Пекло

Глава 13 "Особенный"

      Спать не хотелось. Да и Каю казалось, что в каретах спать было просто невозможно. Неудобно, постоянно кочки и трясет. Он поспал немного днем, хоть это и не спасло сейчас от сонливости.       Кай то глядел в окно, то вскользь на Ализу. В последние дни она была сама не своей. Напряженной, дерганной, будто чего-то боялась. Кай уже по этому поведению понял, что что-то не так, а уж когда она сказала, что едет с ним… Он забеспокоился еще сильнее.       Все ли в порядке? Не поссорилась ли она с отцом? Не было ли все происходящее каким-то неясным планом?       План-то возможно и был, но Кай убеждал себя, что едва ли это было чем-то серьезным. Это же Ализа, она веселая и беззаботная, вряд ли она может встрять во что-то серьезное.       Этим он себя утешал.       И еще утешал себя тем, что скоро увидит родителей. Скорая встреча воодушевляла его и наполняла детским восторгом.       Ализа тяжело выдохнула и, отвернувшись от окна, посмотрела на Кая:       — Наблюдения пейзажа меня забавляло еще час назад, а сейчас наскучило. Как насчет поговорить, м? Учитывая, что я увижусь с твоими родителями, может… что-нибудь мне расскажешь?       — Я вообще смутно представляю, как мне им рассказать, зачем я приволок с собой принцессу.       — У принцессы научный интересы!       — У принцессы шило в заднице.       Ализа недовольно надула губы и нахмурилась, сложив руки на груди. Кай усмехнулся, вскинув бровь.       — Мне нечего рассказывать. Обычная семья. Они милые люди, доброжелательные и радушные. Папа когда-то по молодости был бардом, сейчас просто иногда поет. Отец ведьмак. Был им. Сейчас он этим подрабатывает и еще тренирует детей в университете. Есть кот и собака. Двое младших близняшек. Дети как дети. В целом… все. Тебе нечего их стесняться, я уверен, они спокойно тебя примут.       — Я не сомневаюсь в них, просто я только сейчас поняла, что меня это немного смущает. Знакомство с твоими родителями… Думаю, никто такого бы не ожидал.       — Не ожидал. Но что случилось, то случилось.       Ализа укусила внутреннюю сторону щеки и кивнула.       — У вас… впервые что-то такое происходит в семье? Побег твоей сестры и осложнение при беременности?       — Со слов отца у них всю жизнь что-то да не так. Особенно, когда они начинали отношения. Он говорил, что они оба несколько раз чуть не умерли. В первые же год их отношений отца растерзала кикимора, а папу отравили.       Ализа поморщилась и слабо дернула плечом.       — Богиня помилуй… Полагаю, это очень их скрепило.       — Это довело отца до седины, — усмехнулся Кай.       На миг он замялся, не уверенный, стоит ли рассказывать дальше.       Тема семьи была для него сокровенной и личной, он мало о ней рассказывал, потому что ему казалось, что о таком не орут. Это не анекдот, это не смешная история.       Это путь их семьи, порой вымощенный на страданиях. А тем более говорить о тех проблемах, что они испытывали сейчас. Это было больной темой для Кая.       Больным, кровоточащим местом.       Он любил свою семью, это было местом, куда он мог прийти и сразу ощутить себя в безопасности. Где он мог быть откровенным, открытым, быть всяким. Быть принятым и понятым.       Где можно было говорить о том, что волнует.       Он снова посмотрел на Ализу.       Но ведь и Ализа не последний для него человек. Возможно, с ней можно было быть искренним. Хотя бы потому, что она была такой с ней.       И он продолжил:       — А как-то отец все-таки умер.       Ализа пораженно моргнула и раскрыла рот. Она будто бы побледнела.       — Только не говори, что его… черной магией…       — Глупости, — Кай усмехнулся. — Но история была тяжелой. Это я помню и по сей день, хоть мне и было три года. Сначала отец пошел на какое-то задание с моим дядей, а папа через пару дней сказал, что у меня скоро будет сестричка. Он попросил, чтоб я пока молчал, потому отец как раз говорил, что хотел бы еще и дочь… Да, я помню, папа был такой довольный и счастливый. Он еще в тот день сделал морковные кексы… Потом кто-то пришел, папа вернулся бледным и уложил меня спать. И ничего не говорил. Я видел, что с ним было что-то не так. Он был бледным, странно улыбался. А вечерами я слышал, что он плакал…       Ализа сжалась, и Кай подумал, что, наверное, эта история была излишне откровенной, и он сам не до конца понимал, почему стал рассказывать именно ее.       