чжун Ли обменялись взглядами поверх чайных чашек. Завиток пара взвился в воздух перед лицом девушки, быстро унесенный вздохом. Она закрыла глаза и сделала еще один глоток: - Я тоже, но это все равно не имеет значения. Мой IQ вернулся к своему первоначальному уровню. - И, - Чжун Ли тихо поставил свою чашку, - насколько он высок? - Ростом примерно с большую собаку или маленького ребенка, - она тут же нахмурилась. - Ладно, неважно - он очень высок. Никто не должен произносить сегодня при мне слово "ребёнок", хорошо? У меня от этого дергается рука. Паймон ахнула: - Твоя рука дергается? - Возникает желание ударить кулаком. - Паймон не знала, что у рук есть собственный разум... - Мир полон загадок, верно? Чжун Ли серьезно кивнул: - Действительно. Например, как загадка нашей моры. - ...Загадка нашей моры? - Понимаешь ли, её больше нет. И я не уверен, куда она делась, - он неловко поерзал на стуле. - Думаю, кто-то украл все деньги, потому что в последний раз, когда я проверял свой кошелек, он оказался совершенно пуст. Гавань Ли Юэ кишит карманниками. Возможно, Люмин следовало получше присматривать за ним во время закупок. Путешественница вернулась в Ли Юэ ровно четыре часа и две минуты назад, немедленно приступив к завершению приготовлений вместе с Чжун Ли. Фея сразу пристала к ней, словно потерянный щенок, утверждая, что время, проведенное вдали от подруги, сделало ее слишком "мягкой", потому что мужчина относился к ней намного добродушнее. Люмин проигнорировала последствия мазохизма Паймон и из-за полного изнеможения и отсутствия интереса предоставила Чжун Ли свободу самостоятельно закупиться нефритом, цветами и воздушными змеями. Она знала, что мора изначально принадлежала Чайльду, и не хотела иметь с ней абсолютно ничего общего. Всю неделю по дороге в Ли Юэ девушка проклинала его имя и каждую ночь вспоминала об их поцелуях, его руках на ее бедрах и запахе моря в воздухе. Она отчаянно пыталась не думать об этом и не зацикливаться на своих грязных фантазиях. Однако неумение Чжун Ли распоряжаться морой лишь в очередной раз доказало, что их денежные средства могут иссякнуть еще быстрее, чем обычно. - Я больше ничего не буду у него просить, - Люмин чуть не зарычала в свою чашку с чаем, глядя поверх ободка в одну точку. - Если нам что-то нужно, тогда ваша работа - пойти и спросить его. Чжун Ли посмотрел на неё с выражением крайне измученного отца: - Я знаю, что он рад помочь, но тебе он дал бы больше. - Ложь. Он даст мне одну монету и рассмеется в лицо. - Скорее всего, - задумчиво протянул он с нечитаемым выражением лица, - это будет зависеть от того, насколько сильно ты разбила ему сердце. Если это всего лишь небольшая рана, то я уверен, что ее можно излечить. Ни одно сердце не было разбито, а если таковое и было, то оно принадлежало ей. Люмин была для Чайльда такой же незначительной, как камешек в его ботинке, пустяковой досадой, которую нужно стряхнуть и отбросить в сторону. Воспоминание горечью осело на языке, немедленно испортив чай: - Я думаю, что у вас неправильное представление о том, что произошло. Паймон запихнула в рот еще одно печенье, одновременно пропищав: - Возможно, мы бы лучше поняли ситуацию, если бы ты просто всё рассказала! - Тут нечего рассказывать, - девушка поморщилась, когда ее живот скрутило от беспокойства, заставляя вертеться на стуле. - Я просто наконец поняла, что он использовал меня в своих целях. Он начал защищаться, разговор зашел о Фатуи и... как вы можете себе представить, выяснение отношений закончилось не очень хорошо. - Он упомянул, что вы пытались убить друг друга, - прямо высказался Чжун Ли. - Это правда? - Отчасти? Я не планировала его убивать, я просто хотела донести до него свою точку зрения. - Мечом? - Мой разум яснее, когда в руках оружие. Они созданы друг для друга. Ему не нужно было быть Гео Архонтом, чтобы увидеть - их химия была неоспорима. Чжун Ли мог с легкостью представить их семью с девятью детьми, беспрестанный хаос и сражения. И каким образом это должно было быть романтично - мужчина не имел ни малейшего понятия. Тем не менее, он бы навещал их по праздникам. И все же Чжун Ли был не из тех, кто вмешивается в дела звезд. Чайльд и Люмин так или иначе столкнутся друг с другом, и никакое вмешательство друзей не сможет изменить ход судьбы. - Впрочем, следующим шагом является приготовление Вечного Ладана, - он со вздохом поставил чашку на стол. - Мы можем купить немного трав в Хижине Бубу. - Надеюсь, у нас больше не будет подобных инцидентов, как с аромамаслами. Я все еще не оправилась от мисс Ин Эр. - Она была довольно… - Чжун Ли неловко прочистил горло, - разговорчивой. Это был один из ее способов выразиться. Отсчитав немного моры для оплаты чая и вкусностей, Люмин почувствовала беспокойную дрожь, пробежавшую по спине и заставившую встать волосы дыбом. Она с напряжением оглядела заполненный посетителями чайный магазинчик, ища источник своей тревожности. Ее сердце екнуло: - Вы... что-нибудь чувствуете? Чжун Ли заинтересованно посмотрел на девушку: - Только мягкий послеполуденный бриз и непередаваемый ужас от воплей того пьяницы с улицы. Не нравится ей это. - У меня ощущение, что за нами кто-то следит. Мужчина рассеянно пробормотал: - Скорее всего это Фатуи. Я нисколько не удивлюсь, если они прямо сейчас подслушивают наш разговор. - Как вы можете быть таким спокойным? Он пожал плечами: - Ты сама говорила, что Чайльду нужно Сердце Бога. Не потому ли ваши отношения закончились? Иногда Люмин не могла поверить этому человеку. В одно время он являл собой глубокий колодец знаний, а потом вдруг превращался в поверхностную лужицу. Она презирала себя за ненароком выступивший румянец на щеках, растерявшись в собственном волнении и смущении: - Никаких отношений не было! Я лучше съем собственную печень, чем свяжусь с этим эгоистичным, раздражающим, ненормальным мусорным-человеком! Чжун Ли недоуменно приподнял бровь: - А что насчет ваших девятерых детей? - Да что это за чёртовы девять детей, о которых все постоянно талдычат?! Я никогда больше снова не заговорю с Чайльдом, - Люмин положила ладони на стол, наклонилась вперёд и с рассерженным взглядом продолжила, - я не желаю его помощи! Пошла нахрен его мора! - Да! - Паймон решительно подняла кулачок. - Мы не нуждаемся в его грязных деньгах! - Я сама заплачу за Вечный Ладан! - Да- Погоди, Люми, ты серьезно? Этот Предвестник-неудачник всё равно что ходячее банковское хранилище! - воскликнула фея с набитым печеньем ртом. - Не бросай так просто своего сладкого папочку! Еще никогда в жизни Люмин не испытывала настолько сильного отвращения. Никогда до этого она не слышала череду слов, от которых ей хотелось блевануть на обеденный стол. Девушка со стоном запрокинула голову: - Не говори так! У меня очень слабый желудок! - М? Не говорить "сладкий папочка"? - Да! - она обхватила живот руками и прикрыла рот рукой. - Клянусь, когда-нибудь я приготовлю из тебя обед, живая консерва. - Зачем Люми консервы, когда у неё есть папик, чтобы- Фу! Если тебя стошнит на Паймон - это будет отвратительно! - Ребята, - Чжун Ли поднял руку в успокаивающем жесте, устремляя жёсткий взгляд на противоположный конец стола - туда, где разверзся хаос, причём не без помощи Путешественницы и феи. Его голос с помощью одной только интонации привлек к себе внимание, заполоняя целиком всю комнату. Этот командный тон мог многое рассказать о прошлом его обладателя, но для Люмин это до сих пор оставалось тайной за семью печатями, - давайте успокоимся и отправимся в Хижину Бубу, договорились? Люмин, пыхтя, отстранилась от Паймон: - Ладно. Но я правда не буду выпрашивать мору у Чайльда. Я сделаю все возможное, чтобы больше никогда с ним не разговаривать. - Хорошо, - Чжун Ли встал со своего места, смиренно вздохнув. - Возможно, нам следует сначала узнать цену, прежде чем принимать решение. Однако Вечный Ладан - весьма редкий товар. Редкий товар - и это говорил он, человек, который даже не мог позволить себе заказать еду в ресторане Три чашки. Вздохнув, Люмин встала со стула и направилась вслед за мужчиной вниз по лестнице, а Паймон с тихим бурчанием парила около её плеча. Когда они покинули ресторан и вышли на многолюдную улицу, еще одна волна мурашек пробежала по спине девушки, будто чей-то холодный палец провел украдкой по коже. Она вздрогнула и обхватила себя руками, выискивая глазами кого-нибудь подозрительного, однако среди толпы местных жителей и торговцев никаких признаков Фатуи не наблюдалось. Раздраженно фыркнув, Люмин ускорилась, стараясь привлечь внимание Чжун Ли: - Вы действительно думаете, что Чайльд подослал своих агентов, чтобы следить за нами? - Конечно, - он шагал вперед, даже не смотря в её сторону. - Почему бы и нет? Я тот, кто может указать ему местонахождение Экзувии, а ты... - осторожная пауза, - важна. - Важна? - Для него, - Чжун Ли бросил на неё опасливый взгляд. Важна для него. Я хочу тебя. Слова горькими отголосками зазвучали в её голове. Я хочу тебя, я хочу тебя. Я люблю тебя. Я нуждаюсь в тебе. Ну что за лжец. - Люми, смотри! - Паймон завизжала ей в ухо, отрывая от задумчивости. - Может, это она наблюдает за нами! Путешественница проследила за направлением пальца Паймон: в переулке на другой стороне мощеной улицы стояла закутанная в лохмотья старуха. Когда девушка её заметила, глаза старой женщины осторожно поднялись, встречаясь взглядом с Люмин. Медленно, беззвучно её губы шевельнулись. Люмин не смогла разобрать, что именно она прошептала, так как за спиной старухи вдруг из ниоткуда возник агент Фатуи, который заставил застыть женщину от удивления, а следом нахмуриться из-за вторжения в личное пространство. Люмин цыкнула: - Они до сих пор следят за этой бедной гадалкой. Чайльд меня ужасно бесит, понимаете? Паймон оперлась ей на плечо с широко раскрытыми глазами: - Фатуи и впрямь могут быть пугающими! Р-разве старушка не говорила тебе о соулмейте мистера Денежного Мешка? Именно поэтому они и следят за ней! Его соулмейт. Тема, которая часто занимала все мысли Люмин, и из-за которой она не находила себе места. Ещё один гвоздь в крышку гроба - он целовал ее несколько раз, прекрасно зная про существование человека, который был ему предначертан. Это сравнимо с изменой, что заставляло девушку чувствовать себя грязной. Она не могла представить, что когда-нибудь встретит его будущую жену и сохранит секрет их короткого, невероятно жаркого и глупого романа. Люмин наблюдала, как Фатуи уводят старуху прочь. Вздохнув, Паймон задумчиво приложила руку к подбородку: - О чём она тебя предупреждала? Воспоминание ярко вспыхнуло в голове: - Если ты убьёшь своего противника в Золотой палате, то никогда больше не найдёшь свою любовь. - Что за Золотая палата? Это дом, который сделан из золота? - Не знаю, - девушка посмотрела в сторону Чжун Ли, который ждал их на улице. - Но, думаю, однажды я это выясню. Невозможно изменить решения, которые приняли звезды. Паймон фыркнула: - Зная Люми, перед этим, наверное, пройдут годы! Ты слишком занята для романтики. - Верно, - очередной вздох. - И этот человек точно не Хоффман, насколько нам известно. Я подумываю официально отказаться от любви. - Хорошая идея! Воюйте, а не любите! - Не думаю, что этот лозунг звучит так... - Звучит как? - Неважно, - Люмин помотала головой, отгоняя непрошенные мысли подальше. - Давай лучше догоним Чжун Ли у Хижины.

