Крепче стали

На следующий день Лаура не пришла в школу. Всего лишь несколько часов Маша её не видела, а уже безумно соскучилась и начала волноваться. Лукина стала её лучшей подругой. Девушка могла довериться шатенке в любой ситуации, поделиться переживаниями и просто поболтать обо всём на свете.       —Елена Константиновна, Лаура сегодня не придёт, да? — печально спросила Маша, как только прозвенел звонок.       —Да, сегодня её не будет… — учительница хотела было продолжить предложение, но встревоженная девушка прервала её:       —С ней же всё хорошо, правда?       —Не беспокойся, Маш. У неё с утра начался кашель, ничего серьёзного, — улыбнулась преподавательница, поднимаясь с места, чтобы поприветствовать класс. Фролов тоже отсутствовал, но это даже радовало. Не хотелось снова пересекаться с ним. Вчерашнего вполне хватило, чтобы испытать всю неприязнь к этому человеку.       —Итак, дети, сегодня мы познакомимся с биографией и творчеством Марины Ивановны Цветаевой. Поэтесса родилась 8 октября 1892 года в Москве, умерла 31 августа 1941 года… — начала рассказывать Елена Константиновна.       —Здрасьте, извините за опоздание, больше так не буду. Можно пройти? — в дверном проёме показалась макушка нагло улыбающегося Саши. Мальчишка протараторил это на одном дыхании, словно выученный заранее текст. «Ну вот… Помяни дурака — появится издалека… »       —Фролов! Сколько можно опаздывать! В следующий раз сразу выйдешь к доске и будешь рассказывать нам новую тему! — фыркнула Елена Константиновна, — Садись уже на место. Юноша плюхнулся рядом с Третьяковой, двусмысленно подмигивая. Девушка демонстративно отвернулась, дав понять, что не намерена как-либо контактировать с противным парнем.       —Ну чего ты, Машка! Обиделась что ли? Не дуйся, это я так проявляю симпатию… — шепнул Фролов, приближаясь к уху блондинки, — И потом, разве не классно иметь такого парня, как я?! Согласись…       —Да хватит уже ко мне приставать! Достал! — блондинка произнесла это, как казалось ей, достаточно тихо, но этих децибел хватило, чтобы весь класс, включая учительницу, услышал девушку и повернул головы в сторону её парты. «Вот чёрт…»       —Ой, извините, пожалуйста… Этого больше не повторится… — Маша виновато опустила голову, стыдясь посмотреть преподавательнице в глаза.       —Ничего страшного. Я понимаю, что сидеть с Фроловым — судьба не из лёгких, но в следующий раз попытайся немного сдержать свой пыл, — улыбнулась Елена Константиновна. Второй и, по всей видимости, последний человек, понимающий Третьякову. Хоть какое-то облегчение. В её прошлой школе за такое могли с криками повести к директору и, вообще, отчислить.       —Ты чего это так бурно реагируешь? Точно, втюхалась по самые не хочу, — прыснул юноша, самовольно улыбаясь, словно кот, объевшийся сметаны. Маше стало до такой степени обидно за то, что её чувства здесь никак не ценятся и, судя по всему, приравниваются к нулю, что она пулей вылетела из кабинета под заливистый смех Фролова. Девушка бежала в туалет, заливаясь слезами и молясь, чтобы никто не встретился на её пути. Сегодня, видимо, не её день, потому что на встречу как раз шла Александра Вячеславовна, попутно разглядывая какие-то записи в тетради. Третьякова не заметила женщину и со всех ног влетела в неё. Тетради, ранее аккуратно сложенные в стопку, теперь валялись на полу в хаотичном порядке, а женщина недоуменно осматривала зарёванную девушку, утирающую слёзы.       —П…простите, простите, п…пожалуйста, Александра В…Вячеславовна, — протараторила девушка, заикаясь и попутно собирая разлетевшиеся тетради.       —Маш, ничего страшного… Что случилось? Почему ты вся в слезах? — Романова взяла ладошки блондинки в свои руки, заглянув в заплаканные глаза.       —Я… Всё нормально… Я просто шла в туалет… — лукавить получалось неубедительно, директриса сразу раскусила ложь. Последствий долго ждать не пришлось.       —Пойдём в мой кабинет, успокоишься и расскажешь, что произошло на самом деле, — женщина положила руку на плечо светловолосой, как будто боялась, что она убежит. Путь до кабинета директора прошёл в полной тишине, что насторожило светловолосую. Третьякова вернулась в реальность и поняла, что сейчас происходит только после хлопка двери.       —Не стой, садись на диван, а то упадёшь. Шатаешься, как берёза на ветру… — Романова набрала стакан воды и протянула его девушке. Маша взяла предложенный сосуд и с жадностью сделала несколько глотков, смачивая пересохшее горло.       —Маш, расскажи мне, пожалуйста, что случилось, — серьёзно спросила женщина.       —Ничего не случилось… — попыталась отмахнуться девочка.       —Маша, хватит, — девушка вздрогнула от ледяного голоса директрисы и опустила взгляд в пол, — К тебе кто-то приставал? Только скажи и…       —Фролов, — едва слышно прошептала ученица, но Александра Вячеславовна всё равно услышала.       —Несносный мальчишка! Ты ведь не первая, кто ревёт из-за него!       —Да я ведь не из-за него… Из-за его отношения к девочкам… Он не имеет права так разговаривать… И не только со мной… — хрустальные дорожки продолжают течь по румяным щекам.       —Маш, не нужно… Не нужно… Теперь его ждёт суровое наказание, — сквозь зубы прошипела женщина, садясь в кресло.

