6. Комфортность
9 марта 2022 г., 20:15
Где-то в середине разговора о новых тренировках, которые Сан и Сонхва пробовали выполнять дома, на телефоне Сана сработал будильник. Он прервался на середине предложения и, выключив таймер, поднялся с кресла.
– Время вышло, – осторожно усадив Уёна на своё прежнее место, он принялся расстёгивать его ошейник, а затем посмотрел на Сонхва. – Хён, мне нужно позаботиться о нём, так что…
– Вы двое оставайтесь здесь, а мы пойдём, – понимающе ответил мужчина и с улыбкой поднялся на ноги. – Феликс, давай пройдёмся.
– Хорошо! – просиял Феликс, помахав на прощание Уёну, который ответил тем же. – Пока, хён!
– А, Сонхва-хён! – окликнул Уён, прежде чем они успели удалиться. Мужчина непонимающе моргнул, посмотрев на него сверху вниз. – Прости за то, что я так грубо с тобой обошёлся. В тот первый день. Я правда сделал неверные выводы, и не имел права вот так нападать на тебя.
Сонхва перевёл удивлённый взгляд с него на Сана, но тот лишь пожал плечами. На лице Сонхва появилась лёгкая улыбка, когда он шагнул вперёд и протянул руку.
– Спасибо, Уён. Полагаю, я тоже сделал неверные выводы о тебе.
Уён с готовностью пожал его руку. Феликс помахал им ещё раз, и после двое новых знакомых удалились, оставив Уёна наедине с Саном.
Ошейник соскользнул с шеи, и Сан бережно убрал его вместе с поводком в свою сумку, прежде чем достать наружу тюбик с лосьоном.
– Спасибо, Ён-а. Это был очень крутой поступок.
Уён смущённо передёрнул плечами.
– Ну, на самом деле, я ещё перед началом хотел обсудить с тобой тему с извинениями, но как-то не пришлось к слову.
– Я в любом случае очень ценю это, – Сан улыбнулся и осторожно повернул его голову за подбородок, чтобы осмотреть лицо. – Ничего не натёрло?
– Нет, всё нормально. Я почти ничего не почувствовал.
– А как твои ноги? – его брови обеспокоенно нахмурились. – Вряд ли два часа стояния на коленях прошли бесследно.
– Мышцы напряжены, но в целом порядок, – Уён приподнял правую ногу и вытянул её вперёд. – Благодаря танцам у меня хорошее кровообращение, так что бывало и похуже.
– Ты танцуешь?
– Ага, – улыбнулся Уён. – Это моё направление в университете. Не знаю, что я буду с этим делать после окончания, но я очень люблю танцы.
– Это замечательно, – Сан тепло улыбнулся ему в ответ. – Я рад.
– А чем занимаешься ты, Сан-а? – поинтересовался младший, когда Сан открыл тюбик и начал растирать содержимое между своими ладонями.
– Я бизнес-аналитик, – вздохнул мужчина, втирая лосьон в те места, где ошейник стягивал шею Уёна. – Работа скучная и муторная, но я зарабатываю хорошие деньги. Поэтому могу позволить себе частые визиты в это заведение.
Закрыв глаза, Уён понимающе промычал, наслаждаясь мини-массажем шеи.
– Так ты давно сюда ходишь?
– Чуть больше пяти месяцев.
– А как ты нашёл это место?
– Сонхва-хён пригласил. Тогда у меня был тяжёлый день на работе, и он привёл меня сюда, чтобы выпить.
– А он давно сюда ходит? – усмехнулся Уён и открыл глаза, когда Сан убрал свои руки.
– Блять, да если б я знал, – рассмеялся старший. – Так он мне и сказал.
Они погрузились в ненавязчивый разговор, пока Сан продолжал за ним ухаживать. Убедившись в здоровом состоянии своего Саба, Сан присел на подлокотник и начал рассеянно перебирать пряди Уёна.
– Тебе нравится, когда прикасаются к твоим волосам, да?