_____________________

- Сэр, путешественница снова объявилась. - И? Она сказала что-нибудь интересное? - Она упомянула вас. - Каким образом? - Она сказала, что предпочла бы съесть свою печень, чем связаться, цитирую «с этим эгоистичным, раздражающим, ненормальным мусорным-человеком». - … Она, как всегда, прекрасна, - Чайльд закатил глаза и скрестил руки на груди, прислонившись к каменной части утеса, где собрались его войска. Екатерина не привыкла выходить из банка. Ее редко вызывали на встречи солдат и агентов, она была такой невзрачной даже по сравнению с бродящими по округе Магами цицинов. Нервно сглотнув, девушка вернулась к своим записям: - Гадалка снова пыталась связаться с путешественницей, но об этом быстро позаботились. Ах да, - последовал нервный смешок, - Чжун Ли потратил всю мору. Ну конечно. У него был потрясающий талант к подобным вещам. Не позволяя выдать озадаченности на своем лице, Чайльд отвел взгляд в сторону, думая о Люмин. Она была там, в гавани, гуляла с Чжун Ли и сорила деньгами Фатуи налево и направо. Ему едва удалось избежать ее притяжения, и он совершенно не хотел, чтобы его втягивали обратно в этот хаос. Тем не менее, у него была работа. Бросив взгляд на группу солдат, Предвестник нахмурился: - Полагаю, у меня нет другого выбора, кроме как вернуться в город и посмотреть, не нужна ли им помощь. Где они сейчас? Екатерина откашлялась, ее голос был высоким и нервным: - Они, эмм, встретили девочку-зомби. И теперь охотятся за чем-то, что называется кокосовой козой… - Кокосовой козой? - Да, сэр. Предполагается, что это какой-то легендарный монстр. Он широко изучал культуру и историю Ли Юэ, но ни разу не слышал о «кокосовой козе» или же о «легендарных монстрах». Чайльд не мог удержаться от смеха, думая, как Люмин и Чжун Ли блуждают по улицам в поисках чего-то настолько нелепого. Девушке действительно нужен компаньон вроде Чайльда - Паймон отнюдь не была хорошим скептиком. - Дай-ка угадаю, - прыснул он в кулак, - путешественница не задавала никаких вопросов и сразу же побежала искать эту козу? Екатерина кивнула: - Да. Она сказала что-то вроде, эм, «я надеру ее легендарную задницу». Думаю, они занимаются этим, потому что у них нет рецепта Вечного Ладана. - О, так тебе нужен этот рецепт? - Видимо да. Скорее всего Люмин и мистер Чжун Ли отправились ремонтировать Баллисту Гуйчжун. Кокосовая коза. Даже название было забавным. Существовало это существо на самом деле или нет – без разницы, ведь Чайльд обнаружил, что с нетерпением ждет следующей части своего плана. - Хорошо. Мне нужно, чтобы ты вернулась в город и продолжала шпионаж. Я встречусь с тобой позже, - Предвестник повернулся к главнокомандующему позади себя. - Держите всех наготове. Когда я выясняю, где находится Экзувия, мы делаем свой ход - а это может произойти в любую минуту. - Да, сэр! - Пора, наконец, снова встретиться с ней лицом к лицу, - пробормотал парень себе под нос и пошел прочь от лагеря Фатуи вместе с Екатериной, - это будет весело. Весело, говорит он. Ничего не было весело с тех пор, как Люмин разбила ему сердце. Вот краткий обзор недели, проведенной Чайльдом вдали от девушки: Ранний подъем, проверка источников, чтобы узнать, вернулась ли она, сражения и сон. На следующее утро подъем, проверка источников, игнорирование всех вокруг, сражения и сон. Через день подъем из-за сна о Люмин, немедленное сражение в попытке забыть ее лицо, проверка источников, чтобы узнать, вернулась ли она... И так по кругу. Скорее всего, он просто сходил с ума. Когда Чайльд случайно заметил белые цветы, похожие на те, что были в ее волосах - он всю неделю ворчал о «глупых женщинах, у которых вместо мозгов - пара кирпичей». Весь персонал банка избегал разговоров с Предвестником. Екатерина взяла на себя всю ответственность, терпя постоянное плохое настроение мастера Тартальи. То, как он вел себя в последние дни, разительно отличалось от его обычного поведения, и причина не очень-то хорошо скрывалась. Все работники давно привыкли к присутствию Люмин, называя ее «госпожой» и делая всё, о чем она только просила. Когда Тарталья вернулся без путешественницы, стало очевидно, что между ними что-то произошло. Расставания никогда не были веселыми. Екатерина искренне верила, что Предвестнику просто нужно ведро мороженого и немного вина. Когда они подошли к городу, администратор задержалась позади. Чайльд шел уверенно вперед, не обращая внимания на Миллелитов, косившихся на него с подозрением. Екатерина знала, несмотря на его высоко задранную голову, что Предвестник на самом деле чувствовал всю неделю. Ему приходилось нервничать. Под униформой и безжизненными глазами он все еще оставался нормальным двадцатидвухлетним парнем. Она ни разу не видела, чтобы он проявлял страх. Среди Фатуи ходили слухи, что Тарталья никогда и ничего в жизни не боялся. Тем не менее, небольшой совет ему не повредит. - Сэр, - Екатерина догнала его, занимая место рядом и придерживаясь его быстрого темпа ходьбы, - прошу прощения, что лезу, но я подумала, что вы хотели бы кое-что узнать. Однажды я встретила своего бывшего парня в кафе и всё, что он делал - это рассказывал о том, как прекрасна стала его жизнь. Встреча с бывшим может быть очень неприятной, но есть способы с этим справиться! Чайльд напрягся. Он скрестил руки и замедлил походку, не сводя глаз с пути. Жестким голосом он сообщил: - Она не моя бывшая. Мы не были вместе... - напряженная пауза, - но продолжай. Отлично, сегодня ее не уволили за наглость. - Вам просто нужно вести себя максимально безразлично, чтобы она начала сомневаться в себе. Ведите себя так, будто ничего не произошло, как будто вы совершенно незнакомы. Это покажет госпож- Я-я имею в виду Люмин, это покажет Люмин, что вы оставили былое, и она больше не имеет над вами власти! Это был бы хороший план, если бы она правда не имела над ним власти. А ведь действительно, он постоянно думал о ней. Каждый день без Люмин был отвратительным, а его настроение становилось все хуже и хуже по мере того, как он прокручивал в голове детали их ссоры. Чайльд всё еще не понимал, как фраза «я хочу тебя» сформировала такую большую пропасть между ними. Неважно – эта пытка скоро закончится, и он наконец сможет покинуть Ли Юэ. Он вернется в Снежную, потеряется в стенах своего дома и забудет о солнце, вокруг которого когда-то вращался. Однако план Екатерины пришелся ему по душе. Тарталье понравилась идея показать Люмин, что он выкинул ее из головы, даже если на поверку он этого не сделал. Молчаливый и уверенный, он шел по улицам, направляясь к Хижине Бубу на холме. - Спасибо за помощь, - он послал Екатерине улыбку, - я могу рассчитывать, что ты будешь подслушивать наш разговор? Его внимание привлек белый силуэт вдалеке. Он взглянул на павильон как раз вовремя, чтобы заметить фрак Чжун Ли, когда тот заходил внутрь. - Да, сэр, - прошептала Екатерина, ускользая, - я буду за зданием. Идеально. Удовлетворенно вздохнув, Чайльд занял свое место. Прислонившись к стене, откуда был виден вход, он вытянул шею, чтобы мельком увидеть разговаривающих. Люмин положила руки на бедра и прищурилась, в то время как маленькая девочка с фиолетовыми волосами закрывала лицо обеими руками. Чжун Ли жестом объяснял что-то, чего Чайльд не мог услышать. Его взгляд задержался на девушке, когда она скрестила руки на груди и покачала головой. Еще одно сбившееся сердцебиение в груди, еще один узел в животе. Он презирает себя за то, что вид путешественницы до сих пор так на него действует. Пора уже забыть о ней. Если она не захотела быть с ним тогда, то определенно не захочет этого после того, как он получит Сердце Бога. Голос Паймон донесся до его ушей, привлекая внимание и отрывая от мыслей. - Это та часть, где мы ползем обратно к Чайльду? Да, это она. Он услышал, как Люмин издала громкий стон: - Ни за что. Никогда. Ни через миллион лет! Их разговор стих, когда Чжун Ли снова понизил голос. Чайльд уловил только пару фраз: «три миллиона моры» и «кто еще», которые доносились из-за дверей аптеки. Он вспомнил слова Екатерины - у них совсем не было денег. Люмин снова запротестовала, говоря про то, что лучше устроится на пять работ и добудет моры сама, чем снова попросит ее у Тартальи. Ответ Чжун Ли прозвучал громче обычного, как если бы он знал, что их подслушивают: - Мы могли бы ограбить Золотую Палату… Парень услышал, как девушка ахнула: - Золотую Палату? - Да, именно там чеканится вся мора в Тейвате. Обычно здание не так тщательно охраняют… - Чжун Ли подошел ближе к выходу из Хижины, говоря громче, - но Цисин в последнее время предпринимают дополнительные меры предосторожности. Люмин не заметила странного поведения консультанта похоронного бюро. Чайльд услышал, как она фыркнула: - Не думаю, что мы сможем его ограбить - это противоречит моим моральным принципам. - Моим тоже, но... - Но, - вздохнула Паймон, - нам не хватает примерно три миллиона моры. Это был его звездный час. Тарталья мог легко помочь им в этом начинании - он только на свой завтрак потратил около трех миллионов. Глубоко вздохнув, Предвестник закрыл глаза, успокаивая колотящееся сердце. - Девчуля, - промурлыкал он, прерывая общий спор и поднимаясь по лестнице, - я могу помочь вам с- Чайльду никогда раньше не приходилось уворачиваться от летящего в него стула – этот опыт был довольно волнующим. Казалось, что свирепый взгляд Люмин может сжечь его дотла на месте. Она почти рычала, и ярость в ее глазах только усилилась, когда Чайльд увернулся от броска - стул с громким треском разлетелся на части по тротуару. Прежде чем парень смог оправиться от первого шока, девушка схватила стоящий рядом с ней столик. - Люмин, - Чжун Ли шагнул вперед, держа руки перед собой, не давая ей бросить стол, - он нам поможет. Я вынужден попросить тебя успокоиться. Нет. Почему она должна быть спокойной? Поставила стол обратно и резко развернулась, игнорируя просьбу доктора Бай Чжу не ломать его вещи, как дикое животное. Люмин схватила стопку папок и швырнула их в лицо ухмыляющегося Предвестника. Он ловил каждый листок со все возрастающим смехом. Затем девушка бросилась к пузырькам с лекарствами. Чжун Ли и Бай Чжу опередили ее, схватив за руки. Они общими силами приподняли Люмин над полом, отчего та начала задыхаться от ужаса: - Отпустите меня! Я должна убить его! Чайльд не мог перестать смеяться. Он оперся на дверной косяк, зажмурившись и держась за живот: - Я-я думал, что мы друзья, Люми. Так меня еще никогда не встречали! Ее рука вырвалась из хватки травника. Она схватила подставку с карандашами и бросила ее в сторону Чайльда. Тот ловко увернулся от летящего снаряда, издав еще один радостный смешок, который спровоцировал Люмин снова зарычать. - Пожалуйста, Тарталья, - Чжун Ли измученно вздохнул, пытаясь перехватить извивающуюся руку Люмин, - забери ее. Она... – он внезапно ахнул и отпрянул в сторону. - Она меня укусила! У меня… У меня теперь бешенство? Бай Чжу покачал головой: - Выглядит не очень. Она действительно может впиться зубами, а? - Ци Ци… сбита с толку… Она человек или собака? - Она собака, - с ухмылкой ответил Чайльд, когда Люмин наконец освободили. Он протянул руки, словно желая обнять ее и ожидая, что она набросится на него с кинжалом. Она укусила Чжун Ли и разгромила пол-аптеки, но, несмотря на все это, узел в его животе стал еще туже. Она была красивой. Она была самой красивой девушкой, которую он когда-либо встречал, даже когда она собиралась надавать ему по шее. Он никогда бы не смог найти кого-то, кто смог бы заставить его сердце забиться так быстро. Чайльд схватил Люмин за запястья, повернув ее тело так, чтобы она прижалась спиной к его груди. Прежде, чем девушка успела что-либо возразить, парень обвил одной рукой ее талию и сжал ее запястья сзади в замок, а другой рукой крепко зажал ей рот. Путешественница рыпалась и извивалась под его хваткой, в то время как ее щеки раскраснелись от смеси разочарования и ощущения непозволительной близости к Предвестнику. Бай Чжу прочистил горло: - Спасибо... Мастер Тарталья, не так ли? Чайльд улыбнулся: - Да, для меня большая честь наконец встретиться с вами, доктор. Я много слышал о вашей работе. - Ой, как мило! - он засветился от приятной фамильярности. - Могу я спросить, что именно сейчас происходит? Паймон тяжело вздохнула, как измученный мудростью старец: - Они влюблены. - О, тогда понятно! Приглушенные жалобы Люмин стали чуть громче. Она топнула ногами, пытаясь задеть Чайльда, но безуспешно. Его улыбка стала шире: - Я случайно проходил мимо и услышал, что у вас возникли проблемы, мистер Чжун Ли. Чем я могу помочь? Взгляд Паймон стал подозрительным. Люмин еще раз дернулась и внезапно замерла. Предвестник в недоумении глянул вниз, напрягаясь от ощущения ее языка, скользящего по его ладони. Фу. Она была хуже Тевкра. Чайльд вздохнул и отстранился, наконец отпустив девушку. Он поморщился, хватая заднюю часть ее платья: - Не делай так больше. Ты даже не знаешь, где были мои руки. Люмин скривилась, отшатываясь от него как от прокажённого: - Ты что творишь?! - Это ты лизнула меня, - напомнил он, вытирая слюну о край ее наряда. - Я тут пытаюсь вам всем помочь, и вот как ты мне отплачиваешь? Не очень-то приятно, знаешь ли. По крайней мере, она больше не пыталась напасть на него. Надменно фыркнув, Люмин скрестила руки и заняла место рядом с Чжун Ли, наполовину прикрываясь им и тяжелым взглядом Паймон. Когда гнев покатился от путешественницы волнами, Чайльд отступил назад и примирительно поднял руки: - Правда, я лишь хочу помочь. Не о чем беспокоиться. Чжун Ли и Люмин знали, что рядом с Предвестником всегда нужно быть начеку, но девушка была не в настроении с ним разговаривать. Всё, о чем она могла думать сейчас – какими теплыми были его руки, и как они идеально-раздражающе обвивались вокруг ее талии. Она ненавидела то, как от него очень приятно пахнет, и что у нее до сих пор скручивает живот, когда парень просто смотрел на нее. Она ненавидела его и всё, за что он боролся. Чтобы сохранить мирную обстановку, она решила больше не громить аптеку Бай Чжу. Чжун Ли, к счастью, больше всех порывался объяснить ситуацию. - Итак, - он откашлялся, - нам нужен рецепт Вечного Ладана. Ци Ци, - мужчина указал на девочку-зомби с абсолютно пустым выражением лица, - отправила нас искать кокосовую козу. Мы даже починили баллисту Гуйчжун, чтобы найти этого легендарного зверя-адепта, но всё было напрасно… - И, - невинно улыбнулся Бай Чжу, - почему же? Ци Ци вздохнула: - Кокосовая коза - это… это… - …несуществующий зверь. Ци Ци думала, что кокосовое молоко дают адепты, - монотонно закончила Люмин, а ее взгляд все еще впивался в Чайльда, как горячая кочерга. Это было прекрасно. Всё шло именно так, как думал Чайльд – кокосовой козы не существовало, а Люмин и Чжун Ли были двумя самими наивными простофилями во всем Ли Юэ. Он попытался скрыть улыбку, когда смешок вырвался из его горла. Ему казалось, что он не смеялся сотню лет, всю неделю дуясь из-за перманентной ненависти Люмин к нему. Вздыхая и потирая глаза, он подавил желание фыркнуть, глядя на сияющее лицо Люмин. Его бок всё еще болел от ранения, а внизу живота будто порхали бабочки – это удивительное сочетание вдвойне затуманивало разум. Чайльду действительно не хватало ее глупых подколов и, конечно же, он не мог упустить из виду ту смесь чувств, которую она так легко ему дарила: бешеное сердцебиение и отсутствие воздуха в легких. - Я-я, - парень подавил еще один смешок, - правда ценю эти шутки. Кто знал, что этот день принесет столько благословений. - Взгляд, направленный на доктора Бай Чжу, искренняя улыбка, заставившая Люмин вскочить с места позади Чжун Ли. - Простите за наглость, но я вижу много возможностей для сотрудничества в будущем. Девушка повысила голос, передразнивая Чайльда: - Я фижу многа восмосностей для сотлуднитества в будус- - Пожалуйста, не обращайте на нее внимания, - улыбка Предвестника даже не дрогнула, - наша небольшая размолвка никак не повлияет на дела Фатуи. И снова: - Нафа небольфая лазмолфка никак не пофлияет на дел- Обойдя Чжун Ли и всё еще мило улыбаясь, Чайльд притянул Люмин к себе, зажимая ей рот ладонью. Она снова начала сопротивляться, а он спокойно продолжил: - Если вам потребуются стабильные поставки, скажем, кокосового молока, Фатуи могли бы помочь, создав надежную и быструю торговую сеть. - Вы двое такие милые, - Бай Чжу склонил голову и мечтательно вздохнул. - Юная любовь такая сложная вещь, не правда ли? Змея на его шее вдруг прошипела: - Я бы никогда не подумала, что Фатуи будут вмешиваться в такие дела, как кокосовое молоко… - Кокосовое молоко, - девочка-зомби медленно подёргала лекаря за руку. – Ци Ци хочет кокосовое молоко. - Д-да, конечно, Ци Ци! Все, что захочешь! Спасибо, Чайльд, - травник послал Предвестнику улыбку, не обращая внимания на напряженную и свирепую девушку с плотно прижатыми руками к губам. - Я с нетерпением жду нашего сотрудничества! Люмин достаточно долго молчала, поэтому Тарталья решил, что она, наконец, успокоилась. Он медленно убрал руку с ее рта, осторожно отступая назад, в то время как она пристально посмотрела на него через плечо. Гнев в ее глазах затвердел, отчего она выглядела гораздо более угрожающей, чем когда-либо. Однако последующие слова Бай Чжу вырвали девушку из всепоглощающей ярости, заставив повернуться к нему лицом и ахнуть, когда он произнес: - Я снижу цену на благовония до… 2 990 000 моры. Паймон разинула рот и отлетела назад. Люмин схватилась за живот, слегка наклонившись, будто ей было плохо. - Я… никогда раньше не слышала таких больших цифр... и даже не знала, что подобные расценки существуют! - Это едва ли меньше трех миллионов! - негодовала Паймон. - Вы пытаетесь вызвать у Люмин сердечный приступ?! Похоже, что да. Чайльд даже глазом не моргнул, услышав названную цену. - Хорошо, без проблем, - он улыбнулся, - я заплачу. - Замечательно, - Бай Чжу повернулся, чтобы порыться в запертом шкафу, - это было где-то здесь… Все