Пекло

Глава 11 «Задание»

      Бри не назвала бы все сейчас происходящие никак иначе, кроме как «разочарование».       Утро изначально началось плохо. Она была голодной, замерзшей и у нее болело все тело. Во рту, судя по всему, кто-то умер. И вишенка — Грег, который шел, опираясь на копье.       Изначально план был таков: найти в черте деревни проезжающих людей и ограбить их. Конечно все усложнялось, когда ведьмачка поняла, что надеяться на Грега теперь точно не стоит. Хромой и уставший, с красными от не до конца спавшей температуры щеками он максимум, кого мог напугать — женщину. Угрозой с ней совокупиться.       Поэтому Бри пришлось взять эту роль на себя.       Она предполагала, что у нее были шансы украсть немного денег, потому что когда она, взяв копье, уверенно шла на встречу небольшой повозке, она видела, как мужчина покосился на нее и напрягся.       Для устрашения можно и копьем ткнуть, — уверяла она себя.       Ей даже вышло их напугать одним своим видом, хотя, тощая и подранная, едва ли она походила на сильного противника. Но, наверное, ведьмачьи глаза и кровожадный взгляд во многом ее спасал.       И…       Она не смогла.       Рядом с мужчиной сидела девушка с белым свертком на руках. Бри вспомнила папу, и так и застыла, глядя на них во все глаза.       Пара была напряжена, когда проезжала мимом нее, и Бри от бессилия сильнее сжала копье.       Нет, она не могла.       Просто не могла так поступить с безобидными людьми.       Да, ей деньги были нужны сильнее, чем им, но… нет, она не могла.       Она развернулась и пошла в сторону, к Грегу. Тот проверял рану, и не выглядел особо счастливым. Подняв голову на шум ее шагов, он вскинул бровь.              — Ничего?       — Ничего. Я не могу так.       Грег хмыкнул.       — Я и не ожидал ничего.       С самого утра он был мрачнее тучи. Бри все думала об этой книге, и о его словах, но пока решила отложить этот диалог. Ей было не до тайн магии. Она хотела помыться и поесть. А еще у нее до сих пор мышцы болели после очередной ночи на земле.       — Наверное, я должен сделать это за тебя. Думаю, я смогу пересилить боль в ноге и…       — Нет, — прервала она его. — Все, что ты должен сейчас смочь — это не тревожить свою ногу. Но и ночевать здесь я больше не могу, тем более, когда рядом цивилизация!              Она устало выдохнула и отдала копье Грегу. Тот снова надел сапог и оперся о свое копье, тяжело выдохнув.       Бри видела, что его что-то тяготило. Он что-то хотел сказать.       Но диалоги потом. Им нужна таврена, вода и еда.       Бри посмотрела на свои ноги. Выглядя, как драная кошка, она стояла еще и в обуви на пять размеров ей больше.       Ей еще и одежда нужна… Где же взять столько денег?       Она поджала губы и сказала:       — Пойдем в деревню, найдем таверну.       Грег пораженно вскинул брови.       — Что?       — Пойдем. Я что-нибудь придумаю.       — Ты… — Грег медленно моргнул. — Ты какая-то… Я не понимаю, что с тобой, но ты.....       — Я просто умная, — перебила она его, а потом тяжело выдохнула. — На самом деле, нет, не очень умная. Я смекалистая. Пошли, Грег, эту ночь мы проведем в тепле, или я не дочь ведьмака.       Грег покачал головой и поковылял вперед. Бри догадывалась, что он абсолютно обессилен из-за потери крови и голода, но он хотя бы шел и не падал в обморок, что Бри считала уже неплохим результатом.       До деревни они дошли за час. Здесь было… не уютно в ее нынешнем виде. На Греге была неплохая одежда, даже почти не рваная, разве что в крови. А Бри пришлось закутаться в плащ — и то, весь оборванный.              Но, как она заметила, на них почти никто не пялился. Наверное, они тут не единственные бродяги.       — Понятия не имею, что ты можешь придумать…       — Честно говоря, я тоже, — она тяжело выдохнула.       — Мы можем попросить милостыню. В лучшем случае.       Она отмахнулась и прищурилась, заметив доску с объявлениями. И быстро побежала к ней. Она не до конца сама знала, что хотела там увидеть. Она боялась диких зверей, как она собиралась выполнять задание?       Бри ни разу не сражалась с монстрами, ни разу. Для нее это было… чем-то невозможным. Человека легко победить, он предсказуем, но дикая тварь — нет.       К ее огорчению и облегчению доска была пустой.       Огорчение, потому, что денег здесь не заработать.       Облегчение потому, что так ее совесть была чиста.       В смешанных чувствах она вернулась к Грегу, и тот вскинул бровь.       — Это часть твоего плана?       — Можно сказать и так… Пойдем в тавреную.       Грег кивнул и пожал плечами. Лицо его было белым, и Бри поджала губы. Плохо дело, он же может прям так в обморок упасть от изнеможения.       