Убить или умереть: призраки не боятся пуль

Мужчина, важный на вид, ухоженный и высокий, расхаживал по квартире. Его восемнадцатилетний сын, которого он давно хотел отселить от себя, но, по каким-то своим причинам, не решался на это, засел в своей комнате и громко ругался с отцом. —...мелкий сучёныш, - злился Сакаэ Ичиносэ и, сжимая кулаки, готовый отвесить сыну оплеух, тяжело вздыхал и выдыхал, - ты можешь хоть раз выполнить мою просьбу? Сын громко прокашлялся и лениво ответил: — Я хочу остаться дома. Что мне твои «походы к вааажным люююдям? - он специально протянул последние слова, дабы поиздеваться над отцом: — И вообще. Я не дочитал книгу... Отстань от меня! Сакаэ Ичиносэ взглянул на время - до встречи оставалось полтора часа, и он, взбесившийся и злой, размахнулся и ударил ногой в дверь: — А ну вышел! Ты идёшь со мной и точка! Эгоист эдакой! Там его накормят, напоят, а он дома решил остаться! Имей уважение, придурок!!!! Эти слова сразу возымели действие. Собственно говоря, Гурэн про себя улыбнулся, вышел к отцу весь растрёпанный, однако, сохраняя спокойствие и приличие, он поправил футболку и пальцами показал знак «О'кей», а потом «супер» и быстро ответил: — Не злитесь так, папаша! Чуть свет - уж на ногах! И я у ваших ног! Секунда-другая, и буду готов! Отец скривился из-за поведения сына и помотал головой, дескать, не хорошо такое вытворять. Порой подобные выкрутасы его отпрыска сильно бесили. Да что уж там... Невыносимо бесили! Мужчина оделся в выглаженные цвета газовой сажи брюки и рубашку жемчужного цвета. Да, выглядел он солидно. Ичиносэ младший выглядел примерно также, только рукава закатал, как работник на заводе. *** Коджи Хиираги, взяв жену под руку и позвав сына, вышел за пределы дома, и все трое пошли: — Веди себя прилично, Шинья. - вымолвил он и кивнул жене. — Конечно, отец. - блондин улыбнулся. Парень выпрямил спину и погладил рукой пиджак - вроде складок нет. — Шинья, - ласково начала женщина, мать блондина, - сегодня твоя судьба изменится... Как, впрочем, и дальнейшая жизнь. Ничего плохого не будет, поверь мне. - и она, поправив белоснежные пряди волос, улыбнулась. Напомаженные губы хотели было прикоснуться к щеке сына, но тот отошел и сложил губы в хитрую улыбку, адресованную матери. — Знаю. - он слегка поклонился своей красавице-маме и ушел вперёд, подальше от родителей. *** Вечер обещает быть весёлым и шумным. Гости подтягивались к коттеджу с огромной территорией, устланной травой и цветами. Здесь в основном находятся богатые семьи или семьи древних родов - проще говоря, элита общества с набитыми кошельками. Ичиро Мацумото лениво потянулся - он давно уже всё обошел, выпил понемногу всякого алкоголя, и теперь он решил походить и переброситься парой слов с другими гостями. — ...ну нет, Саюри-тян, миллионы я не гребу... Тебе такой не нужен? Ну и иди в жопу, тупая пизда! - он проговорил это тихо, почти про себя. От здешних дам, честно говоря, Мацумото не был в восторге. Они лишь ходили и виляли жопами с целью подцепить богатого юношу или найти себе «папика». Были тут и пары. Некоторые стояли и травили анекдоты, а потом громко и показушно смеялись или, даже, ржали, почти как лошади. Играл живой оркестр, журчала вода из фонтана и Мацумото, глядя на всё это, расслаблялся. Он достал из портсигара тонкую сигарету с золотой гравировкой на фильтре и дёрнул усы. Мужчина решил сродниться с мыслями, обдумать некоторые вещи. Не успев обмозговать всего одну вещь, да и то, она не была особо важной, Ичиро Мацумото выкинул окурок и нахмурился. *** — Ну, и что тут делать? - окинув окружение взглядом, Гурэн с возмущением сложил руки и надулся. Ему представлялись виды пьяных