знали, что Люмин тратила мору только в случае острой необходимости. Она почти никогда не спускала деньги на что-то, кроме еды, да и то было редко. С тех пор, как девушка приехала в Ли Юэ, она контактировала с валютой больше, чем когда-либо, и при этом ее никогда не покидало чувство тошноты. С бледным лицом она глубоко вздохнула и посмотрела на мило улыбающегося Предвестника: - Архонты, пожалуйста, не трать так много! Просто уговори его снизить цену, воспользуйся своим положением… - Да ладно тебе, - Чайльд беспечно пожал плечами, - на самом деле это не так уж и много. - Это почти три миллиона! - И? - он послал ей любопытный взгляд. - Это не особо дорого. Это было ужасно дорого. Бай Чжу повернулся, чтобы передать Предвестнику флакон – выглядело так, будто он просто поделился с ним стаканом воды. Люмин в ужасе прикрыла рот ладонью: - П-пожалуйста… нет… Чжун Ли успокаивающе похлопал ее по спине: - Люмин, ты ведешь себя так, будто тебя убивают. Это просто сделка. - Три миллиона моры... Это было невероятно. Чайльду ужасно не хватало ее истерик, как бы сильно она его при этом ни раздражала. Он покачал перед ней флаконом: - Позволь мне угостить тебя, Люми. Мое сердце жаждет окунуться в роскошь, это было так давно! - На это есть причина, идиот! Ты забыл, о чем мы говорили? Фея встрепенулась от любопытства: - О, расскажи нам! Паймон хочет знать! Он оценил то, что Люмин никому не рассказала детали их ссоры. Чайльд тоже не был из тех, кто выносит сор из избы, особенно когда дело касалось споров с любовью всей его жизни по поводу морального превосходства и мертвых богов. Парень бодро вложил пузырек с эссенцией в ее трясущиеся руки: - Нет, это только между нами. В любом случае, это был бы скучный разговор. Однако тот момент, когда она вытащила свой меч и напала на него – был один из самых запоминающихся в его жизни. Люмин в точности знала, за какие ниточки нужно потянуть, чтобы заставить Предвестника гореть, даже когда она отталкивала и разбивала ему сердце. Люмин передала пузырек Чжун Ли, который казался более удовлетворенным их сделкой. Он уважительно кивнул Бай Чжу и Ци Ци: - Спасибо всем за помощь. Мы, наконец, сможем провести церемонию похорон Рекс Ляписа так, как он того заслуживает. - Мы только рады помочь. Рекс Ляписа всем будет очень не хватать... - Бай Чжу серьезно кивнул, после чего добавил, - будет удобно, если я пошлю счет в Банк Северного Королевства? - Конечно, - Чайльд сделал шаг вниз по лестнице, - мы сразу же выплатим вам всю сумму. - Замечательно! Кокосовое молоко, Ци Ци, разве ты не рада? Люмин смотрела на травника с абсолютно пустыми глазами, пока он говорил с девочкой-зомби. Тарталья воспользовался моментом, пока девушка отвлечена, чтобы выскользнуть из Хижины, спуститься по ступенькам и повернуть за угол, где сразу же обнаружил Екатерину, притаившуюся за зданием. Никто не заметил его ухода - Люмин была слишком выжата после обрушившегося на нее облегчения от завершения приготовлений к похоронам. Чайльд прислонился к колонне возле укрытия секретарши и склонил голову: - Ты слышала, что Чжун Ли сказал о Золотой Палате? - Что Цисин охраняют ее сильнее, чем когда-либо? Да. - Интересно, что там делает Нин Гуан и ее шайка… То, что они так страстно защищают… - он провел рукой по волосам и засмеялся, - чем еще это может быть, кроме Экзувии? - Я тоже так думаю, сэр. - Беги обратно в банк и закрой его, - он послал ей улыбку, - мы скоро выдвигаемся. - Да, Мастер Чайльд. Краем глаза он наблюдал, как Екатерина ускользнула, совершенно невидимая для остальных. Шумно вздохнув, парень скрестил руки на груди и оглянулся на Люмин, стоящую в дверном проеме, улыбающуюся и махающую на прощание Ци Ци. Девушка выглядела так беспечно, будто это не она крушила всё вокруг и швыряла стулья в Предвестника. Его сердце пропустило еще один удар, такой тяжелый, что он не смог не нахмуриться от горькой досады. Чжун Ли спустился вниз. Паймон и Люмин держались позади него, и фея, даже не потрудившись взглянуть на Чайльда, полетела дальше. Нанятые ими рабочие уже были в павильоне, готовившись к предстоящим похоронам. Однако Люмин вдруг замедлила шаг, остановилась напротив Тартальи. Ее глаза больше не пылали яростью, хотя хмурое выражение лица уже говорило достаточно. Она, как всегда, злилась на него и не знала, что ей думать. Чайльд улыбнулся, на этот раз искреннее. Он рассеянно переминался с ноги на ногу и глядел на девушку перед собой: она была такой красивой, идеально подходящей для его рук, необратимо становясь его врагом номер один. - Я спрошу в последний раз, Люми, - его голос был низким, когда он нарушил тишину, - ты присоединишься к Фатуи? Сможет ли она уйти с дороги? Сможет ли позволить ему защищать ее? Тарталья затаил дыхание, пока Люмин старательно избегала его взгляда. - Я... почему ты так сильно этого хочешь? По-прежнему такая глупая. Чайльд обнаружил, что теперь его ничто не сдерживает от того, чтобы сказать правду. - Я влюбился в тебя. Она смотрела на него с широко раскрытыми глазами и пунцовыми щеками. Он постарался запомнить выражение лица Люмин и тот шок с примесью удивления, пока она обрабатывала его слова. С дрожащим выдохом девушка приложила трясущуюся руку к груди: - В меня?.. - С кем по-твоему я только что разговаривал? - он не мог удержаться от смеха, его голова гудела от любви. - Я… - она казалась по-настоящему сбитой с толку, - я просто не понимаю. М-Мне жаль, но... несмотря ни на что, - со сжатыми кулаками и встревоженными глазами она наконец встретилась с ним взглядом, - я не могу отказаться от своих принципов. Мне нужно сохранить мир в безопасности, даже если придется оттолкнуть тебя. Так лаконично и прямолинейно. Казалось, Люмин искренне сожалела о том, что отвергла его, добавив еще пару трещин на его и без того истерзанное сердце. Чайльд задумчиво поджал губы и отвернулся, скрестив руки на груди: - Хорошо. У меня всего одна просьба. - Да? Ее голос был таким мягким, без капли истеричности, которая почти всегда мелькала в ее тоне при разговоре с ним. И это она пыталась пришибить его табуретом чуть ранее. - Я хочу, чтобы ты держалась подальше от Золотой Палаты, - Чайльд знал, что пожалеет, сказав ей это. Он уже корил себя за то, что обнажил целиком свое сердце и поставил под угрозу все планы Фатуи. - Если ты пойдешь туда, то можешь… умереть. Я не смогу жить в этом мире без тебя. Они были в павильоне совершено одни. Двери аптеки закрылись, а Чжун Ли и Паймон уже минут как десять назад отправились готовиться к похоронам. При тихом жужжании вечерних цикад в воздухе и оглушительной тишине между ними Люмин сделала шаг к Чайльду. Ее рука медленно легла ему на грудь, когда она приподнялась на цыпочках и нежно поцеловала его губы. Это было настолько непохоже на их предыдущие встречи - не было ни пылкости, ни напряжения, ни ярости, подпитывающей каждое движение их тел. Просто нежный и чудесно-опьяняющий поцелуй. У Чайльда перехватило дыхание. Ощущение теплоты ее губ было всем, что существовало в этот момент. Он прикрыл глаза, чтобы обнять Люмин, пока ее рука невесомо сжимала его пиджак. Это было так мягко, тоскливо и душераздирающе грустно. Девушка отстранилась с мягким выдохом, встречаясь взглядом с Тартальей: - Хорошо. Я сделаю то, о чем ты просишь... только один раз. Чайльд почувствовал сладкое облегчение. Он вздохнул и положил руки ей на бедра, прижимаясь лбом к ее лбу и закрывая глаза: - Спасибо. Я хочу, чтобы ты отправилась в банк Северного Королевства и оставалась там, пока я не вернусь. Хорошо? - Хорошо, - еще один нежный поцелуй в его щеку и тихий смех, - как пожелаешь, любовь моя. Ее любовь. Он - ее любовь. Этот день не мог стать лучше. Предвестник определенно был шокирован тем, как быстро Люмин отошла после их ссоры, хотя между теми событиями прошла целая неделя. Возможно, у нее было время подумать обо всем, и она поняла, что совершает ошибку. Какой бы ни была причина, он почувствовал радость, приятно растекающуюся по венам. - Мне нужно работать. Я вернусь за тобой сразу, как со всем закончу. Еще один поцелуй, затем еще и еще. Это был словно фейерверк на празднике, костер в холодную ночь, ощущение теплой постели после долгого рабочего дня - так естественно и чудесно. Они с трудом смогли оторваться друг от друга. - Буду ждать с нетерпением. Он нежно поцеловал ее руку и улыбнулся от неловкого смеха и румянца на щеках девушки. Его сердце переполнилось чувством облегчения - Люмин, наконец, собиралась сделать то, о чем он просил, и не мешаться. Он не мог дождаться, когда все это закончится, чтобы вернуться к ней. Быстро чмокнув ее напоследок, он ушел. Люмин смотрела ему вслед, смиренно сложив руки перед собой и улыбаясь. Он обернулся на мгновение и послал ей воздушный поцелуй. Ну что за идиот. - И это он считает меня глупой, - пробормотала она, когда Чайльд завернул за угол. – Всего один поцелуй, и его подозрения улетучились... Парни такие тупицы. Я хочу, чтобы ты держалась подальше от Золотой Палаты. Ага, конечно.

