4.
24 марта 2021 г., 16:22
— Что ты делаешь, идиот?
Внезапно прошептала она, скалясь словно волчица.
Наваждение покинуло его и одёрнув свои руки он уставился на неё.
— Ты должен прекратить распускать руки, Малфой. Не имею и малейшего понятия, что творится с твоей головой, но ты не имеешь права касаться меня и бить моих друзей.
Это замечание вновь заставило злиться.
— Ты пришла сюда чтобы защитить дружка? Не стоило. Я не собираюсь марать свои руки из-за Поттеровских припевал.
— Надеюсь на это.
Прошипела девушка, хмуря брови, и уже через мгновение дверь за ней с хлопком закрылась.
***
Драко растерянно бродил по территории замка, периодически натыкаясь на недовольных студентов. Что же. Очень печально, что этим бедолагам приходится терпеть его общество. Он и сам не рад, но сдаваться из-за кучки кретинов и поехавшей гриффиндорской дуры, он не собирался. Что бы она не имела ввиду в тот день, он точно не собирался думать об этом. Ему требовалось как можно скорее обратиться к мадам Помфри, но он решил подождать ещё. Дождаться случая…который подтвердил бы эту необходимость, а пока…он решил завести личный дневник, в котором описывал бы весь свой день. Желательно, делать записи каждый час, но так как таскаться всюду с дневником как сопливая школьница он не хотел, то решил делать записи после пробуждения, после завтрака, затем после каждого урока, ужина и перед отбоем. Около десяти записей в течение дня, которые смогут указать ему на то, в какие моменты происходят провалы в памяти. Определённое время, пропустив которое он смог бы сделать вывод. Не нужно было тогда долбить стены своей головой, Драко. Думал он, возвращаясь в замок. Вероятность того, что оправданный пожиратель будет нужен обществу с памятью как у рыбы была нулевой. Но если и не думать о других людях, то следовало подумать о самом себе. В его возрасте, стать человеком приближённым к деменции, было смерти подобно. Человек более менее крепкий физически, но с поехавшей крышей…биться головой о стены, чтобы приглушить боль… Грейнджер была права. Ты блять просто конченный идиот. Он представил реакцию родителей. Люциуса в частности. Интересно…как скоро он решит завести себе нового, более достойного наследника? Драко засмеялся себе под нос.***
Рождество было на носу, когда Драко вновь столкнулся с Гермионой. В то утро состоялся поход в Хогсмид. Не то чтобы у него была нужда в покупке нового костюма, но Блейз и Теодор предложили составить им компанию и он решил воспользоваться предложением, так как находится в замке, тошнотворно украшенным к празднику, не было никаких сил. Они вошли в магазин одежды «Шапка-невидимка», как раз в тот момент, когда там примеряли наряды Гермиона и Джинни. Увидев девушек, Блейз присвистнул, на что младшая Уизли взвизгнула и спряталась за стойкой платьев, поправляя спущенные бретели красного платья, а Гермиона задрав нос прошествовала в примерочную, позволяя парням лицезреть свою обнажённую спину в коротком зелёном платье и длинные ноги на высоченных каблуках. — Я говорил нужно было раньше выдвигаться? Увидели бы что-нибудь поинтереснее. Заиграл бровями Теодор. — Заткнись, Нотт. Послышался голос Гермионы из-за её укрытия. — Брось Грейнджер, выглядите потрясно, верно? Он обратился к Драко и Блейзу, которые всё ещё стояли у порога и недоверчиво хмурились. — Джиневра, солнышко, покружись для нас. Твоё платье просто сногсшибательно. — Пошёл ты, Нотт! Прошипела Джинни и воспользовавшись заминкой, когда Теодор подмигивал друзьям, проскользнула в соседнюю от Гермионы примерочную. — Я вдруг вспомнил, что забыл сегодня поблевать, поэтому лучше пойду отсюда. — Не стоит, Малфой. С лязгом откинув плотную штору, Гермиона выскочила из примерочной, попутно вешая платья, которые примеряла на места. — Мы уже уходим. Можешь блевать прям на этом самом месте. Драко