Истинный Избранный

      Гвардейцы лежали молча. Оба смотрели на мерзкие жёлтые разводы на потолке. Крыша точно протекала раньше, и, наверное, очень обильно. Возможно, поэтому комната отдавала запахом сырости. Однако протечек не было уже давно. Когда отремонтировали крышу? Как только прибыли сюда? А как долго существует уже этот лагерь? Сколько времени повстанцы тренируют новое поколение сил Сопротивления?       Вопросы крутились в голове, но они не отгоняли их намеренно, лишь бы отвлечься от страха и переживаний за близких, за свою жизнь и её дальнейший ход.       Малфой ощущал, как по крови диким потоком несётся злость и раздражение. Разговоры за костром и их положение «дезертирских крыс» ударяло по его самолюбию. Почему это случилось с ним? Последней каплей послужило спокойное отношение друга к издёвкам. Драко казалось, что Гарри пасует. Будто друг пытается подстроиться под новую атмосферу, адаптироваться.       Отдалённо Малфой давал себе отчёт, что это правильно. Гарри в один миг потерял весь свой мир и сейчас пытался ухватиться хоть за какую-то веточку, поймать направление и найти долбанный ориентир, что совершенно ушёл в загул.       Но чем больше Гарри шутил с повстанцами, чем больше окунался в тонкости устройства лагеря, тем больше Малфой понимал неотвратимость катастрофы, в которой они оказались. Будто ты выпускаешь домашнего котёнка в дикий лес и видишь, что вместо того, чтобы стремиться обратно в уют, он учится охотиться. Учится выживать там, где оказался.       Это только жирнее обводило точку понимания — в прежнюю жизнь им уже не вернуться никогда. И если у Драко ещё мог когда-нибудь появиться такой шанс, то у Гарри его совершенно точно уже нет. Бесповоротно.       Есть пророчество. Есть Тёмный Лорд и Орден Феникса, что теперь не оставят в покое Гарри, пока не свершится то, что суждено.       И Драко понимал, не столько пророчество, и даже не сам Гарри имеет вес, а скорее то, что это всё теперь стало воплощением веры и неким толчком для повстанцев. Он видел выражения лиц членов совета Ордена Феникса. Будто внезапное прибытие Истинного Избранного стало чирком спички у пороховой бочки, которая по пылинке собиралась столько лет. Им нужно было что-то, чтобы начать действовать. И это что-то сейчас в полной растерянности таращилось зелёными глазами в потолок.       — Зачем ты с ним так лизался? — не сдержался Малфой.       Гарри обернулся к нему и взял с тумбы очки. Драко знал, что сейчас друг в лучшем случае видит размытое пятно платиновых волос, но никак не его гневное выражение лица. Хотя, Гарри и не нужно было видеть его, чтобы понять настроение друга.       — Что мы будем иметь, если будем ходить особняком? Что нам это даст? — голос Гарри звучал напряжённо.       — А чего ты от них хочешь? — Малфой кипел.       Вот сейчас он видел, как лживая маска любезности трескается на лице друга. Драко знал его, как облупленного. Знал насколько вспыльчивым и агрессивным бывает Гарри. Он резко поднялся с кровати. Пружины снова резанули по ушам ржавым скрипом. Малфой поёжился. Гарри начал мерить маленькую комнату шагами. Туда-сюда. Туда-сюда.       Аура взвинченного нервозного состояния, так усердно сдерживаемая в парне, наконец, дала себе волю. С Малфоем он мог быть собой. Они позволяли это друг другу. Выплёскивать эмоции, говорить, кричать, злиться, чтобы унять бушующего эмоции внутри. Казалось бы, такие разные, но в этом настолько схожие.       Драко присоединился к Гарри.       Они сталкивались плечами, пересекая комнату из угла в угол. Тяжёлое дыхание раздувало ноздри, а кулаки сами сжимались. Каждый пытался устаканить и рационализировать мысли, приводя голову в порядок, унимая страх.       Со стороны они так сильно были похожи на диких зверей, что кружат внутри тесной клетки.       — Нам незачем с ними близко общаться. Незачем просиживать штаны с ними. Мы должны будем свалить отсюда, — рычал Малфой. — Найти родителей, Снейпа и валить от всей этой лажи. Как можно дальше…       — Блять, ахуенный план у тебя, Малфой. Вот только мне в нём не место, да? Куда бы я ни пошёл, Тёмный Лорд будет идти следом, — Гарри нервно зарылся руками в волосы. — Он будет искать меня, пока не убьёт, наконец. И меня вряд ли будет ждать милосердная Авада Кедавра. И тебя тоже, если будешь таскаться рядом со мной! Ты видел, что бывает за измену?       Драко вспомнил, как однажды на площади Косого Переулка заживо сожгли участника Сопротивления. Едкий палённый запах плоти, волос и костей. Обуглившийся труп, который пал прахом на брусчатку. Гвардейцы тогда окончили третий курс Хогвартса. После этого зрелища друзья долго не могли спокойно проходить по площади переулка.       Малфой переживал о родителях. О том, что с ними могли сделать.       Род Малфоев был весьма влиятелен, а потому их уничтожение не могло пройти беззвучно и без видимых на то причин. Даже Тёмный Лорд ограничен правилами, потому как беспричинно убивать своих соратников, значит вскармливать Сопротивлению поводы для поднятия восстания среди Пожирателей Смерти. Волан-де-Морт слишком умён и хитёр. Драко не раз слышал от отца, что повелитель — искусный игрок. Он всегда просчитывает на много ходов вперёд, потому и смог совершить переворот, после чего стать центральной фигурой нового магического мира.       Люциуса и Нарциссу Малфой не могли убить молча. И Драко жалел, что у него нет доступа к газетам, чтобы посмотреть какие новости сейчас публикует «Пророк». Возможно, уже были какие-либо предпосылки «преступлений четы Малфой».       Что касается Снейпа, здесь вопрос ещё более спорный. Он являлся правой рукой Тёмного Лорда. Главным советником. Его предательство сильно бы пошатнуло авторитет Волан-де-Морта, поэтому о сохранении жизни Избранному и многолетнем обмане в прессе точно не появится ни слова. Также, как и о пророчестве. Точнее, особенно о пророчестве. Несогласных с режимом Тёмного Лорда было много, а потому знание о том, что его конец близко, вызвало бы шумиху.       Малфой понимал, что рано или поздно то, что предначертано, должно свершиться, но Гарри всего-навсего Гарри. Одолеть величайшего волшебника всех времён сейчас он не мог. А нахождение в лагере повстанцев могло заставить Поттера поверить в себя. Заразиться этим духом и мотивацией. Драко не был склонен к таким импульсивным порывам героизма, как его друг, а потому трезво видел ситуацию.       — Орден не сильно волнует твоя жизнь. Ну, разве что, тех двоих мужиков. Мрачного со шрамом и патлатого. Остальные будут обеспечивать тебе безопасность только с одной целью. Чтобы ты выполнил своё ебаное предназначение, — гневно выплюнул Малфой, ловя друга за плечи. — Ты даёшь себе отчёт в этом, Гарри? Я надеюсь, ты, блять, не забыл кто такой Тёмный Лорд?       — Да всё я понимаю! Это полный пиздец. Как мы оказались в такой лаже? — Гарри почесал голову. — Может, мы сможем хорошо спрятаться, а Волан-де-Морт остынет со временем, когда поймёт, что я не собираюсь ему противостоять? — лихорадочно думал друг. — Но как мы вытащим твоих родителей и Снейпа в одиночку?       Малфой задумался. Прошло несколько минут, когда друзья подняли друг на друга взгляд. Кажется, им в голову пришла одна и та же идея.       — Нам и не надо делать это в одиночку. Мы введём в заблуждение Орден и заставим их нам помочь, — щёлкнул пальцами Гарри.       — А после сбежим, — кивнул Драко.       Этот план Малфоя устроил. Уже хоть что-то… Они с Гарри договорились, что будут тихо-смирно жить в лагере, следуя всем правилам, и содействовать Ордену, пытаясь затуманить их бдительность. А когда доверие будет завоёвано, и боевой настрой уже бесповоротно зажжётся в сердцах повстанцев, они попросят их помочь освободить Люциуса и Нарциссу Малфой, а также Снейпа.       Гарри признался в том, что он не одобряет поступки приёмного отца, но обязан ему своей жизнью, а потому, как минимум, в долгу перед ним.       Гвардейцев напрягал яростный настрой сил Сопротивления. Их подпольная подготовка молодой армии.