______________________

Чжун Ли сопровождал Люмин на праздничный ужин, недоумевая, почему она всё время странно ухмылялась. - Где Чайльд? Он тоже есть в числе приглашённых. - О, - она изящным движением руки прикрыла рот и хихикнула, - нигде конкретно. Он ужасно сильно занят и прямо сейчас не может к нам присоединиться. Паймон подозрительно уставилась на путешественницу: - Ты убила его и выбросила тело в море, как грозилась сделать вчера? - Нет, гораздо хуже. - Что? - Ничего такого, не беспокойся! Люмин была в подозрительно хорошем настроении. Она даже не жаловалась, что Чжун Ли опять забыл свой бумажник, и на протяжении всего вечера усмехалась и хихикала над своими таинственными секретами. "Если ты убьёшь своего противника в Золотой Палате, то никогда больше не найдёшь свою любовь". Это могло означать только одну непреложную истину: Люмин встретит своего соулмейта в Золотой Палате. Когда её пригласили в Нефритовый дворец, Люмин почувствовала, что скоро всё встанет на свои места: она раскроет тайну своего соулмейта, единственной и неповторимой настоящей любви. Это может привести в бешенство Чайльда, что лично для нее являлось несомненным плюсом, но лишь тогда она в полной мере ощутит удовлетворение от своей победы. Идеально. После приглашения Гань Юй Люмин пришла в еще больший восторг. Подготавливая подарок для Нин Гуан, она размышляла о том, чем все это может закончиться. Кого она повстречает в Золотой Палате? Каким человеком будет ее соулмейт? Она надеялась, что он будет сильным и высоким, с супер-крутым мечом. Девушка представляла, что он тут же заключит ее в свои объятия и поцелует до беспамятства, заявив, что готов подарить ей весь мир. Прощай, Чайльд. Здравствуй, Сердце Бога и ее соулмейт, который, очевидно, упадёт к ее ногам в сладком обожании. Причина, по которой соулмейт Люмин окажется в Золотой Палате, была неизвестна, и, откровенно говоря, девушка о ней совсем не беспокоилась. Она просто знала, что найдет его, не сможет убить, и что он полностью отвлечет ее от рыжеволосого Предвестника с лисьей улыбкой и пустыми глазами цвета океанской волны. Это было всё, чего она хотела. Люмин предположила, что именно из-за этого Чайльд попросил ее держаться подальше от Золотой Палаты. Он узнал, кто был ее соулмейтом от той старой гадалки, за которой неустанно следили его агенты. Будучи жутким собственником, влюблённым в неё, он попросил девушку не соваться в Золотую Палату, чтобы она не смогла встретить свою настоящую любовь. Такой сценарий вполне себе имел место быть, а значит Чайльд наглым образом пытался помешать ей обрести своё счастье. Что ж, не сработает! Люмин, конечно же, рассказала обо всём Нин Гуан за чаем. Она слишком легко заводила друзей. - А потом, - она вскинула руку, задыхаясь от драматизма и чуть не пролив травяную смесь на колени, - он поцеловал меня! Разве это не безумие? Я могла просто его ударить. С моей стороны было весьма мило, что я решила не выбивать ему зубы. - Хм, - Нин Гуан посмотрела куда-то вдаль за плечо Люмин, затем скрестила длинные ноги и откинулась на спинку стула. - Ты утверждаешь, что никак не связана с Фатуи, но при этом целовалась с Предвестником? Утвердительный кивок. - Верно. Вы же деловая женщина, поэтому должны знать, как это работает. Сначала идет сближение с конкурентами, потом выведывание их тайн... - путешественница насмешливо приподняла бровь. - Вы не поверите, но он мне проговорился. Нин Гуан рассмеялась, и этот нежный звук заполнил каждый уголок Нефритового дворца. Она была из тех женщин, вслед которым оборачиваются; из тех, к которым всегда прикованы чужие взгляды. Она не могла говорить без заинтересованных слушателей, каким бы мягким и скромным ни был ее голос. Нин Гуан сделала еще один глоток чая и посмотрела на Люмин поверх своей чашки. - Могу ли я поинтересоваться, что он сказал? Еще одна ухмылка, совсем как та, что не сходила с её лица после прощального поцелуя с Чайльдом. - Он попросил меня держаться подальше от Золотой Палаты. - Оу? - Думаю, он сказал это из-за своей ревности, ведь там я встречу свою настоящую любовь, - Люмин громко отхлебнула чай. - Следовательно, я точно должна туда пойти. - Очень интересно, - отличительная особенность Нин Гуан заключалась в том, что те, к кому она относилась с почтенным вниманием, всегда дарили ей комплименты и пели дифирамбы. - Ты уверена, что причина заключается только в этом? - Да, уверена. - Дорогая Люмин, - она мягко прикоснулась рукой к щеке Путешественницы, - в последнее время у меня слишком много проблем с Фатуи, ты представить не можешь, сколько. Они многократно усложнили мою работу своими слухами и... поисками... - ...Поисками? - Да, - Нин Гуан отстранилась, сделав ещё один глоток чая. - У меня везде есть глаза и уши. Фатуи распространяли слухи, пытаясь отыскать Экзувию, реставрировали древние документы, в восстановлении которых нет никакой выгоды, - она рассеянно постучала пальцем по столу. - Мне нужно понять, зачем всё это делается. Люмин сделала бы всё для Нин Гуан. Возможно, дело было в красивых волосах, или в изысканном дворце, или в действительно потрясающем чае, который здесь подавали - неважно. Девушка крепко сжала свою чашку, улыбаясь осознанию, насколько она была близка к разрешению этого дела. Она встретит своего соулмейта, получит Сердце Бога и, наконец, оставит все тяготы позади. Мысль о победе в этой схватке между ней и Чайльдом мелькала на краешке сознания, подогревая ожидание удовлетворения, которое она почувствует в конце. - Я могу помочь, если вы не возражаете. Нин Гуан с ангельским выражением лица улыбнулась. - О, хорошо, буду благодарна. Ты можешь воспользоваться моей картой, если хочешь. Конечно. Люмин во что бы то ни стало доберётся до правды.

____________________

- Мастер Тарталья, Леди Люмин всё еще не прибыла в Банк. Эта новость словно хлестнула его по лицу. Чайльд стоял на вершине горы, скрестив руки на груди и глядя на растущую армию Фатуи с абсолютно пустым выражением лица. Он бросил тяжелый взгляд через плечо на агента, сообщившего информацию: - Тогда где она? - Б-Боюсь, что не знаю, сэр. Люмин должна была быть в Банке и ожидать в его офисе, пока он закончит свою работу. Она так искренне сказала, что будет там, а он как идиот поверил ее словам. - Но у нас есть зацепка! - агент протянул ему разорванную копию разрешения, испещренную кровью и смятую так, будто на нее пару раз наступили. - Это было найдено на теле одного из охранников, сторожившего Печать Согласия. На обратной стороне пергамента углем была начертана надпись забавным почерком Люмин. «Ты не так умён, как думаешь, любовь моя». - Пора выдвигаться, - голос Чайльда напоминал шипение. Прокашлявшись, он заставил себя взглянуть на агента. - Скажите солдатам, что мы начинаем. Будь на связи, как только я вернусь из Золотой Палаты. - Да, сэр!

_____________________

Тихая прогулка по спокойным лесам Ли Юэ, легкий ветерок на щеках. Фатуи заняли главные ворота города - Миллелитам пришлось нелегко. Люмин точно не могла победить его, и, возможно, он должен был беспокоиться о сражении с ней. Чайльд вальяжно поднялся по лестнице, будто это место целиком принадлежало ему. С уверенной улыбкой и твердыми намерениями парень избавился от стражи и вошел в Золотую Палату. Огромное помещение встретило Предвестника эхом собственных шагов и искрящимися в золотистом свете горами моры, однако его взгляд сразу же привлекло тело дракона в самом конце зала. Еще один Миллелит с перерезанным горлом и будничный вздох Тартальи, когда он оттолкнул от себя бездыханное тело. Парень не любил так легкомысленно убивать - это было ужасно скучно и не представляло никакой сложности. После нападения Фатуи на Ли Юэ большинство стражников покинуло свои посты, чтобы помочь защищать город, поэтому сейчас его ждала практически никем неохраняемая Экзувия - плод будущего Царицы. И всё было бы идеально, если бы не звук скрипящих дверей позади. Инстинктивно Чайльд бросился к ближайшему укрытию, прижимаясь спиной к холодной колонне и слушая, как незваный гость заходит внутрь. Раздался до боли знакомый вздох, и тогда он понял, кто же решил ему помешать. Он заглушил нервный стук своего сердца, стиснув зубы. Какие бы кусочки головоломки она ни собрала, это привело Люмин именно туда, где он совершенно не хотел ее видеть. - Паймон… это должно быть и есть Экзувия! Конечно. Он бы уже добрался до него, если бы девушка, как обычно, всё не испортила. Прислонившись к столбу, с мертвым стражником под ногами, он наблюдал, как она медленно поднимается по каменным ступеням к телу дракона. Что можно сказать, когда твой соулмейт нарушил обещание, скрепив его поцелуем и милой улыбкой? Что делать, когда он буквально молил ее не соваться в Золотую Палату? Чайльд так наивно поверил в то, что наконец смог достучаться до нее, но увы. Пора было положить этому конец. Поморщившись, он выскользнул из своего укрытия - девушка стояла возле тела, задрав голову и заворожённо рассматривая Экзувию. Один шаг к ней, натянутая улыбка, и он начал зловеще медленно хлопать в ладоши: - Ты не так умна, как думаешь, любовь моя. Люмин застыла от удивления. Она нерешительно повернулась, чтобы встретиться с ним взглядом, поджимая губы. Паймон молниеносно подлетела к ее плечу, оглядывая помещение: - Паймон не видит здесь никого, кроме неудачника-Предвестника… Может, старушка ошиблась в этом предсказании? - Не знаю, - вздохнула девушка и сузила глаза. - Как давно ты здесь, Тарталья? Хм, Люмин использовала его другой титул – значит, она была начеку. Отлично, ей это понадобится. Чайльд тяжело выдохнул, пытаясь отрезвить свой разум от адреналина предстоящей битвы. Он предупреждал путешественницу и столько раз пытался уговорить ее держаться подальше от этого места. Но Люмин вообще его когда-нибудь слушала? - Всего пару