Наверное от того, что это было самым болезненным воспоминанием. Он помнил себя — маленьким мальчиком — который видел своего папу и трясся внутри, не понимая, почему он выглядит так плохо. Папа улыбался, папа смеялся, папа целовал его в щеку, а Кай чувствовал, что ему очень плохо.       Это его сжирало, он не знал, что делать и чувствовал, что сам хочет плакать.       Самым ужасным было, когда Кай решил его порадовать. Нарвал цветов, принес ему и попросил улыбнуться. А папа заплакал. Потом заплакал и Кай.       Да, чувство того бессилия и страха надолго въелось в него, до сих пор жило в нем. Было в нем, пульсировало прямо сейчас, пока он был в неизвестности за состояние его родителей.       Он откашлялся.       — Я могу продолжить или лучше не…       — Нет, продолжай, — попросила она.       Кай кивнул.       — В общем, я чувствовал, что что-то было не так. Кроме того, отец не появлялся. Долго. Больше двух недель. Когда я спрашивал у папы, он как-то дерганно улыбался и говорил, что у отца очень много дел. Я сходил с ума. Не хотел ни с кем играть, куда-то в принципе ходить, но и смотреть на папу не мог. Я видел, как он переламывал себя… В общем, это было ужасно.       — То есть… твой отец ушел на задание и не… вернулся?..       — Да. Как я узнал позже в тот день приходил дядя. И сказал, что его можно не ждать.       — О Богиня… И твой папа ждал ребенка?..       — Да.       — Это… это… я не могу даже представлять, насколько тяжело ему было. Остаться одному, с ребенком и беременностью… Еще и улыбаться. Мне кажется, я бы ревела все время.       — Я думаю, он и ревел. Пока я не видел.       — Только не говори, что твой отец сейчас… не родной.       — Побойся Мелитэле, — он попытался ей улыбнуться. — Одним утром папа разбудил меня, накормил, а потом повел в их спальную. Отец был там, был жив. Правда встать не мог, был спрятан тазик, полный кровавых бинтов, но он был жив.       Ализа облегченно выдохнула, закатив глаза, положив руку на сердце.       — Он выжил?       — Да. Не знаю подробностей, папе больно об этом говорить. Отец толком ничего не помнит. Только как добрался до чародея, и как стоял кровавыми куском мяса на пороге нашего дома.       — Я… я очень рада, что все обошлось. Но то что пережил твой папа… Какая удача, что он не решил делать аборт из-за этого.       — Честно говоря, понятия не имею, с каким скрипом он принял решение оставить ребенка, зная, что его муж… умер.       — Умоляю, скажи, что вплоть до этого момента все было хорошо.       Кай усмехнулся.       — Ну, в целом — да. Рождение близнецов прошло нормально, я учился в университете, Бри занималась искусством… Все было чудесно. Да и в целом все мы росли счастливыми и любимыми. Возможно, тот опыт на мне как-то и отразился, но раны были успешно зализаны.       Кай снова улыбнулся, хоть и понимал, что те дни были надолго в нем вырезаны. Он ощущал ужас тех дней под своей кожей, и не мог с ним бороться.       Но он никого не винил. Папа и так, казалось, из кожи вон лез, чтобы продолжать заботиться о нем и улыбаться ему. Кай знал, что люди, после смерти своих близких людей, днями лежали в кровати, ничего не делая.       Папа вставал, готовил завтрак, продолжал любить и заботиться, читал сказки, обнимал, смеялся и улыбался.       Пусть и делал это все с надрывом.       Кай и по сей день восхищался той силой.       Она была такой… странной. Незнакомой Каю.       Кай знал, что значит физическая сила, но о пределе своих моральных сил он никогда не догадывался.       Он знал, что значит встать на дрожащих ногах, без сил, но все равно броситься в бой.       Было ли это чем-то похожим?       Он понятия не имел.       Он боялся в своей жизни, конечно, но не было в ней обстоятельств, когда пришлось бы терпеть такую боль.       Ализа тяжело выдохнула.       — И после этого… он все еще ведьмак?       — Никаких серьезных заданий. Утопцы, варги, не более того. Больше времени он тратит сейчас на тренировки других.       — Мелитэле слава, что хоть после этого это прекратилось.       — Да. Так что все было хорошо. Даже когда я пришел к вам — все было хорошо. Родители знали, что я в безопасности. А потом Бриджет… Никто и подумать не мог, что она замышляла! Тренировки — черт с ними, но… побег?..       — Но в чем была проблема?       — Она…       Кай тяжело выдохнул, рассказав о том, что, как бы кто не старался, у Бри не было никаких ведьмачьих и магических способностей. И пока Лео уже овладевал третьим знак, Бри только пыталась привыкнуть к мечу.       В общем, Кай догадался о размере ее бессилия пред этим, но сам бы он не стал сбегать. Просто потому, что знал, что причинит этим боль.       — Вы искали ее?       — Что только не делали. Моя тетя пыталась найти ее даже через магию — бесполезно. Дядя Койон путешествовал, пытаясь ее найти — ничего. Отец сам бы сорвался, такое чувство, но оставил бы тогда беременного папу, который с кровати встать не может с двумя близняшками… Пожалуй, это все, что его держит.       — Она пишет что-нибудь, может?       — Последнее письмо было три месяца назад. Тогда она была жива.       Ализа сморщилась. Как догадался Кай от слов «тогда она была жива».       Кай верил, что она и сейчас была жива, не мог в это не верить, но… так же он знал, что вероятность этого такая же, как и у ее смерти.       Эта мысль была почти болезненной для него. Ведь он так много времени с ней приводил. Когда она только родилась и едва научилась улыбаться, Кай проводил с ней все свое время. Когда она подросла, он всегда брал ее с собой на улицу, к своим друзьям.       Он любил ее.       Кай тяжело выдохнул, прикрыв глаза, нахмурившись              А сейчас он даже не знал, о чем волнуется больше.       О папе или о Бри?       — Уверена, что с ней все в порядке. Мне кажется, это у вас семейное: встревать в полную задницу, но каким-то образом выживать.       Кай улыбнулся и кивнул.       Да, что-то в этом было.       Внезапно раздался грохот, карета затряслась и Кай ощутил под собой вибрацию. Он испуганно замер и вскинул голову.       Ализа побледнела и испугано вжалась в сиденье.       Кай нахмурился.       Карета остановилась, раздалось лошадиное ржание.       — Пойду проверю…       Кай встал, и Ализа встала за ним.       — Я с тобой!       — Нет, сиди здесь.       — Нет, я с тобой.       — Ализа, сиди зде…       — Нет!       Он нахмурился. Шквальная женщина!       Там непонятно, что происходит, возможно, на них напали, а она хочет с ним!       Ее интерес когда-нибудь ее погубит.       — Хорошо, возьми хотя бы кинжал.       Он кивнул и вышел на улицу.       Лакей сидел, вжавшись в свое кресло. Он был бледным, сжав в руках поводья. Кай нахмурился и огляделся, положив руку на меч. Следом выскочила Ализа, почти вжавшись него и оглядываясь.       — Там!       Она ткнула пальцем в сторону и Кай посмотрел в этом направлении.       Из-за легкого тумана он не сразу заметил человеческий силуэт, который медленно к ним шел.       Кай развернулся к нему, вынув меч из ножен и готовясь к атаке.       Человек шел медленно и спокойно. Не разбойник. Но кто? Кому в одиночку понадобилось нападать на карету?       Походка его была спокойна и размерена. Лакей что-то пролепетал и всклочил со своего сиденья, бросившись назад. Кай только кивнул ему. Неприятно будет потерять лакея даже не в середине пути.       Ализа испуганно вжалась в него, но не ушла. Осталась рядом, уверенно держа в руке кинжал.       Кай помрачнел, делая шаг вперед, а потом пораженно замер и ахнул.       Он увидел оружие, на котором покоилась рука этого человека.       Оружие, их которого исходило белое свечение       Кай широко раскрыл глаза, а сердце забилось сильнее и тяжелее. Как? Разве кто-то еще мог иметь такое оружие? Разве… разве это возможно?       Он ощутил, как его прибило к земле. Со своим обычным мечом было бесполезно становится напротив человека с этим оружием.       Они трупы. Все трупы.       Ализа вжалась в него сильнее, и Кай едва хотел оттолкнуть ее и крикнуть, чтобы она бежал, как человек, идущий к ним, замер. Просто остановился и замер. Лицо его было скрыто за маской, но поза была непринужденной и спокойной.       А потом он просто развернулся и пошел обратно.       Кай пораженно ахнул. Ализа облегченно выдохнула, положив руку на сердце.              Ошибся?       Кай ощущал, как у него похолодело все тело. Сердце в ушах просто гудело, и он ощутил, как мелко дрожали руки от понимания, что единственное его спасание — побег и удача. И ничего, ничего более.       