– М-м, – Уён прикрыл глаза, подаваясь навстречу прикосновениям. – С самого детства. Поэтому я снова начал их отращивать.
– Тебе идёт, – похвалил Сан. – Не только потому, что за них легче тянуть. Такая длина хорошо на тебе смотрится.
– Недавно у меня начало получаться завязывать хвостики, – с гордостью заявил Уён. – Я пытался отрастить волосы с тех пор, как увидел Ёсана с хвостиком. Ему очень шло.
– Он действительно мило выглядит с хвостиком, – согласился Сан. Уён неосознанно напрягся, почувствовав странный укол в области живота.
– Ага, – пробормотал он.
– Но я уверен, что тебе он идёт намного больше, – мягко продолжил Сан. – Могу представить, насколько сильно он подчёркивает линию твоего подбородка. Возможно, даже создаёт иллюзию, что ты более зрелый, – поддразнил он.
Лицо Уёна вспыхнуло, пульс учащённо забился под кожей. Старательно пытаясь вернуть контроль над собственным телом, он услышал, как Сан роется в своей сумке.
– Кстати, я наконец-то сделал для тебя копию контракта. Постарайся не потерять её, мне пришлось действовать очень осторожно, потому что копировальный аппарат у меня есть только на работе, – Сан протянул Уёну конверт. – Деньги за сегодняшнюю сессию уже внутри.
– Спасибо, – вздохнул Уён.
– Если хочешь переодеться в свои вещи, то уборная вон там, – старший указал в сторону ближайшего коридора. – А если пойдёшь прям в свитере, можешь вернуть его как-нибудь в следующий раз, – он оценивающе осмотрел Уёна с головы до ног. – На тебе он всё равно смотрится лучше.
– Так он твой? – Уён глупо моргнул, опуская взгляд на чужой предмет одежды.
– Был моим, но теперь маловат в плечах.
Уён самодовольно ухмыльнулся и натянул свою толстовку поверх свитера.
– Ну, раз на мне от него будет больше пользы, то пусть пока что побудет у меня.
– Как тебе угодно, – Сан ухмыльнулся в ответ. – Я собираюсь уходить. Ты остаёшься или…?
– Не, нужно успеть на автобус, – поднявшись, Уён вытянул руки над головой, чтобы размяться, и затем подобрал свою практически забытую футболку. – Проводишь меня к выходу, мистер Тхэквондо?
Сан закатил глаза, но не отказал ему в компании. Теперь Уён чувствовал себя более комфортно. Он не совсем понимал, что именно изменилось…
Но ему это нравилось.
********
Посещение университета, репетиторство, а теперь и работа на полставки давались Уёну легко. В довершение ко всему этому были ещё сессии с Саном. Шла вторая неделя после подписания контракта, и сохранять баланс между ролями Питомца и Паршивца у него получалось так же естественно, как танцевать. В каком-то смысле это действительно напоминало ему танец. Ему приходилось координировать свои выходки и поведение в зависимости от настроения и действий Сана. Нужно было понимать, когда стоило сбавить обороты, а когда можно было надавить сильнее. Конечно, он знал, что Сан никогда не причинил бы ему боль по-настоящему; он был чрезвычайно сдержанным и осторожным, когда дело касалось воспитания и наказаний. Тем не менее, Уён прилагал все усилия, чтобы держать его нервы на пределе. Он не хотел, чтобы их сессии становились скучными или слишком обыденными, поэтому всегда думал, какими ещё способами их можно сделать более увлекательными и оригинальными. За это ему платили хорошие деньги, так что он поклялся сделать всё возможное для того, чтобы им обоим всё нравилось. Во время некоторых сессий ему было настолько весело, что он вообще забывал о деньгах. ...