Тень и Свет

i was broken when you left now you hear me everywhere you go

Кто-то рядом крикнул. Голос принадлежал Дарклингу. -Спускайте лодки. Надо поймать его. Живым. — заклинатель спустился по лестницам на палубу, грубо отодвигая меня от Мала и держа за локоть. Мал нашел его. Нашел Русалье, которое было раньше для нас не более чем преданием, мифом из детских сказок. Он нашел оленя, нашел морского хлыста. Все это казалось нереальным. Дарклинг сиял. Я чувствовала его радость и это детское чувство теснило другое — плохое, мрачное, как и тени внутри него. Жадность. Он нашел второй усилитель. Связь наша окрепнет, я буду сильнее. Я стану такой же могущественной, как и он. Стану ли?

«Мы изменим мир, Алина»

Я почувствовала, как свет внутри меня отзывается. Мне хочется еще, больше силы, могущества. Хочется ощутить тяжесть усилителя и умножить свой дар. Это ли не то, что когда-то испытал Дарклинг? То чувство, которое доныне не дает ему покоя. От осознания, что я становлюсь похожей на него, по телу пробежала дрожь. На палубе начался хаос. Издалека я услышала звуки, похожие на лай. Что происходит? Гриши, находящиеся на палубе, вскинули руки, мешая нападению людей. Людей, которые карабкались по кораблю. Рычание, лай стаи собак заполонил китобойное судно. Александр отошел, отпуская меня и это стало его ошибкой. Я встретилась глазами с Малом, который надеялся, что я пойму его замысел. Я вспомнила все наши проделки в Керамзине, когда Малу надо было быстро придумать оправдание. Он смотрел на меня таким же взглядом и я сразу понимала, что надо сделать и сказать. Подыграть ему было не сложно, хоть нас все равно всегда наказывали. Мы больше не в Керамзине. Мы больше не дети и наказание за то, что творится здесь, будет похуже разъяренной Аны Куи. Думала ли я о побеге? Смогу ли я сбежать и оставить Александра? Смогу ли я жить вдалеке от него с чувством пустоты внутри? Настало время выбора. У этой ситуации было две стороны и выбирать, какую ты принимаешь, надо уже сейчас. Я встала перед заклинателем теней, касаясь его щеки своей рукой. Он взглянул на меня своими кварцевыми глазами и я почувствовала прилив силы и уверенности. В миг все погрузилось во тьму. Я больше не слышала лай, не видела ничего вокруг, чувствовала только присутствие Александра. Его глаза — единственное, что сияет в темноте. На кончиках моих пальцев появляется свет, но он не обжигает Александра — он озаряет его бледную кожу, скулы, ровный нос. Он так красив. Многих ли женщин он поражал своей красотой? -Ты никогда не был на моей стороне — хрипло произнесла я, нарушая тишину. Я почувствовала, как Александр немного отстранился — он не понял смысл моих слов. Перехватил мое запястье, прижимаясь холодными губами к тыльной стороне ладони. -Я всегда на твоей стороне, Алина — Как же хотелось верить в эти слова. Вчерашний инцидент дал понять, что я никогда не буду на первом месте. Я никогда не буду важнее гришей, Равки, власти и могущества. Возможно, я и не хотела быть.

«Моя сила — это моя сила. Я получила ее и она не принадлежит никому, кроме меня»

Невидимая рука Дарклинга, которая управляла моей силой после получения ошейника, отстранилась. Мой свет усилился, давая отпор всей тьме внутри.

«Я одно целое со светом. Я Заклинательница Солнца. В моем сердце нет места тьме»

***

-За мной, псы! — голос Штурмхонда вернул нас из темноты на палубу. Вокруг стояли крики гришей и возгласы людей капитана корабля. Он предал Дарклинга. На чьей же он стороне? Кто он? Я воспользовалась хаосом, который был вокруг. Дарклинг отстранился от меня, ослепленный на доли секунды ярким светом. Я испуганно вскрикнула, когда чьи-то сильные руки подхватили меня и потащили прочь, намереваясь спрыгнуть за борт. Первым делом мне захотелось начать сопротивляться, но вдруг я поняла, что я вешу на плече Толи. Они — члены экипажа Штурмхонда. Верные люди корсара. Только зачем им я? Вдалеке я увидела, как Тамара с Малом отбиваются от гришей в черных кафтанах. -Мал! — в доли секунды, я рухнула вниз, на колени. Руки Толи, который нес меня, ослабли. Он упал, опираясь на палубу. Я видела, как он задыхается — рядом стоял Иван в своем облачении. Злость ослепила меня, накатила огромной волной, словно буря. Я не сдерживала порыв силы, которая вырвалась наружу. Слишком много я натерпелась от этого кровопускателя. Мой свет ослепил всех вокруг, сбивая Ивана с толку и давая Толе время придти в себя. Не только он, но и другие сторонники корсара воспользовались моментом. Я ожидала, что шуханец возьмется за оружие, но увидела, как он сжимает кулак, направляясь к Ивану. Сердцебит! Я не слышала, что говорил Толя, но видела, как корчится от боли Иван и как правая рука Дарклинга падает замертво. Бойня не прекращалась ни на секунду. Женский сдавленный возглас заставил меня обернуться. На безупречном красном кафтане корпориала были свежие следы крови. Рыжие локоны спутались, но блестели все так же прекрасно. Я не знала, что делала, но дала моему дару вести меня.