***

      Назойливая трель колокольчиков действовала на нервы, вызывая всплеск раздражения. В их первую ночь этой трели определённо не было. Сейчас же источником бесящего звука, разбудившего их ровно в шесть утра, были заколдованные колокольчики, расположившиеся прямо за дверью их комнаты.       — Оглохни! — махнул палочкой Гарри.       На комнату легли заглушающие чары, создавая барьер всего на одну долю секунды, за которую в голове Драко успело промелькнуть удовлетворение. Но, видимо, чары, наложенные на уже ненавистные гвардейцами колокольчики, учитывали возможность приглушения, потому как отчётливый звон стал только громче, пробиваясь через заклинание.       — Блять, — выругался Малфой, яростно хватая палочку с тумбы.       — Вставайте! Иначе они не остановятся, — донеслось из-за двери.       Голос явно принадлежал какому-то подростку.       Драко бросил взгляд на друга. Гарри уже протёр глаза и спросонья надевал очки. Малфой со стоном поднялся с кровати, снова слушая приевшийся за эти два дня звук скрипа пружин. Он прошёл к старому шкафу, дверца которого чуть провисала на петле вниз, из-за чего шкаф не закрывался до конца, и сорвал с кривой вешалки футболку.       — Долбанная кровать. Долбанные колокольчики. Долбанный шкаф, — злобно процедил Малфой, надевая футболку и штаны.       — Пиздец, — выдохнул Гарри, когда попытался сесть обратно на кровать, и трель снова начала заглушать пространство. — Кто придумал этот ебаный механизм?       — Я бы с удовольствием засунул эти колокольчики ему куда подальше, — ответил Драко.       Гарри посмотрел в окно. Рассвело. Утренняя прохлада утопала в первых лучах майского дня. Лагерь располагался на вересковой пустоши, что уже зацвела, буйствуя лиловыми тонами. Эти заросли возвышались чуть меньше метра над землёй, покрытые мелкими цветочками, источающими пленяющий аромат.       Гвардейцы вышли из своей каморки и, двинувшись на звук голосов, доносящихся из конца коридора, дошли до ванной комнаты. Достаточно большое помещение, отделанное бетоном и загрунтованное сверху водоотталкивающей краской. У входа были установлены два длинных умывальника по метров пять, расположенные друг напротив друга. А вглубь помещения уходили две общие душевые, которые посередине отделяла лишь глухая бетонная стена до потолка. В душевых свисали по десять леек. И между собой они ничем друг от друга не отделялись. То есть, отчасти душ повстанцы принимали почти что коллективно. И насколько понял Драко, одна сторона ванной была для девочек, вторая для мальчиков, потому как у длинного умывальника справа чистили зубы девочки, а слева мальчики.       — Мама просила передать вам зубные щётки и полотенца с мылом, — послышался голос за спиной.       Парни обернулись и увидели подходящих к ним близнецов Уизли. По слегка влажным у лба волосам и свежим лицам было понятно, что ребята уже успели умыться. Фред протянул им полотенца, а Джордж подал две зубные щётки и два бруска обычного белого мыла.       — Мы ждём вас на тренировке, — махнул рукой им Фред. — Или уже съехали?       Гарри слабо улыбнулся, ещё отходя ото сна.       — Спасибо. Мы… эм, сейчас придём, — кивнул друг.       — Давайте в темпе. У вас десять минут, — поторопил их Фред. — Кстати, как вам наши будильники в виде колокольчиков? Оценили? — ухмыльнулся он.       — Это наша особая разработка, — добавил Джордж.       Малфой бросил многозначительный взгляд на Гарри:       — А мы как раз думали, чьих это рук дело.       — Очень эффективные, — поспешно добавил Гарри. — Мы оценили.       Близнецы весело переглянулись и зашагали по коридору.       Гарри и Драко нагнулись к умывальнику, откручивая ручку и настраивая воду. Малфой нехотя взял кусочек мыла и вспенил его в руках.       — Блять, — прошипел он, вдыхая едкий запах.       — Это лагерь Сопротивления. Чего ты ожидал? Пятизвёздочный отель? — тихо шепнул Избранный, запихивая щётку за щеку.       Малфой только молча сжал зубы.       Всё здесь разительно отличалось от вылизанных до идеального блеска комнат факультета «Боевой Гвардии». И уж тем более от дизайна высокой аристократии Мэнора и Цитадели. Парни всего за мгновение спустились с замка в армейскую казарму.       На утреннюю тренировку ребята собирались на центральной площадке, где вчера разводили костёр. Сейчас ни костра, ни брёвен уже не было. Строгое построение повстанцев представляло собой шахматную сетку по восемь человек в ряду. В последнем ряду стояли старшие жители лагеря.       Братья Уизли. Все, кроме Билла и Чарли. Билл говорил вечером у костра, что уезжает за провиантом и будет к обеду. Чарли сегодня занял место тренера, и стоял напротив ребят, держа руки за спиной. Джинни, Кэти и Гермиона также ожидали начала тренировки.       Уизли для тренировки собрала волосы в тугой высокий хвост, тогда как Кэти собирала их в пучок. Девушки переговаривались между собой и, заметив появление, новичков Джинни шикнула Бэлл. Та демонстративно закатила глаза. Грейнджер, видимо, не принимала участие в разговоре, держась также мрачно, как и обычно. Всё с тем же дебильным колоском. Видимо, она постоянно так собирала волосы и распускала их только ко сну. Заучка. Ей совсем не шло. Малфой вспомнил как развивались пушистые кудри, когда он впервые её увидел. Он невольно отметил про себя, что ему так больше нравилось, но сразу же отогнал эти мысли, занимая место рядом с Гарри. Какое ему до неё дело?       Тренировка началась с обычной зарядки, после чего ребят пустили на пробежку. Три круга вокруг лагеря составляли примерно шесть километров. Гвардейцы тоже тренировались в свободное время, а потому пробежка для них не составила труда.       Малфой проводил взглядом купол защитных чар. Разработка была действительно искусной. Сквозь мембрану без затруднений проникал ветер, насекомые и даже птицы, что делало маскировку безупречной и не заметной извне.       На втором круге он поймал на себе взгляд Гермионы, но она тут же отвернулась.       Повстанка была удивлена тому, что новички всё же присоединились к тренировкам.       Закончив пробежку, в которой, кстати, Чарли тоже участвовал, ребята заняли исходное положение, но уже на тренировочной площадке, где располагались турники, брусья и прочие тренажёры.       — Ну что? Сегодня давайте пройдёмся по тестам Купера, — сказал Чарли, и ребята едва слышно взвыли. — Стандартный комплекс силовых упражнений. Все подходы по шестнадцать раз. Как обычно, — говорил тренер. — Под общий счёт.       Малфой и Гарри переглянулись. Тела уже покрылись легкой испариной от пробежки, и кровь гоняла по организму.       — Упор лёжа принять! — отдал приказ Чарли, и гвардейцы вместе со всеми заняли исходное положение.       — Погнали. Твой дух?       — НЕСЛОМИМ! — хором ответили ребята, согнув локти в отжимании.       Гвардейцы молча повторили упражнение.       — Твоя вера?       Повстанцы выпрямили руки, выполняя цикл упражнения.       — НЕПОКОЛЕБИМА!       Солнце ещё не обжигало своими лучами. И Малфой мысленно поблагодарил Мерлина за то, что физические тренировки проводятся по утрам, а не в самый зной. Он не кричал с остальными ребятами. И закончив отжимания, снова поймал на себе взгляд Гермионы. В нём было презрение.       — Они считают нас дезертирами, — процедил он сквозь зубы.       Гарри сжал губы в тонкую полоску. Гвардейцы думали, что сейчас им дадут передышку, но ребята тут же присели на корточки, готовясь к новому упражнению. Стоять остались только Гарри и Драко, бросая взгляды на повстанцев, собиравшихся приступить к джампам*. Выглядело весьма неловко.       — Тесты Купера выполняются без передышки, — едва заметно ухмыльнулся Чарли.       Гарри подтянул штаны, и они с Малфоем заняли исходное положение упражнения на корточках. Эти шестнадцать прыжков из положения сидя дались гвардейцам уже не так легко. Дыхание сбивалось. Такой ритм требовал не только силы, но и выносливости.       Следующим упражнением стали подтягивания на турниках. И снова шестнадцать подходов. Малфой уже чувствовал дрожь в руках, но не собирался сдаваться, выжимая из себя максимум. Друг выглядел не лучше. Что не скажешь о жителях лагеря. Они, кажется, только вошли во вкус. А больше всего бесило Драко то, что девушки выполняли упражнения с такой же точностью и скоростью, как и парни. Подходы на брусьях, пресс, снова отжимания, снова джампы.       Твой разум — ЧИСТ!       Твоя магия — НЕОСПОРИМА!       Твоя цель — ДОСТИЧЬ!       Твоё сознание — НЕРУШИМО!       Лёгкие уже рвало от напряжения, голова кипела. Он был уверен, что сейчас выглядит, как раскалённый котёл в кабинете профессора Снейпа.       Если упал — ПОДНИМИСЬ!       Твоя сила — НЕИЗМЕРИМА!       Снова подходы. Гвардейцам казалось, что это какое-то сумасшествие.       Но стоило отметить, что боевой настрой, с которым тренировались ребята, был воистину вдохновляющим. Их глаза горели таким огнём, будто они прямо сейчас на поле битвы. Дух рвался наружу, невольно подбадривая с каждым подходом.       Твоё сердце — БЬЁТСЯ!       За что? — ЗА СВОБОДУ!       Сопротивление — НЕ СДАЁТСЯ!       НИ ПО КАКОМУ ИСХОДУ!       Старшее поколение повстанцев тренировались по отточенному до идеала механизму. Никто не ждал дальнейших пояснений тренера, моментально принимая следующую позицию упражнений. И спустя время, Драко начало казаться, что Чарли объясняет порядок выполнения тренировки только для них двоих. Два аристократа, как белые вороны, пытались войти в бешеный ритм, лихорадочно ловя воздух ртом и смахивая пот со лба.       Орден Феникса — НЕ УМРЁТ!       Он восстанет — ИЗ ПЕПЛА!       Тебя никто — НЕ РАЗОБЬЁТ!       Твоя армия — ОКРЕПЛА!       После изнуряющего часового марафона силовых нагрузок Драко готов был упасть на землю.       Гермиона следила за новичками. Ей было интересно в какой физической подготовке находится армия Тёмного Лорда. Как-никак, эти парни почти окончили Хогвартс и были в шаге от получения Чёрной Метки. Она всё утро была в предвкушении. И то, что сейчас видела повстанка, успокоило её.       Физическая подготовка ребят была на среднем уровне. Они не совсем сдыхали, как первогодки на начальных тренировках, но до каждого повстанца старшего поколения им было далеко. Как бы они ни пытались это скрыть. Им не хватало выносливости. Мышцы явно были разработаны, но не приучены к длительным нагрузкам. Она усмехнулась, смотря на рельеф рук гвардейцев.       «Небось, для красоты качали» — промелькнуло в голове.       Тренировка подходила к концу.       — Ну, а теперь постоим «планку», — с энтузиазмом сказал Чарли.       — У него цель убить нас? — еле выдохнул Гарри.       Рон сдавленно посмеялся, переводя дыхание. Упражнения парень выполнял с лёгкостью, но бесконечное их повторение выбивало из сил даже самое натренированное тело.       — Это ещё не всё, — хмыкнул Рон. — Чарли любит нравоучения. Сейчас увидите, — он принял упор лёжа, принимаясь к статике упражнения.       — Сейчас вам кажется, что вы больше не можете, что вы устали и сил больше нет, — говорил Чарли, пока ребята на трясущихся руках держали планку.       Мышцы горели. Пресс, руки, ноги, спину жгло от напряжения. Малфой сжал скулы и сосредоточился на том, как капля пота с его лба стекает на кончик носа и срывается, ударяясь о землю.       — Но знаете, что отличает просто хорошего бойца от лучшего? — они держали планку уже вторую минуту.       Чарли не торопился их отпускать.       — Выносливость, — твёрдо произнёс он. — Выносливость отличает лучшего бойца. А в её основе лежит сила духа. Воспитывайте в себе дух. В первую очередь, прокачивайте и тренируйте его, а не мышцы.       — Говорил же, — подмигнул Рон.       Драко не поднял головы и проследил за второй каплей, что упала на землю. Ему казалось, что это самая изнуряющая тренировка в его жизни. И он отказывался верить в то, что это всего лишь ежедневная утренняя рутина повстанцев.       — Вам всегда достаточно лишь взглянуть на ситуацию под другим углом, — Чарли с нажимом сел на спину Рона. — чтобы увидеть всё в ином свете, принять другое решение и получить другой результат, — парень что-то недовольно пробурчал, но брат продолжил. — Во всём старайтесь искать плюсы. Потому что внутри каждой проблемы кроется преимущество или благоприятная возможность.       Малфой уже готов был упасть на землю.       — Вольно, — отдал приказ Чарли, вставая и оборачиваясь к младшему брату. — Мне показалось, что ты не слишком устал.       С облегчённым вздохом Драко, оттолкнувшись от земли, поднялся на ноги. Гвардейцы переглянулись. Ноги еле держали их.       Тренировка ясно дала понять, что они не в такой идеальной физической форме, как им казалось. Любой повстанец был выносливее, а значит, являлся более продуктивным бойцом на поле.       Раньше гвардейцы принимали душ в отдельных кабинках, отделанных мрамором и антикварным камнем, с позолоченными ручками и душистым гелем для душа. Сейчас же Драко и Гарри с напряжением стягивали с себя одежду, стоя в общей душевой лагеря повстанцев. Не то, чтобы они смущались, но такого рода близость их явно не радовала.       — Вы прям как девственницы, — усмехнулся Фред, хлопая мокрым полотенцем по спине Избранного.       Гарри неловко улыбнулся, спуская бельё.       — А стесняться-то нечего, — отметил Перси, оценивая размер Избранного.       Драко сдержал улыбку, видя, как друг с подозрением косится на Перси.       — А на тебя запали, — подтолкнул он Гарри в плечо. — Держи булки в напряжении.       — Заткнись, — шикнул Избранный.