И Уён начинал смиряться с этим фактом. После третьей сессии он понял, что ему нравилось быть Питомцем. Возможно, не так, как Феликсу или Ёсану; ему нравилось строить из себя засранца, которым он по сути и являлся. Нравилось давить до тех пор, пока Сан не срывался. Нравилось не знать, каким образом его собирались наказать. И нравилось то, что Сан всегда заботился о нём после сессий. Он наслаждался этой заботой больше, чем своей ролью паршивца. Может быть, так происходило, потому что никто и никогда не делал для него подобного. Или же потому, что Уён от природы был очень тактильным человеком, жаждущим ласки. Независимо от истинной причины, он начинал получать удовольствие от всего, что ему давали эти отношения. Он потихоньку узнавал любопытные факты о Сане и даже некоторые факты о Сонхва. Он узнал, что Сонхва и Сан когда-то учились вместе, прежде чем их пути разошлись. Сонхва неожиданно сменил направление с бизнеса на преподавание из-за своей любви к детям. Конечно же, его деловой опыт никуда не делся, поэтому всякий раз, когда Сан чувствовал себя подавленным, он с радостью давал младшему советы. Также Уён узнал, что Сонхва был помешан на чистоте, и это вполне объясняло его пристрастие к Питомцам с хорошими манерами. Уён примерно представлял, как бы выглядел его будущий класс, и мог лишь надеяться, что те бедные дети не превратятся в копию хёна или хотя бы не сойдут с ума. Возможно, некоторые из них могли бы вырасти в таких же паршивцев, как Уён – кто знает? Сан оставался довольно закрытой личностью, и узнать о нём хоть что-нибудь можно было только из комментариев Сонхва. Например, что он тренировался под руководством своего отца и был обладателем чёрного пояса третьей степени (Уён полагал, что Сан кое в чём разбирался, но у него отвисла челюсть, когда он понял, насколько тот был хорош). Он также узнал, что Сан испытывал нежные чувства к плюшевым игрушкам, но предпочитал, чтобы об этом не распространялись (не то чтобы Уён считал это странным; на его кровати и комоде тоже можно было найти несколько игрушек). Тем не менее, он словил себя на том, что цеплялся за эти крохи информации, как голодный зверёк. Он хотел узнать о Сане больше. Но старший тоже ничего не спрашивал об Уёне, возможно, желая сохранить профессионализм. И, честно говоря, это причиняло боль. Поэтому можно лишь представить его удивление, когда в пятницу второй недели, пока Уён возвращался домой из танцевальной студии после особенно тяжёлого занятия с учеником, ему позвонил Сан. Он уставился на имя контакта и непонимающе моргнул, прежде чем ответить на звонок, замерев под уличным фонарём. – Алло? – Привет, э-э, извини, что вот так неожиданно звоню, – пробормотал Сан. – Да нет, всё в порядке, – Уён снова двинулся вперёд. – Я просто иду домой. Всё хорошо? – Эм, у меня просто… был очень тяжёлый день на работе, – вздохнул Сан. Его голос показался Уёну измученным. – Мне пока не очень хочется возвращаться домой. – Что случилось? Повисла тишина, и Уён испугался, что перешёл черту, задав вопрос о личной жизни Сана. – В смысле, – он попытался отмотать назад, – ты не должен что-то мне рассказывать, если не хочешь. Просто я, э-э, подумал, что ты, возможно, позвонил именно поэтому. Но я знаю, что ты можешь поговорить с Сонхва, так что, наверное… – Не хочешь поужинать? Уён застыл, прервавшись на полуслове. Шестерёнкам в его голове пришлось закрутиться с удвоенной силой, чтобы переварить услышанное. – Типа… прямо сейчас? – Да, – выдохнул Сан, будто совсем не дышал до этого момента или только что закончил пробежку. – Ты же ещё не ел? Я угощаю. – Нет, ещё не ел, – Уён взглянул на свою одежду. Он принял душ в студии, но на нём были спортивные штаны и обычная футболка. Не самый лучший образ для ужина. – Но у меня совершенно неподходящий внешний вид. Я только что вышел из танцевальной