свёл брови и скривил губы на любимый манер. — Но Гермиона! Мы ещё не выбрали наряды! Пискнула Джинни. Блейз и Теодор озадаченно взглянули друг на друга, тогда как Гермиона сверлила дыру во лбу Драко. — Блейз, ты чувствуешь это? Спросил Нотт, поглядывая на Драко и Гермиону. — Что? — Ну как что? Эротическое напряжение! В ту же секунду все взгляды оказались прикованы к слизеринцу. — Эротическое напряжение? Переспросил Забини. — Абсолютно верно, разве не чувствуешь? — Что это за выражение такое?! — Согласна с Забини. Такого выражения не существует. Тебе следует чаще посещать библиотеку, Теодор. — Только если ты будешь там, детка. Подмигнул Нотт Гермионе. Драко сжал челюсть, Блейз сдержал смешок. — Джинни! Я жду тебя на улице! Визгнула Гермиона и толкнув Драко в плечо выбежала из магазина. — Салазар меня дери, если бы не это платье, я бы как прежде считал Грейнджер куском дерева. Кто бы мог подумать что под мантией скрыто… ТАКОЕ! Не унимался Теодор. Забини махнув на него рукой принялся за поиски парадного костюма, в то время как Драко всё ещё стоял на месте, сжимая кулаки и глядя в окно, в котором было видно Гермиону. — Я сейчас. Буркнул Драко и через мгновение оказался на улице. Гермиона топтала ногами замерзшую листву и что-то бормотала себе под нос. В руках она держала весомый свёрток, который он не заметил прежде. — Что это было, Грейнджер? Обернувшись на звук двери и топот его ног, она скривилась. Казалось, она даже не услышала вопроса, что он задал. — Что?! Недовольно спросила она, когда он пялился на неё несколько секунд. — Я задал вопрос. Какого сейчас было в магазине? Кончик её носа успел замерзнуть и покраснеть. Как и щёки. Он выглядела…мило. — А что было? Это Нотт нёс какую-то пургу, зачем идешь ко мне выяснять отношения?! — То платье! Рявкнул он так громко, что она отшатнулась от него оглядевшись по сторонам. — А что с ним? Невинным взглядом она скользила по его лицу и хлопала глазами. — Выглядела как потаскуха с Лютного переулка. Собираешь в подобном на праздник? Он кивнул, указывая на свёрток в руке. Гермиона приоткрывала рот как рыба, не находя нужных слов на подобное хамство. — Позволь узнать кто будет тебя сопровождать? Случайно не кто-то вроде Фенрира? Подобные ему любят шлюшек в таких тряпках! Оглушительная пощёчина заставила его наконец остановиться. Ещё через секунду он мог наблюдать быстро удаляющуюся спину девушки и он вдруг понял, что вновь всё испортил. Хотя думать об этом не имело смысла, так как под всем имелось ввиду — абсолютное ничего. Очередной толчок в плечо заставил дёрнуться. Мелкая Уизли сверкнув глазами поскакала вслед за подругой. Обернувшись, он видел как Блейз и Нотт таращатся на него в окно. Вопросов было не избежать. Блять.***
Дневник пополнялся новыми записями и каких-либо пробелов и пропусков не наблюдалось. Он вполне мог вспомнить те или иные моменты прожитого дня. Через неделю это стало казаться абсурдом. Всё своё время он анализировал своё состояние, прекрасно понимая, что лучше всего обратиться к лекарям. Он переживал, что это затишье перед бурей. Разве может быть, что резко всё стало хорошо? Возможно это связано с тем, что он слишком сильно контролирует себя, не давая мозгу ни секунды отдыха. Это утомляло. Он не мог заставить заниматься себя в полную силу. Ведь когда он углублялся в предмет или слишком сосредотачивался во время варки зелья, чаще всего его мысли витали далеко от кабинета, а это могло отвлечь от цели быть в себе в любое время. Драко представить не мог, что натворил тогда — в библиотеке, и не знал, что еще мог бы сделать, если бы дал слабину. Одно было ясно — результат ему бы вряд ли понравился. К тому же, его беспокоило то, что это было связано с гриффиндоркой. Не было ни единой причины ему так среагировать, увидев её в том развратном платье. Он оправдывал