Разрушая время

Тонкая полоска света озарила погруженную в полумрак комнату и тут же пропала, наполняя подсобку привычной темнотой. Послышался щелчок дверного замка, скрип отодвигаемого стула и шелест снимаемой одежды. Руки Канды соскользнули с талии блондинки, сминая края и без того помятой юбки, и он впился поцелуем-укусом в тонкую шею, вырывая из ее губ протяжный стон. Правая рука парня стремительно скользнула вниз и сжала бедро, длинные пальцы, будто невзначай, прикоснулись к нежной плоти, и девушка задрожала от предвкушения, полностью отдаваясь на растерзание монстру. На пол полетели черные кружевные трусики и, не дав опомниться своей жертве, Канда потянул ее на себя, усаживая к себе на колени. Блондинка, лишь широко расставив ноги, не спеша опустилась на возбужденную плоть. Череда глубоких толчков сменилась легким трением, и девушка, дразня, облизала персиковые губы, то ускоряя, то замедляя темп сексуальной игры. Канда лишь злобно скрипнул зубами, устремился в нее с новой силой, все глубже погружаясь в очередную куклу… Рваное дыхание опаляет щёку… Расстёгнутая белая рубашка соскальзывает с одного плеча, открывая взору белоснежную кожу и пышную грудь… Тело девушки горит огнём и, улавливая его движения, она с готовностью устремляется к нему на встречу... Охватившая страсть уносит её все выше и выше к вершинам блаженства… А Канда остаётся холодным, ощущая, что даже привычный секс не даёт ту остроту ощущений, что прежде. Юу откинулся на спинку стула, прикрывая глаза, отдавая инициативу девушке в его же игре. Возбуждение с каждой секундой стремилось к нулю. В голове образовалась давящая пустота, но в тоже время в душе поселилось непонятное чувство раздражения, накрывавшее Канду с каждой минутой все больше и больше. От приторности происходящего начинало тошнить. Хотелось сначала заткнуть рот этой девице, которая продолжает громко и мерзко стонать от получаемого удовольствия; до боли впиться пальцами в её скулы, перекрыть доступ кислорода в лёгкие и медленно наблюдать, как громадные карие глаза наполняться страхом и паникой… Хотелось ни о чем не думать, а погрузиться в серые омуты глаз, заставившие Канду впервые в жизни оцепенеть... Канда дернулся от нахлынувшего воспоминания. Вот что не дает ему покоя. Такой боли и пустоты во взгляде мечник не видел никогда. Тогда вблизи глаза видения казались не зеркально чистыми, а слегка помутневшими, потерянными, и Канда мог поклясться, что ощутил еле уловимый запах крови, стали и пыли. Пахло предательством, обидой и одиночеством, настолько сильно, что хотелось свернуться калачиком и укрыться от окружающего мира одеялом. А еще лучше перерезать всем виновникам глотки и наслаждаться брызгами крови из открытых ран, ощутить ее пьянящий аромат и слегка металлический вкус. Видение было пустым внутри, и пустота, царящая в его душе, обволакивала Канду, погружая в темноту и открывая ворота в его персональный ад. - Ты же видишь меня! - Настаивало чудо. А Канда молчал. Этот пылающим диким неуправляемым огнем взгляд околдовывал его, напрочь лишая последних крупиц здравого смысла. Дыхание сбилось с ритма, и парень потянулся пальцами к струящимся по плечам волосам видения и очнулся… Бешенство, накрывшее парня, перевалило за отметку «Опасно для жизни». Даже Лави в целях самосохранения лишь наблюдал, как мечник захлопнул крышку ноутбука, как сорвался с места, покидая аудиторию под вопросительный взгляд преподавателя. Канда злился - на свою несдержанность, на то глупое окно, помешавшее ему покинуть аудиторию, на видение, заставившего его потерять контроль над собственным телом. В радиусе ста метров вокруг Канды Юу образовалась мертвая зона. И глава студенческого совета, чьё имя он даже не знал, да в принципе и не хотел знать, так не удачно натолкнулась на разъярённого зверя… «И эта не продержалась долго». И сейчас, наблюдая из-под нависшей на глаза челки за игрой, парень не понимал: зачем было строить из себя недотрогу; зачем еще минуту назад надо было ломаться у двери? Ведь здесь и сейчас, резко наплевав на выстраиваемую годами иллюзию скромницы и умницы, мягкая и такая правильная глава студенческого совета превратилась в дерзкую наездницу, откровенно оседлавшую Канду… Парень вскочил на ноги, отчего стул с грохотом опрокинулся на пол. Следом полетел спортивный инвентарь, ненужная полка, мешающая одним своим существованием. Руки мечника резко развернули девушку лицом к стене, заставляя прогнуться. Толчок, сильнее и блондинка кричит, впиваясь ногтями в собственные ладони. - Заткнись! - шипит Канда, прикрывая глаза и представляя перед собой ведение. Представляет, как быстрыми кусающими поцелуями проследует по ключицам и выше, лаская и покусывая чувствительную кожу шеи, тут же обдавая дыханием влажные следы поцелуев - и волны мурашек вновь расходятся по всему его телу. Представляет, как наконец-то стянет мешающий плащ и накроет такое манящее тело своим, согревая и заставляя плавиться от жара... А дальше их поглотит туман, оставляющий лишь ощущение постоянного движения тел, срывающиеся с тонких губ стоны и крепкие поцелуи. Канда рычит, ощущая новую волну злости и вновь накрывшего возбуждения. Пальцы неистово сжимают бедра блондинки, толчки становятся резче. Дыхание срывается, и даже впившееся в руки красные ногти не могут отнять чувство блаженства. Все это напоминает пытку, утонченную, но, тем не менее, болезненную. - Канда! – Кричит девушка, пытаясь вырваться.- Канда мне больно. - Мояши. – шепчет мечник, кончая и вырываясь из плена собственных фантазий. Канда с трудом поднимает голову, выходя из содрогающегося беззвучным рыданием тела и натыкаясь на испуганные карие глаза. «Да что со мной творится?»