Костер из рябиновых веток

Первой мыслью было уйти на Дорогу. Больше мыслей не было – пришла боль. Потолок перед глазами плыл, любое движение причиняло мучения, а на краю кровати, рядом с ним, сидел Алва и перевязывал разодранную руку Дика. - Судя по взгляду, объяснять происходящее тебе не нужно. – уронил бывший эр, не отрываясь от своего занятия. Взгляд он понял правильно - Ричард все помнил. - Что вы наделали... Ричард надеялся, что это прозвучит хоть бы угрожающе, но он просипел это жалко и обижено. Алва невесело усмехнулся и посмотрел на него: - Вернул вас в мир живых. Вы против? Невозможные синие глаза смотрели изучающе, и от почудившегося в них сочувствия хотелось выть. - Да! Что мне здесь?!... Ричард не договорил. Из последних сил метнулся к окну, вырвав из рук Алвы еще не завязанные повязки, с кровати вслед за ним посыпались ветки рябины, конечно, уже не опасные ему, но Ричард не сдержался и зашипел - почти закричал. От досады, боли, несправедливости, неопределенности... Он добрался до окна, сам не зная, что хочет сделать, вцепился в раму. - Зачем?... Алва остался сидеть на краю кровати, наблюдая за ним. - Потому что вы хотели жить. Даже будучи... Нежитью. Я видел, вы хотели жить, Ричард. - Вы не понимаете... Увидев, как Алва встает и идет к нему, Ричард, повинуясь внезапному порыву, в два движения забрался на окно и открыл створку: - Не подходите. Алва остановился, замерев на полушаге. - Так объясни. Ричард зажмурился. Объяснить хотелось. Чтобы Алва понял, что натворил! Или, ничего не объясняя, шагнуть за окно, какой там этаж, четвертый? Человек разобьется, упав с такой высоты? «Я разобьюсь» подумалось вдруг. Он снова был человеком, расцарапанные руки кровоточил совсем по-человечески, а вместо холода и не утоляемого желания найти что-то, кого-то – совершенно человеческие чувства: обида, боль, растерянность... Хотелось - не быть. Хотелось – чтобы не было так невыносимо наедине со своей развороченной душой. Он прислонился спиной к стене, чувствуя холодный камень. Решимость шагнуть на карниз и с него в пустоту, таяла с каждым мгновением. - Я подойду. – донеслось из глубины комнаты. Это не было вопросом, и Ричард не ответил. Его накрыло безразличием и оцепенением. Что ему теперь делать и зачем быть? Алва медленно подошел, дотронулся до руки, завязал болтающийся край повязки. Ричард отстранено заметил, какие теплые у него руки и что ладонь Алвы тоже перевязана, только наскоро и небрежно. - Лучше вам было вовсе лишить меня жизни, а не возвращать... Алва вдруг обнял его за плечи, стянул с окна. Ричард забился в крепких объятиях, сам не зная зачем пытается освободиться... Алва держал, не сопротивляясь неловким ударам, а только уворачиваясь от совсем уж опасных. Дик осознал это и мгновенная злость схлынула, снова давая место пустоте и безразличию. Ричард перестал сопротивляться сильным рукам, обмяк и упал бы на пол, если бы Рокэ его не держал. - Отпустите меня, я не стану… в окно. Рокэ не отпустил. Повел к креслу, усадил, убедился, что Ричард не вскочит снова к окну, отошел, вернулся, сунул в руки бокал. С водой, с вином, с кровью? Вкуса Ричард не чувствовал, но сделал глоток и стало легче. Алва сел на подлокотник кресла, обнял одной рукой за плечи и приказал говорить. Ричард заговорил. Он говорил, говорил, говорил обо всем, что мучило, что вертелось на языке, что не давало дышать. Вставал, садился - почти падал в кресло, снова ходил. Рокэ ловил его за руку, усаживал и слушал. В какой-то момент Ричард обнаружил, что сидит у Алвы на коленях, склонив голову к его плечу, а тот тихонько качает Дика в объятьях, как растревоженного ребенка. Было все равно, как это выглядит и что мог бы подумать о нем или бывшем эре случайный свидетель, если бы такой оказался. Раньше бы это волновало, а сейчас ему было плевать. Алва был живым, теплым и Ричард еще помнил чувство выходца отчаянно нуждающегося в этих объятиях и его тоску без Рокэ. Дику было плевать на все ровно до того мгновения, когда он вспомнил, как выходцем видел своих родных, как приходил к ним, звал и плакал под окнами. Ричард вскочил, сжал голову руками и некстати заметил взгляд Алвы. Тот смотрел не брезгливо, нет, но будто бы изучал что-то странное. - Почему вы так смотрите? Алва хмыкнул, но ответил: - Размышляю можно ли рассчитывать, на то, что вы достаточно успокоились или необходимо будет запереть вас на эту ночь в комнате без окон. Запереть? Осознание накрыло Ричарда... Этот человек может сделать с Диком все, что угодно. Скорее всего, все знают, что герцог Окделл мертв. Он никто и у него нет совершенно ничего, кроме желания найти сестер и мать. Когда ему вдруг стало кого терять - он снова полностью зависел от Алвы. Дик сел на ближайшее подходящее для этого место, кажется, это была кровать, и заставил себя сдержать панику. Боясь посмотреть на Алву, потому что не сумел бы сейчас скрыть свой страх и даже ужас, Ричард, призвав все остатки спокойствия, все же поднял на него глаза и спросил то, с чего следовало начать: - Что вы собираетесь делать? Алва ответил не сразу. - Ричард, о чем вы? - Что вы собираетесь делать... Со мной. – Дик заставил себя договорить. Алва мучительно долго его рассматривал думая о чем-то. Ричард не позволил себе отвести взгляд. - Вам ничего не угрожает, если вы спрашиваете об этом – наконец ответил Алва. Совершенно не поверив, но не зная что сказать, Ричард спросил как есть: - Как... Как я могу вам верить? Алва медленно встал из кресла, подошел и сел с ним рядом. Ричард заставил себя не отшатнуться, не вздрогнуть, не дернуться в сторону, когда на его сцепленные руки легла горячая ладонь: - Я не предлагаю вам мне верить. Вы убедитесь сами - никто здесь не будет злоумышлять против вас. Прозвучало от чего-то очень торжественно и захотелось обмануться, довериться этим словам. Ричард медленно вдохнул и выдохнул. Он вдруг вспомнил ледяное спокойствие выходца у которого не было даже имени, но была уверенность, что никто не сможет навредить ему. Никто не сможет сделать хуже, чем уже есть. И тогда он решил рассказать. - Я видел сестру и мать. Не на Дороге, здесь, и... - Ричард... Дикон... - Алва перебил его, - Я должен сказать вам сразу. Ричард молчал, глядя на него, боясь услышать что-то страшное. Алва помедлил, но все-таки договорил: - На месте вашего замка - озеро. Там происходили странные вещи. Если коротко, случился обвал и все, кто был там... Все погибли. Я думал вы знали. - Нет! – Дик заставил себя повторить спокойнее, - Нет. Я видел их. Мать и мои сестры. Им удалось спастись. Я видел их и найду их. Решительно договорив, Ричард вновь посмотрел на Алву, но на этот раз не чувствуя больше никакой паники и никакого отчаяния. Только холодную уверенность найти родных, так или иначе. - И вы не сможете помешать мне в этом. Алва кивнул: - Непременно найдете, Ричард, - и он крепко сжал его руки. Помедлив, Дик ответил на это движение.