Невыносимо

      Если на Земле существовал ад, то для двух молодых людей это определённо была палатка в неизвестном лесу.              После ухода Малфоя тишина лишь несколько раз прервалась шелестом полы палатки и парой тихих диалогов. Гарри почти каждый день проводил на улице. Он проверял защитные чары, осматривал окрестности и охотился. Морозный январский воздух спасал его мысли от сумасшествия и остужал постоянно накаляющиеся нервы.       Гермиона поправилась спустя неделю. Возможно, раньше, но встать на ноги сил не хватало. Однако, сердце и дрожащие руки от приближения Гарри к её кровати вместе с очередной чашкой с лекарством в руке, заставили её встать и тихо попросить Гарри не приближаться к ней.       Он ничего не ответил.       Просто отошёл и скрылся на улице. Но это не помогло Гермионе перестать испытывать постоянную тревогу от его незримого присутствия.       Ей часто снились кошмары. Они были разными, но всё крутилось вокруг двух тем: смерти и недавнего изнасилования. Мысли путались. Спас её Гарри, или наоборот? Что будет с ними дальше? А как же Рон?       На воспоминании о младшем Уизли девушку каждый раз передёргивало. Не то чтобы она перестала быть влюблённой в него, но чувство страха в основном перевешивало нежные чувства. А если уж быть совсем честной, то вспоминала Гермиона о нём нечасто.       Так прошёл январь в глухом лесу. От Малфоя не было слышно ни единой вести. Гарри лишь раз вышел в деревню в поисках еды, чаще всего он охотился. Благо, это было не так трудно, живности в окрестностях жило полно. И этот единственный выход дал понять Гарри, где они находятся. Остров Несс во владениях Великобритании в принципе составлял скудную картину. Но Малфой перекинул их практически на самую северную часть. Самым большим населенным пунктом поблизости был Порт-оф-Несс. Непримечательное село, выживающее за счёт рыбной ловли. Гарри узнал это в крошечной деревушке Бэлимор*, окружённой густым лесом. Товары в местный магазинчик поставляли раз в неделю, а из местных жителей основную массу составляли старики, которым было всё равно на охоту Гарри, в той же степени, что и на него самого.       После покупки всех необходимых продуктов на долгое время, Поттер, при помощи Левиосы, забрал небольшую карту у местного старосты. Посёлок Бэлимор был выделен крупным шрифтом в точке «Вы находитесь здесь».       Но это дало ровным счётом ничего. Малфоя нет, пожирателей — тоже. Насколько знал Гарри, Шотландия отслеживалась Тёмным Лордом, но что уж говорить о никому не нужном островке Несс. Вряд ли Пожиратели вообще знали о его существовании. Гарри старался варить как можно больше супа, при помощи чистой воды из небольшого ручья прямо на территории их защищённого места, а также кубиков для бульона, купленных с огромным запасом. Супы хранились долго, были питательными и согревающими. Поэтому каждый раз Поттер тихо варил их утром, съедал свою порцию и оставлял на столе полную миску для Гермионы.       Гермиона.       Ох, Гермиона…       На исходе третьей недели Гарри почти взвыл от невозможности подойти к ней и заговорить. Он сам боялся, да, но значимость её поддержки и разговоров всегда пересиливала. Слишком тяжело он себя чувствовал без неё.       Наверное, их привязанность стократно усилилась во время лечения после пыток. Гермиона не отходила от него, а потому стала единственным ориентиром в галлюцинациях и панических атаках. Её голос действовал оздоровляюще, будто все нервные окончания от одного его звука срастались обратно. Гермиона была слишком дорога ему. Дороже, чем все, как бы тяжело это не признавать.       О Джинни он вспомнил лишь пару раз, не без ноток сожаления. Интерес к жизни бывшей девушки безусловно был, но это и вразрез ни шло с опустошением сердца без Грейнджер.       Но было и кое-что ещё. Чувство вины.       Бесконечное чувство вины обволакивало позвоночник и шею, возвращаясь в мозг. Он не мог оставить всё, как есть.       Поговорить. Им нужно было просто поговорить.       Гарри хотел продумать план их диалога, но ничего внушительного не лезло в голову. Любое его слово казалось ножом, способным порезать бледную, но такую нежную кожу Гермионы.       И все эти мысли возвращали его к ситуации, произошедшей накануне. Да, он спас её жизнь, хотя под давлением истерики ей этого не хотелось. Но способ был отвратительный. Однако, ещё хуже ему становилось, когда в голову влезал процесс их соития. И волей-неволей демоны, скребшие его душу, ненароком шептали, что было хоть немного приятно. После чего Поттер яростно бил себя голове, в попытках отмахнуться от подобных моментов в его голове.       Решено.       Сильной стороной Гарри всегда была импровизация. Конечно, небольшая схема разговора крутилась в мозгах, но Поттер понимал, что всё в любом случае пойдёт не по плану. — Гермиона, обед готов! — впервые за несколько дней Гермиона услышала голос лучшего друга, обращённого к ней, из другой комнаты.       Лёгкая дрожь — Прошу, давай пообедаем вместе. Пожалуйста, — Грейнджер выпрямилась и глубоко вздохнула.       Это Гарри, твой лучший друг. Нет смысла его бояться. Он никогда не хотел причинить тебе боль.       С немереными усилиями Гермиона всё же поднялась, отложив очередную книгу, и направилась в сторону кухни. Она понимала, что возникла совершенно непонятная, напряжённая ситуация, которую необходимо решить, но это осознание появилось совсем недавно.       Да, произошло нечто непоправимое и ужасное. Нет, Гарри бы никогда не поступил с ней подобным образом просто так.       И ещё одно «да» в пользу Гарри — он спас ей жизнь.       Гермиона скорее с облегчением устремилась к кухне. Всё же было тяжело без общения с Гарри и желание поговорить с ним созревало в её сердце приблизительно неделю. По правде, за месяц она несколько отошла от происшествия в Мэноре и уже чувствовала себя намного лучше, как морально, так и физически. Естественно время от времени прошлые ощущения напоминали о себе лёгким сжатием в области груди, но Гермиона списывала это на психологическую травму, которая, по понятным причинам, будет жить сердце юной девушки ещё долго.       Её лучший друг сидел вполоборота к ней и сильно горбился. Как только он услышал шелест пол со стороны комнаты Грейнджер, сразу оглянулся и посмотрел в глаза, но почти также быстро их опустил.       Гермиона осторожно опустилась на стул напротив и придвинула к себе миску с супом из крольчатины. Заманчивый аромат гипнотизировал, заставляя девушку с большим нетерпением приступить к трапезе. С каждым разом кулинарное мастерство Гарри прогрессировало.       Гарри незаметно осматривал все телодвижения подруги. Он не заметил и капли страха в её активности, что стало мотивационным толчком для будущего разговора. Его рука легонько придвинула хлебную корзинку в сторону Гермионы. Она подняла взгляд прямо до уровня его глаз и, не отводя его, потянулась к несколько чёрствому хлебу (всё же поддерживать свежесть разных продуктов при помощи заклинаний удавалось не больше нескольких недель). — Нам нужно поговорить, — как в старые-добрые времена раздалось в унисон.