In my zone

      Юнхо даже было забавно то, насколько они все оказались единодушны в вопросе посещения Нового города.       Следующим же утром каждый сказал, что против, и на этом тему закрыли. Пропуск и карту решили сохранить на всякий случай, но убрали всё подальше, в коробку, чтобы не мозолило глаза.       Два дня Минки и Чонхо не вылазили из своей комнаты, чем немало забавляли всех остальных, а сам Юнхо думал, что Чонхо, наконец, понял, что такое истинное чувство.       Ёсан, едва отойдя от стресса, вообще слезать с Юнхо не хотел, и он был всеми частями тела за.       — Как думаешь, а в ближайшую течку у нас всё получится? — спросил дарящий, водя пальчиком по его груди.       — Я бы этого очень хотел, — ответил Юнхо. — Так что мы с тобой сделаем всё возможное, — он шкодливо улыбнулся.       Ёсан сразу же уловил его настроение.       — Предлагаю начать прямо сейчас, — он взгромоздился на Юнхо, потираясь бёдрами.       Тот простонал.       — Готов тренироваться хоть по несколько раз в день, — он положил руки на бёдра дарящего, направляя их движения и гортанно простонал. — То, что ты ещё не высох с прошлого раза, так возбуждает.       — Я чувствую, — Ёсан прокатился пахом по уже возбуждённому члену, жадно наблюдая за тем, как глаза Юнхо закатились.       — Не тяни, — простонал тот жалобно, на что дарящий лишь шало улыбнулся.       — Попроси меня убедительнее.       И ещё одно движение бёдрами.       — Издеваешься?       — Нет, — Ёсан наклонился, опираясь на его грудь, и завис над лицом. — Я просто люблю, когда ты умоляешь.       — Пожалуйста, — без боя сдался Юнхо. — Я так хочу тебя. Умоляю. Давай же!       Ёсан высунул язык и провёл его кончиком по губам Юнхо. Его глаза, словно серые омуты, гипнотизировали как в первый раз. Он сел обратно и направил член Юнхо в себя, насаживаясь сразу до конца.       Ёсан запрокинул голову и томно простонал.       — Люблю, когда ты во мне, — промурчал дарящий.       Юнхо подался бедрами, совершая толчок, не в силах терпеть и медлить, и Ёсан задвигался ему навстречу. Они не отрывали друг от друга взглядов, и в один момент дарящий произнёс:       — Остановись.       Тихий, но жёсткий приказ заставил Юнхо закусить губу. Нетерпение подстёгивало, но он усилием воли заставил себя выполнить сказанное.       — Ты такой послушный, — проворковал Ёсан. — Мне так это нравится. Хочу тебя сзади.       И мгновения не прошло, как дарящий оказался на четвереньках. Юнхо вошёл сразу же, размашисто толкаясь внутрь, и притянул Ёсана спиной к своей груди, заставив изогнуться в пояснице, вылизывая шею.       — Ты меня с ума сводишь, — хрипло прошептал он на ухо дарящему, пока тот подавался навстречу и хватал его за руки, впиваясь ногтями. Ёсан тяжело дышал, его член прижимался к животу, но он не давал Юнхо к нему прикоснуться.       — Хочу кончить так, — со стоном пояснил он и прогнулся ещё сильнее.       Юнхо чувствовал, что его сердце готово выскочить из груди, дыхание сбилось совсем, а пальцы ног онемели. Ужасно хотелось кончить, но ещё больше хотелось, чтобы Ёсан сделал это первым, поэтому он наклонил его, заставляя упереться лбом в подушку и тем самым меняя угол, отчего Ёсан взвыл, вцепился в простыню, едва не разорвав её, и излился со стоном, который был как выстрел в голову Юнхо. Он даже не пытался выйти, кончая внутрь с рыком.       Голова кружилась, изображение рассыпалось на осколки, и он повалился на дарящего сверху, накрывая своим телом. Тот не сопротивлялся, тяжело дыша. Лишь спустя пару десятков секунд Юнхо аккуратно вышел из него, и перевернул их, укладывая Ёсана на себя и накрывая их обоих одеялом.       — Нужно уже спать, глубокая ночь же, — пробормотал Юнхо.       Ёсан угукнул, как вдруг внезапно раздался голос Сана:       — Да нет, что вы, продолжайте, — насмешливо протянул тот с улицы. — Мне всё равно до утра не спать, а ваши стоны бодрят, знаете ли.       — Ой, заткнись, — беззлобно проворчал Юнхо и прикрыл глаза, притягивая Ёсана поближе к себе.