гостей, глупые разговоры и предложения. Парень ожидал ответа от отца, который молча на него смотрел. Сакаэ Ичиносэ призадумался. Он поправил рубашку, ремень, почесал крыло носа: — Всё, что хочешь. Только не создавай балаган. - отец похлопал сына по плечу, дескать, дальше дело за тобой, а меня не трогай. После он ушёл, оставив Гурэна. *** — Ладно, я пойду! - Шинья, как только ступил на территорию, где ныне проводится вечер с выпивкой и прочим, решил сразу же уйти от родителей. Ну, действительно, что с ними делать?.. Скука с ними, вот что. Парень улыбнулся. Его взгляд быстро нашёл столик с наполненными шампанским и вином бокалами. Он медленно, держа ровно осанку и голову чуть приподнятой, тихо пошёл к столику. Краем глаза он осматривал девушек, что нарядились, как павлины - пёстро и ярко. Вечер только начинается, но нужно успеть всё осмотреть, попробовать. Собственно, за этим он сюда и пришёл. *** Гурэн встал у дерева, что находилось в стороне от всего этого шума и плясок. Он достал сигарету, покрутил в руке и, обречённо вздохнув, сцепил её губами. Изящные пальцы другой руки расчесали пряди иссиня чёрных волос: «Самые лучшие праздники - те, что происходят внутри нас...» - Ичиносэ вдохнул полной грудью. Отца он уже не видел, наверное, разговорился с кем-то и вовсю выпивает за то и за сё. Но парень был рад за своего родителя. Отдых - это всегда здорово, особенно для его отца. Мать уехала на две недели в Париж, так что она по-любому не смогла бы присутствовать вместе с ними на этом пиршестве, полном людей, выпивки и еды. Стрекотали цикады, обвив тонкими лапками ветки деревьев - наступила ночь, и вылезли её обитатели, находящие спокойствие лишь в это время суток. Эти насекомые будто создали свой «хор», полный различных, нескладных звуков, и теперь, Ичиносэ вслушивался во всё это - вот она природа. «Эх...» - Гурэн выдохнул. Скука одолела его. Он увидел, как рядом разгуливал парень примерно одного с ним возраста - чудаковатый на вид, стройный, он ему сразу не понравился. Брюнет взял новую сигарету и облокотился спиной о дерево, чувствуя спиной все изгибы коры. — Здарова! - выкрикнул ему пришедший. Парень тряхнул своими белоснежными волосами и разошёлся в улыбке. Гурэн же, поглядев на него всего несколько секунд, нахмурился и складки покрыли его лоб. — Ну здарова. - он сделал пару затяжек и опустил руку вместе с сигаретой вниз: — Будешь? - Ичиносэ с вызовом улыбнулся - его фиалковые глаза сверкнули и он взглядом показал на сигарету. Юноша, одетый в костюм, отрицательно помотал головой: — Нет, спасибо. - и он слегка поклонился. — Да кто ж кланяется в деловом костюме незнакомцу? - Гурэн усмехнулся и провёл языком по губам. Тотчас блондин встал в ступор. На него перестали обращать внимание - Гурэн вновь прикрыл глаза и продолжил курить, выдыхая дым. — Я - Шинья Хиираги. - представился незнакомец и его голубые глаза сверкнули белым светом. Ичиносэ открыл глаза и, словно отмахиваясь от парнишки, небрежно ответил: — Гурэн Ичиносэ. Оба обменялись рукопожатиями. Шинья долго думал как продолжить разговор, потому что, глядя на Гурэна, он понял, что тот говорить или поддерживать диалог не хочет. — И как тебе вечер? - брюнет недовольно, полный возмущения, выдавил из себя этот вопрос. Он взял новую сигарету, отчего у голубоглазого брови взметнулись наверх. Шинья хлопнул несколько раз глазами - несколько тонких длинных ресниц упали на его щёки: — Никак. Ничего особенного. И оба в который раз замолчали. Ичиносэ, тихо зевнув, пошёл обратно. Увидев это, Шинья, однако, тоже двинулся с места и пошёл за ним. Они пробирались сквозь толпу девушек и других гостей. Гурэн то и дело возмущался тому, что пышные