***

      После тренировки и душа, которые стали и физическим и моральным испытанием для гвардейцев, аппетит был зверским. Учитывая, что вчера они плохо ели, сегодня друзья даже не рассматривали, что именно подают. Они молча протянули подносы под ложки, которые, зависнув в воздухе, самостоятельно накладывали завтрак.       Малфой про себя отметил способности бытовой магии Молли.       Гарри и Драко вышли с конца раздаточного стола и окинули взглядом столовую. В дальнем углу виднелось два свободных стола, куда уже собирались отправиться гвардейцы, когда Фред махнул им вилкой.       — Эй, идите к нам, — позвал он ребят.       Тем временем, среди повстанцев, Кэти, сидевшая спиной к столу раздачи, вопросительно изогнула бровь на приглашение новичков.       — Ну не будут же они отдельно сидеть или с малышней путаться, — шикнул Фред, сквозь улыбку.       — Блять, я тебя предупреждаю, я не буду молчать. Вы меня знаете, — сверкнула глазами Бэлл. — Если эти дебилы будут выпендриваться и портить мне аппетит, я пошлю их нахер.       Гермиона улыбнулась в чашку растворимого кофе и отпила немного. Парни подошли к столу. С одной стороны, сидели близнецы и Перси, а с другой Джинни, Кэти, Гермиона и Рон. Новички заняли места со стороны братьев Уизли.       — Ну как вам тренировка? — спросил Рон.       Гарри неловко почесал затылок.       — Вы молодцы, ребят. Это было круто, — Избранный бросил быстрый взгляд на друга, ожидая поддержки, но Драко молча отпил кофе и поморщился от его вкуса.       — Как вы нас эпично раскидали, — с сарказмом протянул Фред.       — Это, наверное, было так быстро, что я даже не успела заметить, когда именно… — поддержала Кэти.       Гарри и Драко неловко прочистили горло. Выпендриваться здесь им не получится.       Повстанцы продолжили завтрак, обмениваясь комментариями по поводу распределения обязанностей.       — Я уже пятый раз подряд разгружаю провиант один. Вы не офигели? — нахмурился Рон, смотря на братьев.       — Ну, в этот раз ты будешь не один, — подмигнул Фред. — У нас новенькие. Им как раз нужно задание.       — Но я же всё равно буду разгружать поганый провиант! — вспыхнул Рон. — Какая разница? Почему меня ставят на одно и тоже дело?       Близнецы игриво похлопали по плечам младшего брата.       — Потому что ты — король этого дела, — отметил Джордж. — Никто лучше тебя не справится. Я даже думаю, что это твоё призвание.       — Ребят, наш малыш Ронни покажет вам мастер класс по разгрузке провианта, — подхватил Фред, обращаясь к гвардейцам.       Малфой сузил глаза, смотря на повстанцев. Он не мог поверить в то, что его сейчас заставят таскать коробки и мешки с продуктами. Уму непостижимо. Драко Малфой — чернорабочий?       — Ты чем-то недоволен? — вскинула бровь Кэти, смотря на возмущённую мину Малфоя. — Задание не нравится?       Джинни неловко кашлянула. Но Кэти это не остановило.       — За кров нужно платить. Мы не в том положении, чтобы устраивать дезертирам курортный отдых в нашем лагере. Придётся замарать ручки, — съязвила она.       Теперь уже напрягся и Гарри. Малфой видел с какой силой под столом сжал кулаки друг. Избранный обладал вспыльчивым характером. Он, конечно, не поднял бы руку на девушку, но сместил бы злость на любом более крепком противнике. Хотя Бэлл выглядела отнюдь не слабачкой. Но сейчас драка гвардейцам была не нужна, как бы сильно этого ни хотел Малфой. Видимо, пришла его очередь налаживать ситуацию, потому как Гарри свой лимит уже израсходовал на прошлые выходки друга.       — Я не выспался, — процедил Малфой.       Любой за столом понимал, что это ложь во имя примирения. И, кажется, повстанцы тоже не горели особым желанием встревать в проблемы, потому как Кэти, отпив немного кофе, наконец, натянуто улыбнулась.       Гермиона заметила с каким напором под столом сжимает её коленку Джинни. Наверное, поэтому Бэлл всё же отступила.       — Спать надо ложиться пораньше, — ответила она.