свой поступок тем, что не собирался быть свидетелем того, как против воли к ней в трусы залезет какой-нибудь озабоченный школьник или того хуже — действительно, кто-то вроде Сивого. Он полагал, что спас тогда её от изнасилования не просто так. Не для того чтобы кто-то зажал её в тёмном углу спустя время. Тот факт, что его возможно не должно волновать даже это, он отметал. Девушка же категорически отказывалась вступать с ним в любого рода контакт. Один раз он толкнул её в коридоре. В другой раз затеял спор на уроке травологии. Сегодня, он словно задиристый мальчишка опрокинул её чернильницу на расписанный пергамент. Если она и считала его идиотом, то не желала отвечать ему. Она снова игнорировала его. И это было не как раньше. Если раньше он мог сорвать злость за её презрение и отсутствие реакции за свои выходки, на Крэбба и Гойла, в крайнем случае на Блейза, а в идеале на Поттера и Уизли, то сейчас такие варианты его не устраивали. И он не находил причину, почему его не удовлетворяли попытки вывести девчонку из себя. Он хотел ответной реакции. Хоть какой-нибудь. Но Гермиона скрепя зубами отворачивалась и убиралась подальше, как только было возможно. И это было странным, потому что было нормальным. Потому что она делала как и прежде. Это раздражало Драко. До зуда, до дёргающегося века. Он хотел реакции на свои выходки. Жаждал довести её до точки кипения и узнать, что она посмеет сделать в ответ. Но она снова и снова убегала, теряясь в толпе как только видела его белобрысую голову. И неосознанно интересовала этим странным поведением еще больше.***
До Рождества оставалось пару дней, когда его терпение лопнуло. Он видел как она брела в сторону хижины Хагрида и посчитал, что сейчас самый подходящий момент. Если бы гриффиндорка знала о преследователе, то точно бы ускорила шаг. Однако, она спокойным прогулочным шагом топала к лесничему, тогда как Малфой практически сорвался на бег. Они ушли достаточно далеко от замка, но всё же он подозрительно обернулся, не желая чтобы их увидели посторонние глаза. Идиотский помпон её шапки дергался от ходьбы, а руки в рукавицах то и дело обнимали собственное тело. Погода была промозглая, хотя температура была выше, чем полагалось для конца декабря. Драко поставил для себя единственную цель — узнать, что произошло в тот день в библиотеке и от этой информации отталкиваться, чтобы выстроить дальнейшее общение с гриффиндоркой. Если конечно того потребует ситуация. — Грейнджер! Позвал он её, отчего она резко остановилась и практически сгорбилась. Драко остановился в нескольких метрах от неё, сохраняя дистанцию. Он не собирался вновь ощущать то, что произошло между ними в заброшенном кабинете. — Ты оставишь меня в покое? — Я хочу знать, что произошло в тот день. Она резко обернулась, ударив собственные щёки копной волос. Недовольно свела брови и приоткрыла рот. Драко наблюдал за тем, как её губы сжимаются и разжимаются в попытке дать ему ответ. Или отпор. — Ты будешь таскаться за мной пока не получишь ответ? — Определённо. — Глупость какая. Устало выдохнула она и закатила глаза. — Я считаю что вправе знать. Как никак я был участником тех событий. Гермиона не хотела иметь с ним ничего общего. И пусть от одного его голоса по телу предательски пробежали мурашки, а от воспоминаний как он прижимал её к двери, учащается пульс и температура поднимается на несколько градусов, это не должно ничего знать. Ничего особенного. Она предполагала, что всему виной окончание пубертатного периода и поселившиеся в светлой голове грязные мысли, которые вложили ей туда более опытные подруги. Казалось странным, что вырвавшись из плена Малфоев, чаще всего она думала о нём. О том, как благородно он поступил, защитив, залечив раны, сохранив невинность, а в конечном итоге и позволив сбежать. Это казалось совершенно непохожим