наряды «этих девок» занимают много места, и мы, в конце-концов, не в девятнадцатом веке, чтобы разряжаться как императрицы: — Тьфу ты! - стряхивая с штанов блёски и перья, прилипшие от платьев, Гурэн посмотрел на руки. — Да уж, неприятно. - Шинья усмехнулся и кинул взгляд на Гурэна. Парень снял с себя пиджак и отошёл, чтобы повесить. Но, к сожалению или же, к счастью, быстро вернулся. «Да ёбанный нахуй, - Ичиносэ младший почувствовал раздражение, - а этот-то чего прилип?..» - подумал он и тут же вновь пришел к состоянию спокойствия. — А теперь кавалеры приглашают дам на танец, ну, или дамы хватают мужчин и пускаются в пляску! - задорно выкрикнул мужичок, по-видимому, местный тамада, успевший налакаться и конкретно войти в образ. *** — ...Изуми, слышишь, я беру вон того блондинчика, а ты - брюнета. - девушка улыбнулась: — По рукам, Мако. - подружка хихикнула и поправила бюстгальтер, при этом не забыв причмокнуть губами, сияющими от яркой помады. Гурэн и Шинья не заметили как к ним прилипли две девушки, обхватив их руки своими: — Потанцуем? - спросила одна. — Не стесняйтесь, всего один танец! - пропела другая: — Только прошу, не отнекивайтесь словами о том, что не умеете танцевать. Такой молодой человек, как Вы, точно умеет! - и девушка улыбнулась. Слова про неумение танцевать были адресованы Гурэну. Он не то чтобы не умел танцевать - этот юноша всего один раз в жизни танцевал вальс, и то, на репетиции в детском саду для утренника, да и вальсом тот танец назвать было сложно. И всё же, это было очень давно. *** Когда все встали на позиции, готовые тут же окунуться с головой в танец, Изуми слегка поклонилась и протянула тонкую, такую хрупкую ладонь Гурэну. Она смотрела на него в ожидании. Парень взял её длань и, вспомнив о том, что нужно её «чмокнуть», Ичиносэ, пересиливая себя, поднёс гладкую ручку к своим губам. Когда его уста соприкоснулись с ладонью и когда он почувствовал, что вся её кожа была покрыта кремом, Гурэн готов был взорваться от такой «подлянки» и отвращения, но он, всё же, сдержался. Заиграла другая, новая музыка. Дирижёр размахивал руками и слегка топал ногой - он вот-вот сам кинется в пляску. Оркестр слаженно играл, создавая приятную атмосферу. Девушка, танцующая с Гурэном, искренне ему улыбалась. У нее были кудри карамельного цвета и зелёные, хитрые глазёнки, напудренный аккуратный носик, которым она часто шмыгала. Гурэн постоянно отворачивался от незнакомки, хотя понимал, что поступает некрасиво с своей стороны. Он, посмотрев на другие пары, резко развернул партнёршу - она ахнула и чуть не упала на своих высоких, тонких каблуках: — Вы... Прекрасно ведёте! - всё ещё пребывая в шоке, девушка похлопала глазками: — Вас-то как звать? — Ичиносэ Гурэн. - холодно ответил парень. — Ах, какое красивое имя!.. Шинья же, в отличие от Гурэна, умел танцевать вальс. Он держал своими прекрасными, изящными ладонями Мако, вёл её, следил за движениями. Они двигались точно в такт, будто танцуют друг с другом уже целую вечность. Эта пара притягивала к себе взгляды окружающих - они перешёптывались между собой, а когда их кроткий взгляд падал на Гурэна, они, как «истинные скромники», приподнимали губы вверх и еле заметно, даже для себя, усмехались. *** Пока Гурэн и Шинья кружились под музыку, Ичиро Мацумото, Коджи Хиираги, его жена Нацуко Хиираги и Сакаэ Ичиносэ вовсю «вели болтовню». Обсуждали всё подряд, смеялись и стыдились некоторых своих изречений, случаев, что произошли когда-то давно, в пыльном прошлом, завесу которого они приоткрывали лишь для того, чтобы на лицах каждого появилась улыбка. — Это точно успех. - заявил Мацумото и взял в руку бокал. — За успех! - все подняли вверх