Песнь о цветке алого неба

— С-СТРАЖА… — неожиданно для себя просипел Тэхён и ужасно испугался, что не смог закричать. Попятившись, он вновь набрал в лёгкие воздух и закричал. Чимин же, видя всю эту картину тут же ринулся к Тэ, как только нога слуги шагнула назад. Пак очень вовремя закрыл парню рот, ведь Тэхён чуть не закричал, а после утащил слугу к себе закрыв дверь. — Тэ, прошу, тише, не кричи, — умолял Чимин, шепча тому и попутно осматриваясь, — успокойся, я всё тебе объясню, — тараторил Чимин, однако Тэхён с агрессией оттолкнул от себя Чимина. — Где моя Госпожа?! Кто вы?! — срывался Тэхён, от чего Чимин вновь накрыл его рот своей ладонью и повалил Тэхёна на пол. — Тшшш, ну сказал же не вопи, тут она, здесь, прямо перед тобой, — прошипел Чимин, а после быстро встал и схватил подкладку под грудь. — Моя Госпожа — девушка, — зашипел Тэ, — а ты! Ты…- Тэхён вновь был готов кричать, однако на его глазах парень начал переодеваться и через минуту, перед Тэ стояла его госпожа, Принцесса Хваёнг. Тэхён дар речи потерял. — Да, я твоя Госпожа, — вздохнул Чимин и взялся за голову, — боже, ты не должен был знать, чёрт, — ругался Пак. — Что?! Тык Вы! — снова завопил Тэ, а Пак тут же прикрыл ему рот. — Ким Тэхён, честное слово, я тебе язык отрежу, не кричи, нельзя, чтобы меня раскрыли, иначе я и моя семья, покойники, — зашипел Чимин, он впервые угрожал Тэхёну, но ситуация не позволяла сделать иначе. И как только Тэхён кивнул, пообещав, что больше так не будет, только тогда Пак убрал свою руку. — Эм… Господин, а кто Вы? — уже более спокойно и не крича, спросил Тэхён. — Тут, я Принцесса Пак Хваёнг, а так, моё настоящее имя Пак Чимин, я её брат, — вздохнул Пак и сел рядом со слугой. — Как так-то? Как вам удалось всех обмануть? Кто ещё об этом знает? Зачем вам подобное? Подождите, получается, я всё время ухаживал за парнем? — тут же посыпался град вопросов от Тэхёна, а Пак лишь молча сидел и слушал, всё равно ему рассказывать всю историю. — Если совсем кратко, то я её брат, она очень боялась Императора, от чего я вызвался пойти сюда вместо неё. Мы с Хваёнг близнецы, поэтому притвориться ей мне не составило труда. Что касается Императора, да, он знает, так же знает и Чонгук с Хосоком, — Чимин рассказал всё, а Тэ сидел и внимательно слушал. — Теперь я понимаю Вашу неприязнь к Императору Юнги, — вздохнул Тэхён. — Нет, её больше нет, наверное, — как-то неуверенно ответил Чимин. — Если всё так, почему бы Вам не связаться с Вашей сестрицей и рассказать каков Император на самом деле? — поинтересовался Тэхён, — ведь ей теперь нечего бояться и Вам. — Нет, сейчас тем более нельзя, Тэхён, данная ситуация не позволяет мне сделать этого, то, что происходит во дворце…моя сестрица не справиться, её затравят, у неё с детства было слабое здоровье, она как маленький нежный цветочек, — когда Пак рассказывал о своей сестричке, на нём сияла нежная улыбка, самая добрая и заботливая какая только могла быть. — Вы так любите свою сестру, — умилялся Тэхён, смотря на лицо Пака, — это так благородно, ради её счастья пожертвовать своим, а ещё так грустно. — Хах, нет, я не грущу, у меня тут всё хорошо, видишь ли, мы близнецы с сестрой и оба как одна капля воды, вот только пол разный, от этого родители очень любили сестричку, а меня особо не жаловали, какой из меня грозный воин? Даже мой наставник сказал, что мне не подходит быть воином, однако научил меня владению катаной в таком стиле, но меня всё устраивает, — улыбался Чимин, а Тэ смотрел на него с восхищением. — Господин, Вы ангел? — прослезился Тэ, а Чимин опешил. — Что? С чего ты взял, — неловко захихикал Пак. — Тогда почему Вы сияете? — заплакал Тэхён и Пак перепугался. — Тэ! *** — Господин…кхах, Госпожа, Вы уверены, что