Один из тысячи

— Которая? — раздался сзади шёпот. — Во-он та, со шрамом. — Вот эта?! — Ш-ш-ш! Не кричи так! И не тычь пальцем. Марджери почувствовала, как окаменели мышцы шеи. Рука, тянувшаяся за банкой кофе, замерла в воздухе. Ей не впервые было слышать пересуды за спиной, но она все равно каждый раз чувствовала себя втоптанной в грязь. Голоса позади перешли на еле слышное бормотание. Она вжала голову в плечи и поспешно сложила покупки в бумажный пакет. Не стоит обращать на это внимание. Люди не знают всей правды, вот и развлекают себя сплетнями. Лавка «У Старой Бекки» была чуть ли не единственным местом в Хогсмиде, не пострадавшим от новой власти. Торговля шла бойко, и хозяйка, одноглазая миссис Пфайффер, вполне преуспела за последний год — в основном за счет отсутствия конкурентов. Многие волшебники после прихода к власти Волдеморта покинули страну, и некогда оживленная деревня теперь опустела. Дома смотрели на мир сквозь заколоченные окна, а улицы пустели с первым наступлением сумерек. Марджери стиснула зубы и нехотя двинулась к прилавку. Миссис Пфайффер перекинулась взглядом со своей собеседницей, толстенной ведьмой средних лет. На лицах обоих застыла брезгливость. — Добрый день, мисс Слизнорт, — хозяйка изобразила улыбку. — Т-а-ак, что у нас здесь? Кофе, хлеб, молоко… С вас пятьдесят кнатов. Марджери отсчитала несколько монет, не поднимая головы. Она старалась выходить из гостиницы как можно реже, но сегодня, как назло, все продукты разом подошли к концу. Миссис Пфайффер ловким движением руки загребла деньги: — Благодарю, дорогуша! Хорошего дня! Марджери развернулась к выходу, изо всех сил пытаясь не сорваться на бег. Дверь за ней не успела захлопнуться, как сзади донеслось тихое: — Пожирательская подстилка! В носу защипало. Она бросилась вниз по ступенькам, едва не наступив на подол собственного платья. Не стоит думать об этом! Если бы они знали правду о Северусе, то не посмели бы так говорить. Марджери прижала к груди пакет и двинулась вперёд, через пустую ярмарочную площадь. Сейчас, когда здесь не было кучи разноцветных палаток, место это выглядело на редкость уныло. Несколько мальчишек вяло гоняли мяч, а рядом с ними, греясь под майским солнцем, дремала облезлая дворняга. При её приближении дети замолкли и насторожились. Пёс поднял голову, навострив уши. Марджери быстро прошла мимо, стараясь не смотреть по сторонам. Ну, ничего нового. С момента её появления в Хогсмиде все здесь относились к ней с опаской: кто знает, что можно ждать от любовницы главного слуги Темного Лорда? Когда они с Северусом обосновались здесь, то решили не скрывать своих отношений. Ничего противозаконного, с точки зрения новой власти, в их связи не было: Марджери была чистокровной волшебницей, и никогда не сражалась на стороне Ордена Феникса. Да и к тому же, правда рано или поздно все равно бы выплыла наружу. Хогвартс наполнился Пожирателями Смерти, и кто-нибудь из них обязательно заметит, что директор каждый вечер отлучается неизвестно куда. Закатное солнце, вынырнувшее из-за крыши, ослепило глаза. Марджери сощурилась и свернула в маленький переулок. Её гостиница — единственная, оставшаяся открытой, — располагалась в обветшалом доме с деревянными крыльцом. На первом этаже, в пыльном холле, дремал седовласый старичок. При появлении Марджери он открыл глаза, что-то пробубнил под нос и сплюнул. Старая лестница встретила её привычным скрипом. Марджери взлетела наверх, юркнула в свою комнату и быстро повернула ключ. Стало легче: так, будто она сбросила тесные неудобные туфли. Теперь, по крайней