История о том, как Антон в мужской монастырь попал

***

      Он стоял перед Арсением на коленях, смотрел в его голубые глаза и читал наизусть какую-то молитву. — Святой отец, всё ли правильно я сказал? — прошептал Антон.       Мужчина положил руку на его макушку, запустив пальцы в волосы, слегка сжимая пряди, приподнимая вверх, чтобы Антон встал с колен, что парень и сделал. — Всё правильно, мой мальчик… — мужчина прикрыл глаза, подтягивая юношу к себе за поцелуем и…       — Шастун! Шастун, матерь божья, да простит меня Господь! — Арсений стоял рядом, положив руку на его плечо и слегка тряс. — А! Что такое?! — парень резко открыл глаза, тяжело дыша и сел на кровати, осматриваясь по сторонам. — Ты просто невыносим… Димитрий не смог вызволить тебя из царства сна, — кивнул на мужчину, стоящего возле окна и что-то рассматривая там. — Антоний спал крепко… Шептал что-то похожее на молитву… — задумчиво произнёс Позов, именно такая фамилия у него была. — Антоний? — парень поморщился. — Это церковная форма твоего имени, — пояснил Арсений. — А она обязательна в употреблении? Мне совершенно не нравится, как это звучит… — в голову пришла мысль о том, чтобы своей ладонью накрыть руку мужчины, которая по-прежнему лежала на плече парня и сжимала его, только это было… нежно… в какой-то степени и совершенно не так, как при первой встрече. — Твоё право. Ты можешь принять его или отвергнуть, благо за это нет кары божьей. — слегка погладил плечо юноши и наконец убрал руку. — Тебе пора идти на обед. Переодевайся быстрее, Димитрий тебя отведёт, — слабо кивнул сам себе и покинул комнату.       Антон просидел на кровати несколько минут, обдумывая всё происходящее, а после взял с тумбы мантию и положил рядом с собой, начиная стягивать с себя одежду, но остановился и посмотрел на мужчину, — А Вы так и будете здесь стоять? — Вас это смущает, юноша? — слегка удивился. — Нет, просто… — Тогда не задавайте лишних вопросов. Пока на обед не придёте Вы, никто не имеет права притронуться к еде. Таковы правила. — Ой, простите… — Антон быстро переоделся и вместе с Димитрием они прошли в столовую.       Людей было не так много, если сравнивать со школой, да и возраст у всех был разный, начиная от 18 и заканчивая 55 годами. Столов всего было 4 и за каждым сидело человек 16. Антон взглядом нашёл свободное место и осмотрелся, в поисках знакомого лица, но так и не нашёл его, потому что Позов слегка подтолкнул его в нужном направлении, твердя, что обед парень задерживает уже на несколько минут. Шастун в очередной раз извинился и прошёл за своё место.       В обеденный зал пожаловал Арсений и встав по середине начал произносить что-то на своём церковном. В ответ последовала молитва, которую трудники произносили хором. Что-то вроде благодарства Богу за то, что он даровал им такую чудесную жизнь. Это всё, что Антон смог понять, наблюдая за этими «чудиками». Закончилось всё тем, что Арсений благословил их и все наконец-то принялись за еду. — Обед значит, ага… — тихо произнёс парень, изучая суп ложкой. Хотя супом это было трудно назвать, ни мяса, ни следов от овощей. Бульон был слабо-жёлтого цвета, а сверху плавало несколько нарезанных соломкой листьев капусты. Антоний перекрестился, как бы иронично это не выглядело и осторожно попробовал суп с самого краешка ложки. — Фу блять… — также тихо сматерился и поморщился. — О существовании соли вы видимо также не знаете. — отложил ложку в сторону, обречённо смотря на тарелку.       На плечи легли тяжёлые руки и Антон вздрогнул. Арсений наклонился к нему и прошептал на ухо, — Антон, не ругайся матом, пожалуйста. — Арсений, я… — он обернулся, но позади никого не было. Сердце почему-то бешено забилось и парень вновь уставился в тарелку, просто для того, чтобы не привлекать лишнего внимания. «Дожили… И когда я умудрился шизофреником стать?»       Через 14 минут, Димитрий объявил окончание обеда и после очередной молитвы в знак благодарности за вкусный обед, трудники покинули столовую, направляясь в свои комнаты. — Антоний, Вас попрошу остаться. Вы, как новенький, должны вымыть всю эту посуду. Добрые дела очищают душу раба божьего от грехов. — Всю?! — Не волнуйтесь, юноша, это не займёт больше 3,5 часов, — также спокойно проговорил Позов.       Хотел сматериться, но вовремя опомнился, поэтому лишь громко вздохнул. — Забирайте по несколько тарелок и несите в кухню. Там всё моете и идёте за очередной партией. Я вернусь ровно через 3,5 часа и если Вы не закончите к этому времени, то я нагружу Вас дополнительными занятиями. Всё ясно?       