Пираты

— Донесения, ваша Светлость. — Надеюсь, что хотя бы ты принес мне хорошие новости, — Тэхен потирает виски, чувствуя, как медленно накатывает головная боль, обхватывая голову, словно обручем, — Я не хочу вешать своего лучшего человека. Камердинер молчит, только кланяется, протягивая поднос с письмами. — Их было больше, Ваша Светлость, но я сжег письма с предложениями о помолвке, а также сообщение от Торговой Гильдии, что по нашему разрешению они начали торговлю в одном из городов. «А она своего не теряет», — усмехается Пес, глядя в окно, за которым продолжает бушевать непогода. Так и знал, что нельзя просто так отпускать Ким Джихе, та не упустила возможности, чтобы обернуть ситуацию в свою пользу. Наверняка навела шуму, только где взяла разрешение? Мужчина вспоминает, что у него пропала одна из печатей. Нельзя было сомневаться в том, что люди меняются, разбойник рождается им и становится им же, даже переходя на другую сторону, в нем продолжает течь эта ядовитая грязная кровь. Тэхен такую кровь ненавидит, каждый раз его берет гнев на всех, кто идет против закона, кто рушит систему, которую сам Ким пытается держать. Он прикладывает столько сил, его отец, дед, все предки, кто служили королям испокон создания дома, все, кто держал в ежовых рукавицах этих солдат, этих мятежников, пытавшихся, как зараза, распространится по государству, чтобы свергнуть корону. Нынешний правитель плох, у него нет дальновидности, это признает даже Пес. Только свою жизнь он положит на служение короне, если Первый Принц решится совершить цареубийство, то Тэхен будет против него, но затем все перевернёт так, чтобы остаться служить новому Королю. Он не отдаст это место другим домам, которые точат зубы, всем этим держателем боевых коней и армий, этим землепашцам, которые не смыслят в управлении государством. Тэхен — Пес, он верный подданный, он дергает за ниточки, чтобы это страна процветала, угрожает тем, кто пытается отвернуться. Люди приписывают ему травмы, из-за которых Пес так рьяно охотится на разбойников, карает пиратов и подвешивает их в назидание остальным. Столько теорий, столько слухов, что настоящий отец Тэхена — преступник, поэтому парень так отчаянно подчищает свою грязную кровь. Кто-то говорит, что пираты захватили корабль, на котором плыла невеста Герцога, поэтому он отлавливает корабли. Что убили его брата, кума, зятя, что мать его была наложницей, которую убили те, кто против закона. Теории, заговоры, косые взгляды. Всем нужна тайна, какая-то важная причина, почему Тэхен таков. Все эти завистливые умы, думающие о собственной выгоде, просто не понимают простой причины того, что Пес так рьяно рвет своими зубами всех преступников, всех разбойников, всех пиратов, потому что он делает все ради государства, ради жителей. И ради процветания своего дома, не может же он быть таким праведным госслужащим, должно в нем быть немного эгоизма. Ради дома, ради семьи, ради памяти предков. Ради того, чтобы у него было стремление жить дальше. — Значит, один из пиратских кораблей, видели в этой деревушке? — Тэхен просматривает донесение от старосты одной прибрежной деревни, где часто останавливаются пираты. Было бы странно, если б Тэхен брал в расчет всех, кто там останавливается, ему нет особого дела до этого места, равно как и государю. Кажется, тот вообще об этих землях не знает, они бы без государственной помощи и казны зачахли, выживают благодаря пиратам, все равно платят налоги и снабжают морепродуктами. Это даже выгодно — не трогать пиратов там. Но это местечко по пути к усыпальницам. А значит, там точно тот, кто напал на корабль с принцессой и кто получил ключ. — Как погода там? — В Южных областях сейчас безветрие, Ваша Светлость, посевы страдают, людям