мере, она одна. Никто не будет бросать на неё косые взгляды и шипеть оскорбления вслед. Её нынешнее жилище состояло из крохотной кухни, а также двух узких комнат: спальни и гостиной. Ничего не скажешь — это было лучшее из того, что могла предложить небольшая волшебная деревня. Марджери жила в общем-то неплохо, и не могла пожаловаться ни на что. Если забыть, что власть в Англии захватил Тёмный Лорд. От этой мысли солнечный свет за окном будто потух. Взгляд упал на забытую Северусом в прошлый раз мантию. Ох, Мерлин… Что же с ними будет дальше? Тревога душила, и, чтобы как-то избавиться от неё, Марджери решила приготовить себе кофе. Она отправилась на кухню, кинула пакет с продуктами на стол, и взмахнула палочкой, чтобы вскипятить воду. Вышло только с третьей попытки. Руки тряслись, мысли разбегались в стороны, как тараканы, и в итоге через несколько минут в её чашке дымилась мутная жидкость, запахом напоминающая жженое сено. Она зажала в ладонях чашку и села за стол в гостиной. Было непривычно и одиноко столько времени проводить одной: обычно Северус приходил к ней каждый вечер, заканчивая дела в школе. Он с тихим хлопком появлялся на пороге, целовал её в щёку, а потом долго и молча сидел в кресле у камина, сверля взглядом пустоту. Так было почти четыре месяца, а теперь… Теперь она не видела его с прошлой недели. Марджери сделала глоток и поморщалась. На зачарованном календаре появилась единица: первое мая, почти конец весны. Уходя от неё в последний раз, Северус сказал, что Гарри Поттер может вернуться, и тогда Тёмный Лорд предпримет попытку штурма Хогвартса. Эти слова резанули её, будто бритвой. Магическая школа была последним бастионом сопротивления, и, если она падёт, можно считать, что надежды больше нет. Тревога заполнила мысли подобно черной грозовой туче. Марджери перестала бороться с ней. За последние месяцы она свыклась с этим чувством, почти сроднилась, и даже иногда переставала замечать его присутствие. В конце концов, она добровольно пошла на такую жизнь — в тот самый момент, когда согласилась остаться с Северусом в Англии. Нельзя сказать, что это решение далось ей тяжело: наверное, её судьба была предрешена ещё в тот день, когда она спасла от хулиганов угрюмого темноволосого паренька со старших курсов. Или нет?.. Прошлое сейчас казалось смутным и путанным. Как бы то ни было, через пару дней после её приезда в Лондон она отправила письмо дядюшке Горацию и села вместе с Северусом в Хогвартс-экспресс. За окном раздался отдалённый грохот. Солнечный свет стал серым, на горизонте столпились грозовые облака. Марджери осторожно выглянула на улицу: мальчишки, которых она ещё недавно видела на ярмарочной площади, стояли рядом с входом в её гостиницу. Они перешептывались, указывая в сторону виднеющегося вдали Хогвартса. По телу пробежалась ледяная волна. Марджери отвернулась от окна, невольно прижав руку к животу. Неужели сегодня? Может, именно поэтому Северус так долго не приходил к ней? Не совсем сознавая, что делает, она резко захлопнула ставни и прижалась спиной к стене. Нет, нельзя думать об этом. Если она не возьмёт себя в руки, то страх окончательно возьмёт над ней верх. Страх за Северуса, за себя и за ту тайну, которую она носит в себе уже несколько недель. Марджери поняла, что с ней происходит что-то не то, в начале апреля. В тот день с самого утра, с того момента, как она открыла глаза, на неё навалилась ужасная усталость. Марджери вспомнила, как тогда застонала и натянула на голову одеяло. — Что это с тобой? — спросил Северус. Был понедельник, и он собирался обратно