хотите выйти, Вам бы отдохнуть, — беспокоился Тэхён, однако послушно помогал Чимину собраться. — Мне бы с Императором Юнги поговорить, чем быстрее я это сделаю, тем лучше будет, — объяснил Чимин, — пошли Тэ. — Да, — Тэхён поспешил за Паком, попутно добавляя в волосы украшение, — н-но сейчас будет очень трудно увидеться с Императором, в свете последних событий он загружен работой, да и Вам бы стоило отдохнуть, у Вас лицо уставшее и Вы три дня толком и не ели, — беспокоился Тэ, но Чимин был непреклонен, сейчас важно помочь Юнги, а его дух и тело подождёт своей очереди. Чимин гордо шёл по заснеженному саду, проходя мимо наложниц, что охали и ахали при виде его. Большинство сменили ненависть — на милость и искренне благодарили Чимина за спасение, а Пак лишь мило отвечал, попутно интересуясь их здоровьем. — Госпожа Хваёнг, Вам бы о себе беспокоиться, — ответила одна из наложниц. — Точно-точно, Вы так бледны, — согласилась вторая и все попутно, как болванчики закивали. Лишь Тэхён недовольно смотрел на двуличных наложниц, ведь он прекрасно помнил, как те обращались к принцессе Хваёнг, вот только ради госпожи ничего не говорил. — Что тут происходит? — вопрос, который прозвучал довольно холодным тоном, резко перекрыл лепет наложниц, а Чимина заставил поднять голову. Перед ними стоял Император Юнги, рядом же был Главнокомандующий Чонгук, Вдовствующая императрица и Монарх страны-союзницы. Как же Чимин хотел поговорить с Юнги, он бы сейчас всё отдал бы, чтобы он и Юнги остались наедине. Пак Чимин упал в безнадёжные раздумья, а наложницы и слуги не осмелились и слова высказать. — Вас спросили, что тут происходит? Почему такой гомон стоит посреди сада? Что за бескультурщина? Вы же наложницы Императора, — продолжила напирать Вдовствующая Императрица и от этих слов, Чимин очнулся. Пак не выносил этот голос, за столько дней, проведённых во дворце, он уже полностью убедился, что эта коварная женщина готова пойти на всё ради своей выгоды. — Хах, как грубо, — по-доброму улыбнулся монарх, — просто эти дамы наверняка благодарят эту прекрасную девушку за их спасение, я думаю это естественно, — басисто, но очень добро посмеялся мужчина. — Да, это моя вина, сестрицы просто обрадовались мне, да и я решила поинтересоваться как они поживают, — очнулся Чимин и отведя взгляд с глаз Юнги, почтительно поклонился, — просим прощения, за столь невежественное поведение, а также хочется узнать, как Ваше здоровье Госпожа Вдовствующая Императрица, не ранены ли Вы? Не добрились ли до Вас эти злые люди и не побеспокоили ли Вас? — тут же влился в свою роль Пак Чимин, а вдовствующую императрицу так и исказило, только Чон и Тэ насмешливо усмехнулись и дабы никто подобного не увидел, оба склонили и отвернули головы. — Спасибо за Ваше беспокойство Наложница Пак Хваёнг, я была очень обеспокоена данным событием, однако и к счастью, я уцелела, — ответила Императрица и разговор бы наверняка продолжился если бы не Юнги. Юнги молча спустился и подошёл к наложнице Хваёнг, не смея сводить с неё взгляда. — Почему ты тут, на улице? Немедленно возвращайся в свои покои, — эти слова прозвучали так холодно, от чего Чимин съёжился, а в сердце больно кольнуло. На такой выпад все застыли и не решались что-то сказать, однако иностранный гость вмешался. — Господин Юнги, а не жестоко? Почему вы гоните эту прекрасную девушку? Пусть она пойдёт с нами, я уверен, с ней есть о чём поговорить, вот мне бы хотелось побольше узнать о её стиле владения катаной, в бою она была прекрасна, — вмешался мужчина, но Юнги был непоколебим в своём решении. — Нет, — громко и чётко ответил Юнги, всё так же смотря в глаза Чимину, а после и вовсе взял Пака за руку одной рукой, а вторую положил ему на щёку, — Наложница