В таверне было… шумно, но не так шумно, как обычно. Хотя все же это было деревней, большинство людей работали, тут некому было пить и есть. Бри словила на себе пару удивленных взглядов и поспешила к управляющему. Грег кое-как поковылял за ней:       — И что ты удумала?       — Не знаю. Но сейчас узнаю.       Заправив волосы за плащ и спросив у Грега, чистое ли у нее лицо, она пошла к женщине за стойкой. Все-таки Бри желала из последних сил произвести приличное впечатление. Если в ее положении это еще было возможно.       — Прошу прощения, можно мне хозяина?       Женщина вскинула голову, оглядывая девушку и широко раскрыла глаза.       Бри вскинула брови и постучала по деревянной поверхности.       — Ох, я просто… Не знала, что девушки тоже… бывают.       — Я сама об этом узнала только шестнадцать лет назад. Хозяин на месте?       Женщина кивнула и назвала чье-то имя, крикнув. К Бри наконец доковылял Грег и устало облокотился о стойку. Мелитэле, ну как плохо он выглядел! Просить милостыню было уже не такой плохой идеей. Грег должен неплохо на этом заработать.       За спиной шумели люди, и Бри сама не заметила, с каким облегчением выдохнула. По крайней мере тут были люди, и она не ощущала себя какой-то дикаркой. Да, так было легче.       Хозяином оказался средних лет мужчина, среднего телосложения, да и в принципе… среднего всего. Не хуже и не лучше любого другого трактирщика, которого доводилось видеть Бри.       Мужчина с удивлением на нее посмотрел, вскинув брови, и Бри, качнув головой, сказала:       — К сожалению, я не нашла в вашей деревни ни одного заказа, а, как вы можете подметить по моему внешнему виду, я выгляжу… очень нуждающейся в этом. Так что, возможно, у вас найдется немного работы? Не знаю, рубить дрова, например?       Грег удивленно вскинул брови. Бри встала ему на ногу, хотя она понятия не имела, как собиралась управляться с топором.       Как ни странно, мужчина принял очень серьезный, почти что деловой вид.       — У нас нет заказов потому что платить нечем. Твари есть везде.       Бри поджала губы. Отлично. Работа есть, денег нет.       Мужчина продолжал:       — К счастью, ничего серьезного, мы даже иногда сами управляемся… С лесов прибегают варги…       Бри перетряхнуло. Там, в лесу… были варги?.. Они бы запросто могли на них напороться.       — Грызут кого ни попадя, голодные, наверное…       Бри кивнула.              — Моему сыну тоже досталось… Шел домой, с пекарни… До сих пор на ногу встать не может. Но платить нам, светлость, нечем. Совсем.       — Есть, — вмешался Грег. — Нам бы хватило возможности провести здесь пару ночей, теплой воды и еды.       Бри оживилась. Точно! Они могут разменять ее услуги на кров!       А потом она побледнела. Какие к чертям услуги? Она до смерти боится диких зверей!       Но мужчина внезапно оживился.       — Хм, это было бы хорошей сделкой. С учетом того, что вы не будете есть за пятерых.       — Несмотря на то, что она ведьмачка, ест примерно как кролик. Хватает двух зернышек в день.       Бри насупилась и пнула его в здоровую ногу.       — К твоему сведению, кролики не едят так мало!       — Я очень плох в кроликах. Пока знаю только одного…       Бри недовольно нахмурилась и сложила руки на груди. Их прервал трактирщик:       — Так вы согласны? Поможете с этими тварями?       Бри на миг замерла.       Она… она?.. Она не сможет, просто не сможет. Варг это не человек. У нее даже нет меча, только одно копье и кинжал. Она знала, что для отца варги были сродни комарам. Досаждают количеством и прытью, но реального вреда никогда не могли ему нанести.       Но она не ее отец.       Ей легче было убить трактирщика, чем стаю варгов!       Грег внезапно сказал:       — Да. Да, мы согласны. Только дайте поесть пред вылазкой.       И трактирщик, и женщина резко улыбнулись и закивали. Бри и рта не успел открыть, как Грег мягко потянул ее в сторону, за свободный стол.       Бри ощутила, как каменеет от ужаса. Она не справится. Просто не сможет.              Он усадил ее и присел напротив.       — Я пойду с тобой и сделаю все за тебя.       Она моргнула и посмотрела на него во все глаз. Он выглядела абсолютно уверенно.       — Ты ходить не можешь. Какие тебе варги? И это будет целая стая. Надо быстро бегать.       — В этом деле я полезнее тебя.       — В этом деле тебя ждет одно. Быстрая смерть, — она сложила руки в замок на столе и уставилась на них. — Нет, Грег, ты будешь здесь.       — Русалка, не упрямься. Ты не управишься одна. Я видел, что ты можешь постоять за себя, но стая диких зверей?       Бри снова поморщилась, как от боли, и попыталась себя одернуть. Глупость. Это все глупость. Надо держать себя в руках.       — Нет, ты будешь здесь. Грег, они тебя сожрут. Я пойду одна. Это в самом деле единственный выход. Без нормальных лекарств и кровати тебе может стать хуже. И я больше не выношу спать на земле, нам нужна и еда, и комната, и…       Она прервалась, когда к ним подошла широко улыбающаяся женщина и поставила пред ними похлебки. Для Бри она еще принесла куриную грудку, и Бри улыбнулась служанке, кивнув.       — Ешьте. Вам нужны силы.       — Спасибо.       Женщина ушла и Бри, позабыв обо всем, схватилась за ложку, начиная агрессивно сгребать и есть. Грег тихо рассмеялся, но у Бри сейчас не было времени на удивления. Как она хотела есть!       Кроме того, еда на костре в исполнении Грега была малость так себе, а похлебка тут была вкусная, жирная и наваристая!       Позабыв о своем задании, она просто наслаждалась едой.       Грег тоже не стал сдерживаться.       Бри догадывалась, что он теплой относительно вкусно еды не ел еще дольше, чем она.              Уже стуча ложкой по дну, Грег сказал:       — Сейчас мне кажется, что это самая вкусная похлебка в моей жизни.       — Хм… Это почти самая вкусная похлебка в моей жизни, — сказала Бри, переходя к грудке. — У моего папы, все-таки, супы ни в какое сравнение с этим не идут… Тут, знаешь ли, чувствуется, что без любви.       — О, так ты даже ела еду с любовью.       — Я родилась в любящей семьей, — хмыкнула она. — Может тебя когда и угощу папиной стрепней.       — Боюсь представить, в каких обстоятельствах должен оказаться у тебя дома.       — Да, и не говори. И вправду страшно, — она рассмеялась и, закончив с едой, вытерла рот.       Теперь она почувствовала себя намного лучше. Все еще ощущалась странная усталость, но оно скорее было вызвано тем, что в последние дни она жила в напряжении, и больше всего ей хотелось лечь и лежать. Но еще надо было кое-что сделать.       Она медленно встала и Грег поспешил тоже. Бри окликнула трактирщика и сказала:       — Проследите, чтобы этот человек никуда не уходил!       Грег широко раскрыл глаз, и едва обратно не грохнулся на скамью.       — Бри, ты же…       — Понимаете, он ранен, но все еще очень туп и амбициозен, так что желает залезть куда не просят. Проследите за ним, спасибо!       Она обошла стол и вырвала у Грега копье. Трактирщик одобрительно загудел на заднем фоне.       — Русалка, ты копаешь себе могилу.       — Пусть так. Но пусть в этой могиле буду только я, а не мы вместе. В конце концов, ты кажется что-то знаешь и имеешь что-то важное. Но, так и быть, постараюсь вернуться живой. А если тебя пожалеют, то можешь попросить чистых бинтов.       Грег не ответил, хмуро на нее смотря. Бри хмыкнула и, отсалютовав ему, развернулась и пошла к выходу. Все еще подраная, в больших для нее сапогах и со спутанными волосами. Зато сытая.       Грег покачал головой и плавно присел обратно, смотря в свою пустую тарелку. Он поднял взгляд, и за Бри закрылись тяжелая деревянная дверь.       Нет, не была она простым человеком. Грег буквально чувствовал от нее что-то… иное.       Хотя, возможно, это просто была сила ее духа. И ее доброта. Грег не знал, просто не верил, что такие люди в самом деле есть.       Внезапно перед ним поставили чашку с медовухой и Грег, удивленно вскинув брови, поднял взгляд на трактирщика.       — Выпей, выглядишь плохо. А сколько твоей спутнице?       — Шестнадцать.       — И уже ведьмачка… Я ведьмаков младше двадцати не видел. Шквальная девка, а?       Грег тяжело выдохнул и, сделав первый глоток, сказал:       — Знали бы вы, насколько…       Какое-то время Бри шла уверенно, расправив плечи, а чем ближе подходила к черте леса — тем сильнее напряглась. Она выпутала у местных жителей, где в последний раз их видели, и сейчас шла туда, сжимая в руке копье. Как вообще ей верили, что она ведьмачка? Ни зелий, ни оружия толкового… У ее отца было два меча, а у нее — одно сраное копье!       Она догадывалась, что ведьмак — настоящий ведьмак — с варгами и голыми руками может разобраться, но она таковой не была, ее едва трясти не начинало, когда она думала о встречи с диким животным лицом к лицу. Если бы она их не боялась, то, может, и не влезла в незнакомую компанию таких же незнакомых ей мужчин.       Ох, видел бы папа, в каком состоянии она идет убивать варгов — разрыдался бы.       Хот он, наверное, и без того разрыдался бы.       Бри поджала губы. Как же ей хотелось домой! Она до сих пор не знала, как собралась смотреть родителям в глаза, но домой надо было.       Три месяца назад она отправила им весточку, что в порядке, хотя и понятия не имела, дошла ли она. Надо отправить новую. Как только заимеет пару флоренов или крон — срочно озаботиться письмом.       Оказавшись у нужного места, она осмотрелась, крепче сжимая копье. Да, с людьми было легче — человека можно ранить, и он отступит. Дикое животное стоит до последнего. До смерти.       