Я заменю тебе солнце

Вторая чашка черного кофе за утро совершенно не помогала как-то проснуться и прийти в себя. Ирина тяжело вздохнула, затем посмотрела вдаль, постукивая подушечками пальцев по стенкам чашки. Ночью она спала из рук вон плохо — все время вскакивала и прислушивалась к происходящему в гостиной. В конце концов, потянувшись за телефоном и посмотрев время, Ирина поняла, что пытаться заснуть бессмысленно — через час её разбудит некогда любимая мелодия, установленная на будильнике. Сев на постели, прикрыла лицо ладонями, уткнув локти в колени. Тревожные мысли посещали ее разум. «Ты так спокойно говорил, что готов меня вышвырнуть из склифа… о каких чувствах с твоей стороны может идти речь, если ты постоянно угрожаешь мне?» Впервые за долгое время скула, меченая его яростью, отдалась фантомной болью, а в голове вновь всплыли слова, полные холодного безразличия: «Ты вообще потеряешь работу» Ирина дёрнулась, затем прикусила губу, постукивая подушечками пальцев по голени. «Да уж… вляпалась на свою голову! Это же надо, а… вот те твои слова, что у тебя память хорошая… это же было к тому, что если я попытаюсь от тебя уйти, то что ты сделаешь? Это ты меня шантажируешь, а не я тебя!» Глаза закрылись, а через секунду по щекам побежали горячие дорожки слёз — плакала Ирина тихо, чтобы не дай Бог не разбудить его. Внутри всё сжималось, а ладонь непроизвольно легла на губы. Осознание собственной беспомощности сменялось страхом… не только за свое положение, но и за жизнь. Ирина легонько коснулась ладонью плечей — они уже не горели, но хватка его пальцев, которые в те секунды напоминали стальные прутья, всё ещё была свежа в памяти. «Зачем ты пытался передо мной извиниться… зачем я тебе нужна? Неужели и правда не можешь найти кого-то другого?! Или тебе принципиально меня сломать?» Да и то, как он касался её шеи, перед тем как… Ирина нервно дёрнулась, а одеяло с тихим шелестом скользнуло вниз, она едва успела подхватить его, затем настороженно посмотрела на дверь. Благодаря безоблачной ночи, луна освещала спальню. Сердце стучало как сумасшедшее. Ведь её совершенно никто не сможет защитить от него… от человека, который распоряжается её жизнью, словно она — фигура на шахматной доске. От человека, который искусно привязывал её к себе… всеми способами. Сделал зависимой. От воспоминаний того, что произошло потом, Ирине захотелось снова уйти в ванную комнату. Она не понимала, как бурлящая в ней ненависть могла вылиться в подобные чувства… Однако когда наваждение сошло благодаря холодному душу, Ирина стала остро осознавать произошедшее. То, что он ведет себя с ней как… с игрушкой. И нужна она ему… для удовлетворения потребностей. А если бы нет? Если бы… что бы он сделал с ней, если бы напряжение нашло иной выход? Ирина прикрыла глаза, пытаясь успокоиться и хотя бы просто полежать. Мысли давили на неё, как небо на плечи Атласа, и она понимала, что в ней нет и капли от титана — скоро дрогнет и сломается. «Я ведь уже сломалась, чёрт подери… уже! Как же от себя самой противно… что теперь делать с тобой? Ты думаешь, я не смогу избавиться от тебя… ты стоишь на моем пути» Зазвеневший будильник всё-таки заставил вздрогнуть. Быстро отключив его, Ирина поднялась с постели и прошмыгнула в ванную, стараясь обходиться без лишнего шума. Она даже не знала, как после вчерашнего реагировать… начнёт говорить про его действия — получит очередную угрозу. Начнёт говорить про то, что произошло дальше… он захочет продолжения. Ирина выдохнула, стоя под горячими струями воды, пытаясь понять для себя — сможет ли она отказать ему в такой ситуации? Ведь если бы не сосед… эти мысли вывели до предела, и ладонь резко закрыла кран, от чего поток воды прекратился. «Это физиология. Ничего больше. Я же привыкла к тебе… к тебе прежнему» От этой мысли на глаза снова наворачивались горячие слезы, а тело начинало дрожать даже несмотря на горячую воду. Ирина смотрела на Анатолия, спящего на диване. И не могла понять — в какой момент всё