в Хогвартс. — Не знаю. Просто устала. — Устала? Марджери выглянула из-под одеяла и посмотрела на Северуса. Лицо его было непроницаемым, но в голосе звучали нотки озабоченности. — Да, и чувствую себя ужасно. Со вчерашнего дня меня тошнит. Наверное, мисисс Пфайффер пользуется тем, что больше лавок в округе нет, и торгует просроченными продуктами. Сыр у неё ужасно пахнет, странно как я раньше не замечала… Она замолчала, поймав взгляд Северуса. Кажется, им в головы одновременно пришла одна и та же мысль. — Ты же не…? — начал он. — Нет-нет, — Марджери поспешно замотала головой, — точно нет. Мы ведь использовали надёжное зелье. — Действие зелья иногда даёт сбой. Повисла тишина. Оба опытные зельевары, они прекрасно знали, что средство, которое волшебники использовали для предотвращения нежелательной беременности, может в редких случаях подвести. Если ребёнок всё-таки рождался, его называли «подарочным» и считали, что он приносит удачу. Дядюшка Гораций говорил, что сама Марджери появилась на свет именно так. — Я уверена что, все в порядке! — она закрыла лицо руками и сделала глубокий вдох. — Ладно… Ладно! Я сегодня же схожу к целителю. — Никаких целителей. Лицо Северуса было мрачным. Марджери подумала, что именно таким его теперь видят в Хогвартсе — чёрная холодная тень, от которой за километр веет опасностью. — У меня сейчас много врагов, а у целителей часто бывают слишком длинные языки. Если… Если это правда, — он сделал ударение на слове «это», — то тебе могут навредить. Марджери молча кивнула, глядя в пол. Нет, это просто совпадение. Сбой в организме из-за постоянных переживаний. Беременность подтвердилась. Те дни, что посещали Марджери каждый месяц, так и не пришли, и тошнота становилась все сильнее. А самое главное, появилось чувство, что к ее собственной магии прибавилась чья-то ещё. Пока слабая, но крепнущая день ото дня. Не смотря ни на что, Марджери была рада этой новой жизни - и знала, что Северус чувствовал то же. В тот день, когда все стало окончательно ясно, Северус вернулся из Хогвартса раньше обычного. Они сидели на кровати плечом к плечу. В окно барабанил дождь, а Марджери казалось что капли стучат не по стеклу, а прямо по её голове. — … сжать в руке и хорошенько сосредоточиться. Там будет безопасно какое-то время, но лучше сразу позаботься о покупке портала. Ты меня вообще слушаешь? Марджери! — Да, да, — она закатила глаза. — Если этот дождь не закончится, я сойду с ума. — Какой ещё дождь?! Глаза Северуса стали совсем чёрными. Казалось, её раздражение передалось ему. — Я объясню тебе, что нужно делать, если меня схватят. Отнесись к этому, пожалуйста, серьезно. Если тебя это не слишком затруднит. — Не надо так со мной разговаривать! Ты не у себя в классе! Марджери не хотела слушать об этом. Нет, нет, нет. Северуса никто не схватит, он обязательно что-нибудь придумает. — Просто послушай и всё, — он вложил в её руку что-то холодное. — Возьми этот браслет. Я сделал из-него порт-ключ. Воспользуйся им только в крайнем случае. Если поймёшь, что я больше не приду. Марджери посмотрела на свою ладонь. В ней лежал браслет с синими сапфирами. Тот самый, что подарил ей Северус на Рождество. — Ты действительно думаешь, что такое возможно? Северус опустил взгляд: — Рано или поздно Тёмный Лорд и Орден Феникса сразятся лицом к лицу. Кто бы из них не победил… — его голос дрогнул, и она почувствовала как привычная броня спокойствия дала трещину. — Кто бы из них не победил, и те, и другие могут захотеть от меня избавиться. Будто подтверждая его слова, небеса обрушили на крышу новый