Никогда он еще не был в настолько давящей, загнанной ситуации.       Какое-то время они просто стояли, пялясь в туман, где скрылся незнакомец. Лакей боязливо выглянул из-за кареты, спросив:       — Он ушел?       Кай кивнул.       — Возможно, ошибся.       — Ничего себе ошибся! Хотел бы я посмотреть на того человека, кого он хотел так радушно встретить… Мы точно можем ехать?       — Не знаю. Сверни на более длинный путь. По крайне мере это все, что мы можем сделать.       Лакей все еще был бледным и напуганным. Он трясся, как осиновый лист.       Кай тяжело выдохнул.       — Я посижу пока рядом с тобой.              Ализа сильнее сжал его руку и взволнованно на него посмотрела.       — Ализа, для твоей же безопасности. Так будет лучше.       Принцесса тяжело выдохнула и вынужденно расцепила свою руку, возвращаясь к карете. Кай кивнул лакею и сам запрыгнул на место спереди, все еще ощущая дикое напряжение во всем теле.       Лакей уселся, взял поводья и щелкнул ими. Они поехали вперед.       Первое время Кай был на стороже, слушая любые шорохи, любые движения, дергаясь и оглядываясь. Но все было спокойно. Уже когда начало светать, Кай кивнул лакею и, спрыгнув, когда тот остановился, вернулся к Ализе.       Она все еще не спала. Сидела в самом уголке, сложив руки на коленях.       Со стороны она была похожа на статую — напряженную и неестественную.       Кай тяжело выдохнул, сел в карету и, закрыв за собой дверь, присел напротив Ализы. Она тут же посмотрела на него.       — Ты же видела это?       — Видела что?       — Его меч.       Ализа медленно кивнула.       — Да. Да, он сиял. А что, такой меч только у тебя?       Кай нахмурился и покачал головой, сложив руки на груди.       — Понятия не имею. У него долгая история, но ручаться за то, что он есть только у меня не могу. В любом случае, это напугало меня до усрачки. Если бы он… если бы он не ушел, то единственный способ — побег.       — Не такой и плохой способ, — она пожала плечами. — Лучше, чем смерть.       — Согласен с тобой.       — Ты до сих пор напуган?       — Скорее напряжен. Но там да, я был напуган. До сих пор не понимаю…       — Уверена, что это не то, из-за чего стоит так волноваться. В смысле… эээ… он же ушел?       — Ушел. Но я теперь думаю о том, что такой меч может быть у кого угодно. И никто не знает, с какими целями он будет использован.       — Кай, в этом мире много опасных оружий. Молчу про чародеев. Они вообще сами по себе одно оружие.       — Чародеи не устроят дворцовый переворот. Это не в их природе. Они укротили хаос, им нет до всего этого дела. А если такая вещь попала в руки к обычному человеку… Это может сулить неприятности. Кроме того, это случилось на территории Каэдвена. Сложить к этому еще покушения…       — Кай, мне кажется, ты накручиваешь.       — Я предполагаю. Почему ты так легко к этому отнеслась? Это опасно. Все происходящее — опасно.       — Кай, я чуть не умерла. Для меня сейчас нет никаких опасностей.       Он поджал губы и кивнул.       Да, в самом деле, сейчас это последнее, о чем ему стоит думать. Он едет к родителям, и он там во всяком случае будет чувствовать себя лучше. Там есть возможность отдохнуть.              — Может, сыграем в карты?..       Кай вскинул бровь.       — Что?       — Карты. У меня есть колода, — она порылась в своем чемодане и достала оттуда карты. — Это не гвинт, к сожалению. Я бы хотела научиться в него играть, но не видела ни одной его карты… У меня только обычные, — она рассеяно на них посмотрела, будто считала отсутствие у себя карт для гвинта довольно грубым опущением.       — Ох… У моего отца есть карты для гвинта. Можешь попросить научить тебя. Думаю, он не откажет.       — Звучит заманчиво, — она кивнула, снова посмотрев на Кая. — Так что насчет партейки?       Кай усмехнулся и кивнул.       Да, лучше уж карты, чем сидеть и думать о том, к чему ответов пока нет вовсе.       Ализа улыбнулась и присела перед ним, тасуя карты.       — До твоей тети еще долго?       — Примерно день. Так что если сможешь поспать — то спи.       — Даже если не засну, то просто отрублюсь.       Она хмыкнула, начав раздавать.       Кай улыбнулся и кивнул.       По крайней мере напряжение с плеч немного спало.