Ее пробрало. И как Кай мог хотеть стать ведьмаком?!       Правда он в итоге им и не стал, и ей делалось дурно от того, что ведьмачкой собиралась стать она. Точнее уже не собиралась. Приедет домой и займется искусством. И из дома не уйдет до тех пор, пока ее ногами не выпрут. То есть никогда.       Она вынудила себя двинуться с места и проверить окрестности, готовясь к атаке в любую секунду. Она и молилась на то, что варгов здесь не будет, и боялась этого.       В конце концов от этого зависело то, где они будут сегодня ночевать.       Она топталась так почти полчаса, а потом услышала шорох недалеко.       Она вскинула голову, вглядевшись в кусты, и подготовила копье, сглотнув, медленно двинувшись вперед. Остановилась, глубоко вдохнула и ощутила что-то… странное.       Она оценила свои шансы объективно, она знала вероятность провала и серьезной раны, а так же — смерти. Но она все равно ощущала в крови странное желание кинуться вперед, безрассудно и глупо, будто бы имела что-то больше, чем обычное копье.       И она решила поверить этому чувству.       Раздалось рычание, кусты зашуршали сильнее и на нее ринулись три варга. На секунду Бри замерла. Они были больше обычных волков. Ее парализовал ужас, глядя на в эти ярко-красные глаза.       Дикие, безумные, безрассудные, стоящие до последнего. Животные, двигающееся лишь инстинктом выживания. Беспощадные и не жалеющие себя.       Бри пришлось заставить себя двигаться. Она бросилась вперед и с силой кинула копье. Оно угодило в одного из них, возле черепа, и Бри тут же отскочила. Она пригнулась, оперевшись на руки, чтобы быстро вскочить, и с трудом успев вытащить из сапога кинжал, кинулась вперед.       Вспоров брюхо, стрелой помчалась вперед, про себя не понимая, откуда в ней столько силы и как она так быстро двигается, и ловко вырвала копье. Приняла стойку, резко развернулась и всадила копье еще в одного. Присела в выпаде, и воспользовалась кинжалом. Раздался рык, заставляющий ее кровь бурлить, а затем — скулеж.       Она двигалась на одном рефлексе. Уклонялась, била и пользовалась копьем.       Ее два раза царапнули, но она не считала раны серьезными — один укус на ноге и разорвали ткань на руке. Теперь она неприятно липла к руке из-за крови.       Главное было быстро двигаться в разные стороны — животные терялись, не понимая, куда она кинется. Бри тоже не понимала, но решила, что это лучшая тактика. Если этих тварей невозможно понять, невозможно за ними уследить, то она должна быть такой же.       Несмотря на кипящее чувство азарта и нетерпения, силы медленно покидали ее, и на последних трех она значительно проигрывала в скорости, и получила еще две раны. Но ей удалось расправиться с последним, кинув с расстояния копье. Из-за слабости в руках, копье ранило, но не убило. Но одной заминки хватило, чтобы она закончила дело кинжалом.       Она плавно вытянула его из пульсирующей кровью плоти и потянулась к копью, выдергивая его из загривка.       А затем, тяжело дыша, присела на землю. Сердце билось так быстро, что мешало ее дыханию. Во рту был медный привкус, по виску струился пот.       Она была обессилена до того, что ноги дрожали и не держали.       Бри моргнула и оглядела поле. Тринадцать. Тринадцать тварей. Она хотела верить, что это последние.       С трудом она встала. Ноги подкашивались.       Но все-таки она ощущала гордость за себя. Одним копьем, без всяких знаков, она справилась. Хотя половина ее действий были будто… на автомате. Будто ее тело само знало, что делать и как. Возможно, эта сказывались тренировки.       Она широко улыбнулась, ощущая себе ужасной вымотанной, но гордой собой.       А потом услышала рычание. Ее парализовало страхом, прибило к земле, и она чуть не упала. Повернув голову, она заметила медленно крадущихся к ней тварей.       И, закричав, упала на землю, сдаваясь.       Она едва сможет идти, она не может бежать.       Она зажмурилась, мысленно моля прощения у родителей. Или зовя их.       Бри понимала, что у нее нет сил даже на то, чтобы встать.       Рычание становилось громче, а Бри ощущала, что ей становилось сложнее дышать из-за страха.       Она слышала, как твари медленно подкрадывались к ней. Потом рычание усилилось, перетекая в неясный, будут бы крик животного, и Бри закрыла голову руками, краем глаза заметив, как на нее бросилось животное.       Она только пролепетала:       — Папа…       Она знала, что перед смертью все зовут родителей. Это нормально.       Но она не умерла. Рычание продолжало раздаваться, превращаясь то в вой, то в скулеж, но она была жива. Сидела, сжавшись, закрывая голову, но была жива. И ничего не могла разобрать за ритмом своего сердца.       