поток воды. Весь оставшийся вечер они провели молча. Наутро, когда Северус ушёл, Марджери засунула браслет в самый дальний угол тумбочки. Глухой хлопок за окном заставил её вынырнуть из воспоминаний. За ним раздался ещё один, потом ещё, и ещё. Словно кто-то на улице лопал иголкой воздушные шарики. Марджери осторожно приоткрыла ставни. На площади под окном собралась небольшая толпа. Люди смотрели вдаль, хмурясь и перешептываясь. Одна пожилая ведьма крепко схватила за руку маленького мальчика, стоявшего рядом, и трансгрессировала. Через секунду её примеру последовала ещё пара волшебников. Марджери проследила за взглядами людей. Вдалеке, там, где виднелись башни Хогвартса, сгустились фиолетовые тучи. Небо то и дело озаряли белые вспышки, а после них слышался треск, будто от битого стекла. Ох, Мерлин! Неужели… Догадка была слишком страшной. Неужели рушится защитный купол Хогвартса? А если это так, то что с Северусом? Жгучая волна прокатилась от макушки до кончиков пальцев. Марджери невольно потянулась к лежавшей на кресле мантии, но потом так же быстро отпрянула. Северус не говорил ей, что делать, если начнется схватка. Стоит ли ей бежать к нему на помощь? Но чем же она может помочь? Последний раз она сражалась ещё в Хогвартсе, на уроке защиты от темных искусств. И с тех пор брала палочку в руки только для того, чтобы сотворить бытовое заклинание или поколдовать над зельем в котле. Честно сказать, толку от неё в битве не будет никакого. От осознания собственной беспомощности захотелось застонать. Не зная, что предпринять, Марджери снова выглянула на улицу. Площадь уже успела заметно опустеть. Один из оставшихся волшебников, тот самый старик, что владел её гостиницей, посмотрел вверх. Их с Марджери взгляды встретились. — Проваливай отсюда, и поскорее! — его лицо исказила гримаса. — Когда Орден Феникса победит, вам всем не поздоровится. Он бросил на неё последний, полный ненависти взгляд, и поковылял прочь. Марджери захотела закрыть глаза и зажмуриться. А ведь старик прав! Если Орден Феникса одолеет Темного лорда, её, как любовницу Пожирателя, в лучшем случае бросят в тюрьму. А в худшем? Об этом не хотелось даже и думать. Подувший ветерок донес до неё слабый запах гари. Она посмотрела вдаль и увидела, что над одной из башен Хогвартса поднимается струя дыма. Несколько вспышек заклинаний взмыли вверх, и, не натолкнувшись ни на какую преграду, растворились в грозовом небе. Последняя защита замка окончательно рухнула. Марджери с треском захлопнула ставни. Воздуха не хватало, маленькая комната стала ещё меньше, наступая на неё со всех сторон глухими стенами. Она здесь, в этой Мерлином забытой дыре, жалкая и бесполезная, а Северус там, в Хогвартсе, возможно, в смертельной опасности. Возможно, он уже мертв. Она застонала и обхватила голову руками, будто пытаясь выдавить из мозга эту мысль. Если она будет сидеть здесь, то просто сойдёт с ума от страха. Что, если Орден Феникса уже добрался до Северуса, а теперь послал своих людей за ней? А если… Если Темный Лорд раскрыл предательство? Это предположение звучало слишком кошмарно. Всем было известно, как Волдеморт поступал с неугодными. Марджери принялась беспорядочно метаться из одного угла комнаты в другой. Нет, нет, нет. Она не может просто сидеть и ждать. Нужно что-то придумать. Но что?! Она не знала, сколько времени прошло, пока она бестолково расхаживала по сторонам. В голове мелькали десятки мыслей, одна глупее другой, но спасительное решение так и не появлялось. Наконец взгляд упал на прикроватную тумбочку. Ну конечно! Ей захотелось