***

      Лазарет располагался в том же корпусе, что столовая и кабинеты. В целом, два блока лагеря являлись жилыми казармами, а в последнем уместились все остальные помещения общего пользования.       Место, отведённое под лазарет, представляло собой палату метров десять в ширину, и шесть в длину. Пятнадцать коек и стеллажи со склянками и котлами для зелий. Малфоя удивило, что помимо стандартных наборов колдомедиков, здесь имелись и какие-то магловские штуки. Шприцы, иглы, ампулы. Повстанцы возмещали недоступность магических элементов зелий простыми магловским препаратами?       В помещении уже начался урок оказания первой медицинской помощи. Ребята обступили кругом одну койку, на которой сидела повстанка с каштановыми волосами. Их было около двадцати человек. Примерно половина лагеря.       — Гермиона, мы принесли коробки с ингредиентами для зелий, — сказал Гарри.       Малфой вместе с Избранным держали в руках груз. Они только зашли в лазарет.       — Отлично, — прервала занятия повстанка. — Рассыпьте их по банкам. Там везде подписано, — бросила она и указала на стеллаж. — Я позже проверю.       — Хорошо, — кивнул Гарри.       Драко молча закатил глаза и последовал за другом. Он с громким хлопком бросил коробку на койку возле стеллажа. Перебирая стеклянные колбы, он со звоном опускал их на металлическую поверхность вспомогательного столика на колёсиках. Лязг сопровождался возмущёнными вздохами гвардейца.       Малфой всего за день порядком устал от примитивного физического труда. Они с Гарри после завтрака разгружали коробки. После помогали на складе. А теперь должны были сортировать ингредиенты, хотя Драко был уверен, что девушка могла бы сделать это сама, раз всё-таки собирается перепроверить. Он со злостью начал шуршать пакетом с засушенным бадьяном и, резко клацнув стеклянной банкой о стол, пересыпал содержимое в ёмкость. Несколько ребят обернулось на его недовольную возню. И Драко был доволен производимым эффектом. Гарри со всех сил сдерживал улыбку.       — Потише, пожалуйста, — шикнула Гермиона. — Не отвлекайте ребят от урока.       Руки Малфоя замерли, со злостью сжимая пустой пакет. Он не ошибся. Она точно была из тех раздражающих особ, которые считали себя умнее всех вокруг и не упускали возможности доказать это.       — При получении ожога и обугливающих заклинаний в первую очередь нужно прекратить действие термического агента, — невозмутимо продолжила Грейнджер. — Потушить огонь или, если ожог от кипятка, то убрать одежду. Повреждённый участок кожи должен быть чист. И сделать это нужно как можно быстрее, — она намеренно не смотрела в сторону парней. — Какие заклинания останавливают огонь? — спросила она у ребят.       — Агуаменти? — неуверенно сказала девочка с косичками.       — Аква эрукто? — подхватила другая.       — Агуа Максима?       Гермиона слегка нахмурилась. Малфой убрал пустой пакет в коробку и вытащил второй, положив его на стол. Он с силой хлопнул по пакету, и тот с характерным выстрелом открылся. Ребята вздрогнули, а девчонка с косичками и вовсе вскричала от испуга, прижав руку к сердцу. Уголки губ Драко слегка приподнялись вверх.        Повстанка скрипнула зубами и продолжила. Избалованный мальчик не любит работать. Ничего нового она о нём не узнала. Это было очевидно.       — Лучше применять «Депримо» или «Глациус». Эти заклинания потушат не только обычный огонь, но и магический, — поправила ребят Грейнджер.       Ученики впитывали информацию, которая являлась для них жизненно необходимой.       — Они могут потушить даже адское пламя? — спросил темноволосый мальчик.       — Да, — кивнула Гермиона.       — Но будет поздно, — хмыкнул Малфой. — Никакое заклинание не вернёт тебе то, что спалит адское пламя.       Мальчик сглотнул. Ребята обернулись к Драко, и он снова с выстрелом открыл пакет. Гермиона сжала зубы от раздражения.       То, как сейчас её бесил Драко, нельзя было уместить в несколько красочных эпитетов.       — Кхм-кхм, после того, как очистите поверхность ожога, нужно обеззаразить её, — вернула внимание ребят к уроку Гермиона. — Если на ходу, то очистите водой. И постарайтесь обеспечить неподвижность повреждённой части.       Ребята обернулись к ней и начали внимательно слушать. Гарри бросил снисходительный взгляд на друга и постарался побыстрее справиться с заданием.       — После этого приступайте к заживляющим заклинаниям. Или используйте зелья. Лучше всего от ожогов подойдут заклинания «Трактаре ардебис» и «Санитатем». Вот, посмотрите, как выглядит руна, — Гермиона палочкой очертила в воздухе руну. — Сейчас попробуем на резиновом макете. Можете потренироваться с…       Пакет снова взорвался и Гермиона не стала продолжать фразу. Она закрыла глаза и медленно выдохнула воздух.       — Спасибо. На этом хватит. Я сама разберусь с ингредиентами, — еле сдерживая себя, процедила повстанка парням.       Драко невозмутимо развернулся, на ходу пересыпая листья крапивника в баночку.       — Ну раз ты так настаиваешь, — протянул он с ухмылкой.       Малфой нерасторопно смял шуршащий пакет в руках, максимально раздражая девушку шумом, и кинул комок в коробку.       — Раз наша помощь больше не нужна, то мы пойдём. Не смеем мешать лечению резиновой руки, — с издёвкой бросил Драко.       Гермиона сверкнула глазами.       — А ты прав, — неожиданно сказала она. — Тренироваться на резиновых макетах не так эффективно, как на настоящем человеке, — Гермиона заговорщически улыбнулась. — Мне всё же понадобится помощь.       Гарри поправил очки, а Драко смерил девушку фирменным высокомерным взглядом:       — На что ты намекаешь?       — Не поможешь нам? — карие глаза загорелись.       — Я не подопытная крыса, — отрезал он и двинулся к выходу. — Пошли, — рыкнул он Гарри.       Избранный бросил извиняющийся взгляд на девушку и уже было последовал за другом. Гермиона снисходительно покачала головой.       — Боишься? — хмыкнула она. — Аристократам ведь нравится только причинять боль. Наверняка ты бы рассыпался от одного ожога, — с сарказмом вела повстанка.       Малфой замер у двери. Он стиснул скулы от чувства, что начало надоедливым зверьком вертеться внутри живота, заставляя беситься ещё больше. Этот лагерь, эти до жути раздражающие повстанцы, эти её презрительный взгляды. Да что вообще она о нём знает, чтобы так уверенно болтать? Драко и так был на пределе. Возможно, в любой другой момент он бы сбросил это на откровенное подстрекательство. Но кровь кипела так, что, разрушая все логические установки, Драко сорвался с места и двинулся к девушке. Гермиона встала с койки и вздёрнула подбородок. Карие глаза с вызовом уставились на него.       — Ничего я не боюсь, — выплюнул он.       Их разделяло около метра, но он отчётливо ощущал, как волны неприязни друг к другу сталкиваются в неистовой борьбе. Между ними явно разгорался огонь ненависти. Маглорождённая повстанка из сил Сопротивления и чистокровный аристократ, выходец элитной армии Тёмного Лорда. Пусть сейчас он был для всех дезертиром, но это не отменяло все прошлые года и громкую репутацию его фамилии.       — Раз так, то ты, наверное, не откажешься побыть нашим пациентом? — карие глаза метали молнии.       Драко прищурился, изучая девушку. И спустя мгновение сел на койку.       — С удовольствием, — прошипел он, уничтожая её взглядом.       — Не обещаю, что будет сладко, — подливала огонь Грейнджер. — Уверен, что сознание не потеряешь?       Он злобно усмехнулся, высоко задрав голову.       Гермиона так сильно хотела содрать с его лица это самодовольство. Её бесило поведение наглого гвардейца, сорвавшего ей урок. Орден предоставил ему кров, а он ведёт себя как эгоистичный, неблагодарный ублюдок. В ней загорелось безумное желание заставить его заткнуться.       Но, даже протягивая ей руку и сидя на кушетке, он умудрялся смотреть на неё свысока. Хотя в таком положении примерно на две головы был ниже. Гермиона вынула палочку, располагавшуюся в кожаной кобуре, прикреплённой к правой ноге выше колена. Так палочки носили все в лагере. Она взмахнула ей и произнесла заклинание огня.       