now it's three in the morning

За несколько часов до: У Джисона новая машина со старым шансоном, большие планы на предстоящее лето и багажник, наполненный чемоданами и бензином. Может, вот он — отдых мечты, к которому Хан стремился весь этот год, работая на ночных сменах бара? Или, стало быть, уже соскучился по своей коммуналке, которую он делил с шумной соседкой под полтинник. Ни в коем случае! Уже вот как день он счастлив от пят до макушки, да так, что это отражают даже его неправильно выбранные в интернете очки. Он едет покорять все местные заведения, что попадутся по дороге, непременно своим сияющим видом. Сплавила, конечно, в это путешествие первым делом его соседка, которую тоже не шибко радовало вечернее (да ещё и жутко хриплое) пение «горе-вокалиста», поэтому избавиться на лето от такого балабола — самое то. Ночью всё же ездить страшно, как думал Хан вечером за рулём, останавливаясь для лёгкого ужина до шести: сначала нюхал свежее мясо и за гроши купленные сосиски, а потом пихал в рот морковь и брокколи, представляя на их месте совсем иное. Путешествие путешествием, а еда по расписанию.

***

Джисон пытается успокоить себя, наслаждаясь видами на пустые, чистые поля, и не сразу замечает движение справа от него, да ещё и эти вопли, из которых единственное, что он понял: «Стоять!». По инерции давя на тормоза, Хан с выпученными глазами по пять копеек созерцает картину, которую лучше бы никогда не видел: бежит, значит, к его Тойоте, похожий на бомжа, парень, спасаясь от стражей порядка, которые одеты чёрт пойми во что. К слову, Джисон так и не понял, почему полицейские были не в форме. Он бы сам кровь из носу, но поймал бы этого наглеца, уже через секунду после оклика завалившегося к нему на переднее сиденье. И что-то такое было в его голосе, что заставило владельца автомобиля газовать и сматывать отсюда колёса. Подарок судьбы сам прибежал к нему прямо в руки, по-другому и не скажешь. Но вот кто такие подарки дарит: невоспитанные, безответственные и безмозглые. Интересно, о чём он думал, когда нёсся через поле и не имел понятия, где можно укрыться? А если бы не наш герой Джисон?.. Попытавшись разговорить своего теперь уже соседа по поездке на несколько часов, водитель услышал лишь чавкающие звуки, после чего он даже не сдерживаясь легонько ударил беглеца в плечо, наконец, получив ответ, но более расплывчатый и бесполезный, чем ожидалось. Ладно уж, пусть он странный и совершенно ничего из себя не представляет для уже разочаровавшегося в своём отдыхе Джисона, то пускай едет до своей остановочки и ко всему прочему не забудет и место за собой прибрать. Успешно проигнорировав протянутую руку, Хан нервно косится на всё прибавляющиеся крошки, которые роняет на пол автомобиля и на заднее сидение, как выяснилось, паренёк с именем Минхо. «Хотя бы имечко сносное досталось, — думает водитель, — а вот со всем остальным не свезло в этой жизни». Немая тишина, разбавляемая лишь этим Ли Минхо своими гадкими, замызганными пакетиками, продолжалась некоторый промежуток времени, в который Хан тысячу раз обдумал своё решение: выбросить его прямо сейчас или всё-таки оставить хотя бы вздремнуть? Но любопытство и желание скрасить нагнетавшую атмосферу однако же ненадолго перебороло внутреннюю балаболку Джи. — Почему за тобой гнались полицейские? Что ты смог учудить такое, что даже они свои задницы с мест подняли? — Украл. — Что украл? — мимолётом скользя по чужому силуэту, допрашивал водила, подмечая, какие маленькие ладони у воришки. — Вот, — он слегка трясёт бутербродом, жадно отрывая от него зубами кусок, — времена такие, выживать самому приходится. Хан слегка бледнеет от одной мысли, что у этого человека вполне может заваляться в кармане нож, но старается особо не показывать своего крайнего недоверия, ведь это приведёт только к худшему. — А пойти заработать? — сталкиваются взгляды: один любопытный, другой недовольный. Джисон сочувственно кивает, сглатывая слюну. Ясно, тема больная, а тот сыпет соль на рану. — Понял, принял, обработал. В конце концов, несмотря на весь абсурд ситуации, можно было спихнуть всё на примитивный «автостоп». Очень даже похоже… Немного в спешке, но это не преграда уделить несколько часов из тех 2208, что займут у него целое лето, какому-то Ли Минхо. Украсть всё равно ничего не в силах, сидит вон с полуприкрытыми глазами, засыпает, пока дожёвывает сэндвич. 🚗 Джисону жутко не хватает близкого друга, с котором они могли бы рулить по сменам, ведь не спать сутками являлось реально сложным испытанием. Очки уже давно были убраны в отсек для всяких безделушек (они часто слетали с переносицы, мешая видеть пейзаж из движущихся навстречу машин), верхняя пуговица рубашки застёгнута, а интерес к спящему наглецу угас, как только Хан начал чувствовать в салоне неприятную вонь. Нетрудно догадаться от чего или даже от кого. — Приехали, ваша остановочка. — прозвучал скрип переключателя, и Хан разблокировал двери, чтобы попутчик смог как можно быстрее смыться. Очухавшись и стряхнув с себя все хлебные крошки, пассажир что-то пробурчал себе под нос и так же нагло зевнул, прежде чем навсегда распрощаться с добродушным (относительно) водителем. — Стой! — Джисон в последний момент цепляется за рукав чужой кофты, не давая окончательно покинуть автомобиль. Лучше поздно, чем останавливаться где-то каждые семь-восемь часов для того, чтобы поспать. — Водить умеешь? — Ну умею. — По его виду было ясно, что пацан не промах, и со своим хмурым лицом уже начал догадываться, к чему идëт дело. Хан Джисон хитро прикусывает нижнюю губу, понимая, что, кажется, нашёл себе кандидата на ночное вождение. — Я просто так ничего делать не намерен. — Кто бы сомневался... — хмыкает парень на переднем сидении, осматривая весь мусор, который буквально сыпался с несчастного воришки. — Пятьдесят процентов моей еды станут автоматически твоими. По рукам? Минхо определённо заинтриговала эта мысль, так как он только и делал, что питался просроченной едой (а если выпадет удача в какую-то из ночей, то и не истёкший срок годности), а тут сиди, крути железку — и тебя кормить как у бабушки будут. Может, преувеличиваю, но по сравнению со старой «добычей», пирожки, которые с самого начала учуял Минхо на задних сиденьях, должны быть не менее вкусными. Джисона, не стоит отрицать, волновал тот факт, что эти запасы были рассчитаны лишь на одну персону, и то, на такую же обжору, как новый сосед. Но о еде можно будет и позже позаботиться, главное не упустить своё спасение хоть на какой-то сон. — И по ногам. От сердца как отвалило... Хан теперь хоть и с лёгким запашком, но будет высыпаться по вечерам, да и потом: побалаболить будет с кем. Правда, скорее получится монолог, который вряд ли хватит терпения дослушать, но чьё-то присутствие всё равно успокаивает. И не важно, что этот кто-то являлся вором и числился в отделе полиции постоянным гостем.