на него, но она не могла отрицать того, что он изменился. Его взгляд изменился. Даже то, как он говорил с ней. Говорил не с пренебрежением, а так, словно они на равных. Это осознание унижало её, но тем не менее это так. Он всегда считал её ниже себя, но в тот день он сделал всё, чтобы она так больше не думала. Кроме того, она видела его смущения от тех движений и в целом ситуации в которой они оказались. Драко Малфой изменился, но замечали это только она и Гарри. Как не хотел он признавать очевидных вещей, Гермиона настояла на том, чтобы Гарри вновь проанализировал поведение и поступки Драко. Рон не хотел слушать об этом. Он всецело посвятил себя квиддичу. Ему было сложно после смерти Фреда. Он просто хотел чтобы его не трогали, но вскоре Гермиона обратила внимание, что Рон стал много времени проводить со Сьюзен Боунс. Эти две рыжие макушки смотрелись так гармонично, что нехотя она признала их отличным союзом. Даже если они просто друзья. Хотя конечно, она видела как Сьюзен смотрит на Рона. Она сама так смотрела на него несколько лет. Гермиона искренне надеялась, что Рон не будет так слеп к Сьюзен, как был слеп к ней. Гарри наконец обрёл тихую гавань рядом с Джинни. Между ними царила истинная гармония, эти двое были созданы друг для друга. Во многих вопросах их мнения совпадали. Как и взгляды на жизнь. Джинни недавно сообщила ей, что они собираются обручиться как только завершат обучение. Многие изменились, стали иначе мыслить. По другому воспринимать этот мир. Порой, ей казалось, что она единственный человек, которую изменения коснулись лишь в сексуальной части жизни. Она ощущала потребность в мужчине. И это не тот случай когда ты словно кошка сходишь с ума из-за течки. Нет. Потребность наконец оказаться в крепких и надежных руках. И пусть маленькая феминистка внутри неё не соглашается с таким раскладом, Гермиона смиренно принимает то, что уже созрела для отношений, в которых есть больше, чем просто держание за руки и невинные поцелуи. Особенно остро она ощущала это в те дни, когда Джинни просила её побыть в библиотеке дольше обычного. Что было хуже всего, так это то, что фантазируя в одиночестве о том, как это могло быть у неё, воображение всё время подкидывало ей до боли знакомый силуэт человека, о котором она запрещала себе думать, если это не касалось учёбы и то — при необходимости. Он появлялся под закрытыми веками каждый раз, когда она мечтала о том, как будет страстно целоваться с ним прячась за стадионом, как он будет стягивать с неё рубашку у той высокой сосны и о том, как его нежные пальцы будут касаться её под столом библиотеки. И каждый раз у него были светлые волосы и серые глаза. Каждый раз он высокой тенью нависал над ней, блуждая бледными руками по её телу. Каждый чёртов раз его дурацкая ухмылка расцветала на лице, когда он толкался в неё пальцами. Каждый раз… — Ты покраснела, Грейнджер. — Я…ты…ты расскажешь мне, что с твоей памятью? — Блять, ну какого хрена тебе это интересно? Решила поиграть в сердобольную гриффиндорку? — Я действительно хотела бы помочь тебе. Драко поднял руку и жестом заставил её замолчать. — Всё, что я хочу, так это знать что тогда произошло. Всё, ничего кроме этого. Гермиона осмотрелась. — Уверен, что хочешь знать? Полагаю, твоё сознание не просто так избавилось именно от той информации… — Плевать. Говори. Драко сверлил её взглядом, пока она пыталась найти правильные слова. Хотя, вряд ли это можно было сказать иным способом, кроме как правдой в лоб. — Ну…не знаю что именно ты помнишь… Начала она закусив губу. Драко раздражался всё больше. Если она не скажет прямо сейчас, он определённо залезет в её голову. Грязный способ, но вполне себе типичный для слизеринца. — Я помню что сидел за своим столом, когда к тебе подошёл Корнер со своим недоразумением, которое называют