пошло не так? Обида пожирала её душу — очередная ставка на мужчину прогорела. Да Ирина уже давно и не думала, что сможет построить личное счастье. Но когда эти отношения стали топить другую часть ее жизни… Ушла она из квартиры тихо, успев лишь кота покормить — не хотела встречаться с Анатолием взглядом, приняв для себя тот факт, что будет лучше вообще не вспоминать этот вечер. Вынырнув из воспоминаний, Ирина сделала очередной глоток, затем моргнула несколько раз — всё равно не спасало. — В телефон я твой залезла… а ты в жизнь мою залез… — шептали её губы, пока взгляд был устремлен в сторону жалюзи, которые прикрывали окно в приёмное отделение, — ничего… Анатолий Борисович, я заменю всё в твоей жизни, — холодные нотки, — я… не сдаюсь. Глубокий вдох. У неё не осталось союзников, но когда они у неё были? Ирина нервно поднялась, затем начала ходить туда-сюда по ординаторской. Решила ненадолго переключиться с Анатолия на мысли о том, как вернуть свою должность так, чтобы он не помешал ей в этом. — Привязать бы тебя к себе, а потом сделать тоже самое, что ты делаешь со мной! — в сердцах прошипела она, нервно заламывая пальцы, скрещенные в замочек. Снова чувствовала, как злость затмевает трезвость разума, и это выбило из колеи еще сильнее. «Конечно, тебе там сейчас в министерстве хорошо… и почему это, интересно, ты даже не удосужился мне позвонить? Хотя…» Ирина тяжело вздохнула, затем посмотрела в сторону своего шкафчика, а потом даже сделала шаг по направлению к нему, но через секунду замерла, а пальцы схватили воздух. «Не звонишь, и черт с тобой… так даже лучше…» Однако губы по-прежнему нервно сжимались, а глаза сощурились. В эту секунду раздался резкий стук двери, и Ирина даже дернулась, затем обернулась. — Ирина Алексеевна, извините, — Нина словно налетела на невидимую стену, — напугала вас? Ирина запахнула халат, затем пожала плечами. — Да что вы, Нина… меня не напугать, — усмехнулась уголком губ, — а что-то случилось? По позвоночнику вновь пробежал холодок, и Ирина краем глаза посмотрела в сторону приемного отделения. «Тебя тут не хватало… а ведь ты можешь…» — Там пациента привезли, Хромову сосудистый нужен… — Да, — Ирина кивнула, а слова слетели с губ быстрее, чем она успела подумать — а может ли совместить свое состояние с операцией, — да, я готова. Нина кивнула, затем они вместе направились на выход из ординаторской. Идя в операционную, Ирина постаралась максимально переключиться с Анатолия. Пальцы вновь обхватили левое запястье.

***

В приемном отделении царила суета. Нина корпела над бумагами. — Извините, а операция моего мужа ещё не закончилась? — раздался голос. — Пока нет, — Нина посмотрела на часы — прошло два часа с момента, как Сергей забрал пациента, и им действительно пора бы уже закончить… — но вы не переживайте, — улыбнулась по привычке, — как только будет информация — я вам сообщу. Затем окинула взглядом посетителей, убедилась в том, что новых пострадавших пока нет, затем присела на свое кресло. Выдохнула, смотря на аккуратные стопки на столе. Не успела она взять одну из них, чтобы проверить карту, как раздался телефонный звонок. — Склифосовский, приёмная, — проговорила она, на пару секунд прикрыв глаза, — а что к нам сразу? — возмущенно проговорила она, нервно цепляя пальцами ручку, которая лежала на столе, — что, других больниц совсем нет? Да вы что, с ума сошли, мы как его опознавать-то будем? — распахнула глаза, затем тяжело вздохнула, — хорошо, везите… что уж сделать-то теперь! Трубка телефона заняла свое законное место, а взгляд Нины зацепился за Константина. — Лазарев! — крикнула она, затем махнула рукой. Тот посмотрел на неё со скепсисом. Игра в гляделки не продлилась долго, в связи с чем Константин всё-таки оказался возле стойки регистрации. — Чего, Нин? Я отдохнуть собирался! — После смены отдохнёшь! — проворчала Нина, — сейчас тебе мужика с алкогольной комой везут. Константин глубоко вздохнул. — Нин! Ну вот почему как что, так сразу я? Я хирург, между прочим. Ординаторам