С трудом она оторвала руки от головы и вскинула голову вверх. И пораженно ахнула. Кто-то прямо перед ней совершенно легким движением меча разбирался с варгами. Так просто, как будто… в самом деле отмахивался от комаров.       Бри раскрыла рот, следя за ним во все глаза, сидя в натекшей луже крови убитого варга.       Когда слег последний, человек обернулся. Он был ведьмаком. Светлые, зачесанные назад волосы, легкая борода. Бри прищурилась. Кулон школы Кота. Невольно она испугалась, вспомнив, что эта школа распалась, а люди, что вышли из неё, пошли в наемные убийцы.       Но ведьмак перед ней… спас ее. И вряд ли собирался убивать.       — Ты не подумай, я таким обычно не занимаюсь, но ты мне напомнила одного моего друга, пока я наблюдал за тобой.       Бри широко раскрыла глаза и посмотрела на него, раскрыв рот.       Ведьмак прищурился и медленно подошел ближе.              — Ведьмачка?.. Без знаков? С копьем?..       Бри спешно попыталась встать. С трудом устояв на ногах, она только прошептала:       — Спасибо… Спасибо большое…       Ведьмак внезапно побелел, глядя на нее, как на призрака.       — Я… у меня нет денег, чтобы отблагодарить вас, но…       — Нет, не надо, — ответил он сухим, низким голосом. — Не надо… Я твоему отцу много чего уже задолжал за эти годы…       И просто пошел вперед. Бри снова раскрыла рот.       Она развернулась, глядя в его спину и крикнула:       — Вы знаете моего отца?! Вы… вы знаете Ламберта из школы Волка, да?! Вы друзья?!       Ведьмак остановился и повернулся вполоборота, посмотрев на нее.       Он только сказал:       — Печень этих тварей стоит по десять крон. Ты можешь собрать и продать ее. Но много не бери, это обесценит ее. Всего хорошего.       И, развернувшись, спешно ушел.       У Бри опустились плечи.       Если он знал ее отца, то почему… просто так ушел? Если он что-то ему должен, то почему больше ничего не сказал?       И почему она не знала его? Бри была знакома со всеми ведьмаками, с которыми был знаком ее отец.       Почему она ничего не знал об этом ведьмаке из школы Кота? Отец никогда не говорил о нем.              В любом случае, сейчас было время не для вопросов.       Она взяла кинжал и, с трудом переборов приступ тошноты, принялась вскрывать брюхо.

Глава 12 «Платье»

      В тавреную Бри тащилась без сил, вся в крови и собственном поту. Ей удалось собрать семьдесят крон — что-то ей подсказывало, что заплатили ей больше из жалости к тому, что выглядела она, как подраная кошка. Не сказать еще хуже.       Трактирщик поблагодарил ее и сказал, в какой комнате остановился ее партнер.              До комнаты Бри тащилась кое-как. Открыв дверь, она с облегчением обнаружила целых две кровати, а после села на стул возле небольшого комодика. Или это был шкаф? Она так и не разобралась.       — Мелитэле милостивая, как плохо ты выглядишь, — присвистнул Грег.       — А как живописно я воняю!       — Ты… справилась?       — Я… да. Можно сказать и так. По крайней мере я жива, а варги убиты.       — Как тебе удалось?       — Понятия не умею.       Грег вскинул брови и присвистнул, а после кое-как привстал:       — Я попрошу о бадье. И еще… — он указал рукой на край своей кровати, и Бри заметила какой-то кусок ткани. — Я договорился на одежду для тебя. Нашлось только платье, штанов на твой размер у них не было, еще тут какие-то туфли и даже нижнее белье. Я правда не уверен, что тебе нужен лифчик.       — Очень даже нужен! — возмутилась Бри. Она в последние дни убедилась, что без него в самом деле было… неудобно. Несмотря на то, что размерами похвастаться она не могла. — Но как тебе удалось выпросить одежду?       — Оказал небольшую услугу.       — Какую еще услугу?       — Потом.       И ушел, кое-как ковыляя. Бри не знала, как он спускался по лестнице без копья, но ей сейчас было это мало интересно. Она ужасно устала, воняла и ей было мерзко находится в собственном теле. Кожа была грязная и липкая от крови. Усталость пульсировала в ее ногах, а сердце, казалось, периодически гудело в ее ушах.       Она списала то, что выживала, на удачу. Едва ли ей удастся повторить этот трюк еще раз. По правде говоря, сейчас она даже не могла вспомнить, что конкретно она делала.       Через полчаса бадья была готова, и Бри сначала уставилась на нее с восторгом, а после посмотрела на Грега. Тот тяжело выдохнул.       — Успокойся, я отве…       — Нет, я не про это. Ты не хочешь принять ванную?       — Я уже принял. И обработал рану. Залезай, русалка.       Бри кивнула и, не стесняясь присутствия мужчины в комнате, стащила с себя эти лохмотья и залезла в бадью. По коже прошлись мурашки, и Бри едва глаза не закатила от удовольствия. Теплая вода! Чистая!       