Я и есть свет.

Соединив ладони вместе, я почувствовала теплоту, представила форму меча и в следующую секунду перед Женей было две части человека. Разрез. Покачиваясь, я заставила себя встать и увидела испуганный взгляд портнихи. Подруги. В ее руках все так же было ружье, которое она направила на меня. Что же, все закончится так? -Идем со мной, Женя — тихо произнесла я, протянув руку. Ее янтарные глаза блестели от слез и она явно колебалась, перед тем как отрицательно покачать головой. Что ж, я дала ей выбор. -Уходи, Алина. Беги — девушка последний раз посмотрела на меня и пуля прошла совсем рядом. Послышался глухой стон подбитого гриша. Все произошло довольно быстро, поэтому я не противилась, когда близнец снова закинул меня на плечо, как мешок с картошкой. Толя спрыгнул за борт в тот же момент, как и Тамара с Малом, но я не услышала всплеск и не почувствовала прикосновения холодной воды. Взор устремился на шхуну, с которой видимо прибыла помощь Штурмхонда. Значит, в экипаже корсара есть гриши. Лишь яростный крик Дарклинга заставил меня вздрогнуть и посмотреть на китобойное судно в последний раз. Я снова сделала это. Я снова убежала, оставив Александра наедине со своими демонами. Правильно ли это? -Тебе от меня не убежать, Алина! —

***

Ощущать тяжесть браслета на запястье все еще было странно. Это чувство иногда полностью поглощало — удвоенная сила теперь была частью меня. Она подавалась при первом же зове, усиливалась и я знала, что способна на многое. Оставалось лишь правильно этим пользоваться. Сидя в душной каюте шхуны под флагом Штурмхонда, я прикрывала глаза, видя образ Дарклинга. Каждый раз. Его силуэт становился все четче. Я знала его лицо наизусть. Я знала его походку, манеру речи, то, как из его рук струится тьма — я знала его так, будто он все это время был со мной. Будто он — это я, и в каком-то смысле так и было. Возможно, я противилась этому, не хотела признавать, но сила Александра была неотъемлемой частью меня. Правильно ли сделала я, что сбежала? Рано или поздно, Дарклинг отыщет нас. Что станет со Штурмхондом, Толей и Тамарой? Все трое как-то быстро стали частью нашей с Малом жизни — каждодневные тренировки на палубе, перепалки между корсаром и Малом, шутки неуловимого глупого лиса. Я все еще находила его внешность довольно странной, но времени думать об этом не было. Штурмхонд не унимался. Я удивлялась то, как быстро он меняется. Возможно, это меня и пугало — казалось, он никогда не был настоящим. Корсар ловко менял маски — свой тон, выражение лица, манеру речи. Все было подвластно ему, как актеру. «Вся моя жизнь — сплошное представление перед другими людьми» — сказал однажды он. Но я не могла не отметить, как он ценил свою команду. Он ценил людей рядом, ценил их работу и прекрасно управлялся с шхуной. Он не раскрывал все части своего плана, который как либо касался нас с Малом. Я отчетливо понимала, что ждет нас в будущет. Скрываться от Дарклинга дальше не представлялось возможным — он найдет нас и последствия будут прискорбные. Оставалось лишь одно — сражаться. Я могла сделать это. Я была уверена в себе, как никогда раньше — мой усиленный дар, связь с Александром — все это могло помочь в битве. Только так ли я хочу сражаться с ним?

«Подобное притягивает подобное»

Я не могла идти против главного закона в Малой Науке. Я не могла противиться нашей связи, тогда почему же не использовать ее против него? Возможно, будут потери, но в какой войне их не было? Мысли о войне наводили ужас. Равка за все время своего существования была в военном положении. Я должна была стать частью этой войны и погибнуть на поле боя, как остальные отказники. Судьба же уготовила мне совсем другую участь и я должна принять ее.

Моя сила и я — одно целое.

В голову прокралась навязчивая мысль, которая никак не уходила. День за днем она казалась все более и более правильной, но я не решилась поделиться ею с другими. Что-то должно было остаться моим. Моей собственностью. Было странно осознавать, что этот дар — полностью мой. Он не украден, не отобран у кого-то. Я была рождена с ним и никто не сможет отобрать его у меня.

Беги, чтобы спасти свою жизнь