нужна вода. — Отлично. Не стоит упускать возможности. Передай во дворец, чтобы готовили людей к выдвижению к Усыпальницам. Будем ловить рыбку. *** — Мы точно не сможем от них уплыть, — Юнги прикладывает пальцы в воздухе, как будто к морю, отмеряя расстояние, — наша скорость гребли куда ниже. И, видите, капитан, флаг? Это наш старый знакомый. — О, Морской Бог, нет, — выдыхает Сокджин, нахлобучивая шляпу, продолжая смотреть на плывущий к вам корабль. Вся команда наготове, ждут приказа Капитана. Несколько человек на мачтах готовы перепрыгнуть на чужой корабль, как только он окажется в зоне досягаемости, пушки наготове, ты сама сжимаешь обрез, нервно глядя на приближающееся судно, в голове проворачивая события того, как на королевский корабль напали пираты. Сейчас все по другому, ты не просто фрейлина, которая не может спастись, но отчего-то все равно страшно. Даже если Матушка рядом с тобой стоит спокойно, раскуривая трубку. — Нервами ты сильнее не станешь, — говорит женщина, выдыхая клубы дыма, от которых мальчонка рядом с ней чихает, — Что стоишь, порох нюхаешь? А ну, в каюту пошел! — А вот мальчиков вы все равно отослали подальше, — ты смотришь мальчишке вслед, потом на Хосока, сосредоточенно вглядывающегося вперед, на Юнги, который стоит все также как будто чуть позади Сокджина, но боком, прикрывая капитана слева. Сокджин выглядит тоже спокойным, вся команда как море в штиль, одну тебя колотит от возбуждения и страха. — Если они нападут, то ты остаешься на корабле, — говорит тебе Капитан, кидая косой взгляд, — Старайся сильно не влезать в драку, не подготовлена. На их корабль не забирайся — возьмут в заложники, мы не сможем вытащить, даже не догоним. Никто, черт побери, кроме тех, кто наверху, не перебирается на их судно, ясно, без моего приказа? — Есть, — в разнобой отвечает команда. И напряжение в воздухе становится еще больше, словно вы проплываете под грозовым облаком. — Сокджин, мой дорогой друг! — кричат с другого корабля, который совсем близко. Ты поднимаешь глаза, глядя на развевающийся черный флаг, на раскрывшую пасть русалку на носу корабля, которая воплощает собой ужас, не похожа на красивых созданий, которыми украшают другие корабли. На самом краю стоит бородатый мужчина, раскинувший руки, готовый принять вашего капитана в объятия. За его спиной — команда, ощерившаяся стальными зубами и готовая также, как ваша, ринуться в бой по одному только взмаху руки. — Все еще не хочешь спрятаться? — спрашивает у тебя матушка, — От этого сукина сына можно ожидать как бойни, так и простой выпивки, раз на раз не приходится. Каждый раз паруса штопать приходится после его налетов. — Дорогая моя Ми Сук! Матушка рядом с тобой вдыхает. Ты хмуришься. — Ми Сук? — А ты думала, меня зовут Матушка реально? — женщина фыркает, выдыхая дым. И потом только обращается к мужчине, — Плыл бы ты, Ворон, куда дальше! Или драки хочешь? — Кости застыли, — Пират улыбается. И даже на расстоянии можно ощутить его кровожадность, от которой становится еще страшнее, — на берегу я давно не был. Понимаете? — Отходи, — матушка толкает тебя за спину, — выпусти акулу. Бегом! Ты делаешь шаг назад. Еще и еще, вклиниваясь в команду, которая кричит, вторя команде на другом корабле, потрясает оружием, готовясь впить в чужие глотки. И ты чувствуешь себя маленькой рыбешкой, когда скрываешься за чужими спинами, почти падая в открытый люк, но удерживаясь и спускаясь медленно вниз, глядя на плавник акулы, которая, словно чувствуя, нервно плавает по кругу в своем резервуаре. — Давненько ты не обедала, да? — ты нервно улыбаешься, подходя к рычагу, с силой надавливая на него, под скрежет створок открывая дверцу. Наверху кто-то вопит. И ты бежишь наверх снова, хватая из-за пояса саблю.