Она чувствовала, как расслабились мышцы, как исчезло напряжение. Со стоном она откинулась назад и опустила плечи.       — Никогда еще принимать ванну не было так приятно!       — Но не засиживайся, тебе нужно помыться, а то вода остынет.       Бри недовольно пробухтела что-то себе под нос и присела. Да, сейчас ванна была не способом релакса, а простой необходимостью. Нет времени отмокать, глядя в потолок.       Бри вздрогнула, когда ее плеч коснулись чужие руки. Она подпрыгнула, широко раскрыла глаза, открыла было рот, но ничего не сказала.       Бри ощутила запах мыла и сглотнула, позволяя… помочь снять с нее зажатость и напряжение.       Сильные грубоватые руки огладили плечи, прошил с плеч по рукам и спине, и это в самом деле помогало — узлы в мышцах немного ослабли, и Бри казалось, что теперь она руки ни за что не сможет поднять.       Она почувствовала запах какого-то масла, а после принялась смывать с себя… все, что успело прицепиться.       Закусила губу, когда намыленные пальцы проскользнули в ее волосах.       — Мелитэле, как ты их моешь вообще?       — Тяжкий труд, — согласилась она.       Грег хмыкнул, намыливая ее голову, хорошенько помассировал и, взяв ковш, смыл воду.       Бри поблагодарила его, потому что, если честно, она сомневалась, что в ее руках были силы, чтоб помыть собственные волосы. После копья и такого напряжения ее пальцы слушались едва, а о таких подвигах даже думать не стоило!       Под конец она даже ощутила себя человеком.       Как оказалось, ей выделили даже ночную рубаху. Правда она была большая на два размера, но не заношенная и пахнущая мылом.       — Они сказали, что несмотря на то, что ты ведьмачка, было бы некультурно оставлять тебя… эээ… обнаженной? Хотя с этой стороны ночная рубаха едва ли кажется чем-то более приличным.       — Возможно, они подумали, что мы пара.       Бри натянула на себя рубаху и залезла на кровать, спрятав ноги под одеялом.       — Мелитэле, ты веришь? Наконец, кровать! Нормальая еда! Бадья! А я чистая!       — Да, я уже и забыл, как ощущается… кровать.       — Не благодари, — она подмигнула ему, задорно улыбаясь. — Итак, как тебе удалось достать для меня одежду?       — Осмотрел раны его сына, посоветовал нужные лекарства и отвары. Я немного в этом разбираюсь. Раной своей тоже занялся.       Бри одобрительно хмыкнула.       — Так ты не такой уж и пропащий, как мне показалось.       — Да, мозги еще не все потерял.       Он резко замолк, и Бри вскинула бровь, продолжая аккуратно промакивать полотенцем волосы. Потому что те все норовили намочить ее рубаху или кровать.       — Что-то не так?       — Как ты вообще решилась на это? Пойти против стаи с одним копьем? Без опыта? Я не понимаю. Это безумие.       — Безумие, — согласилась она. — Но я творила много безумия за эти полгода. Порой сама удивлялась тем вещам, что я сделала. И до сих пор думаю: как я их сделала? Такие же чувства у меня по поводу сегодняшнего. Я не знаю, как я выжила… Честно говоря, я бы и не выжила…              Она рассказала ему про одну стаю, а следом и про другую. И про ведьмака.       — То есть не будь того ведьмака, то ты была бы мертва?       Бри тяжело выдохнула.       — Боюсь, что так       Грег помрачнел.       — Вот почему нельзя совершать такие поступки. Никогда не знаешь, чем это кончится. Ты могла бы умереть.       — Ну и что? Пошел ты бы дальше по своим делам, тем более поев похлебки.       — Я…       Он снова осекся, поджав губы. Качнул головой и нервно встал. Прошелся по комнате, и Бри оценила, что его ноге уже намного легче. Возможно, он смог взять для себя хорошие лекарства, которые ускоряют регенерацию.       — Послушай, я… Мне очень неловко за свое поведение. Ты очень много для меня сделала. Я не знаю, как тебя благодарить.       — Ээ… не быть занудой и проводить меня до города?       — Я уже не отказываюсь от этого. Но теперь это кажется глупостью по сравнению со всем этим. Ты спасла меня, выхаживала сутки и пошла рубить целую стаю варгов, чтобы у нас было место.       — В свою очередь скажу, что варгов-то я зарубила в большей степени для себя… Я умирала, как хотела поспать в тепле и отмыться!       — Но ты дотащила меня до деревни и не дала пойти с тобой. Бри, я не верю, что ты в самом деле во мне сейчас нуждаешься. Тогда зачем это?       Она пораженно вскинула брови и даже отвлеклась от своих волос. Потом тяжело выдохнула.       — Нет, ты мне нужен.       — Зачем? Ты справляешься чудесно и без меня.       — Ну не скажи. В конце концов, если бы не твое копье, то кто знает, что бы я сейчас делала.       — Ты бы могла его украсть. И пойти дальше.       Бри тяжело выдохнула и похлопала по месту рядом. Грег удивленно вскинул брови, видимо, не ожидав такого… интимного приглашения, но, немного потоптавшись, подошел к ней, присев рядом. От него наконец пахло просто мылом и чем-то древесным. Он побрился, и не заросшим выглядел даже симпатичным.       — Я смотрю, у тебя была очень тяжелая жизнь, что ты видишь в людях теперь… это. Будто бы все всё делают только для своей выгоды.       — Я не прав?       — Хм. Не в отношении меня. По крайней мере не в такой грубой манере. Ты мне нужен, хотя бы просто чтоб не сойти с ума. Путешествовать одной довольно тоскливо и страшно. Всегда легче, когда кто-то рядом, даже если пользы с него — с гулькин нос. Кроме того, я бы не смогла попросту выйти из леса без вас. Я считаю, что делаю все правильно и не вижу в своих действиях чего-то странного. Тебе бы тоже не помешало начать видеть в людях… людей, а не крыс.       — Порой люди бывают хуже крыс.       — Ты прав. Но я уж точно не такая, — она снова промокнула волосы полотенцем. — В конце концов, иногда ты бываешь не очень нудным и с тобой можно почувствовать себя комфортно. Ну, знаешь, если хорошенько постараться и убедить себя, что ты не обиженный жизнью упырь.       Грег внезапно мягко улыбнулся и кивнул.       Она чувствовала, что напряжение с него спадало, и с каждым днем он делался все более человечным.       — Ты очень добрая. Я уверен, твой побег был на эмоциях.       — На ревности и обиде, я бы уточнила.       — Но родители тебя ведь любили, так?       — Так. Абсолютно точно они меня любили. И любят. Я в этом уверена. И это делает мой поступок еще хуже. А еще… я уехала, когда папа был беременным.       Грег присвистнула.       — Теперь мне кажется, что ты просто замаливаешь грехи.       Бри сморщила нос.       — Это совсем не так! Ну, только если чуть-чуть…       Грег тихо рассмеялся.       — Ой, можешь предупреждать? — она вздрогнула. — Когда ты делаешь эти человеческие штучки… Я начинаю искать подвох!       — Я искал подвох в течении двух дней, так что, возможно, я просто пытаюсь тебе отомстить.       — Ты серьезно искал во мне подвох? Ты можешь сломать меня одной рукой.       — Я все ждал, что ты окажешься настоящей ведьмачкой. По правде говоря, я до сих пор об этом думаю.       — Ну да, я ведьмачка, поэтому решила сдохнуть из-за варгов, а не использовать знаки.       — Это было бы в твоем стиле.       — В каком еще стиле?       — Ну, знаешь, таком… немного на голову пришибленном.       Бри недовольно хапнула воздуха и шлепнула его мокрым полотенцем по лицу. Грег снова рассмеялся, и он даже показался ей… красивым. Возможно, он просто становился самим собой. Становился более человечным. Вспоминал, что значит просто жить.       Бри становилось от этого не по себе: как так жить-то можно? Ее человечность было единственным, что ее спасало в эти месяцы.       — Я заработала семьдесят крон, — сказала внезапно она.       Грег вскинул бровь.              — Как?       — Продала их печень… Эээ… Я это к чему? Я хочу завтра написать письмо моей семье. Тебе нужно кому-то написать, может? Я могла бы дать тебе денег на это.       — Нет, мне некому.       — Ты совсем один? — искренни удивилась ведьмачка.       — Да. Можно сказать, что и так.       Бри тяжело выдохнула, промакивая самые кончики.       — Ну теперь понятно, почему ты такой. Как думаешь, сколько уже времени?              Грег посмотрел в окно.       — Не знаю, может, часов семь уже… непривычно сидеть в здании.       — Ты давно не был в тавернах?       — Пару месяцев.       — И все это время ты мылся в озере? — она скривилась.       — Да. Ну, озеро это вообще-то неплохо… А то и под дождем.       — С ума сойти! И для кого такие жертвы?       Грег тяжело выдохнул.       — Поговорим об этом завтра. Кстати, какие вообще планы?       — Хм? Планы? Ну, я проснусь, поем и буду лежать, пока снова не захочу есть… Хотя я боюсь, что завтра не смогу встать с кровати, у меня уже сейчас мышцы ломят!       — Ну, я сделал для них все, что мог. Кстати, что там с твоими ранами?              Он бесцеремонно скинул с ее ног покрывало, и Бри едва не взвизгнула. Мелитэле, да он вообще даст ей почувствовать себя девушкой, а не чучелом?       Грег задрал рубашку, и Бри ощутила, как покраснела. Он внимательно осмотрел бедро, потом ее руку и плечо. Слава Мелитэле, он не додумался задрать сорочку до груди, чтобы посмотреть ее рану на боку.       — Да, тебе в самом деле повезло. Выглядит неплохо для ран от варгов.              Бри что-то пробурчала и натянула рубаху обратно.       — Ты можешь проявить больше уважения?! Я же девушка, в конце концов!       — Я сижу и пялюсь на тебе в ночной рубахе. Такое буквально позволено только мужу.       — Что-то я не заметила, чтоб ты спросил на это разрешения! И тем более я не помню разрешения, когда ты приперся к озеру, пока я там голая плескалась, и…       — И пока ты мылась в бадье. Меня в самом деле должна смущать теперь твоя ночнушка?       