стукнуть себя по лбу. Как же она сразу не догадалась, браслет! Трясущимися руками она дернула на себя верхний ящик. Содержимое с грохотом вывалилось на пол. Синие сапфиры блеснули в полумраке, будто подмигивая ей. Марджери упала на колени, схватила браслет и поднесла его к лицу. Вот оно, решение! Она заберёт браслет и трансгрессирует в Хогвартс. Там отыщет Северуса и они вместе с помощью порт-ключа перенесутся в безопасное место. И она больше не будет слушать эти бредни про долг и ответственность! Если Северус не захочет уходить, она его заставит. Ну, или просто оглушит заклинанием. Марджери быстро надела браслет на запястье, сжала в руке палочку и вскочила на ноги, готовая к перемещению. Но то, что в эту же секунду открылось глазам, заставило её застыть с открытым ртом. Посередине комнаты стояла, задрав мордочку вверх… выдра. Несколько секунд потребовалось, чтобы осознать, что это не живой зверёк, а полупрозрачный Патронус. Она нахмурилась, пытаясь припомнить, кому он принадлежит. Постойте… Гермиона? — Мисс Слизнорт, вам нужно спешить! — слово в подтверждение её догадок, в комнате раздался голос бывшей ученицы. — Снейп серьезно ранен от укуса Нагайны. Он в Визжащей хижине. Трансгрессируйте к нему, прямо сейчас! Скорее, иначе будет поздно! Прозрачная выдра начала бледнеть, и через мгновение растворилась в пустоте. Марджери бросилась к тому месту, где стоял Патронус. — Постой! — закричала она в никуда. — Кто такая Нагайна? И где… Где эта Визжащая хижина?! Ответом была только тишина. Каждый удар сердца молотками отражался в висках. В голове был сумбур. Из всего сказанного Гермионой она поняла лишь то, что Северус в смертельной опасности. И у неё совсем нет времени. Она сжала в руках палочку и выбежала из комнаты. Темный коридор встретил её тишиной. Она наугад толкнула несколько дверей — но все они оказались заперты. — Чёрт! Ну должен же здесь быть хоть кто-то?! Марджери кинулась вниз по лестнице так быстро, что только чудо помогло ей не скатиться кубарем. Между балясинами мелькнула чья-то белая рубашка. — Стой! — Марджери завопила что есть мочи. — Стой! Перепрыгнув последнюю ступеньку, она увидела в конце коридора старика. Того самого владельца гостиницы, что угрожал ей сегодня Орденом Феникса. Недолго думая, она подняла над головой руку с палочкой: — Экмпелиармус! Старик попятился, уткнувшись спиной в стену. Его палочка, совершив кульбит, с треском упала на пол. Марджери сама не поняла, как оказалось прямо перед ним: — Что такое Визжащая хижина?! — собственный голос показался ей чужим. — Где она находится? — Что? К-какого драккла?! — Ты меня слышал! — она вжала остриё палочки в морщинистую щёку. — Отвечай, иначе будем говорить по-другому. Последние слова она произнесла шипя, как змея. «Нет, этого не может быть, я не могу вести себя так. Это все происходит не со мной “ — Ну?! — Это з-заброшенная хижина на окраине Хоггсмида! В западном конце. Черная, с разбитыми окнами. Марджери сделала шаг назад, тяжело дыша. Волна ярости схлынула, и сейчас ей захотелось привалиться к стене и закрыть глаза. Это тот самый неприметный заброшенный домик… Она видела его много раз! Значит все это время Северус был так близко! Но что же он там делал? Она огляделась по сторонам. Старика уже и след простыл. Вокруг повисла тишина, гнетущая и настороженная. Солнце давно опустилось за горизонт. Марджери застыла на мгновение, вслушиваясь, а потом трансгрессировала. Секунда, а затем колени и ладони загорелись от боли. Марджери вскрикнула и завалилась на бок. Тьма перед глазами закружилась, вызывая тошноту. Рука