пору… — Нет, — уговаривать сейчас Нину было бесполезно, — сам проконтролируешь всё. У нас снова власть сменилась, тебе оно надо, чтобы сейчас вдруг что снова пошли скандалы? Константин усмехнулся. — Что, не доверяешь будущим светилам медицины? — хмыкнул он, затем вздохнул и посмотрел на часы, — обед отменяется… а Сашка старалась… — Ты сам клятву Гиппократа давал? Давал! Вот и не дави на жалость, — Нина вновь склонилась над картой. Константин усмехнулся, затем, уперся на спиной в стол и начал гипнотизировать вход. — Скоро привезут уже… вот сволочи, позвонили уже так, что отнекиваться было бесполезно! — прошипела Нина. — Нин, не любишь ты коллег наших, — усмехнулся Константин, поправив волосы. В эту секунду раздался звук каблуков. — Кто кого не любит? — поинтересовалась Вера, оказавшись рядом со стойкой. — Алкоголиков, — пробурчал себе под нос Константин, затем пожал плечами. Вера посмотрела на него с удивлением, затем перевела взгляд на Нину. Дежурная улыбка по-прежнему была на её губах. — Не обращайте внимания, — Нина слегка поёрзала на стуле, — нам алкогольную кому везут. Вера кивнула. — Поняла… Нин, я вот что хотела спросить… Гипноз Константина не был напрасным, и уже через пару секунд стеклянные двери открылись, и появились санитары с каталкой, которые везли пациента. — Куда нам? — поинтересовался фельдшер. Константин бросил взгляд на пациента, и его лицо мгновенно приняло серьезное выражение. — Во блин… Вера, услышавшая нетипичную для врача реплику, снова забыла о том, что собиралась сказать, обернулась. Несмотря на кислородную маску, Анатолия Борисовича Аленикова узнать было не сложно. — Черт… — Нина нервно поднялась, — это же… — Нина, какая смотровая свободна? — резко проговорила Вера, обернувшись. «Этого еще не хватало…» — Третья, — проговорила та, мгновенно вернувшись в рабочее русло. Константин кивнул и направился за санитарами, а мысли в голове крутились мрачные. «Чёрт подери, ну надо было пораньше свалить!» — пронеслась мысль в голове. Вера проводила их взглядом, затем нервно постучала пальцами по столу. Нина снова села, потом подняла взгляд на неё. — Вера Георгиевна… надо же Ирине Алексеевне сказать… Та обернулась на неё, стукнув ладонью по столу. Вторая ладонь, вернее кулак, упирался в бок. — А она где сейчас? — Оперирует с Куликовым. — Нин, вы с ума сошли? Не надо её дергать! — ладонь снова стукнула, на этот раз сильнее, — после операции… после операции скажите, чтобы шла ко мне, хорошо? Воспоминания перенесли Веру на несколько лет назад, когда она сама не сразу узнала про мужа… Нина кивнула, затем снова посмотрела в сторону смотровой. — А что теперь… — Нина, работайте спокойно, — быстро проговорила Вера, затем направилась за Константином. Шутка ли? Чиновник, да ещё и в таком состоянии. В эту самую секунду она нос к носу столкнулась с Ириной, которая вышла из другого коридора. — Добрый день, — проговорила она и уже хотела направиться в сторону приёмного, но Вера остановила её своим вопросом: — Как операция? Память о недавнем летальном исходе была ещё свежей. Ирина пожала плечами. — Успешно. Возникли некоторые сложности, но успешно. — Какие сложности? — взгляд Веры был строгим. Ирина тяжело вздохнула, затем скрестила руки на груди, а левый глаз дёрнулся. — Пациент попался необычный. Не всё от врачей зависит. Я могу идти? — Да… — Вера внимательно смотрела в её глаза, пытаясь понять состояние Ирины… «Я бы хотела знать сразу…» — Нет, Ир… подожди. Ты только… — пыталась подобрать нужное слово, — не нервничай… Ирина усмехнулась. — Когда так говорит начальство, нервничать хочется ещё больше. Что такое? Вера выдохнула. — К нам привезли… Аленикова. Как пациента, разумеется. Ирина подалась вперед, а брови взлетели вверх. Сердечный ритм снова начал разгоняться, а воспоминания о вчерашнем вечере подогрели это — именно сейчас вспомнились агрессивные вопли соседа. Нина, наблюдавшая за их разговором, тяжело вздохнула, затем вновь посмотрела на смотровую, откуда никто не выходил.