Малфой сдержал шипение, но на серые глаза слегка навернулись слёзы. Гермиона убрала палочку. Кожа под вспышкой пламени спалилась, оголяя плоть.       Боль была жуткая, но Драко изо всех сил стиснул зубы, чтобы не закричать.       Смотря на развернувшуюся сцену, Гарри закусил кулак. Он слишком хорошо знал друга. Его редкостное упрямство, которое иногда возникало в состоянии раздражительности, было не унять. Малфою сейчас жизненно необходимо было утереть нос повстанке. Никто не смел издеваться над ним.       Губы его побелели, а на лбу проступила испарина от испытываемой боли. Рука выглядела жутко.       Гермиона, напротив, с невозмутимым видом посмотрела на учеников, которые, обомлев, таращились на руку гвардейца.       — Помните, да? «Трактаре ардебис» и «санитатем». Вставайте в очередь. Будете залечивать по небольшому участку повреждения поочерёдно, — любезно сказала Гермиона.       Малфой ощущал дикое жжение в месте ожога. Всё, чего он сейчас хотел — это чтобы ожог немедленно залечили. И точно не малолетки, которые в первый раз пробуют новые заклинания, а опытный врач. Сиюминутно. Просто немедленно. Но Гермиона предпочла растянуть процесс.       «Ах ты садистка. Сука, блять» — кричал внутри Малфой, до скрипа сжимая зубы.       Ребята принялись к заданию, пока Малфой мысленно молился Салазару, чтобы проклятая повстанка ответила за это. Он упрямо не хотел принимать тот факт, что сам повёлся. И, несмотря на всю боль, он всё ещё задирал подбородок. Самолюбие и чувство собственного достоинства притупляли ощущения.       Гермиона так много раз видела разного рода раны и обуглившаяся кожа с выступающей плотью не сильно её волновали. Она отслеживала и поправляла учеников в выполнении заклинаний. То, что действительно её волновало, так это выдержка гвардейца. Ему должно было быть до крика больно. Она рассчитывала, что он скрючится и завизжит, после чего Грейнджер любезно залечит его раны. А всё остальное время он будет следить за языком, вспоминая свой позор. По её мнению, раз он дезертир, значит, никакого духа и стержня в нём нет. Но не тут-то было.       Драко сжимал второй рукой край койки и терпел боль. Он был настолько сдержан в своих эмоциях сейчас, что Гермиона, ненароком бросая на него взгляд, удивлялась. Почему он сбежал из своей армии? Раз в нём так кипит чувство собственного достоинства, и он явно не слабак. В чём же тогда дело? Что стало причиной? Принять позор бежавшего воина? Ради чего?       «Эти парни оказались здесь не просто так» — подумала Грейнджер.       Да, ей следовало бы наложить на него обезболивающее, но извращённая часть сознания хотела посмотреть насколько его хватит.       Малфой тяжело сглотнул. Он не смотрел на место ожога. Но ощущал, как понемногу, начиная с краёв, боль и жжение отступает. Ученики работали медленно, пытаясь освоить новую руну. Ему постепенно начало казаться, что в глазах плывёт, но он сжимал руку на краю кушетки так, чтобы не потерять сознание. Не сегодня. Не перед этой бесящей девушкой. Он докажет ей. Драко мысленно повторял себе это, пока, наконец, очередь учеников не подошла к концу.       Гермиона взмахнула палочкой и приложила к руке Малфоя компресс, смоченный в бадьяне. Всего на секунду тонкие пальцы коснулись его кожи. Серые глаза резко взметнулись вверх, ловя карий омут под прицел. Сейчас в её взгляде не было эмоций, что бушевали около получаса назад. Она будто задавалась какими-то вопросами.       Но одно было точно — Малфой ясно дал понять, что его не нужно брать на слабо.       Драко резко встал с койки, отдёргивая руку. Гарри всё это время ждал друга, замерев у стеллажей.       — Скажите ему спасибо за то, что помог вам, — голос Грейнджер звучал напряжённо.       Дети закивали головой, переводя взгляды от девушки к парню.       — Скольких аристократов ты знаешь? — неожиданно процедил Малфой.       Он всё еще отходил от болевого шока.       Грейнджер не ответила, закусив губу. По сути, с истинным чистокровным волшебником из высокого общества интеллигенции она общается впервые.       — Так и думал, — едко усмехнулся Малфой. — Так откуда тебе знать, что нравится аристократам? Что они могут, а что нет? — девушка молча смотрела на него. — Не говори о том, чего не знаешь, выскочка, — бросил Драко, выходя из лазарета.

***

      Друзья заняли очередь у раздаточного стола. Следом за Драко устроилась девчонка с косичками, что недавно была на уроке в лазарете. Все собрались в столовой лагеря на обед.       — Меня Мия зовут, — улыбнулась она, накручивая кончик косички на палец.       Малфой поднял одну бровь, окидывая её холодным взглядом. Он не отвечал, молча ожидая продолжения. Девочка занервничала.       — А тебя Драко зовут, да? — пыталась завязать разговор она.       Девчонке было лет двенадцать. Светлые волосы собраны в две косички, а голубые глаза съедали взглядом гвардейца. Малфой проигнорировал её и отвернулся к другу.       — А на тебя запали, — вернул ему колкость Избранный.       Драко пафосно закатил глаза, стоя в разворот к девчонке.       — Знаешь, если тебе понадобится моя помощь… — начала она.       Драко обернулся.       — Чем ты можешь мне помочь? — процедил он, окуная её в ледяную сталь своего тона.       — Я… — растерялась Мия.       Малфой чуть наклонил голову в бок, зная, что это только усложнит задачу девчонке. Он был уверен, она растеряется настолько, что больше никогда с ним не заговорит. Но спустя мгновение Мия, взяв ложку с подноса, уверенно посмотрела на Драко.       — Я много чего могу, — сказала девчонка и очень медленно облизала ложку, не отводя взгляда от гвардейца.       Гарри за его спиной поперхнулся. Это выглядело настолько нелепо и смешно, что Малфой даже не нашёл что ответить. Его лицо вытянулось. И он завис на какую-то долю секунду, замирая от осознания, что сейчас происходит.       Девчонка всё ещё смотрела на Драко, когда он отвернулся к другу, в чьих глазах читалось: я-буду-издеваться-над-этим-моментом-вечность.       Парни сели за стол к старшему поколению повстанцев. Драко упорно старался не замечать присутствие Гермионы.       Грейнджер видела странную и абсурдную картину у раздаточного стола. Это было так глупо со стороны Мии. Но, видимо, девочку поразила выдержка Драко. А как заинтересовать взрослого парня она не знала. Надо признать, попытка была ужасной…       — А ты понравился ей, — хмыкнул Фред, смотря, как Малфой переступает скамейку и садится за их стол.       Драко сморщился.       — Думаю, её зацепило то, что было в лазарете, — бросил Избранный.       Гермиона ненадолго замерла, а после продолжила медленно прожёвывать обед.       — А что там было? — спросил Рон.       — Драко вызвался помочь потренироваться заживлять ожоги на нём, — ответил Гарри.       Фред и Джордж одновременно присвистнули.       — Не тошнит после обезболивающих? — безразлично хмыкнула Кэти, которую это, кажется, нисколько не впечатлило.       Гермиона кашлянула и запила еду водой, не отрывая сосредоточенного взгляда от тарелки. Она не гордилась той выходкой и откровенным подстрекательством, но не смогла себя остановить. И сейчас ей было стыдно за этот порыв.       — Обезболивающих? — вопросительно поднял бровь Поттер.       — Ну да. На прошлой неделе Чарли помогал тренироваться залечивать рваные раны. Он говорил, что после обезболивающих зелий, что дала ему Гермиона, его подташнивало, — ответила Кэти.       Малфой, наконец, перевёл взгляд на Гермиону. Она нехотя подняла глаза и снова закусила губу. Привычка? Гарри проследил за их напряжёнными взглядами. Друг явно мысленно пускал молнии в девушку.       — Наверное, Гермиона забыла об обезболивающих, — неловко сказал Избранный, поёрзав на стуле.       — Наверное, — холодно добавил Малфой, и Грейнджер опустила глаза.       Повстанцы обменялись многозначительными взглядами, но никто не стал комментировать ситуацию.