Хваёнг очень бледна, сами посмотрите, я прекрасно понимаю Вашу позицию, и я с Вами согласен, она должна пойти с нами, но на данный момент, я бы очень хотел, чтобы она ушла в свои покои и хорошо отдохнула, — от этих слов у Чимина, будто камень с души упал. Император Юнги не не хотел его видеть, он просто переживал за его состояние, от этого Паку стало намного легче, но вот только желание поговорить не пропало. — Да Господин, — Чимин покорно принял волю Юнги и собрался уже уйти. Как неожиданно для всех, Юнги вновь снял свою тёплую накидку и укрыл ею Чимина. — Ким Тэхён, проведи Наложницу Хваёнг в её покои и позаботься о том, чтобы она приняла надлежащее лечение и хорошо отдохнула, — от услышанного у Чимина на лице появился отчётливый румянец, а остальные начали перешёптываться. — Да, Ваше Величество! — громко и чётко ответил Тэхён и осторожно подхватив Чимина, повёл его в сторону дворца, даже не дав ему попрощаться. Минутное молчание разорвал хохот мужчины. — Вот она, истинная любовь. *** Пак ходил по своей комнате, мельтеша на месте, ему было ужасно приятна забота Императора, он даже поспал, укрываясь накидкой императора, так как запах Юнги был изумительным, но Чимин очень хотел поговорить с Юнги, ему было это жизненно необходимо. Постоянное мельтешение в тёмной комнате с тусклым светом от свечей, прервал знакомый голос. — Я же вроде тебе приказал отдыхать, — Пак тут же повернулся в направление источника и был несказанно рад. — Господин! — без раздумий Чимин кинулся к Юнги и обнял того, — Господин, я должен вам кое-что рассказать, — начал было Чимин, однако Юнги его прервал. — Ты такой бледный и похудел, мне это не нравится, а что касается того что ты хочешь сказать, я хоту услышать это немного позже, а сейчас, мы кое-куда сходим, — улыбнулся Юнги. Пока Чимин смотрел в глаза Юнги, он заметил, как яркий карий глаз сверкнул, Паку на секунду показалось что и бледный глаз тоже засверкал. — Х-хорошо, — согласился Чимин, и убедив себя, что как только Юнги всё сделает, он сразу ему все расскажет. Пак пошёл за Юнги, попутно укрывшись всё той же накидкой, что Юнги и отдал ему утром. Немного погодя Юнги привёл Чимина на заснеженный берег с небольшим скоплением льда, а рядом стояла лодка. Юнги молча помог Чимину туда забраться и после того, как сам туда залез, так же молча повёл лодку в неизвестном для Чимина направлении. Морозная ночь, беспощадно пробиралась сквозь плотный ткани, от чего Чимин порой ёжился. Это не ушло от зоркого глаза Юнги. — Потерпи немного, скоро мы придём туда, куда нужно и тебе станет теплее, — слова Императора немного озадачили Чимина, на улице было так холодно. Неужели они направлялись в какой-то отдалённый дом? Всю дорогу Чимин лишь гадал, куда Император Юнги его ведёт, да ещё и с такой загадочной улыбкой на лице? Когда лодка ударилась о берег, Юнги протянул руку Чимину и помог слезть с неё, Паку только и осталось, что краснеть. — Господин, я ведь и сам могу, всё хорошо, — смущался Пак такой заботой от Юнги. — Смотря на тебя, я не могу сказать, что у тебя сейчас много сил, ты стал намного легче, ты хоть питался? — поинтересовался Юнги, идя вперёд и ведя за собой Чимина. — Да, — очень тихо ответил Пак, внимательно наблюдая за тем, как заснеженная обстановка постепенно начала меняться. — Пак Чимин, я совсем тебя разбаловал, раз ты смеешь мне так нагло врать, — уже более строже отметил Юнги. — Я начал питаться, просто по совету лекаря Хосока, порции еды нужно увеличивать постепенно, — начал оправдываться Чимин, — Господин, мне нужно вам кое-что сказать, это очень важно, — вновь принял попытку Пак и снова потерпел неудачу, Император Юнги резко остановился и вытянул Чимина вперёд, открывая вид на весьма загадочную