Зеленоглазый обречённо вздохнул и взяв первую партию тарелок отправился в кухню. Она не была особо большой, но вполне уютной и отчасти красивой, в отличие от всего здания. Антон включил воду и принялся мыть посуду, сам не замечая, как вновь погружается в мысли. В реальность он вернуться смог только тогда, когда перед глазами мелькнул чей-то силуэт. Парень потряс головой и заметил Арсения, рукава его мантии были закатаны и теперь можно в полную меру лицезреть его накачанные руки, вот только ему показалось, что на предплечьях пастора были шрамы, но он всё же решил, что ему лишь показалось. Антон понял, что начал жалеть о том, что эти религиозные фанатики носят этот балахон, но всё-таки надеялся, что в свободные от формы дни, сможет увидеть мужчину в повседневной одежде. — Так и будешь стоять? — моет тарелки за Шастуна. — Простите, опять я в мысли свои ушёл… — каким-то растерянным голосом протараторил Антон и убежал в столовую, забирая больше тарелок и по возвращению, намывая их. — А разве Димитрий не будет зол на Вас за то, что Вы… Ну… Мне помогаете… — Димитрий не давал запрета на помощь тебе. Сам же понимаешь, что не управишься за такое время, — наконец-то искренне улыбнулся и посмотрел на парня.       «Мама, я в раю? Если нет, то почему я вижу ангела?..»  — Антон? Ты в порядке? — мужчина вытер руки о полотенце и приблизившись к Антону, слабо побил по щекам, заглядывая в его зелёные глаза. — А? — замер, смотря на Арсения в ответ и понимая, что его голову нежно держали. — Ты в порядке? — повторил свой вопрос мужчина, отпуская юношу. — Угу… — слабо кивнул и отвёл взгляд в сторону, потому что понимал, что ещё немного и окончательно утонет в этих голубых глазах. — По этой причине у тебя были проблемы с обучением? Уход в свои мысли чаще всего говорит о замечательном воображении человека, но сам видишь, если покидаешь наш мир в неподходящий момент, то ничем хорошим это не заканчивается. Так что? — вновь взглянул на него, изучая каждый миллиметр видимой части тела. — Нет… Просто… В школе образование было гнилым, как и сами люди. Не только одноклассники, но и учителя, — отмахнулся, принимаясь за мытьё последней партии тарелок, ведь время за разговором пролетело быстро. — Да. — вздохнул, — Наше образование не сравнится ни с каким другим. К сожалению. — хотел раскатать рукава, но заметил, как Антон старается незаметно поглядывать на его руки, поэтому лишь тихо ухмыльнулся своим мыслям и оставил всё как есть. — В любом случае, как видишь я здесь, — осознал, что перешёл на ты и прикрыл рот ладонью, испуганно взглянув на Арсения и ожидая реакции, но мужчина промолчал… — Как видите… Извините… — вовремя закончил с последней тарелкой и упал на колени, склонив голову вниз. — Антон… — сдержался, чтобы не взять его за подбородок и заставить поднять взгляд на себя. Вместо этого всё же вернул рукава в исходное положение и убрал руки за спину. — Я обещаю, что научусь фильтровать свою ре… да твою ж… — снова закрыл рот ладонью.       И он не сдержался… Он подошёл ближе и взял его за подбородок, аккуратно приподнимая голову. — Я научусь следить за своим языком… — отлично сказано, Антон.       Либо ему показалось, либо Арс и правда тихо рыкнул на него, поднимая с колен, всё также не отпуская и прожигая взглядом. Парень чувствовал, как его тело с каждым действием обмякало всё больше и больше, он не мог двигаться сам, им управляли словно марионеткой. — Скажешь Димитрию, что справился раньше. Сам. — наконец-то отпустил его, отчего Антон чуть не упал обратно на пол, но всё же смог удержаться на ногах. — Мне придётся солгать?.. — Он придёт через 9 минут, — проигнорировав вопрос парня, Арсений быстро покинул кухню. — Что это блять сейчас было… — приложил пальцы к пульсируещему виску и зажмурился, — Просто сон… Глупый сон… Твои глупые фантазии…       Позов и правда пришёл через 9 минут, удивляясь, как Антон успел всё вымыть, ибо посуды было и правда много. — Если Вы солгали, Антоний, знайте, Бог всё видит, — с недоверием посмотрел на Шастуна. — Но что сделано, то сделано. Можете возвращаться к себе в комнату. Мы позовём Вас немного позже. — Спасибо, Димитрий, — поклонился ему и быстро удалился в сторону своей комнаты. Там Антон упал на кровать и закрыл глаза, в очередной раз обдумывая произошедшее и сравнивая это с недавним сном, который на удивление запомнил очень хорошо.