бокалы и осушили их до дна. *** Когда музыка закончилась, Гурэн круто развернул партнёршу и та, слегка пошатнувшись, всё же твердо встала: — Спасибо Вам за танец! - и в её словах не было и толики насмешки, хотя Изуми была вовсе не в восторге. У неё сильно закружилась голова, всё переворачивалось внутри неё. — Всегда пожалуйста. - пожав плечами произнёс Гурэн и тотчас покинул Изуми. — Классно, да? - к Гурэну подскочил Шинья. Он, по-видимому, насладился танцем и теперь решил выказать ему всю волну эмоций. Теперь блондинчик лип к Ичиносэ, доставая его всем подряд. Гурэн, старающийся, но почему-то у него не получалось, не обращать внимания на Шинью, выпил бокал вина. — Давай, кто больше? - Хиираги, полный энергии и решительности, хотел завести и раззадорить Гурэна. Его глаза вперились в его взгляд. — Да ты что, совсем что ли? Хочешь опьянеть и под столом валяться? Ты, верно, от этого кайф ловишь? — Не-а. Что, уже и пошутить нельзя? - Шинья почесал щёку, ловя настроение Гурэна. — Ну и шутки. Прошло несколько часов - зажгли ещё больше фонарей. Тёплый летний день приводил многих в восторг и от этого им становилось вразы веселее. — Гурэн, я вот что думаю, - Шинья, такой на вид скромный Шинья, выпил разом два бокала шампанского, - ну вот зачем людям такие вещи, как книги? А манга? Зачем её собирать? Это лишь пылесборник, трата денег... Бред по... Гурэн его резко перебил. Этот парень очень любил читать книги, ведь из них можно многое подчерпнуть: — Понимаю. Неуч вроде тебя только и может, что перекидывать своё невежество на других: неважно - будь то книги или люди. Услышав такие резкие слова, Хиираги громко рассмеялся и тыкнул на Гурэна пальцем: — А ты что - заядлый книголюб? Нет, книги - не то, что нужно собирать и тратить деньги, соответственно. Гурэн, который от этих изречений лишь только улыбался, продолжил, пытаясь донести до Шиньи свои мысли: — Скажу ещё раз. Конечно, тебе решать - читать или же - нет, но, как сказал Джордж Мартин: «Наш разум нуждается в книгах, как меч – в точильном камне, чтобы не затупиться.», так оно, по сути, и есть. Шинья ещё сильнее недоумевал. — Не учи меня жить. Твоя болтовня - пустой звук! Да что ты обо мне знаешь, и какое у тебя есть право называть меня невеждой? - злость бурлила в юноше. Он уже стоял и сжимал кулаки, готовый отвесить затрещину этому «всезнайке». — Глупо говорить о том, чего ты не понимаешь. Мы можем прекратить этот спор, пока он... То ли алкоголь ударил в виски Шинье, то ли в его разуме что-то переключилось, но он не желал останавливаться. — Пхах, ты никогда. никому. ничего. не докажешь. Как вообще таких, как ты земля носит? - Шинья выставил свои белоснежные зубы: — Гляжу на тебя и осознаю - твердолобый, упрямый парень... Он не успел закончить мысль. Разъярённый Гурэн дал Шинье кулаком в нос - что что, а вот подобное он терпеть не может. Юноша отшатнулся. У него потекла вниз кровавая струйка, окрашивая в красный бледную кожу. Его голубые глаза тотчас расширились - злой блеск сверкнул в них и парень с улыбкой на лице приоткрыл рот: — Ну давай, урод!.. *** Нацуко Хиираги всё время улыбалась, поддерживала разговор, впрочем, как и остальные. Ичиро Мацумото смеялся от души, и его лицо до жути покраснело, а из глаз потекли слезинки. — Прямо-таки залпом две бутылки? - Нацуко искренне удивилась и прикрыла рот ладонью. — Именно! - Мацумото хлопнул в ладони: — Это ещё ничего. Так мне кто-то подарил змеиное вино! Это, значит, большая стеклянная бутылка, а в ней змея, конечно, мёртвая. А ты смотришь на это, и тебя пробирает ужас и в тоже время могущество, и некое преимущество над тем, кого ты и знать-то не знаешь, а, может, и знаешь! - он довольно