***

Прозвенел звонок с последнего урока. Сигнал отдался жуткой болью в голове, Маша поднесла пальцы к вискам, аккуратно массируя.       —Маш, ты хорошо себя чувствуешь? — к девушке подошёл одноклассник. Высокий голубоглазый шатен внимательно смотрел в уставшие глаза блондинки напротив.       —Да, да… — сказала Третьякова, оперевшись руками о парту.       —Может, я тебя домой проведу? Ты не против? — любезно предложил свою помощь мальчик. Он был совсем не похож на безответственного Фролова. Юноша производил впечатление разностороннего приятного молодого человека, готового поддержать любую тему в разговоре. В общем, личность, полностью противоположная Саше.       —Ну, если тебя это не затруднит и если ты сейчас свободен, то… — неловко пролепетала ученица.       —Маш, меня это совершенно точно не затруднит, и я сейчас свободен. Я правда хочу тебе помочь, — заверил мальчик.       —Ой… Я же даже не знаю, как тебя зовут, — щёки девушки покраснели от смущения. Как можно было не запомнить имени одноклассника?       —Лёша. Лёша Сухарев, — улыбнулся новый знакомый. Маша улыбнулась в ответ.       —Чем ты увлекаешься? — поинтересовалась Третьякова, разглядывая жёлтые листья под ногами.       —Я занимаюсь шахматами, люблю плавать в бассейне, а ты?       —Я обожаю читать стихотворения… В прошлом году закончила музыкальную школу по классу фортепиано…       —Ого, здорово! Ну да, твою страсть к стихотворениям мы узрели в полной красе в понедельник, — мальчик усмехнулся, — А что насчёт музыки… Всегда мечтал иметь музыкальное образование… Только мне всегда нравилось звучание скрипки. Такое тонкое… Не знаю даже, как описать, — рассказывал Сухарев.       —Необычно… В наше время все мальчишки любят заниматься спортом… — размышляла девушка.       —Ну не знаю… Для меня спорт — занятие для умственно недалёких, взять хотя бы Фролова… Мышцы есть, а знаний — дырка от бублика, — Маша усмехнулась. Хоть она была несогласна с позицией юноши, уважала его интересы.       —Думаю, для некоторых спорт — это действительно любимое дело…       —Понятно… — усмехнулся Алексей. Путь до дома Маши прошёл за несущественными разговорами, не произведшими особого впечатления на девушку. Обычный мальчик, ничего особенного.       —А вот и мой дом, — девушка указала рукой на высотное здание.       —Ну, что ж… Тогда до завтра? — юноша протянул руку на прощание.       —Да, до завтра, Лёш… — девушка ответила рукопожатием.