студии. – Всё нормально, мне не важно. Твоё присутствие – это главное. Уён тяжело сглотнул. – Куда хочешь пойти? Спустя пятнадцать минут Уён подошёл к небольшому круглосуточному кафе, которое никогда раньше не видел. Сан стоял у входной двери с перекинутым через руку пиджаком. Он задумчиво смотрел куда-то в даль улицы и, казалось, пока не замечал Уёна. Младший прочистил горло, чтобы объявить о своём присутствии, и Сан тут же повернул к нему голову. – Привет, – сказал Уён, проводя рукой по влажным волосам. – Давно ждёшь? – Нет, – мягко ответил Сан; весь его вид кричал об истощённости. Он открыл дверь и пропустил младшего вперёд. – Я работаю поблизости. – Понятно. Они разместились за уединённым столиком в самом конце кафе (по просьбе Сана). Уставший официант принял их заказы напитков и удалился, чтобы дать время на изучение меню. Уён практически не глядя остановился на чапчхэ, но Сан даже не открыл своё меню, а просто смотрел в окно, откинувшись на спинку сиденья. – Что случилось? – наконец спросил Уён, обеспокоенно нахмурившись. – Наверное, что-то очень плохое, раз ты так долго молчишь. Сан тяжело вздохнул и провёл ладонью по лицу, прежде чем положить руки на стол. – Кто-то из моей команды крупно проебался с электронными таблицами, но неизвестно, кто именно. Один из них сказал, что я последним трогал данные, так что меня не только имели где-то на протяжении часа, но теперь я ещё и должен всё исправить к сегодняшнему вечеру. – Какого хуя! – Уён почти выкрикнул эти слова, но вовремя вспомнил, что они находятся в общественном месте. – У них были хоть какие-то доказательства?! – Нет. – Тогда почему… – Потому что я самый младший в команде, – Сан упёрся в поверхность стола отстранённым взглядом. – Это не первый раз, когда мне пришлось взять вину на себя просто из-за моего возраста, и, скорее всего, не последний. У всех там по десять лет стажа, и, естественно, они считают себя самыми умными, – он невесело рассмеялся. – Именно в такие дни, как сегодняшний, я начинаю задумываться о предложении отца. Уён нахмурился, серьёзно разглядывая своего собеседника. – Может, тебе стоит принять его предложение. – Ты слышал наш разговор в клубе. И знаешь, почему я этого не сделаю. Наклонившись вперёд, Уён накрыл руку Сана своей ладонью. – Твоё счастье намного важнее денег, Сан-а. Сан, наконец, смерил его оценивающим взглядом. – Разве? – Конечно же. – Даже если без моих денег ты окажешься в полной заднице из-за вашего долга? – Я бы что-нибудь придумал, – Уён со вздохом откинулся на спинку сиденья. – У меня были другие варианты. Просто твоё предложение оказалось… более заманчивым. Прежде чем Сан успел ответить, к ним вернулся официант с напитками. После того, как Уён заказал чапчхэ, а Сан выбрал самгётан, официант исчез так же быстро, как появился, вновь оставив двоих парней в их собственном мире. – Так почему ты принял моё предложение? – мягко поинтересовался Сан. – Ты казался таким непреклонным, будто скорее позволил бы ростовщикам сломать вам ноги. Уён издал тихий смешок. – Один друг посоветовал мне согласиться на это. – И всё? – Ну, – Уён ухмыльнулся, – ещё он объяснил, что раз мне даже не придётся заниматься проституцией, то я просто обязан воспользоваться странными фантазиями какого-то чокнутого извращенца. – Значит, я теперь чокнутый извращенец? – Сан фыркнул, его губы искривились в усмешке. – И это говорит парень, который носит ошейник. – И каждый раз мне платят миллион вон за то, чтобы я надел этот ошейник, благодарю за твоё наблюдение, – его игривая улыбка сменилась любопытством. – Кстати говоря, почему он сейчас не на мне? Разве