заметалась по мокрой траве в поисках палочки. Скорее, скорее! Во время трансгрессии палочка отлетела на приличное расстояние, и пока Марджери искала её, спина успела покрыться холодным потом. Когда пальцы наконец нащупали древко, казалось, что прошла вечность. Она выдохнула, поднялась на ноги и обнаружила себя в паре шагов от развалившегося крыльца. Визжащая хижина смотрела на неё неприветливо, будто давний враг. Скрипнули старые петли, и рассохшаяся дверь приоткрылась, приглашая войти. Внутри царила тьма. Такая плотная и непроглядная, что Марджери невольно сделала шаг назад. А вдруг это ловушка? Кто знает, что ждёт внутри, в этой пустоте? Может, Тёмный Лорд заподозрил Северуса в предательстве и решил допросить её? Изнутри донёсся слабый хрип. Сердце больно ёкнуло в глубине груди. Марджери, позабыв обо всём, в мгновение запрыгнула на крыльцо и толкнула дверь. В первые секунды она не увидела ничего, кроме черноты. Внутри пахло пылью, затхлостью и чем-то ещё, что Марджери не могла определить. Справа снова донёсся неясный шипящий звук. Не решаясь зажечь огонёк на конце палочки, она сделала осторожный шаг в сторону звука. Глаза успели немного привыкнуть темноте. Марджери различила на полу тёмный неровный силуэт, похожий на кучу тряпья. Силуэт застыл, а потом дернулся, словно пытаясь доползти до неё. Трансгрессируйте к нему, прямо сейчас! Скорее, иначе будет поздно! — Люмос! Тусклый белый свет рассеял мрак. Марджери прижала ладонь ко рту, чтобы не закричать. На грязном полу, прислонившись спиной к стене, сидел Северус. Руки его были прижаты у горлу. Черные глаза широко открыты — и смотрят прямо на неё. — Северус! Она упала перед ним на колени. Он подался вперёд, силясь что-то сказать: — М-ма… ммм… — Ш-ш-ш! Все в порядке, я здесь! Дай мне посмотреть. Кожа Северуса была ледяной и мокрой. В горле пересохло, её руки тряслись, а вместе с ними трясся и слабый магический огонёк. Марджери опустила палочку на пол, а затем осторожно, один за одним отняла перепачканные чем-то бурым пальцы от шеи. Первое, что она почувствовала, было удивление. Но ведь рана совсем не выглядит смертельной! И кровотечения нет. Только четыре небольших аккуратных точки: две сверху и две снизу. Кожа вокруг ран была темной, почти черной. То ли от засохшей крови, то ли… от чего-то ещё. Змея! Мерлин, как можно быть такой идиоткой! Гермиона же говорила, что Северуса укусила какая-то Нагайна! Марджери не знала, что это за существо, но отпечатки зубов на шее не оставляли пространства для размышлений. Это явно был укус змеи, причём, скорее всего, очень ядовитой. Она попыталась поймать взгляд Северуса: — Послушай меня! Мы сейчас трансгрессируем в госпиталь Святого Мунго. Я работала там раньше! Там замечательные целители, и тебе обязательно помогут. Северус замотал головой. Глаза расширились, выходя из орбит. Он явно пытался ей что-то сказать, но изо рта шел только слабый хрип. «Нет, — пропел незнакомый, ехидный голос в голове. — Он говорит нет. Ты сама знаешь, что ему не пережить трансгрессии» Марджери почувствовала, все тело начинает трясти, будто от озноба. Мыслить давалось с трудом. Паника накрыла её с головой, и теперь она тонула, а каждая попытка выбраться только приближала ко дну. Не понимая, что делает, она обхватила Северуса руками. Он был холодным, и холод этот чувствовался даже через ткань мантии. Марджери зажмурилась, старательно представляя голубые больничные стены, кафельный пол и стойку, за которой сидела медсестра. Вот, сейчас. Их резко подбросило вверх, мотнуло в сторону, а потом все заглушила боль.