Глава 14 "Сказка"

      Дорога вышла долгой, и Ализа чувствовала себя бесконечно уставшей и скучающей.       Чего не скажешь о Кае. Тот вечно был напряжен, постоянно что-то высматривал и большую часть времени проводил возле лакея, оставляя Ализу одну. Она злилась на него за это, но не обижалась. Это же Кай. У него вечно в голове какие-то проблемы, которые ему решать надо срочно и прямо сейчас.       В один из немногих раз, кода он все-таки оказался в карете, а не снаружи, Ализа спросила:       — Что тебя так волнует? Боишься нового нападения?       Кай поджал губы и как-то вымученную сказал:       — Я беспокоюсь о мече. Я впервые узнал о том, что он есть у кого-то ещё… По правде говоря, я не думал, что это вообще возможно.       — Он такой особенный?       Кай рассеянно пожал плечами.       — Не знаю. Я плохо помню, как он у меня оказался. Нет, в смысле, я помню, что его дала мне Йеннифер, но что она говорила об этом — нет. Почему мне, а не Бри? Ей явно нужнее. Но когда я пытаюсь вспомнить — голова раскалывается. Будто что-то во мне не хочет этого вспоминать.       — Ну, ты можешь спросить это у самой Йеннифер? К ней же мы едим?       — Нет. К Трисс. Где сейчас живёт Йен я понятия не имею. В любом случае, когда выдастся возможность — спрошу. Остаётся верить, что не такой уж этот меч и особенный.       — Кай, тебе следует научиться расслабиться, — мягко сказала Ализа, положив руку на тыльную сторону его ладони. — Ты едешь к своим родным, думай об этом. Этот человек ушёл. Он не причинил нам зла.       — И от этого вопросов ещё больше.       Ализа понимающие улыбнулась.       — Думай о своём доме, Кай. Ты не найдёшь все ответы в мире. И не спасешь всех.              Кай тяжело выдохнул, будто соглашаясь, и больше об этом не говорил. Хотела бы Ализа верить, что он прислушался к ней, но по его напряжённым плечам и нахмуренным бровям она видела, что он не отпускал этот момент. А Ализа была бессильна.       Когда они приехали, у Ализы болело все тело. Она потянулась и размялась.       Кай вышел за ней и внимательно огляделся.       — Брось, Кай, — попросила она, снова увидев у него то самое лицо. Лицо солдата, который ищет западню. — Ты когда в уборную заходишь тоже осматриваешься на наличие врагов?       Это заставило Кая улыбнуться, и она ощутила себя так, будто выиграла войну. Впрочем, порой выиграть в войне легче, чем заставить Кая улыбаться.       Ализа принюхалась к себе и тут же сморщилась. От неё пахло потом. И все, чего она хотела — добраться скорее до ванной. Хорошо, что Кай решил не ехать весь путь в карете, а поехать к своей тёте для портала. Этим могли заняться и придворные чародеи, но был риск промахнуться из-за незнания точного места, кроме того, Кай хотел увидеться с тётей тоже.       Взяв её чемодан, он кивнул вперёд, и Ализа пошла за ним. На плечо, весело чирикая, присел Куи. Она улыбнулась, довольная, что, кажется, здесь Кай все-таки смог немного расслабиться.              Он постучался, и вскоре дверь открыл большой… Нет, огромный ведьмак с таким грозным видом, что Ализа покосилась назад, запнулась о собственное платье и с визгом упала на траву.              — Ализа! — Кай тут же бросился к ней, но, заметив, что единственная угроза — её собственная неуклюжесть, тут же расслабился и помог краснеющей Ализе встать. Та неловко отряхнула платье, не поднимая глаз. — Привет, дядя. Это… Э… Моя близкая подруга.       Когда Ализа все-таки подняла взгляд, то увидела, что ведьмак был вовсе не угрожающим, а вполне себе милым и казался очень дружелюбным.       — Простите, я просто запнулась. Эээ… Здравствуйте.              Она присела в реверансе.              Кай откашлялся.       — Ализа, никто тут не здоровается так. Мы не при дворе.       Ализа снова ойкнула и, ещё более красная, выпрямилась. Ведьмак перед ней добродушно рассмеялся.              — Приятно познакомиться, я Эскель. Проходите. Рад, что ты заскочил, Кай.       В доме он крепко обнял его, похлопав по спине и, чуть отстранив, оглядел его будто с какой-то гордостью.              — Ну вымахал-то как. Через годик другой отца перерастешь.       — Он так говорит каждый год. Но с тем образом жизни у меня, я если и буду расти, то вширь.       — Не верьте ему, он живёт на своих этих тренировках, — неуверенно сказала Ализа, все ещё чувствуя себя немного неловко.       