***

Вернувшись домой, Третьякова сразу схватила телефон и нашла в списке контактов имя «Лаура🖤». Блондинка нажала на кнопку «Вызов». Через несколько мучительных секунд и протяжных гудков шатенка взяла трубку.       —Привет, Лаур. Как ты себя чувствуешь? — Маша ходила из одного конце комнаты в другой, теребя бедное платье.       —Здравствуй, Маш. Неплохо. Спасибо, что интересуешься, — охрипшим голосом ответила Лукина.       —Как же не интересоваться? Ты же моя… — девушка несколько секунд думала, какое же слово употребить, — подруга…       —Понятно… Кстати, как у тебя дела в школе? — спросила Лукина. Конечно, её уже поставили в курс дела любимые одноклассники.       —Всё в порядке, — неуверенно сказала блондинка.       —Маш, я знаю, что это не так…       —Но…       —Маша… Пожалуйста, будь честной со мной. Расскажи, что произошло, я знаю ситуацию только вкратце, — осторожно, но твёрдо попросила Лаура.       —Ладно… В общем, Фролов, он просто… Наговорил мне всяких неприятных вещей, ну я и не выдержала… Выбежала из кабинета и расчувствовалась, — молчание на том конце провода посеяло небольшую панику в душе светловолосой, — Лаур, не молчи!       —Да, я задумалась немного, — шатенки не было всего один день, а этот придурок уже успел достать Машу, — Ты… Не бойся его главное, я завтра, наверное, приду.       —Нет! Только ради меня не нужно! Долечись лучше, а то потом осложнения могут быть! — упрямо твердила Третьякова.       —Ладно, ладно, доктор, слушаюсь и повинуюсь. До встречи, Маш, — тепло произнесла Лаура.       —Давай, Лаура, пока… — шатенка сбросила звонок и ещё немного постояла у окна, вдыхая свежий воздух золотой осени. На телефон Лукиной пришло сообщение от абонента «Машенька💞»: «Вложение; Это домашнее задание с сегодняшнего дня, думаю, тебе пригодится. Выздоравливай скорее, с нетерпением жду встречи с тобой❤️» Вторая часть сообщения лишила Лауру дара речи и отшибла остатки здравого смысла из сознания. Особенно смайл. Девушка плюхнулась на кровать и мечтательно уставилась в потолок. Весь вечер с лица шатенки не сходила дурацкая, по её мнению, детская улыбка. «Ну надо же! Может… Всё и получится… Нужно только действовать»