минут, - Предвестник сделал еще один шаг вверх по лестнице, - похоже, ты кого-то ищешь. Стражники мертвы, так что… - он пожал плечами и ухмыльнулся, - здесь только я один. - Кто-то другой обязан появиться, - прошептала Паймон, - просто подожди. Люмин закатила глаза: - У меня нет времени ждать, мне нужно получить Сердце Бога до того, как это сделает этот придурок. - Прекрасно, - он сложил руки вместе, игнорируя бушующий пожар в животе. – Что ж, Люми, это было очень занятно, правда. Но ты еще пожалеешь, что не послушала меня. Улыбка Люмин вызвала еще одно замирание его сердца и досадное напоминание о том, насколько сильно он был от нее зависим. - Ты бы по-прежнему любил меня, если бы я тебя слушала? Возможно нет. - Ты мешаешь мне, Люмин. - Нет, это ты мне мешаешь! Так по-детски. - Больше не пытаешься решить этот вопрос справедливо? Я думал, ты хочешь, чтобы мы оба победили. - Я могу найти способ, - девушка, как всегда, упрямо вздернула подбородок. - Просто доверься мне. - Я доверял тебе раньше. Но мою просьбу держаться подальше от неприятностей ты просто проигнорировала. - Ты просил меня об этом лишь потому, что знал, что я выиграю. - Подожди, - Паймон подняла руки, - неудачник Предвестник все это время искал Сердце Бога? Люмин бросила на нее раздраженный взгляд: - Где тебя носило? Это же было очевидно с самого начала. - Паймон думала, что он просто хотел залезть тебе под юбку! И это тоже. Чайльд покачал головой, призывая свои гидро-клинки: - Слушай, я бы с радостью остался и поболтал, но Царице нужно Сердце Бога. А она всегда получает то, что хочет. Люмин не потрудилась вызвать собственное оружие. Она лишь скрестила руки на груди и отвернулась, высокомерно фыркнув: - Это глупо. Очевидно ведь, что я заполучу Сердце Бога. - Ты не сможешь остановить меня, принцесса. Девушка заметно напряглась, услышав это обращение, но уверенность в ее взгляде была непоколебима: - Я смогу. - Не сможешь. - Смогу. - Нет, - Чайльд закатил глаза, явно утомленный их пререканиями. - Люми, сейчас не время для споров. Будь хорошей девочкой и не мешай мне. Возможно, тогда я пощажу тебя. Паймон метнула на него яростный взгляд: - Она не будет тебя слушать! А ей следовало бы. Парень тяжело вздохнул. - Что ж, думаю, время пришло. Предвкушение битвы - моя любимая часть. - Знаешь, - Люмин буквально приклеила его взглядом к полу, - я тоже ждала этого момента... Паймон, - мягко произнесла она, - найди более безопасное место, хорошо? Девушка редко беспокоилась о Паймон во время сражений - Чайльд никогда не видел, чтобы она так озабоченно провожала взглядом фею, которая почти сразу исчезла в своей карманной вселенной. Оставшись одна, Люмин вытянула руку и согнула пальцы. Из созвездий тут же материализовался ее серебряный меч, отливающий золотом в свете факелов, расположенных по периметру зала. Предвестник старался не обращать внимание на подобие страха и восхищения в животе - в его жилах бурлили энергия и азарт, смешиваясь воедино с горящим взглядом путешественницы. - Я просто хочу, чтобы ты не лезла. Она закинула меч на плечо и оперлась рукой на бедро: - Ты все время это повторяешь. Я начинаю думать, что ты не хочешь со мной драться. Боишься проиграть? Не в последнюю очередь. Он сделал еще один шаг вверх по лестнице, пока Люмин смотрела на него печальными глазами. - Обещаю, что не убью тебя, Люми. Я просто подыграю, чтобы почувствовать азарт битвы. - Как мило. Ты такой вежливый, я просто в шоке, - она поджала губы, задумчиво оглядывая комнату. - Думаю, мне нужно набраться терпения, пока мы сражаемся. Он может скоро появиться. Его сердце пропустило удар: - Кто? - Мой соулмейт. Гадалка сказала, что если я убью своего противника в Золотой Палате, то никогда больше не найду свою любо- Ой. Ой. Чайльд не мог не улыбнуться. Это было похоже на напряжение в переполненном гелием шарике, который вот-вот лопнет. Он снова мог дышать; она догадалась. Парень подавил рвущийся наружу смешок: - О-ой? Ты что-то поняла, принцесса? Люмин выглядела так, будто упадет сейчас в обморок. Она направила острие своего меча на Предвестника, заставив его снова рассмеяться: ее руки дрожали, а коленки тряслись, с головой выдавая панику. - Это ты!.. Да? Да?! Как ты посмел?! - К-как я посмел? - Перестань ржать! Это совсем не смешно! - По-моему это очень забавно... - Стоп! - она завизжала от его едва сдерживаемого смеха. Ее руки начали дрожать еще сильнее. - Ты все время знал и держал это в секрете?! Архонты... - она задохнулась от осознания, - вот почему Фатуи постоянно преследовали гадалку! Ты просто не хотел, чтобы она рассказала мне… - Верно. - Он улыбнулся и упер руки в бедра. - Я правда очень рад, что ты в конце концов всё поняла. Хранить этот секрет было очень утомительно. - Его голос вдруг стал стальным и холодным. - Готова ли ты, наконец, сделать то, о чем я прошу, и уйти с моего пути? Потом сходим на пару свиданий, встретимся с моими родителями, устроим небольшую свадьбу... Я уже даже придумал имена нашим детям- - Я убью тебя! Люмин мгновенно оказалась рядом. Ее меч был нацелен на его шею, однако Чайльд сразу же парировал атаку. Адреналин с удвоенной силой пульсировал в голове, пока он уклонялся, блокировал и уворачивался от выпадов Люмин. Начался бесконечный танец оружия и мерцания вспышек Гидро с отблесками ее серебряного меча. Взгляд Люмин был подобен острию ножа, хотя Чайльд не мог сдержать улыбки от сей картины. - Ну же, Люми, просто наслаждайся! Не многим выпадает шанс сразиться с Предвестником Фатуи. Считай, что ты удостоилась великой чести! - Чести? - она саркастично рассмеялась, прежде чем заблокировать его удар. Их лица оказались настолько близко, что Чайльд мог буквально чувствовать ее горячее дыхание на своей коже. - Почему мне выпала честь драться со своим соулмейтом? Мы практически женаты. Я прямо сейчас начну уговаривать тебя выносить мусор и мыть посуду! - Что ж, - очередной лязг оружия, растущее напряжение между ними и тяжелое прерывистое дыхание, - я сейчас немного занят, детка. Он все еще был самодовольным ублюдком. Люмин выждала момент, когда Чайльд на секунду открылся, и резко ударила его ногой в живот, следом выпуская вихрь Анемо. Мир превратился в смазанное пятно, когда парень пролетел пару метров назад и приземлился на спину, застонав от внезапно пронзившей его голову боли. Сквозь гул он услышал звук приближающихся шагов: - Как давно ты знаешь, что наши созвездия связаны? Поморщившись, он медленно сел и потер ушибленный затылок: - С самого начала. И это не ложь, адепты всё подтвердили. Так что ты застряла со мной, прости. Прежде, чем Люмин успела нанести еще один удар, Чайльд ринулся в бой с усиленным напором. Он не мог больше играть с ней, как кот с мышкой. Дико ухмыльнувшись, он сорвал маску с волос и закрыл ей лицо. Знакомая теплота Глаза Порчи растеклась по телу, а разряды электричества посылали импульсы до самых кончиков его пальцев. Люмин в шоке застыла на месте. Ее глаза широко распахнулись, а губы удивленно приоткрылись: - Электро?.. - взгляд девушки метнулся к только что сформированному оружие, оживающему в его руках. - Это нечестно! - Ага, - Чайльд рассмеялся, раскручивая копье и медленно приближаясь к путешественнице. - Царица наградила меня этой силой, и мне стало любопытно, как ты с ней справишься. Последовал удар и ослепляющая электрическая вспышка, а парень внезапно оказался позади Люмин, сбивая ее с ног. Девушка ахнула, когда Предвестник возвысился над ней и поднял копье. Прежде чем оно успело погрузиться в ее грудь, она откатилась в сторону и бросилась на него с нефритовым кинжалом, в два счета призванным в руку. Люмин едва сумела поцарапать ему бок, когда он попятился назад. - Я рада, что ты относишься ко мне всерьез, - Люмин встала и снова призвала свой меч, - иначе бы наш брак не имел смысла. - О, - засмеялся он, - у нас еще есть шанс? - Зависит от того, кто победит. Он крепко сжал копье: - Разве ты не говорила недавно, что потенциальные женихи должны победить тебя в бою, прежде чем просить твоей руки? - Да. Поэтому очень жаль, что ты проиграешь. - Она хищно улыбнулась, и ее выражение лица снова заставило его сердце болезненно сжаться. Люмин не следовало торопить события, ведь ей суждено было проиграть. Неслыханно, чтобы Предвестник Фатуи, использующий Глаз Порчи, мог быть в итоге повержен. Он усмехнулся, снова делая выпад и телепортируясь с молниеносной скоростью. Пара быстрых рывков, очередной шквал Гидро стрел и еще один удар, заставивший Люмин упасть на колени. Она с трудом могла угнаться за ним и блокировала только половину многочисленных ударов. Люмин прекрасно знала, что ей следует избегать Гидро, однако добавившиеся Электро-атаки многократно усложнили и без того непростую ситуацию. Она заставила себя побежать, увернуться от выпущенной стрелы и нырнуть под его копье прямо в тот момент, когда Чайльд снова оказался перед ней. Девушка была хитрой и почти такой же ловкой, как и он в умении переключаться между оружием. Как только парень подошел достаточно близко, кинжал уже был нацелен прямо в его живот. Предвестник смог увернулся прежде, чем острие вошло глубже положенного, игнорируя жгучую боль от образовавшейся раны. Люмин не упустила ни секунды, немедленно призывая меч обратно и бросаясь на него с новым ударом. Они почти не касались друг друга. Ее только били и пинали, а Чайльд отделался крошечной колотой раной. Казалось, что он не мог причинить ей реального вреда, будто застряв в режиме тренировки, а не настоящей битвы. Он знал - даже если Люмин выиграет, он все равно не убьет ее. Несмотря на ее впечатляющее владение мечом, она все еще была не такой быстрой, как он. Еще один удар и быстрое переключение на лук. Чайльд воспользовался возможностью, учитывая расстояние между ними, чтобы сделать то, что он довел за последнее время до совершенства: