Раньше было лучше!

Шикарный, просто потрясающий сегодня планировался день. Шуршали кроны деревьев во дворе в унисон с тихим хлопаньем штанин сушившихся на верёвках брюк, на сидячем месте которых отчасти виднелась ещё зелёная краска, раздавались крики детей и сильно пожилых людей. Варвара Фёдоровна в каком-то приподнятом настроении мешала тесто. Сегодня такой прекрасный, такой знаменательный день! Сегодня наконец-то приедут внуки. Однако сами внуки так не считали. И сейчас в квартире номер 74 на улице Острогова происходила сцена, драматичности которой позавидовал бы Голливуд. -Я не поеду к бабушке! Не поеду! Я не хочу!-плакал Зонтик.- Мам, ну почему? Зачем? Почему я должен? Я не хочу... -Зонтик, хороший мой, успокойся, пожалуйста.- пыталась успокоить его родительница.- Иди одевайся. Зонтик помотал головой. Нет, ехать к бабушке он категорически не желал. -Милый!- взмолилась мама. Тут в дверях комнаты появился отец и строго взглянул на захлебывающегося слезами сына. Мальчик встрепенулся под этом взглядом, вытер рукавом кофейной кофты слезы и буркнув:"Да, мамочка", пошёл в прихожую,где его уже ждали его братья. -Я не могу выносить его слез...-тяжело вздохнула совсем ещё молодая девушка. -Я понимаю, милая, но иначе нельзя... Я сам не хочу отвозить ни его, не остальных к твоей маме... -Эй! У нас нет выбора,ведь твои родители.... -Да-да, я знаю, не продолжай. -Поговори с Зонтиком. Для него ты авторитетнее. -Хорошо. Девушка грустно улыбнулась и пошла одевать младшего сына. Через 20 минут все семейство загрузилось в машину и ехало по накатанному шоссе на окраину города. В авто стояла гнетущая тишина. Зонтик уже перестал всхлипывать и теперь, насупившись, смотрел в окно. Феликс прикрывал рот Габри, порывавшемуся высыпать на родителей очередной самосвал вопросов , а сами взрослые задумчиво переглядывались на переднем сидении. Благодаря раннему часу, пробок на дороге не было, поэтому добрались они меньше, чем за час. Живо выбрались из машины. Феликс пронесся по двору, раскрываясь навстречу почти уже летнему солнцу. Мама позвала его, взяла за руку маленького Габриэля и шепнула на ухо супругу: -Мы пойдем вперёд. Поговори с сыном. Тот оглянулся. Зонтик стоял, опустив голову и исподлобья глядел на отца. -Послушай... -Пап, я не хочу! -Я знаю. Но нам с мамой нужно уехать, а вас нужно с кем-то оставить, для вашей же безопасности. -Нельзя ставить понятия "Бабушка Вару" и "безопасность" в одно выражение! И потом, почему мне просто нельзя поехать с вами? Мне уже девять, оставлять меня здесь нелогично на 89%! -Зонтик, есть ещё 11. Мы с мамой едем в командировку. Мы не можем взять тебя с собой, как бы не хотели. Зонт был на грани плача. Мужчина тяжело вздохнул и положил ему в ладонь маленькую коробочку. -Именно потому, что ты старше, ты должен быть сильным. В жизни часто приходится делать то, чего не хочется. Покажи братьям пример. Не срывался на бабушку. Ей тоже будет с вами тяжело. -Вы же вернётесь за нами?-приободрился Зонтик. -Конечно. -Тогда пошли, пап. Мама уже задалась.-мальчик улыбнулся и, схватив отца за руку, побежал к подъезду. -Так, ребятушки, держите себя в руках и не забудьте поздороваться с бабушкой.- три головы одновременно кивнули. -Тебя, родной, это тоже касается. - глава семейства тоже кивнул, закатив глаза. *** Раздался звонок в дверь. Варвара Фёдоровна вытащила из печи два пирога- один для себя и дочери и второй для всех остальных- и засеменила тяжёлым старушачьим шагом к двери. В глазок она увидела дочкино семейство, прокрутили в голове едкие приветственные фразы и открыла дверь. -Мама! Здравствуй! -Николь! Доченька моя любимая!-Вару кинулась на нее с объятиями. Глядя из-за спины матери, Николь шепнула супругу: -Куромаку! Он снова закатил глаза, потёр переносицу и медленно произнёс, убирая за спину старшего сына: -Кхм. Здравствуйте, мама. Как я... -Куро! Зятек! Как я рада, как счастлива тебя видеть!- наигранно радовалась Вару, все крепче сжимая непереносящего, кроме супруги, ничьи объятия, Куромаку. -Пока есть ещё что видеть! Как вообще Ника за такого дрыща замуж вышла! -МАМ! -А ты его не защищай, не защищай. Тоже мне, полицейский. Да наш участковый здоровее выглядит! -Мама, не начинайте...-устало сказал Куромаку. Вару набрала было воздуха, чтобы продолжить свою тираду по поводу жизненного выбора дочери, но ее оттолкнул от отца Феликс. -Бабушка, привет!- шестилетка налетел на бабку, сжимая ее в объятиях. -Здравствуй, Солнышко...-вновь приторно-сладким голосом поприветствовала Вару внука. К Феликсу единственному она относилась снисходительно. Ну нравился он ей непохожестью на родителей. Впрочем, она быстро его выпустила и обратила свое высочайшее внимание на Габриэля, от шока стоявшего молча. -Ой, а ушки-то вы ему так и не выправили.-недовольно констатировала она, придирчиво оглядев малыша, которого видела последний раз годовалым младенцем. -Это да, мы решили не выправлять...- протянула Николь, теребя прядь рыжих волос. Вару цокнула языком и перевела взгляд на Зонтика, который испуганно жался к стенке, собирая на приветствие последние крупицы воли. Наконец, под пристальным взглядом отца, мамы и братьев он неуверенно шагнул вперед и пробормотал: -Здравствуй, бабушка... *** Николь и Куромаку вышли от Варвары Федоровны уже вдвоем. У них обоих в голове вертелся вопрос, заданный на прощание Габриэлем: -Ведь вы же вернётесь, правда? Они заверили, что да. Николь решилась прервать неприятное, душное совсем не от жары, молчание: -Мы же так и не сказали им, что едем в зону военных действий постоянных терактов... А что, если мы солгали? -Не говори так, Ника, никогда. Мы вернёмся. Оба. Мы не можем по-другому. -проговорил Куромаку, едва смог оттереть с языка ужасный привкус соленого пирога с ревенем, что так заботливо подложила ему Вару. -Прости мою маму... -Ничего, Никки, ничего. Уж кто-то, а она нас поссорить не сможет. -Это верно на 100%.- грустно улыбнулась Николь.-Ладно, поехали. Нам ещё собираться. В старый, побитый жизнью и покрашенный Вару, хрущёвский двор приехали счастливые родители. Уезжали же оттуда два жёстких комиссара, смело глядящих в лицо смерти...