***

      Небо потемнело, окунаясь в сиренево-лиловые тона вереска, тянущемуся по пологому склону холма. На мили вокруг не было видно и намёка на другие поселения. Только бесконечная цветущая пустошь Юго-запада Англии, графства Девон. Девственно-чистая природа укрывала убежище сил Сопротивления, являясь новым домом для детей, внезапно открывших для себя магический мир, который, увы, не встречал их радужно и любезно.       Солнце перестало так печь. Время близилось к шести вечера. И на общей площадке собрались все ученики лагеря. Повстанцы, проходившие обучение, делились всего на два класса. Первогодки одиннадцати лет и второгодки. Каждый класс насчитывал не больше двадцати человек. В целом, после окончания двухлетнего курса подготовки в лагере «Янтарь», ребята переходили в следующий лагерь под руководством Сириуса и Ремуса, который носил кодовое названия «Лунный камень». А завершали обучение в лагере «Ракушка», которым управляла Минерва Макгонагалл.       Повстанцы ждали начала вечерней тренировки. Старшие ребята, работавшие и помогавшие в лагере, не пропускали ни утренних, ни вечерних тренировок, чтобы постоянно держать себя в тонусе.       Билл и Чарли шли от общего корпуса к ребятам, держа в руках кожаные свитки.       — Ребята, разбираем корсеты. Одеваемся и готовимся к практике магических дуэлей, — кинул на землю свитки Билл.       Драко и Гарри стояли на деревянной веранде их корпуса. Мимо них прошли девушки старшего поколения. Джинни всего на секунду задержалась возле Избранного, убирая выбившуюся из хвоста прядь за ухо. На что друг улыбнулся, а Малфой закатил глаза.       — Гарри, Драко, присоединяйтесь, — позвал их Чарли.       Гвардейцы уже ощущали ноющую боль в мышцах от утренних тренировок, и новые нагрузки воспринимались как каторга, но любопытные взгляды повстанцев делали своё дело. Друзья со вздохом двинулись на площадку.       Ребята надевали и перешнуровывали друг другу кожаные корсеты, затягивая верёвки на спине. Старшее поколение корсеты не надевало.       — Зачем это? — спросил у близнецов Гарри, указывая на груду кожаных свитков.       — Это для того, чтобы держать ровную спину во время дуэли. Так цикл магии проходит по скелету организма более равномерно, — ответил Джордж.       — Впервые о таком слышу, — хмыкнул Гарри.       — Попробуете? — спросил Фред. — Это не так просто. Не знаю, справитесь ли вы, — игриво улыбнулся он.       Их снова подталкивали. Избранный криво усмехнулся, поднимая с земли кожаный корсет.       — А как надевать? — спросил он, передавая Малфою свиток.       Драко казалось, что столько раздражения просто невозможно пережить за один день. Но каждое новое испытание первого дня в лагере «Янтарь» разбивало это представление. Он медленно выдохнул, мысленно метая огненные шары в голову друга.       — Давай помогу, — предложила Избранному помощь Уизли-младшая.       Гарри облизнулся, сдерживая улыбку. Лёгкие искорки флирта уже начали щекотать ноздри Малфоя, которые и без того с каждой секундой расширялись от гневного дыхания.       — Гермиона, помоги Драко, — сказала Джинни.       Грейнджер видела, с каким недовольством просто присутствует гвардеец на площадке. Казалось, что если чиркнуть спичкой возле него, то вспыхнет пожар.       — Да, хорошая идея попробовать этот вид тренировок, — поддержал Билл. — Давай, Гермиона, помоги Драко с корсетом и приступаем.       Она нехотя подошла к Малфою, который и вовсе её игнорировал. После случая в лазарете, Грейнджер испытывала некоторую неловкость.       — Повернись спиной, — попросила Гермиона, ощущая напряжение.       Малфой, недовольно скривившись, обречённо вздохнул и повернулся спиной к повстанке. Внезапно такой простой жест стал каким-то слишком интимным и близким. Но Драко силой отогнал эти мысли. Она развернула корсет и, встав позади гвардейца, пропустила руки около его талии, пытаясь устроить атрибут для тренировки.       — Тебе нужно снять куртку, — сказала Гермиона, удивившись своему внезапно охрипшему голосу.       Малфой обернулся на неё через плечо. В стеклянных глазах плескалась издёвка. Он чувствовал, что ей стыдно за подстрекательство и не мог упустить возможности отыграться.       — Если горишь желанием раздеть меня, то сними сама.       — Ничего самостоятельно сделать не можешь? Привык, что тебе прислуживают? — тут же вспыхнула она, намекая на рабский труд маглорождённых волшебников.       — Нет. Я привык, что девушки сами меня раздевают, — возразил Драко.       Гермиона фыркнула от напыщенной реплики парня. Ей не за чем ощущать себя виноватой. Он заслужил.       — Отвыкай. Здесь до тебя никому нет дела, — бросила она.       Ухмылка сползла с лица гвардейца. Он отвернулся. И через секунду по носу Гермионы ударила грубая ткань формы. Малфой задрал нижнюю часть куртки и с излишним размахом закинул её себе на плечи так, чтобы открыть талию для повстанки, но Гермиона стояла так близко, что куртка просто проехалась по её носу.       Она знала, что Драко сделал это намеренно. Он мог просто снять куртку, но, видимо, желание бесить Гермиону стало ориентиром его пребывания в лагере. Его особой задачей, с которой он справлялся на ура.       — Ой, прости. Я не специально, — фальшиво протянул Малфой.       Гермиона видела беснующиеся довольные огоньки, вспыхнувшие в его глазах.       — Я так и поняла, — любезно процедила она, закрепив застёжку корсета.       Малфой снова отвернулся, и Грейнджер начала перетягивать шнурки, пропуская их один за другим в отверстия корсета.       — Как-то сковывает движения, — буркнул Гарри.       Джинни уже почти закончила собирать гвардейца. Малфой заметил, какие взгляды бросает Гарри на рыжую девушку. Избранный любезно снял куртку и, как бы не специально, напряг мышцы на руках, демонстрируя рельеф.       «Павлин, блять» — думал Драко, смотря за этим преставлением, которое было уже вдоль и поперёк изучено Малфоем за столько лет.       Он знал, как меняется голос Гарри и поведение рядом с девушками, которые ему нравятся.       Будто ненароком, Избранный уронил свою куртку на землю и перевёл взгляд на Джинни.       — В этом корсете не удобно нагибаться, — говорил Гарри, пока делал неуклюжие попытки поднять куртку. — Я не дотягиваюсь. Не поможешь? — растянулся в обворожительной улыбке Избранный.       Малфой ухмыльнулся. Он понимал, чего добивается друг, и был не прочь взглянуть на бёдра девушки в интересном положении. Но нить предвкушения зрелища была оборвана.       Джинни ловким движением толкнула Избранного назад, и, поставив парню подножку, уложила его на лопатки. Гарри оказался на земле рядом со своей курткой, когда брови Малфоя удивлённо взлетели вверх.       — Теперь дотягиваешься? — бросила взгляд на лежащего парня Джинни.       Гарри расплылся в довольной улыбке. Игра началась.       — Теперь — да…       Спина Малфоя затряслась от беззвучного смеха, когда шнурки вдруг резко затянулись на талии, выбивая воздух из лёгких. Он поперхнулся и тут же с гневом обернулся к Гермионе.       — Ой, прости. Я не специально, — передразнила его Грейнджер.       