пол под ногами Люмин вдруг запузырился и завибрировал от силы его Глаза Порчи. Она в удивлении застыла и посмотрела вниз. - Чайльд, клянусь, если ты скинешь кита на м- Он скинул на нее кита. Всего месяц назад она хвалила его за этот трюк, вызвав улыбку на его лице и трепет в груди. Он мог только задаваться вопросом, рада ли она все еще видеть это в действии. Едва заметная под оглушительным всплеском воды, Люмин откатилась назад, пытаясь увернуться от падения морского существа, но угодила под его плавник и ударилась лицом о мраморный пол. Чайльд не мог сдаться. Медленно и уверенно он подошел к ней, возвращая маску обратно на волосы и вдыхая свежий воздух. Парень ухмыльнулся: ее руки дрожали от слабости. Люмин была такой милой и уязвимой – просто очаровательное зрелище. Он бы точно обнял ее прямо сейчас, не будь она его врагом. - Сдавайся, Люми, - Чайльд мягко приподнял лицо девушки кончиком своего копья, чтобы встретиться с ней глазами, - не вынуждай меня больше прибегать к силе. Глаза Люмин ничего не выражали. Она лишь тяжело дышала, пытаясь прийти в себя после бесконечной беготни и множества падений. Между ними возникла напряженная тишина, прежде чем она вдруг усмехнулась: - Ты настоящий засранец, ты в курсе? Чайльд не успел среагировать - пол под его ногами вдруг задрожал, как при землетрясении, и непонятно откуда взявшиеся Гео-шипы взлетели снизу-вверх, словно копья. Едва ему удалось увернуться от одного, как позади появился другой. Адреналин вновь разогнался по венам, и Тарталья успевал сокрушать каменные конструкции до того, как они пронзали его тело, но с каждым ударом их становилось всё больше. Пока он уклонялся, Люмин скользнула ногой по земле, заставив еще один Гео-шип вырасти из ничего и, наконец, у нее получилось оттолкнуть Предвестника в сторону. Когда он отлетел на мраморный пол, все каменные шипы в мгновение ока исчезли. Звук ее шагов был почти успокаивающим, когда она подошла и наклонилась над ним: - Думаешь, ты чертовски крут, да? Только вот ты не единственный, у кого два Глаза Бога. Она была так красива и сильна. Люмин была единственной девушкой, которая могла застать его врасплох. Она подняла руку в воздух, призывая над собой очередную Гео-конструкцию, которая грозилась рухнуть от одного щелчка ее пальцев. Чайльд ничего не мог с собой поделать - он был возбужден и полон адреналина, а его сердце бешено колотилось при виде нее. Она могла использовать Анемо и Гео, она могла поставить его на колени и улыбаться при этом. Он никогда в жизни не был так влюблен. - Знаешь, Люмин, наши дети будут великолепны. Он говорил так, словно собирался ее обнять. Ее улыбка превратилась в свирепую ухмылку: - Сомневаюсь, что когда-нибудь захочу снова держать тебя за руку. Она скинула на него каменную глыбу, однако Чайльд успел откатиться в сторону, используя Электро для телепортации в другой конец зала. Он без промедления натянул маску на глаза и еще раз ей улыбнулся, прежде чем использовал Гидро, быстро оказавшись у Экзувии. Энергия волнами исходила от мертвого дракона. Тарталья прислонился к чешуйчатому телу, лукаво глядя на Люмин, которая была готова испепелить его своим взглядом. Она подняла меч с земли: - Не знаю, как ты там оказался, но тебе нужно спуститься. - Неа, - беспечно ответил он, - как бы мне ни хотелось продолжить наш бой, я действительно должен идти. Это было весело, - медленно, благоговейно он вложил руку в ядро Экзувии. - Может, повторим потом эту битву? Как насчет медового месяца где-нибудь в Фонтейне или Сумеру- Стоп. Стоп... Стоп. Наступила оглушительная тишина. Внутри он ничего не нашел. Это абсолютно пустая оболочка дохлой ящерицы. В отчаянии его сердце бешено заколотилось, и Чайльд протянул руку дальше внутрь в надежде нащупать хоть что-то, но пальцы натыкались лишь на воздух. Пусто. Сердца Бога нет. И существует только один до безрассудства глупый человек, который посмеет что-то умыкнуть прямо у него из-под носа. - Люмин, - его мышцы напряглись, а разум заволокло пеленой. Со стучащим в ушах пульсом и вскипевшей кровью Чайльд обернулся к девушке, - это ты забрала Сердце? Она скрестила руки на груди с совершенно невозмутимым выражением лица: - Ты прекрасно видел, как я сюда зашла. И как же, по-твоему, я могла его забрать, если всё это время ты за мной наблюдал? Логично, но недостаточно. Единственной, у кого хватило бы ума пустить ему пыль в глаза, была Люмин, поэтому за этим последовал лишь один вывод. Он прожигал её взглядом, по-прежнему стоя рядом с Экзувией: - Что ж, - неловкий и напряжённый смешок. - Это довольно неожиданно. Но чего еще я мог ожидать от тебя? - Ооо, - Люмин издевательски показала ему язык, - неужели бедного мальчика обманули? Разве изначально всё шло не по твоему дурацкому плану? Вот и всё. Она решила играть не с тем человеком. С утробным рычанием, Чайльд с силой сжал кулак. Он в одну секунду призвал свое копье и нацелился на самое слабое место в центре зала. Если он сейчас же не отомстит ей, то никто другой точно не сможет. Прошло уже так много времени с тех пор, когда он в последний раз использовал трансформацию. Чайльд подпрыгнул в воздух, прислушиваясь к журчанию воды и своему бешено зашедшемуся сердцу. Он почти забыл о Люмин, когда Грязное Наследие окутало его тело - это было похоже на огонь, пробирающийся в горло, перехватывающий дыхание и заставляющий его потерять себя. В глазах потемнело. Он рассеянно смотрел, как его копье врезается в пол, и сеть трещин расползается по всему полу. А затем поверхность под ногами внезапно обрушилась. Именно для этого предназначалась эта сила: наблюдать, как мир перед ним рассыпается на мелкие кусочки. Чайльд с трудом уловил крик Люмин, когда она полетела на нижней этаж вместе с грудой камней и бетона. Он спустился вслед за ней: девушка лежала среди обломков, окруженная парящими в воздухе облаками пыли. Его зрение всегда становилось лучше из-за трансформации. Это было одновременно и волнующе, и пугающе, как свободное падение с самой высокой горы в мире без планера. Но это все еще Чайльд. Это его тело, его руки и ноги, его ладони. Он пару раз обернул копьё вокруг талии и стал ждать, когда Люмин придет в себя. Она, конечно же, заставила себя подняться с таким убийственным взглядом, что его сердце забилось быстрее. Вселенная знала, кого ему лучше даровать: соулмейта, который так легко не сдается, даже со сломанными ребрами и кровью, струйкой стекающей с головы. И, само собой разумеется, никакое падение не могло заставить замолчать острый как бритва язык Люмин: - Милая накидка, тебе её мама сшила? Чайльд понятия не имел, откуда у него эта накидка. Даже не был уверен, как именно выглядит - он явно не использовал Грязное Наследие, чтобы постоять перед зеркалом и покрасоваться. Эта форма применялась очень редко, она была чудовищным порождением еретического учения Бездны. Тарталья, конечно же, был самим собой, вот только гораздо проворнее и намного, намного сильнее. Люмин же вела себя так, будто это не она стояла на пороге смерти. Она держалась за талию, наклонившись и кашляя кровью на обломки. С тяжелым вздохом она приподняла голову и выдавила из себя усмешку, дразнящий блеск в глазах заставил Чайльда почувствовать возбуждение. Ему казалось, что он тонет, едва дыша под чудовищем, которым преднамеренно стал. До момента осознания своих действий он обнаружил, что устремился к Люмин, словно выпущенная стрела. Девушка каким-то образом смогла увернуться. Следующий взмах копья ранил её живот, вынуждая упасть на колени. После еще одного удара Путешественница натужно поднялась на дрожащие колени. Через марево черного водянистого омута в глазах он кинул на нее взгляд. - Ты заполучила Сердце Бога раньше меня, так ведь? Ты опередила меня? Или намеренно слила информацию о Золотой Палате? Какую игру ты ведешь, Люмин? Звучание искаженного голоса застигло её врасплох. Она одернула себя, удержалась на ногах после нового приступа кашля и прикрыла рот рукой. - Ты бы поверил, что я не очень хорошо морочу людям голову? - лукавая улыбка вместе с озорством в глазах. - Я даже не смогу выиграть в покер, чтобы спасти свою жизнь. Предвестник сделал еще один выпад, от которого Люмин едва успела увернуться, неловко откатившись в сторону. Так мило, что она использовала его собственные слова против него самого же. Девушка уклонилась от очередного удара копья и вздрогнула, ощутив статическое электричество в воздухе, которое поразило все её чувства. Чайльд еще никогда раньше не видел её такой побитой, такой шокированной. Он никогда не видел, чтобы она так сильно истекала кровью, в то время как ее язык становился все острее с каждой атакой. Люмин приподнялась и с новыми силами призвала свой меч, нацелив острие ему в талию. - Прекрати уже, в конце концов ты просто опозоришься. Как обычно, он уклонился, развернулся и телепортировался позади нее. Начинало казаться, что эта битва тянется уже целую вечность. Собственный искаженный голос действовал Тарталье на нервы, но он был слишком глубоко погружен в темное марево Грязного Наследия, поэтому не особо заострял на этом внимание. Когда он был моложе и только начинал осваивать трансформацию, то ужас от звуков, исходящих из его рта, каждую ночь преследовал Чайльда в кошмарах. - Сдавайся! - прокричала Люмин, парируя его атаки с небывалой яростью. - Я одержу победу! - Отдай мне Сердце! - копье вонзилось по касательной в пол - оно должно было попасть ей в грудь. И все же девушка двигалась на удивление быстро. Люмин ловко использовала Анемо и Гео элементы, чтобы ускоряться и беречь свои силы. Еще один удар, еще одно рассечение воздуха. Его копье попадало лишь по колоннам и Гео-конструкциям, которые появлялись из ниоткуда в самые неподходящие моменты. Это был танец четырёх стихий, настроенных друг против друга. Нахмурившись, Люмин