кивнул головой и издал смешок. — Ну и ну. - Сакаэ Ичиносэ проявил восторг. В их небольшой компании чувствовался уют, была весёлая обстановка. — Кстати, - Мацумото посмотрел по сторонам, - детей-то вы своих взяли сюда? - он обречённо, но как бы невзначай, решил поинтересоваться. — А то! Силком, но привели. Без этого никак, да, Мацумото? - Сакаэ Ичиносэ поднял брови и с надеждой посмотрел на мужчину. — Мы надеемся на тебя, Ичиро. - Нацуко улыбнулась. — Ну ладно! - Ичиро Мацумото встрепенулся и его лицо сделалось сияющим: — Выпьем за ваших сыновей, за будущее поколение! С радостными лицами, готовые вновь и вновь насыщать себя и организм алкоголем, все подняли бокалы вверх, так, что их края засияли... — Боже мой, там драка! - с визгом выскочили две девушки, пытаясь привлечь внимание. — Нынче в моде драки? - весёлый Мацумото остановил юных особ. — Да какой там! - одна отмахнулась и с ужасом продолжила: — Там два молодых человека готовы убить друг друга! Вон, по земле катаются! Мацумото вышел к зрелищу. «Красоты» всему этому прибавляла весёлая музыка. Он тотчас ахуел от увиденного: Два парня катались по земле и колошматили друг друга что есть сил. Брюнет сплюнул на траву и яростно выдохнул, сжимая пальцы. Он присел на колени, и, скрежетя зубами, сверлил взглядом противника. Его руки вцепились в рубашку блондина и тот, понимающий, что его ударят об землю, резко схватил своими пальцами, покрытыми ссадинами, запястья брюнета и перевернул его на спину. Оба отлетели друг от друга. Пошатываясь, Гурэн встал на ноги: его щека была разодрана и из раны сочилась струйка свежей, тёплой крови. Испепеляя взглядом Шинью, он, вытирая кровь с подбородка, направлялся к нему. Хиираги, со лба которого стремительно текла алая струя, похожая на раскинувшуюся ветку, встал в стойку. Драку пытались остановить, но попытки ни к чему не привели. Мацумото стоял с открытым ртом. Его глаз начал дёргаться: «Это что это? Это ОНИ теперь под моей опекой? Нет. Быть такого не может.» Бой, устроенный парнями, всё ещё продолжался. Мацумото, яростно вздохнув и выдохнув, разогнал всех, дескать, нечего на стычки смотреть - уходите. Он подошёл к кричащим мальчишкам и резко схватил каждого за шиворот. Ведомый своими принципами, Ичиро Мацумото оглядел обоих - покрытые синяками, с кровоточащими ранами, они всё ещё готовы были драться друг с другом, наверное, до смерти, чтоб наверняка. Он потряс каждого так, что они подавились ( либо своей слюной, либо гордостью, но это не особо важно ). — Что вы тут за пиздец устроили? - мужчина подтолкнул парней и они чуть не упали, высвободившись из крепкой хватки незнакомца. — Тебе какое дело, мужик? - выплеснул Гурэн, и его глаза наполнились жаждой крови. — Чего тебе? Не лезь, куда не просят! - подхватил Шинья. Глядя на этих двух побитых, ободранных сорванцов, Ичиро Мацумото разочаровался ещё сильнее. — Да пошли вы к чёрту. Ведёте себя хуже детей малых! Вот оно - будущее поколение, целеустремленное, сдержанное и бла-бла-бла. Он ушел, полный сомнений и ощущения, что над ним издеваются. — Гурэн! - увидев потрёпанного сына, отец пошёл к нему быстрыми шагами. — Какой ужас, Шинья! - Нацуко схватилась за сердце и, придерживая платье, пошла вместе с мужем к дитятке. — С меня хватит. Я пойду домой. - Гурэн толкнул плечом отца. Настроение пропало у всех разом. — Простите... - шокированный до ужаса, Сакаэ Ичиносэ слегка поклонился. — Нет-нет! Это Вы нас простите! - звенящим голоском воскликнула мать Шиньи. Гурэн и Шинья теперь ненавидели друг друга с такой силой, что и представить сложно. Каждый считал, что второй - кретин и мудак, и если они вновь увидятся, то тогда друг друга точно переубивают.