Малфой прищурился, внимательно смотря в дерзкие карие глаза. Видимо, новичкам лагеря не сразу стало понятно, что девушки здесь совершенно другие. Они не будут заглядывать им в рот и хлопать ресницами, не будут потакать их желаниям и строить из себя милых леди. Огонь встречал воду в бесконечной битве.       — Готово, — бросила Гермиона, отходя от Малфоя.       Гарри встал и отряхнулся. Он всё ещё едва заметно улыбался, смотря на рыжую бестию, что разговаривала с братьями.       — Интересно, — протянул гвардеец, поправляя оправу очков на переносице. — Я бы даже сказал «очень».       Малфой перевёл взгляд на Гермиону, которая помогала девчонке надевать корсет.       — Ну ты и дебил, — процедил он. — Даже сейчас находишь время для девчонок.       — Посмотри на всё с другой стороны, — процитировал утренние наставления тренера Избранный. — А вдруг я завтра умру?       — И это всё, о чём ты думаешь? — усмехнулся Драко.       — Смотря на неё, да, — улыбнулся Гарри, глазами указывая на рыжую повстанку.       Билл и Чарли разделили учеников по парам. Рон с Перси, Кэти с Чарли, Джинни с Гермионой. Близнецы и новички тоже составили пары для магической дуэли.       — Магия содержится в крови, — пояснил Билл. — Но сила вашего магического потока зависит от правильного положения скелета. Корсет помогает держать осанку, чтобы сдерживать вас в анатомически-правильном положении. Так, кровь циркулирует по организму, освобождая магию более эффективно.       Он подошёл к одному из мальчиков, который был на уроке Гермионы в лазарете.       — Вы должны чувствовать поток магии, который течёт по вашим жилам. Она концентрируется вот здесь, — Билл указал на солнечное сплетение. — И отсюда идёт по организму. Вам нужно ощутить её и научиться контролировать. После чего вы сможете направлять её через заклинания. Точно знать, насколько вас хватает. Понимать природу любой магии и ощущать её влияние на вас.       Гвардейцы переглянулись. О таком они слышали впервые. Их обучали иначе.       — Тёмная магия может показаться сильнее, — продолжил Билл. — Но она наносит неизгладимый вред волшебнику, который её использует. Это каждый раз сделка с дьяволом, в которой ты отдаёшь часть своей души за каждое использование непростительных.       Он отступил от мальчика.       — Вы можете поравняться мощью с тёмной магией, но это потребует больше усилий. Поэтому стать сильным волшебником без её использования — это кропотливый и методичный труд. Вам нужно будет работать над собой, — Билл отошёл от повстанцев, занимая место наблюдателя. — Уберите палочки и приступайте к концентрации магии на кончиках пальцев. На разминку даю вам пятнадцать минут.       Гарри и Драко уставились друг на друга. Они понятия не имели, что нужно делать. В Хогвартсе проводились уроки беспалочковой магии, но они их пропускали, потому как обязательными те не являлись.       — Чушь какая-то, — процедил Драко. — В чём смысл магической дуэли, если нам нельзя пользоваться палочками? И эти кретинские корсеты.       Билл заметил растерянность новичков. Они выделялись из толпы повстанцев, которые уже активно выполняли разминку.       — Так, давайте поясню, — старший из братьев Уизли подошёл к парням.       Гермиона и Джинни бросили косой взгляд на гвардейцев, которые тормозили с простым упражнением. Простым для повстанцев, привыкших делать это ежедневно, но не для новичков, что не представляли своей магии без палочек.       — Когда вы были маленькими, неконтролируемые всплески магии выходили и без наличия палочек. Так ведь? — спросил Билл. — Ну так это тоже самое. Закройте глаза и сосредоточьтесь на потоках магии в вашем теле. Ощутите её.       Гарри тут же послушно закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Малфой же не собирался выполнять этот бред. Он нервно хрустел костяшками пальцев, пока не увидел едва заметное свечение на руках друга. Гарри распахнул глаза от удивления.       — Видел? — радостно спросил он.       — Как ты это сделал? — Малфой смотрел на поблескивающий свет вокруг ладони Избранного.       — Сделай то, что сказал Билл. Закрой глаза и почувствуй свою магию. А потом направь её в руки, — торопливо говорил Гарри, воодушевлённый новым открытием и удачной попыткой.       Малфой, нахмурившись, решил всё-таки попробовать. Они всегда с другом шли бок о бок. И сейчас Драко чувствовал себя так, будто его оставили позади. Но как бы он ни старался, почувствовать проклятые потоки магии не удавалось. Отведённое под задание время истекло, а у Драко так и не вышло.       — Приступим к отработке боевого комплекса заклинаний, — сказал Билл.       Повстанцы тренировались в таком же бешенном ритме, что и утром, но только делая выпады заклинаниями. Малфоя никак не отпускало разочарование, ведь неудача с освоением беспалочковой магии стала для него неожиданностью. И последней каплей послужила высокомерная усмешка Кэти Бэлл, которая, конечно, не упустила момента вставить пару колкостей.       На ужин Драко решил и вовсе не ходить, ожидая друга в комнате.       Гермиона видела, что всю тренировку раздражающий гвардеец был напряжён. А его отсутствие на ужине только поставило точку в её мысленном досье на парня.       «Он не любит проигрывать».       Гарри зашёл в комнату и тут же ощутил эту тяжёлую атмосферу самобичевания. Малфой лежал на кровати лицом к стене.       — Слушай, мы можем попрактиковаться. Мало у кого получается с первой попытки, — осторожно начал Избранный.       Тишина.       Эти слова только ещё больше взбесили друга, потому что теперь чувство зависти к Гарри начало обретать свои чёткие силуэты.       — Я спросил у ребят… Ты можешь поужинать на кухне лагеря. Если захочешь, — продолжил Гарри.       Малфой фыркнул, всё ещё лежа спиной к другу, уткнувшись взглядом в стену.       — Ребята объяснили мне, как развивать беспалочковую магию. Давай завтра потренируемся… Я помогу те…       — Ребята, ребята, ребята! — взорвался Малфой, наконец, удостоив взглядом друга. — Что, друзей себе нашёл? Быстро же ты устроился тут.       Поттер хотел ответить, но в комнату постучались.       — Войдите, — машинально ответил Гарри.       Молли Уизли зашла в небольшую каморку гвардейцев, и парни увидели на её лице сожаление.       — Что с ними? — тут же спросил Малфой, подскакивая с кровати.       — Мальчики, мне нельзя раскрывать информацию. Но мы с Артуром посчитали, что жестоко держать вас в неведении. Вы ведь переживаете за своих родителей, — Молли задумалась, смотря на Гарри. — За своих близких, — поправилась она.       Ведь в действительности Снейп не был отцом Избранного.       — Все последствия лягут на наши плечи, поэтому прошу без глупостей, — предостерегла женщина, нервно заправляя за ухо рыжий локон. — Обещайте мне.       Гвардейцы одновременно кивнули, замерев в ожидании новостей.       — Люциуса и Нарциссу держат под стражей в Мэноре. У них отобрали палочки, но они не в темнице. Тёмный Лорд подозревает их в измене. Снейпа забрали из Цитадели. Куда его отправили — непонятно. В каком он состоянии тоже, — сказала Молли. — Мне очень жаль. Это всё, что удалось разузнать разведке.