Бри обиженно фыркнула и отложила полотенце.       — Ты не мужчина, а какой-то… я не знаю даже, кто! Наверное ты в своем отшельничестве потерял не только человеческое, а еще и все мужское! И вообще, лучше найди-ка мне расческу.       Грег фыркнул, но послушался. Бри искренни этом поразилась, глядя, как Грег пошел к двери.       Она в самом деле запрягла взрослого мужика искать ей расческу?       Но решив, что она обеспечила их ночлегом и едой, то имела на это полное право.       Когда за ним закрылась дверь, она сама проверила рану на животе. Да, в самом деле, это чуть больше, чем царапина. Немного жгло в горячей воде, но сейчас они почти не тревожила. Не так сильно, как болящие ноги и руки.       Грег вернулся с небольшим гребешком.       — Ты очень мило прихрамываешь.       Он цыкнул, закатив глаза и, закрыв дверь, попытался более уверенно подойти к ней. Он присел на край кровати и сделал ей жест, чтоб она подсела ближе. Бри непонимающе моргнула и неловко подалась ближе.       И Грег сам начал расчесывать ее волосы. Бри замерла в неловкой позе, чувствуя, как краснели ее щеки. Грег выглядел вполне себе спокойно, сидя и расчесывая ее.       — Что у тебя с лицом?       — Ээээ… ничего. Просто вспомнила, как меня расчесывал отец. И заплетал меня. Он говорил, что его это увлекает.       Грег хмыкнул и продолжил расчесывать ее волосы. Бри позволила себе расслабиться и приняла более удобную позу, поглядывая в окно на заходящее солнце. Наконец, было спокойно. Она заснет на мягкой кровати, под одеялом, а утром сможет позавтракать. И снова принять вечером ванну. И надеть чистую, а не рваную одежду!       Она глянула краем глаза в сторону, на платье, которое Грег положил на стул.       Платья она носила дома и в университете, после побега с ними было очень хлопотно и неудобно, но сейчас это было лучшим вариантом. Ее лохмотья она просто выкинула, потому что ни стирать, ни шить их смысла не имело.       Она села к нему спиной, и даже почти не морщилась. Грег действовал очень даже аккуратно, будто бы имел дело с мокрыми волосами ранее.       Может и имел. Была же у него девушка, в самом деле?       Бри стала напевать себе что-то тихо под нос, ощущая расслабление и легкую сонливость.       А потом вздрогнула и широко раскрыла глаза, когда ощутила касание к своей шеи. Не пальцы. Не расческа. Губы.              Она уставилась широко раскрытыми глазами перед собой. Лицо покраснело, тело окаменело. Грег так и замер, будто ждал хоть какого знака, но Бри сидела, ошарашенная, и смотрела в сторону.       Грег зажал кожу меж губ и поднялся выше.       Бри казалось, что еще минуту и на ее лице можно будет жарить яичницу. Она раскрыла рот и закрыла. Снова раскрыла и закрыла, выглядя, как рыбка.       — А ты… ты что делаешь?.. — сипло поинтересовалась она.       Грег усмехнулся в ее шею.       — Мне прекратить?       — Эээ… я… я не знаю… Слушай, если ты так благодаришь, то я даже не знаю… я… ох. Ну, вообще-то это довольно приятно.       Грег хмыкнул, замерев в сантиметре от ее шеи. Она чувствовала его дыхание. И свой бешеный ритм сердца, и как горело лицо, и как она была напряжена.       Грег медленно отстранился, и она так и не поняла, что ощутила по этому поводу. Медленно моргнула, после охнула, когда Грег взял ее за подбородок и, повернув ее лицо к себе, склонился и поцеловал.       Она не до конца понимала, что чувствовала к происходящему. Но почему-то ей казалось, что если бы он перестал, то она бы ударила его.       Она была прижата к нему, ощущала тепло его тела. Он был крепким и сильным, теплым. Это оказалось на удивление приятно и защищено.       — Ты что, целоваться не умеешь? — промычал в ее губы Грег. Бри дернулась и отстранилась, нахмурившись.       — В такой позе попробуй еще целоваться!       Конечно же она не умела целоваться. Единственные мужчины в ее жизни — отец и Кай. И очень вряд ли она рассматривала их в самом деле как мужчин.       А тут человек! Мужчина! Не родственник! Который делает непонятные, но достаточно приятные вещи!       Да тут любой бы сошел с ума.       Грег хмыкнул. Бри захотелось его ударить за это равнодушие.       — Я не удивлен, что для ведьмачки чужие губы сложнее копья.       Бри снова хотела возмутиться, но он опять поцеловал ее.       Она судорожно выдохнула и прикрыла глаза, пытаясь понять и себя, и свои чувства и происходящее.       Было приятно.       Но, Мелитэле видела, до чего же неудобная поза!       А в целом это был определенно один из самых приятных ее опытов за все это путешествие. Она ощутила себя такой восторженной, будто бы лучше этого в принципе ничего быть не могло. Что эти адские полгода якобы стоили этой минуты.