сессия не начинается, когда я надеваю ошейник? – Я не собираюсь заставлять тебя носить его за пределами клуба, Уён, – серьёзно заявил Сан. – Всё совсем не так. Сейчас у нас скорее… – Свидание? – Уён изогнул бровь. – Н-нет! – поспешно выпалил Сан, уставившись на него огромными глазами; его щёки покрылись румянцем. – Просто ты просил встречаться не только в клубе, п-поэтому я… Не знаю! Ты тогда так неожиданно поднял эту тему! И я выдал первое, что пришло в голову и… Уён разразился громким и пронзительным смехом, буквально упиваясь тем, насколько сильно паниковал его Доминант. Сан замолчал и надул губы, ожидая, пока Уён успокоиться. – Господи, какой же ты громкий, – прокомментировал он с притворным раздражением. – И как тебя терпят окружающие? – Эй, у меня милый смех! – фыркнул Уён. – Ну, если только немного. – А вот и не немного! – Тебе кажется. В ожидании своих блюд они погрузились в лёгкий и игривый разговор. Уён радовался тому, что Сан значительно повеселел и расслабился, по сравнению с тем, насколько подавленным он выглядел несколько минут назад. Они пошутили над заказанными блюдами друг друга, посмеялись над одеждой Уёна во время их второй сессии, поспорили о том, кто же всё-таки лучше – EXO или BTS, и обсудили сходства между танцами и боевыми искусствами. – Раз ты можешь целый день продержаться на турнире, значит, и танцевать сможешь! Тем более учитывая, что твои бёдра достаточно гибкие для высоких ударов! – восклицал Уён, параллельно пережёвывая еду. – Но у меня совсем нет чувства ритма, – надулся Сан. – Я с трудом могу хлопать в такт музыке. – Всей подобной хрени можно научиться. Самое сложное – это гибкость и выносливость, – Уён подбодрил его тёплой улыбкой. – Я серьёзно! Тебе стоит как-нибудь заглянуть в мою студию и потанцевать со мной. Было бы весело! Сан ласково посмотрел на него и улыбнулся в ответ, демонстрируя очаровательные ямочки на щеках. – Я подумаю. – Вот и подумай! Я очень хороший учитель! Закончив с едой, они остались за столиком и продолжили болтать, словно больше ничего вокруг не существовало. Уён с огромным энтузиазмом показал Сану несколько видео со своими репетициями, а второй поделился видео с недавнего турнира. Всё происходило… так естественно. Если бы не обстоятельства их встречи, Уён был уверен, что они могли бы стать близкими друзьями. Возможно, они уже ими стали. Границы казались ему слишком размытыми; Сану явно нравилось проводить с ним время без игр в Хозяина/Питомца, и, тем не менее, он по-прежнему должен был заплатить за сегодняшнюю встречу. Было ли это обычным способом расслабиться или он искренне хотел пообщаться с Уёном? Может быть, Сонхва и остальные его друзья были заняты, и поэтому Уён оказался единственным вариантом? Он отогнал от себя эти мысли и попытался сосредоточиться на рассказе Сана о том, как однажды незнакомые девушки попросили его номер, а он ответил, что у него нет телефона. – …Но телефон был прямо у меня в руке! – Сан рассмеялся и стыдливо спрятал лицо в ладонях. – Как можно было настолько проебаться? – хихикая, Уён опустил подбородок на свой кулак. – Я запаниковал! – Почему просто не сказал, что ты уже в отношениях, или что ты гей, например? – Не знаю. Я не хотел их обидеть! – Если они не в состоянии справиться с отказом, тогда им не следует так нагло подходить к незнакомцам и просить их номер телефона прям посреди улицы, – фыркнул Уён. – Довольно жёсткий взгляд на ситуацию. – Наверное, я просто слишком много раз проходил через это, – вздохнул Уён. – И с парнями, и с девушками. Вот она – настоящая агония бисексуальности. – Оу, вот как? – Сан медленно моргнул. – Я