***

На следующий день Лукина и вправду пришла в школу, дабы подобные инциденты с участием всем известных лиц больше не повторялись. Проходя мимо охранной будки, Лаура заглянула в раздевалку. Как выяснилось немного позже, лучше бы она этого не делала.       —Маш… Я… В общем, ты мне нравишься, — Сухарев выпалил это на одном дыхании, затем резко придвинулся к Третьяковой и накрыл искусанные губы своими. Блондинка несколько секунд никак не реагировала, но этого времени оказалось достаточно для того, чтобы Лаура поняла, что шатен ей небезразличен. С каждым взглядом на бешено бьющемся сердце появлялись новые глубокие порезы, мешающие сделать полноценный вдох. Оно, подобно хрустальной вазе, которая летит вниз из-за неаккуратного обращения хозяина, стремительно падало на холодный пол раздевалки. Казалось, через несколько секунд вся школа услышит звук бьющегося стекла, которое уже никогда нельзя будет собрать по кусочкам, только склеить найденные осколки. Совместные вечера с Машей, которые часто являлись Лауре во снах, беззаботные поцелуи на ковре у камина, прогулки по ночной Москве — всё разбилось о жестокую реальность, когда шатенка увидела свою девочку в объятиях этого подонка. Несколько секунд превратились в разрушающую вечность. Шатенка не хотела смотреть, нет. Она просто не могла поверить, что это не она нежно обнимает её за плечи, не она дарит Маше первый поцелуй, не на неё обращён ласковый взгляд из-под полуопущенных ресниц… Не её любовь делает Третьякову счастливой… Не желая добивать себя полностью и намереваясь оставить хотя бы что-то в память о первых чувствах, первых осознанных ударах сердца, Лукина, сделав рваный вдох истерзанной грудью, побежала в кабинет, попутно надевая на себя маску безразличия. Ведь всем всё равно. Так зачем другие должны видеть твои страдания, чтобы потом ударить по больному посильнее? Девушка села за последнюю парту, закрыв глаза. Она попытается справиться с эмоциями. Получалось ведь, и не раз, значит получится и в этот. Только раньше не было больно в такой степени. Было легче. В это время в раздевалке.       —Лёш… Лёш, ты чего делаешь? — блондинка положила изящные руки на плечи юноши и немного надавила, стараясь отодвинуть Алексея от себя, — Пожалуйста, прости меня…       —Я тебе не нравлюсь, — с горечью завершил мальчик.       —Да, извини… Мне нравится другой… Человек, — виновато добила Маша.       —Понимаю… Это Лукина? — не поднимая глаз, спросил Сухарев.       —Ч…Что?! — Третьякова до последнего не хотела верить, что это так заметно.       —Если думаешь, что это незаметно, ты ошибаешься. Только слепой не видит, как ты на неё смотришь, — нахмурив брови, сказал юноша.       —Она, похоже, тоже не замечает… — шепча, добавила светловолосая.       —Ну и дура, раз не видит, — щека парня вмиг приобрела персиковый оттенок.       —Не смей! Не смей так о ней говорить! Ты не знаешь её! — блондинка начала закипать. Яростные молнии, казалось, могли насквозь прожечь бедного парнишку, ляпнувшего лишнего. Блондинка наступала на перепуганного мальчика, заводя его в тупик и не давая права избежать выволочки, — Она хороший друг, который поддержит в трудные моменты! Не суди человека, не зная его! Это ты дурак, раз так думаешь о других! У неё свои причины на чувства, так что не говори так о ней!       —Да ты тоже ничем от неё не отличаешься! Ещё одна, — гневно произнёс одноклассник, — Зачем ты за неё заступаешься?! Она ведь тебе никто! — теперь уже Сухарев загонял охваченную страхом хрупкую девочку в угол,       —Она бы ради тебя такого не делала! Я бы сделал, но ты сейчас перечёркиваешь всё! — крикнул Алексей.       —Да ничего и не было! Это ты себе напридумал сказок, а теперь ещё и делаешь меня виноватой? Извини, но я не хочу связываться с такими людьми, которые живут в мире сказок, не замечая реальных проблем, и осуждают других только по тому, что видят! — девушка схватила сумку и, оттолкнув разъярённого юношу, понеслась в туалет. Прозвенел звонок. Маша влетела в кабинет, попутно извиняясь за опоздание перед учительницей. Третьякова быстро пробежалась глазами по классу, остановившись на шатенке, сидящей последней парте, которая прожигала её ледяным взглядом. Блондинка нервно сглотнула, размышляя, что уже успела натворить. Весь оставшийся урок светловолосая ощущала на своей спине пристальный, не отпускающий ни на секунду взор морских глаз. Это сильно отвлекало её от новой темы, по которой в конце урока классу дали проверочную работу. С оценками по алгебре у Маши было всё хорошо, поэтому одна тройка не сильно напряжёт ученицу. Её больше волновала загадка, которую ей предстоит разгадать в ближайшее время.