Райас. Луч надежды.

- Это безумие! – зло прошипела Имара, когда Энайя вернулась и сообщила о своем уходе. – Полнейшее безумие! Львица рассказала о своем разговоре лишь узкому кругу. Кроме Имары, рядом были Оити и Мейкна. Энайя понуро опустила голову. Подруги с негодованием переглядывались друг с другом. Львицы находились поодаль от пещеры и их никто не мог услышать. - В этом есть смысл, – произнесла Мейкна. – Зэмба здраво рассуждала. - Но на поиска Райаса могут уйти месяцы, – высказалась Оити. – Прошло много времени с его изгнания. Сейчас он может находится в любой точке земли, если не умер только. - И ты пойдешь? – хмуро спросила Имара, глядя на расстроенную напарницу. – Ты не обязана. Энайя все для себя решила. Она сделает это для прайда, а также для своей королевы. Львица видела, как сильно любила Хасара своего сына. И сейчас Энайя считала своим долгом попытаться вернуть Райаса домой. - Я пойду, – Энайя решительно посмотрела на подруг. – Вам придется меня прикрыть перед Джеро. Придумайте какую-нибудь историю. - С этим мы справимся, – вяло улыбнулась Мейкна. – Главное, себя береги. - Постараюсь, – кивнула Энайя. – Самое странное, что я буду путешествовать с гиеной. Меня явно сочтут чокнутой. Львицы рассмеялись над шуткой. Прайд был в нормальных отношениях с кланом Зэмбы, и на предрассудки им было глубоко плевать. Подруги еще немного поговорили, а потом разошлись. Энайе нужно было поспать – завтра ее ждет тяжелый день. Прощаться с семьей на неопределенное время будет нелегко. - Ты идешь спать? – спросила Мейкна у Имары. – Или тебя что-то беспокоит? Крупная львица посмотрела на ночное небо: - Будет ли этот поход иметь смысл? Мейкна понимала сомнения львицы. Она сама не верила в успех миссии. Райаса будет непросто найти, если это вообще возможно. - Мы ничего не теряем, – ответила главная охотница. – Энайю мы долго не увидим, но она вернется. С Райасом или без него. А сейчас пошли спать. Имара послушалась львицу и вместе с ней пошла спать. Завтра будет напряженный день и им всем нужны силы, чтобы прожить еще один восход и закат солнца. На следующий день львицы вели себя как обычно, чтобы ни у кого не вызвать подозрений. Джеро и Джитуку патрулировали территории и заодно искали Хасару. Отряд Мейкны сходил на охоту, но вернулся без добычи. Многие стада ушли с земель и добыть еду было тяжело. Энайя провела день с Имарой и Акини. Львенок не был похож на своего отца-тирана. Малышка была доброй и ласковой. Весь прайд любил ее и хотел защитить от угнетения Джеро. Но это не всегда удавалось и Акини порой доставалось от отца. Когда наступила ночь и все разошлись, Энайя и ее подруги двинулись к границе. Их там ждали Зэмба и Ашанти. Львицы попрощались с Энайей, едва сдерживая слезы. - Берегите друг друга, – попросила Оити, слегка всхлипнув. – И возвращайтесь поскорее. Мы будем по вам скучать. Зэмба и Ашанти тоже попрощались друг с другом: - Не цепляйся за ложную надежду, когда поиски приведут в тупик, – матриарх давала последние напутствия своей младшей сестре. – Верить нужно, но всегда стоит признавать поражение. Не затягивай с поисками, хорошо? - Я вернусь с Райасом, – Ашанти была полна решимости вернуться с другом. Она верила, что найдет его. – Береги себя, сестра. И позаботься о Хасаре и ее малышах. Зэмба кивнула. Ашанти и Энайя двинулись в свой долгий путь. Зэмба и другие львицы проводжали их грустными глазами. Никто не заметил, как на ночном небе ярче загорелась одна звезда. *** Джеро пришел в ярость, когда узнал о предательстве Энайи. Побег львицы показался ему подозрительным. Он заподозрил, что бывшая телохранительница решила укрыть детенышей и саму Хасару. И Джеро был уверен, что Имара заодно с ними. Имара стойко выдержала допрос короля. Даже рукоприкладство не помогло расколоть ее. Джитуку не вмешивался, лишь довольно ухмылялся. Когда с вопросами было покончено, Имара злобно сверкнув глазами в сторону короля, удалилась. - Выпустил пар? – спросил Джитуку. - Я до них еще доберусь, – зло прорычал Джеро. – Они пожалеют, что связались со мной. Король негодовал. Ему начало казаться, что земля уходит из под лап. Что его правление вот-вот закончится. Джеро начали сниться кошмары, связанные с гибелью отца. Лев не чувствовал себя виноватым и весь свой гнев он срывал на львицах и дочери. - Я верю в твой успех, – Джитуку потерся мордой об плечо