этого не знал. – Вообще-то, ты предлагал мне секс. Уверен, ты догадывался, что мне как минимум нравятся мужчины. – Да, но только из-за того, что Ёсан упоминал, как ты флиртовал с ним на первом курсе, – Сан издевательски усмехнулся. – Боже, ненавижу, когда он рассказывает эту историю. Всегда ведёт себя так, будто я сох по нему. – Разве было не так? – Я просто считал его горячим! Блять, да кто бы посчитал иначе? Сан как-то застенчиво пожал плечами и отвёл взгляд в сторону. – Ну, он не совсем в моём вкусе… – Ого, – поддразнил Уён. – Тебе что, не нравятся эльфоподобные симпатичные мальчики с глубоким голосом? – Не особо. Мне нравятся мужчины, которые скорее выглядят как… ну, мужчины. Уён рассмеялся, откинувшись назад. – Ты пытаешься сказать, что Ёсан женственный?! – Нет же! Просто он такой… не знаю, мягкий! – Ага, а тебе нравятся колючие и жёсткие? – Ты такой неугомонный, – простонал Сан, с усмешкой закатив глаза. – И как он тебя терпит? – Да я само очарование! – Как же. Они ненадолго погрузились в уютную тишину, просто рассматривая друг друга, а затем Сан еле слышно заговорил: – Спасибо, что согласился встретиться со мной, Уён. Мне правда нужно было, чтобы кто-нибудь меня подбодрил. – Обращайся, – улыбнулся Уён. – Я знаю, что у тебя есть Сонхва, да и другие друзья, но я рядом, если тебе вдруг что-нибудь понадобится, – с его губ сорвался лёгкий смешок. – Уверен, я был последним, кому ты позвонил, но я рад, что ты это сделал. – Вовсе нет, Уён, – поспешно возразил Сан, накрыв его ладонь своею. – Ты был первым, кому я позвонил. Уён растерянно моргнул, неотрывно глядя на мужчину, который продолжил: – Я понимаю, что мы не так уж давно знакомы, и наши партнёрские отношения слегка… нестандартные… – Слегка? – …но мне искренне нравится проводить с тобой время, – Сан пристально посмотрел на него, будто пытался приструнить одним взглядом. – Я каждый раз замечаю в тебе новые черты, которые достойны восхищения. Ты невероятно добрый и заботливый человек, и я чувствую, что могу доверить тебе свои сомнения и проблемы. Уён промолчал. Кровь в его жилах словно бурлила, пока он впитывал смысл прозвучавших слов. – Я-я, э-э… вау. – Прости, я перешёл черту? – Сан поморщился и попытался отстраниться, но Уён тут же схватил его за руку, расплывшись в улыбке. – Нет, всё в порядке. Я всего лишь удивлён тем, что тебе правда нравится моя компания, вот и всё, – из него вырвался нервный смешок. – На самом деле, я переживал, что ты просто терпишь меня. Мне всегда казалось, будто ты не хочешь говорить о себе во время наших сессий. – Если честно, я не знал, стоит ли мне затрагивать подобные темы. – Ну, теперь знаешь. Ты вовсе не чокнутый извращенец и не равнодушный мудак, каким я тебя посчитал при первой встрече, – поддразнил Уён. – Если хочешь поддерживать такой имидж в клубе, то всё нормально. Но за его пределами я бы хотел быть твоим другом. Сан внимательно разглядывал его пару секунд, прежде чем ласково улыбнулся. – Я бы тоже этого хотел, Уён. Когда и без того небольшая толпа посетителей стала ещё меньше, они вышли из кафе, не желая и дальше беспокоить обслуживающий персонал. Сан, как и полагалось, отдал Уёну свои деньги (их встреча довольно сильно затянулась, и из-за этого Уён почувствовал укол вины), а после они помахали друг другу и разошлись в противоположные стороны. Некоторое время Уён провожал парня взглядом, затем вздохнул и отправился домой. Потому что, хоть теперь он и знал, что нравился Сану как личность, но купюры в его кармане и те, что лежали дома в сейфе заполняли его разум сомнениями, чувством вины и лёгким отвращением к самому себе.