***

Днём завораживающе было рассматривать местные деревушки, их красочные дома и редкие заборы. Все эти мини-городки стояли вблизи проезжей части. Вот что значилось под «доверием народа». Поля по пути отсвечивали золотистыми колосками, солнце нагревало через плотное стекло, а окна опущены на максимум не боясь того, что пассажиров может продуть сквозняком. Джисон даже пару раз умудрялся высовывать тëмную макушку за пределы, и хоть и редкие, но меткие машины пугали нашего зашуганного двадцатилетнего Хана, в душе которого всего лишь число шестнадцать и куча страхов вперемешку с комплексами. Интересный факт: в эти фобии входили боязнь бабочек и одиночества, маленьких пространств и переполненные людьми помещения. Его вечно заводной, как волчок, друг Чанбин поражался, почему парень, похожий на квокку, до сих пор не запер себя в какой-нибудь сделанной под его неординарный стиль комнате, чтобы связываться с внешним миром только по телефону и мессенджеру. Такой ненормальный клубок страхов мешал жить и нормально отдыхать Джисону, у которого защитная реакция пред незнакомцами работала против него. Парень казался харизматичным, имел чувство юмора, но с близкими он был совершенно другим. Может быть, с этим Минхо так же вышло, и пока что не разблокирована фобия бесконечных сэндвичей, которые откуда-то продолжает вытаскивать наш воришка.

***

Время перевалило за два часа дня, а это означает, что пора обедать. Желательно удачно припарковаться к краю дороги, чтобы какой-нибудь машине ноу-нэйм не мешать на белой полосе. — Собираешься останавливаться? — водитель давно ловит на себе этот испепеляющий взгляд через зеркало заднего вида, что зациклился на его профиле, но сказать о неудобстве всё-таки побоялся, так как тот может выкинуть (имеется в виду «сказать») что-нибудь одним словом — хоть стой, хоть падай. — Ага. У меня по расписанию обед, а ты, видимо, весь аппетит булками перебиваешь? — Ничего я не перебиваю. — Минхо спокойно проглатывает пережёванную пищу, хлопая себя по животу. — Нормально уже третьи сутки не питаюсь. Хоть сейчас поем... Джисон прыснул от такой беззаботности, что аж щёки снова надулись, как у хомяка. Так хочется нагрубить, но надо держать себя в руках. До поры до времени, а там, может быть, Хан воплотит свою мечту детства и станет супер-героем, который может не спать хоть двое суток подряд, вот честно. Еды (и то не точно) только на недельку и хватит, а там придётся впервые тратиться (да ещё и по-крупному) на эту поездку по определённому маршруту. — Ну уж нет. — Вертит головой водитель, с расстановкой планируя посадку машины и меню обеда. — Свою долю получишь только тогда, когда я просплю все восемь часов подряд, пока моя ласточка будет бороздить по каменистым дорогам. С твоей, кстати говоря, помощью, Минхо. Вот и встретились два упрямых барана: ни себе, ни другому не уступят. Один — из-за вредности, другой — из-за чувства справедливости. Ли на это решил молча стиснуть зубы, кривя лицо и отворачиваясь в окно. Раскладной столик шустро выкатывается наружу, коробочки только и успевают, что открываться и лететь обратно в сумку, пока Хан с нетерпением готовит свой ланч, до сих пор ловя на себе всё это негодование Минхо, что устроился в сидении, свесив ноги, да руки так ещё сложил и наблюдает, как будут есть, и без него! Испытывал на прочность, можно сказать, но что-то слишком много за полтора дня испытаний на прочность для Джисона, он на такой «отдых» не подписывался. Усаживаясь на из одного комплекта со столом раскладную табуретку, водитель приступает к трапезе, отвлекая себя сияющим солнышком и стрекочущими где-то неподалёку сверчками. Не прокатит... — Хорошо, хорошо, — паренёк выдвигает второй стул, нехотя кивая обиженному воришке, — на брокколи. Хоть что-то полезное за своё существование съешь...