супруга. – Возможно, Хасара уже достаточно далеко, чтобы быть угрозой. - Её львята – угроза, а не она сама, – фыркнул Джеро, успокаиваясь. – Они могут бросить мне вызов, когда вырастут. Я даже не знаю, кто у нее. Хорошо, если это девочки. А если нет? - Даже, если у нее два сына, нас трое, – пояснил Джитуку. – С тобой я и мой брат. А когда Джакони приведет моего сына, нас будет четверо. У детей Хасары нет шансов на победу, даже если прайд поддержит их. Джеро благодарно посмотрел на своего спутника. Он нежно потерся мордой о его морду. Король чувствовал поддержку и понимание со стороны Джитуку. Вопреки всему, они удержат власть в своих лапах. Пока Джеро и Джитуку наслаждались уединением, Мейкна вылизывала раны на теле Имары. Когти Джеро оставили несколько глубоких ран на шее львицы. Оити с ужасом смотрела на побитую подругу. - Ты как? – спросила Мейкна. – Очень болит? - Терпимо, – прорычала Имара. – Убить бы его! Мейкна и Оити встревожено переглянулись. - Почему.... Почему Мкуу не изгнал его, когда была возможность? – Имара ненавидела чувствовать себя беспомощной. На глаза навернулись слезы злости и обиды. – Почему за его ошибку должна расплачиваться мы? - Он был ослеплен, – обреченно сказала Оити. Она едва сдерживала слезы отчаяния. – Это его и погубило. - Зэмба права, – нехотя признала Мейкна. – Райас может спасти прайд от тирании Джеро. Мы должны верить, что Энайя и Ашанти приведут его домой. - Если будет куда возвращаться, – тихо прошептала Оити. – И мы не умрем от голода или от побоев Джеро. Даже сильные и стойкие львицы могут впасть в пучину отчаяния. Реальность жестока, и нужно держаться до самого конца. Не падать духом и верить в то, что есть выход из любой ситуации. Энайя начала свой нелегкий путь, полный опасности. Её борьба за дом началась. И прайду нужно держаться, сплотиться, выживать любыми силами. *** Джакони возвращался обратно вместо со своим племянником. Кваси уже был подростком, когда его решили забрать у матери. Он не хотел уходить, но выбора ему не оставили. Львица не особо любила сына и с радостью перекинула заботу о нем на плечи Джакони. Кваси был очень похож на отца, особенно глазами и ухмылкой. У молодого льва уже начала отрастать грива. На шее у него был шрам, который он получил от матери. Вертикальные зрачки как у Джитуку ничуть не пугали Джакони. - Зачем я понадобился отцу? – Кваси долго не решался задать этот вопрос. – Странно, что он вообще обо мне вспомнил. - Он хочет, чтобы ты стал его наследником, – ответил Джакони. – У короля есть дочь, и твой отец хочет обручить тебя с ней. - Я не хочу жениться! – взбунтовался подросток. – Я не марионетка в каких-то политических делах! Джакони остановился и тяжело вдохнул. Он сам не особо одобрял план брата о женитьбе детей. Но сын Джитуку и дочь Джеро могли укрепить их положение в прайде. - Успокойся, – попросил лев. – Акини славная девочка, она тебе обязательно понравится. Джакони видел, как Джеро обращается с дочерью. Он надеялся, что Кваси станет для Акини другом, а возможно опорой и защитой. Лев видел, что творилось в прайде. Уходя за племянников, он видет в какой запустенье превращаются земли короля. - Это не повод сводить меня с ней, – огрызнулся подросток. - Кваси, пока мы шли, мы лучше узнали друг друга, – начал говорить Джакони. – И я хочу сказать, что ты будешь нужен Акини. Ей не сладко приходится из-за отца. Я не прошу тебя любить ее, но я хочу, чтобы ты стал ей другом. В прайде нет других львят, которые могли бы утешить ее, подбодрить. Львицы заботятся о ней, как могут, но этого недостаточно. Я по сути никто для Акини, и поэтому не могу вмешиваться в ее воспитание. Я не одобряю методы Джеро, но он мой король. - Он такой плохой отец? – прищурился Кваси. - Тиран, – лев отвел глаза в сторону. – И будь готов к тому, что твой отец не лучше. Джакони заметил перемены. Джитуку изменился под влиянием Джеро. Любовь ослепила льва, а власть ожесточила сердце. Джитуку и раньше был суровым и жестоким из-за образа жизни бродяги. Это сломило его дух. Но обретя дом и статус члена королевской семьи, он совсем слетел с катушек. Джакони не узнавал своего брата, и не знал, что делать. - Мне уже хочется убежать от тебя, дядя, – с вызовом усмехнулся Кваси. – Хорошо, я присмотрю за Акини, раз ты меня об этом просишь. - Ты невыносим, – Джакони покачал головой. – Идем, нам недолго осталось идти.