Её учили красиво стоять при дворе, знакомиться с разными людьми, правильно приседать в реверансе и даже правильной улыбке. Но Ализа оказалась совершенно не готова к знакомствам с обычными людьми. Это делало её безоружной.       — Знаю, — кивнул Эскель. — Привычку прибедняться он тоже взял у своего отца. А вы не стойте, проходите. Трисс, к нам гости!       Эскель немного грузным шагом прошёл вперёд, и Ализа едва успела оглядеться, борясь с желанием схватиться за Кая, как в руках ведьмака оказалась тонкая, бледная чародейка с копной ярких рыжих волос. Со смехом она прижалась к Эскелю поцеловала его в нос, будто игралась, а в следующий миг стояла прямо перед ними, уперев руки в бока и с хитрецой глядя на Кая.       Она выглядела, как ровесница Ализы, даже её взгляд скрывал за собой юношеское озорство, и Ализа не могла поверить, что ей было больше тридцати как минимум.       — Рада, что ты заглянул! И привёл с собой… Хм. Подруга, невеста, оруженосец?       Ализа тихо засмеялась, а Кай неловко откашлялся.       — Моя подруга.       Он обнял Трисс, и та обняла его крепко в ответ — с искренней радостью на лице. Отстранившись от него, она замерла взглядом на Ализе, а после удивлённо вскинула брови. К ней снова подошёл Эскель, аккуратно обняв за талию, и она, будто даже и не заметив этого, спросила:       — Обучаешься магии при дворе?       Ализа едва не подскочила. Она считала, что была похожа на кого угодно, но не на магичку.       — Э… Нет. С чего вы взяли?       Трисс кивнула в сторону птицы.       — Это просто птица?       Ализа стушевалась и посмотрела на Кая. Он ничего не знал об этих способностях зверька, и ей было стыдно признаться в этом сейчас. Но все-таки что-то в ней хотело, чтобы Кай знал всю правду о ней.       — Нет… Не совсем.       — Ага. Я знаю этих зверьков. Бедные заплутавшие души, которые используют для целей шпионажа.       — Души?! — вскрикнула Ализа, испугано посмотрев на Куи на её плече. Тот никак не среагировал. — Я… Я не знала, клянусь, не знала! Я бы никогда…       Трисс прервала не взмахом руки. Кай не вмешивался, но крайне удивлённо смотрел то на Ализу, то на птицу.       — Обсудим это потом. Давайте лучше пообедаем. И предлагаю вам принять ванну. Дамы вперёд. Идём, провожу тебя.       Она кивнула Ализе, чтобы та прошла вперёд и, стоило ей это сделать, как Трисс сказала:       — И могу предложить тебе новое платье.       Ализа вспоминали, что испачкала его в траве и смущённо сказала:       — У меня… Есть с собой.       — Не стоит отказываться, когда что-то предлагает тебе чародейка, — подмигнул ей Трисс.       Кай все ещё очень напряжённо смотрел на птицу. Он спросил:       — Эта птица… В самом деле какая-то не такая?       Ализа нервно улыбнулась.       — Я же тоже имею право на секреты, так?       Кай стушевался, но согласно кивнул.       Ванна оказалась очень кстати. Несмотря на отсутствие водопровода, горячая вода появилась сама по себе, а ещё — мыло и масла. Ализа, пораженная, залезла в ванную, и, едва успев облегчённо выдохнуть, ее плеч тут же коснулись чужие руки. Она вздрогнула, но тихий голос её тут же успокоил:       — Подобные зверьки частая практика, у каждого свое предназначение. Что-то используется для шпионажа, что-то для покушений.       Пока Трисс говорила, мыля её волосы, Ализа не сводил взгляда с Куи, который сидел на бортике.       — Это запечатанные неправильные души. Не знаю, рассказывал ли тебе Кай, ведь от ведьмака у него только глаза и отец, но есть часть призраков, которые не могут уйти в мир иной из-за оставшихся дел или сожалений. Порой с такими не может справится даже ведьмак, и даже сняв проклятье. Тогда их можно запечатать. Изначально для этого использовали предметы, которые просто выкидывали, но после узнали, как это можно укротить. Таким образом их стали запечатывать в животных. Не бойся, они теряют все человечное и становятся просто хорошо-дрессируемым животным. Их цель, ранее позабытая до того, что невозможно снять проклятье, становится способом служения. Всего-то. Тебе не стоит волноваться, я уверена, твоя птичка очень счастлива, что летает при дворе и кушает вкусные зернышки.       Трисс смыла мыльную воду с её волос и, пройдя вперёд, присела на край ванной. В таком свете она оказалась ещё красивее.       — Но вот что волнует меня. Использовать их могут только люди с магическими способностями. Других они просто не слушаются. Стоит пропасть магу, и они превращаются в простых тупых птиц. Они подпитываются энергией чародея.       