выпустила сильнейший Анемо вихрь. Резкий шквал воздуха грозил сбить Чайльда с ног своим неистовством, но он не упал, успевая отпрянуть от вырастающих из земли Гео-шипов. Ей удалось его ранить - он понял это только тогда, когда заметил стекающую по руке кровь и почувствовал жар от воспалённой раны на бедре. Очень редко кто-то мог задеть его во время использования Формы Духа - Тарталья не был уверен, забилось ли его сердце чаще или он просто ощущал очередной прилив силы. В этот момент он уже знал, что Люмин сделает все возможное, чтобы остановить его. С проносящейся мимо ушей водой и электричеством в глазах, он остановился, смотря на Путешественницу через заваленное обломками поле боя. Люмин послала ему усталую улыбку. Такая красивая. Такая идеальная. Никто иной был не в силах заставить его чувствовать себя так, будто он мог разорваться на части в любую минуту. - Я люблю тебя. Люмин тут же сморщила нос от ужаса и отвращения: - Не говори мне такие вещи этим жутким голосом! Пресвятое дерьмо, следи за атмосферой! Если хочешь сказать подобное, - она ринулась вперед, будто в ней открылось второе дыхание. Меч девушки наконец оказался у его горла, спустя секунду вонзаясь прямо в кожу. Люмин с грохотом опрокинула его на спину, - то скажи это нормально! И тотчас, словно Чайльд проснулся утром от наглой руки, стаскивающей с него теплое одеяло - он увидел свет. Пробуждение было похоже на то, как если бы кто-то вытаскивал из него каждый орган через глотку. Он задыхался и корчился на спине, пока Форма Духа болезненно покидала его тело. Через пару минут стонов и кашля, его сердцебиение постепенно начало приходить в норму, однако меч Люмин устрашающе оставался занесенным над его шеей. - Господи, тебе уже стоит научиться быть более чутким, - ее голос звучал приглушенно, будто издалека. Чайльд снова закашлял в руку, пытаясь оправиться от потерянной силы из-за Грязного Наследия. - Ни одна девушка не захочет, чтобы ей говорили такие вещи, пока ее пытаются убить. Скажи это снова, хм... За чашкой кофе там, не знаю. Желательно с цветами. Ты даже не подарил мне цветы. Еще один затяжной кашель, струйка теплой крови на коже и запах железа в воздухе. Тяжело вздохнув, Предвестник приподнялся на локтях, встречаясь взглядом с янтарными глазами напротив. Люмин смотрела так, словно Чайльд был задыхающейся рыбой, выброшенной на берег, однако он чувствовал себя еще хуже - его горло ощущалось как наждачная бумага, и пальцы гудели от электричества. Живот скрутило от тошноты, а колени, казалось, были вывернуты и перебиты. Он сделал еще один глубокий вдох, затем еще один и еще, при этом не отрывая взгляда от Люмин ни на секунду. И, наконец, она улыбнулась. Он послал ей улыбку в ответ, хотя та, наверное, могла показаться вымученной, потому что двигать ртом было невыносимо больно. Чайльд подумал, что еще никогда в жизни не выглядел настолько разбитым - от него наверняка пахло потом и кровью за километр, да и Грязное Наследие само по себе не могло быть привлекательным. Однако здесь, прямо в этот момент, Люмин ему улыбнулась. Она одарила его своим вниманием, мягким взглядом, наполнившим его грудь, и тогда Чайльду вдруг захотелось разорваться на части и покрыть стены эдаким кровавым проявлением любви. Голос Предвестника стал более-менее нормальным, хотя горло ужасно саднило от попыток заговорить. Он звучал так, будто был простужен, когда приоткрыл губы и выдохнул единственное слово: - Аякс. Люмин в недоумении склонила голову: - Что это? - Аякс, - парень хотел поднять руку, чтобы погладить ее щеку, но его конечности отказывались двигаться, - это мое настоящее имя. Глаза Люмин округлились: - Твое настоящее имя не Чайльд? - Что? Нет. - О... А я-то думала, что твои родители просто плохо умеют подбирать имена... - Замолчи, - он больше не мог это терпеть. Чайльд заставил себя вытянуть руку, игнорируя кричащие от боли мышцы, и зарылся пальцами в ее мягкие волосы. Щеки девушки порозовели, когда она села на землю рядом с ним и склонилась над его телом. Он никогда не видел кого-то прекраснее Люмин, даже если та была покрыта слоем пыли и собственной кровью. - Я… - Я люблю тебя, серьезно, я люблю так сильно, что не хочу ничего другого в этом гребаном мире, кроме тебя, - думаю, что слегка переборщил. - О, ты правда так думаешь? – она игриво приподняла бровь. - Ты чуть не убил меня и себя впридачу. - Люмин погладила его по щеке мягкими пальцами, наклонившись и прошептав. - Надеюсь, ты знаешь, что заслуживаешь этой боли, засранец. - Я люблю тебя. - Атмосфера, Аякс! Он прикрыл глаза от сладкого восторга: - Повтори моё имя, Люми. - Нет! Ты дурак. Вероятно, это правда так. Чайльд был не так умен, как ему казалось: если он хотел что-то сделать, то обязательно нашел бы самый серьезный, самый эффектный и самый анархичный способ решить этот вопрос. И Люмин, к счастью, ему доверяла. Даже сейчас, когда она наклонилась над ним и провела пальцами по его волосам - это было самое лучшее чувство в мире. Он мог бы утонуть и раствориться в нем без всяких сожалений. Они оба чуть не поубивали друг друга, но сейчас выглядели, как настоящие влюбленные. Возможно, именно это и значило быть соулмейтами. Что бы ни случилось, ничто не могло изменить течение Вселенной. Как мило и обнадеживающе. Теперь Тарталья мог спокойно перейти к плану Б, увидев воочию, насколько прощающей на самом деле была Люмин. - Эй, - Чайльд приоткрыл один глаз с лукавой улыбкой на лице, приподнял руку и вызвал Печать Согласия. - Мне пора. Ты бы могла ненадолго покинуть Ли Юэ? Люмин посмотрела на парящую Печать в его руке - она находила сотни таких во время путешествий - их охраняли Фатуи и они обладали бесконечной неконтролируемой силой. Со страхом, оседающим в животе, девушка нахмурилась: - Тебе это не надоело, Аякс? Разве ты не хочешь просто быть хорошим? Не особенно. Он заставил себя сесть, призывая остальные Печати парить вокруг него кольцом. Люмин в ужасе отшатнулась, на что Чайльд тяжело вдохнул: - Надеюсь, ты понимаешь, что это противоречит моим принципам, но у меня всё еще есть работа. Я обязан исполнять приказы Царицы. - Что ж, - Люмин попыталась улыбнуться, - раз я стала твоей девушкой, то тебе следует потакать моим желаниям, разве нет? Он замер: - ...Моей девушкой? - Ага. Но если ты не будешь делать то, что я хочу – это ненадолго. Как забавно, что его первые отношения продлились в общей сложности десять секунд. - Я должен пробудить Осиала, Архонта Вихрей, - Чайльд с трудом поднялся на дрожащие ноги. - Он заточен на дне моря около Каменного леса Гу Юнь. Это всё было Планом Б. Я хочу, чтобы ты знала, почему я сказал тебе не приходить в Золотую Палату. Люмин только фыркнула: - Ты просто понимал, что я тебя одолею, и тогда ты будешь вынужден лишний раз марать руки? - Совершенно верно, - вздохнул он с сожалением. – Как думаешь, когда этот древний бог снизойдет на Ли Юэ, Рекс Ляпис будет просто сидеть сложа руки и смотреть на гибель своего народа? - Я думала, ты уверен, что это я забрала Сердце Бога. - Теперь я понимаю, - он задумчиво приложил руку к подбородку, стоя на обломках их совместного разрушения, - что ты никак не могла добраться до него первой. Становится очевидно, что Рекс Ляпис каким-то образом остался жив. Это всё просто уловка. Люмин безэмоционально уставилась на него. Чайльд знал этот пустой равнодушный взгляд - он ощущал себя жалкой букашкой под ее подошвой. - А что, если он не появится? - Рекс Ляпис не позволит уничтожить Ли Юэ. - Так самоуверенно… - резко прошептала Люмин. - Ты готов убить семьи и детей ради Сердца Бога? - Если... Если этого хочет Царица, то да. - Мне тебя очень жаль. Я была готова простить эту битву, все предательства и ссоры, которые у нас были, но это? Этого нельзя прощать, - Люмин покачала головой, отвернувшись и вызвав еще один укол совести в его груди. Она глядела в землю и сжимала кулаки. - Надеюсь, ты понимаешь, что я сделаю всё возможное, чтобы остановить тебя. И после того, как это закончится, - холодный взгляд, которым девушка наградила Чайльда, буквально раздирал его горло, - я никогда больше не хочу тебя видеть. У него перехватило дыхание. Живот снова скрутило, а сердце болезненно пропустило удар. Казалось, что какая-то рука сжимает его внутренности, заставляя реагировать единственным известным ему способом: - Прекрасно, - Чайльд повернулся к ней спиной, призывая свои гидро-клинки. - Если ты действительно этого хочешь, то утони вместе со всеми. В любом случае, тебе лучше убраться отсюда. Утони. Именно туда – на дно - отправился и ее соулмейт. Чайльд покинул Золотую Палату с яркой вспышкой Гидро и кольцом древних печатей, окружавших его. Он рассмеялся, исчезая за дверьми, но Люмин знала, что этот смех был максимально фальшивым. Она прекрасно понимала, что парень был захвачен неконтролируемыми эмоциями, когда собрался призывать древнего бога и мог положить конец тысячам жизней. - Предположим, мне следует предупредить Нин Гуан… - вздохнула Люмин, поморщившись от боли. – И, черт возьми, у меня действительно дурной вкус на мужчин. Перешагивая через обломки и приближаясь к выходу, девушка бормотала различные проклятия себе под нос. Воздух все еще был тяжелым и наэлектризованным от водяных атак Чайльда с примесью Электро. Она вспомнила звук его голоса, когда он сказал, что любит ее, и могла только нахмуриться. Люмин просто не повезло, что ее судьбой из всех существующих людей оказался именно Тарталья. Итэр был бы так зол сейчас. Она вздохнула и побежала к двери. С колотящемся в горле сердцем и болью в теле, девушка покинула здание, уставившись в небо в поисках любого признака действий Чайльда. Внезапно мир вдалеке начал грохотать, озаряя небосвод яркой вспышкой. - Я точно отказываюсь от любви. Я просто вернусь к Хоффману - он не вызывает древних богов, когда ему заблагорассудится.