арку, от которой тянулась каменная дорожка. — Это подождёт, просто иди пока вперёд, — прошептал Юнги, после чего подтолкнул Чимина. Пак осторожно ступал по каменной дороге. Хоть это и были серые плиты, то, как они лежали на камнях не давали уверенности в том, что они устойчивы. Таким образом небольшая каменная тропа переросла в пещеру, но то что было в конце поразило Чимина. Как ранее и говорил Император Юнги, скоро Паку станет теплее, так и было. Уже в середине пещеры стало очень тепло, от чего Чимин снял тяжёлую и тёплую накидку с плеч, а когда пещера закончилась, взору открыли высокие стены, что поблёскивали от лунного света в ночи, который падал через отверстие в потолке, а в центре пещеры, окружённой горячими водами, стояло красивое дерево, но самым волшебным было то, что оно не покрылось снегом и не замёрзло, оно цвело. У Чимина дух перехватило от безумно красивого вида. — Смотрю ты оценил красоту, — хмыкнул Юнги и взяв Чимина за руку повёл к дереву. Земля, усыпанная лепестками цветов с дерева, была такой мягко, а главное тёплой и немного влажной, Чимина это восхищало, от чего он не мог подобрать слов восторга тому, что он сейчас лицезрел, а Юнги и не стал дожидаться ответа. Юн взял в свои руки, руки Чимина и закружил, а затем упал на землю, утянув с собой Пака. — Ах! — воскликнул Чимин упав на Юнги, а затем спохватился и поспешил слезть, — простите, — но Юнги не позволил Паку слезть с него. — Что с тобой? Ты вновь стал таким робким и покорным, — ухмыльнулся Юнги. — Разве вы на меня не злитесь? — вдруг спросил Чимин, а Юнги непонимающе посмотрел на него. — За что я должен быть зол на тебя? — Как же? Я ослушался Вашего приказа, вышел и принял участие в сражении, а ещё и не убил людей, которые возглавляли убийц, — пояснил Чимин, однако Юнги лишь засмеялся. — Прости, — улыбался Юнги и осторожно убрал локон выбившихся волос у Чимина, — ты наверняка так подумал, потому что я ни разу за всё это время тебя не навестил, я просто не мог отлучится, — Юнги хотел продолжить, но остановился, так как увидел шокированный взгляд Чимина. — Вы… — Что я? — приподнял одну бровь Юнги. — Ваше величество, Вы только что попросили прощение у Вашей слуги, — объяснил Чимин, и даже как-то весьма серьёзно. — Хах, вот именно Пак Чимин, ты первый человек, который услышал моё искреннее извинение, — прошептал Юнги и сел, подтянув к себе парня, — что же ты со мной сделал? — Я ничего с Вами не делал, Ваше величество, просто я не считаю, что то, что люди о Вас говорят, там, истинной правдой, Вы не такой, — заключил Чимин. — Почему? Разве я не удерживаю тебя тут, я же тебя шантажирую, в добавок, моё лицо говорит всё само за себя, — хмыкнул Юнги, прищурив невидящий глаз. — Не важно, — тихо прошептал Чимин, — я так много общался с Вами, и я понял, Вы не такой, Вы очень добрый, Вы правитель, который заботится о ваших слугах и народе, а этот шрам, — продолжал шептать Чимин и осторожно, очень нежно коснулся шрама у глаза. — Ужасный? — усмехнулся Юнги, будто зная ответ. — Нет, — отрицательно покачав головой, ответил Чимин, — он, по-своему красив, он не пугает, он вызывает интерес, как Вы его получили? Если вам больно об этом говорить, то… — В бою, я получил его в бою с отцом, так он закалял мой дух, но закалил так, что лишил меня одного глаза, — рассказал Юнги. — Он болит? — Нет, — оба не могли отвести друг от друга глаз, разговаривали как заворожённые, пока Юнги не сделал первый шаг, — что же ты со мной сделал? — прошептал Юнги, после чего впился в нежные губы Чимина, скинув накидку на землю, Юнги уложил Пака на неё и был не в состоянии остановиться. Манящая внешность, сладкий аромат, красивое место, спокойствие, как бы Юнги хотел тут остаться с Чимином навечно.