Ализа вздрогнула и почувствовала, как по спине прошлись мурашки.       Встряхнув головой, она сказала:       — Быть такого не может. Я никогда не проявляла никаких способностей. Мои родители — обычные люди!       — Знавала я таких обычных людей. Сначала ты просто человек, а потом у тебя рождается сын со сверхъестественной силой. Вот так загадка, а?       — Я… Я в самом деле не понимаю, о чем вы. Куи подарила мне тётя, как и устройство, которое передаёт мне текст.       Трисс качнула головой.       — Обычно чародеи не нуждаются в таких вещах. Наверное это из-за того, что в тебе ещё ничего не раскрыто.       — Но вы уверены?..       — Дорогая, если бы не ты, оно могло бы только чирикать. Мой тебе совет: как увидишь свою тетю, спроси, чего она такого знает о тебе, чего не знаешь ты. Или, если повезёт, то Йеннифер. Только ищи правильную форму вопроса, она не любит, когда у неё много спрашивают.       — У меня и без того к ней слишком много вопросов.       — Тогда выбери правильный.       Трисс пожала плечами и, оглядев встревоженный вид Ализы, сказала:       — Не волнуйся, я ничего не скажу Каю. А теперь вылезай, подберём-ка тебе что-нибудь!       Ализа смогла только послушаться её, чувствуя себя тряпичной куклой.       Принцесса шумно выдохнула, когда сзади неё затянули корсет.       Она посмотрела на себя в отражении зеркала и смущённо отвела взгляд.       — Мне кажется… Это слишком вызывающее платье.       В целом, это было очень красивое платье, которые и носят обычно чародейки. Не считая очень вызывающего декольте, которое делало грудь Ализы такой, какой она никогда не была.       Трисс фыркнула.       — Вы при своих дворах совсем не знаете, что значит вызывающе. Поверь, иногда только так можно привлечь внимание мужчины. Хотя я привлекала так внимание три года, и только на четвертый Эскель понял, что он мне нравится. Решило ли это что-то? Нет. Мне все равно пришлось брать инициативу в свои руки. Кай такой же. До последнего не понимает, чего от него хотят.       Ализа только в конце этой речи поняла, на что намекала Трисс. Покраснев, Ализа промямлила:       — Вы решили, что мне…       — Не вы, а ты. Я ещё не так стара. И ещё я не слепая. Я вижу, как ты смотришь на Кая. Он тебе нравится.       Ализа поджала губы, считая нечестным то, что Кай не мог понять уже целый год, поняла Трисс за минуту.       — В любом случае, это не то, в чем я привыкла ходить. Кроме того, мы же едим к его родители, я не хочу произвести какое-то… Неправильное впечатление.       Трисс тихо фыркнула.       — Ламберт и Лютик не те люди, на которых можно произвести любое впечатление таким вырезом. Я тебя уверяю, они из тех, кто сами бы такое носили, если бы у них была грудь.       Ализа неловко улыбнулась:       — И все-таки я…       — Ох, ладно. Я поняла.       Она щёлкнула пальцами, и давление в груди куда-то пропало. Ализа увидела на себе абсолютно закрытое платье, облегающее её грудь и талию, и свободное к низу. Оно было выдержанного темно-синего цвета, и неприлично хорошо подходило Ализе.       — Спасибо, оно великолепное!              Трисс довольно улыбнулась, кивнув.              К обеду Ализа чувствовала себя уже куда более уверенно, а Кай… Ну, это Кай.       Даже тут, у близких ему людей, он все еще оставался напряжённым.       — Надолго ты к ним? — поинтересовался Эскель, внимательно на него глядя, будто что-то хотел разглядеть, понять.       Кай бросил быстрый взгляд на Ализу, но та спешно отвела свой и принялась ковыряться в своей тарелке.              — Как получится. Может на неделю, может на дольше.       Эскель покачал головой.       — Отец расстроится. Папа тоже.       — Я знаю, но я им уже говорил, что куда опаснее было бы, если бы я пошёл по стопам отца в ведьмаки.       Эскель грустно улыбнулся.       — И не надоело тебе из них дураков делать? Твой отец сразу понял, за каким делом тебя загробастал Хал. На случай войны. Они живут с этой мыслью, и знают весь итог. Они не трогают тебя, ведь ты уже взрослый, но их-то пожалей.       — Дядя, ты опять начинаешь? Меня так папа не отговривал, как ты! — Кай, однако, звучал весело, и в его голосе появилось что-то, чего раньше Ализа не слышала.       — Я просто пытаюсь понять тебя! Что ты там забыл?       Кай пожал плечами.       — Я пока только пытаюсь это понять.       Трисс показательно зевнула и подлила себе вина. Кай сдержанно улыбнулся.       — Снова эти заунылые диалоги. На Кая уже бессмысленно влиять, себя-то вспомни в его годы. А Лютику с Ламбертом пора понять, что их мальчик уже давно ходит сам и по силе превосходит обычных людей. Чего боятся?       — Кстати, про силу. Где твои доспехи и меч?       — Вынужден был отдать на сохранение королевству. Иначе не отпускали.              Трисс пораженно вскинула брови:       — А вот это уже повод возмутится! Я думала, твоё там нахождение — твой собственный выбор!       — Так и есть, — согласился Кай. — Но вот вопрос моего уезда оттуда — уже нет. В этот раз меня здорово выручила Ализа.       Принцесса улыбнулась и плавно кивнула.       — Поэтому я тоже здесь. Это было моим условием.       — И все ради знакомства с родителями Кая? — усмехаясь, поинтересовалась Трисс.              Ализа запнулась, а потом сказала:       — Я просто хотела побывать за пределами замка. У меня тоже… Есть проблемы с тем, чтобы взять и уехать.       Трисс присвистнула.       — Так вами правит тиран! А я про него столько хорошего слышала.       — Он и вправду хороший король! — возмутилась Ализа. — Просто… Имеются некие проблемы в его… Отношениях с людьми.       Ализа тяжело выдохнула и кивнула сама себе.       Эскель неодобрительно покачал головой. Кто как не ведьмак будет знать о важности добровольного перемещения, когда захочется и куда захочется.       — И все-таки, моргни, если устанешь там находится, — подмигнула Трисс Каю.       — Я понимаю его мотивы, — сказал он ровным голосом. — Боится покушения. Они повторяются снова и снова. Наемники называют разные имена. Мы уже думали посадить их в один кружок, чтобы они версии состыкавали, чтобы голова от этого не сильно болела.       Трисс рассмеялась и кивнула.       Несмотря на вполне тёплый приём, они не задержались. Каю нетерпелось увидеть родителей и брата с сестрой.       Кажется, только здесь ему удалось хоть немного расслабиться и понять, что «родители» — это не просто какое-то абстрактное слово. Он сгорал от нетерпения.       Кай крепок обнял на прощание Трисс с Эскелем, Ализа же ограничила ь скромным кивком и улыбкой. Когда Трисс наколдовала портал, она подмигнула Ализа, и та улыбнулась ей в ответ. Трисс была очаровательна.       Когда они вышли с другой стороны, где палило солнце и был слышен шум моря, она ахнула от удивления. Ализа впервые пользовалась порталом, и хоть и уверенность в том, что все пройдёт абсолютно хорошо, она все равно искренне удивилась, когда в один миг оказалась в совершенно другом месте, где даже пахло иначе.       Каблуки тут же утонули в песке и, чтобы не упасть, она ухватилась за Кая. Тот поддержал ее за локти и улыбнулся. Абсолютно искренне, почти как ребёнок. Ветер трепал его волосы, и здесь, на фоне такого светлого моря и криков чаек, он показался ей таким красивым, как из сказок.       Смущенная их близостью, и тем, как хорошо он выглядел, и улыбаясь так, она выпалила:       — Твои глаза подходят к небу. Ну, знаешь… Небо… Солнце… Твои глаза как солнце…       Кай пораженно вскинул брови, моргнул, а после рассмеялся. Ализа неловко улыбнулась, все пытаясь привыкнуть к песку, и Кай сказал:       — Спасибо, такого мне точно никогда не говорили. Тебе здесь нравится? Правда место какое-то волшебное? У моря все всегда становится легко и просто.       Ализа огляделась. И вправду: место было чудесным.       Она никогда не видела море, и сейчас, слушая шум прибоя, смотря на чистую гладь воды, она была в восторге, следя за этим, затаив дыхание.       Кай внезапно сжал её руки и сказал:       — В детстве я часто гулял на берегу с родителями. Мне нравилось, как вода то накрывала ноги, то отступала. Я всегда почему-то смеялся, и от этого смеялись родители.       Он провел большим пальцем по ее костяшкам и как-то мечтательно улыбнулся, вспоминая. Подняв голову, он кивнул в сторону. Ализа, наконец, заметила дом в окружении длинных лоз винограда.       Оказывается, все это время Кай жил в сказке.       Ализа ощутила, как зависть кольнула её, но в этот же момент она взвизгнула, когда вода коснулась её ног, и испуганно отскочила.       Кай рассмеялся:       — Да, об этом я и говорил. Идём?       — Да.       Она кивнула и, неловко придерживаясь за локоть Кая, пошла вперёд.