цветком. — Да, а потом ты быстро засобирался кинув на нас такой взгляд… — Словно хотел распотрошить. Всё верно. Это последнее что я помню. Что было дальше? — Что ты сам помнишь? Какой момент был после? — Помню что в гостиной Нотт и Забини докопались до меня из-за хренового настроения. Но как может быть иначе? Если я увижу тебя хоть раз, можно сказать настроение испорчено на весь оставшийся день. — Мило. Оскалилась она. Драко пожал плечами, а после замер в ожидании. Возможно, не нужно было грубить ей. Теперь она может соврать. Значит сразу после этого, он обязан прошерстить её воспоминания. Теперь уж точно. — В таком случае, мой ответ тебя вряд ли удовлетворит. — Говори же! Рявкнул Драко, на что Гермиона улыбнулась, подобно тому, как он сам улыбается, зная что сейчас уничтожит человека одним словом. — Мы целовались. — Что?! Драко округлил глаза и отступил на шаг назад. Гермиона сделала задумчивый вид и дополнила: — Вернее, ты поцеловал меня. Ой, хотя знаешь. Я упустила начало. Сначала ты избил Майкла, потом уже распустил свои…губы. Драко растерянно моргал, глядя на неё, желая поймать на лжи. — Что ты несёшь… — Ты спросил? Я ответила. И знай — это было отвратительно! Как ты только посмел? Гермиона задала риторический вопрос, поэтому развернувшись в сторону хижины сорвалась с места. Она слышала как глубоко он дышал, переваривая услышанное, но ей не хотелось оказаться облитой после этого потоком дерьма. Лучшим решением было сбежать как можно скорее. Несмотря на то, что Драко собирался убедиться в правдивости её слов, собраться с мыслями для этого не было никаких сил. Обессиленно он следил за удаляющейся фигурой девушки, а затем поплёлся в замок. Определённо ему не следовало разговаривать с ней.***
Признание девушки настолько выбило его из колеи, что он совершенно не мог вспомнить как добрался до замка и что делал весь оставшийся день. На следующий день он словно призрак переходил из кабинета в кабинет, бездумно вертя в руках перо, пока Макгонагалл не объявила об отмене последних двух занятий, чтобы студенты могли как следует подготовиться к празднику. Если она и появлялась в поле его зрения, он её не замечал. Он вообще никого не замечал. Нотт и Забини лишь пожимали плечами на его странное поведение, но в душу не лезли. Оба были заняты мечтами о том, как и куда отведут своих спутниц, чтобы после слиться в экстазе. Драко не планировал посещать праздник, но в последний момент взял себя в руки и передумал. Это могло оказаться забавным, отпускать грязные шуточки по поводу внешнего вида гриффиндорки. Он предполагал, что она как и раньше не будет придавать большого значения случившемуся, но всё-таки было интересно, как она будет вести себя, зная, что он знает. Это меняло дело. Ведь теперь он мог бы грязно флиртовать с ней, заставляя растекаться в объятиях другого. Как минимум это было бы интереснее, чем сидеть в комнате и думать о том, как все веселятся. Блейз и Теодор уже отправились в большой зал, когда Драко потянувшись на кровати принялся одеваться. Как обычно чёрный костюм был основой его образа. Выглядеть как попугай Нотт, напяливший на себя розовый пиджак и походящий то ли на клоуна, то ли на сутенера, о которых он был осведомлён, он не собирался. К тому же он знал, что в прежние времена девушки считали его безумно сексуальным в полностью черном одеянии, тогда как его светлые волосы выглядели, как некоторые выражались «волшебно». Какая ирония. Драко невольно задумался о том, считает ли его таковым и Гермиона. Особенно после того как он узнал о том, что они сделали. Его голову не покидали вопросы как мог произойти тот поцелуй. Что поспособствовало этому и понравилось ли ему. Но тот факт что думая об этом он ощущает волнение, подсказывало что да — понравилось. Вспоминая следующий день, после якобы избиения Корнера, он понял, что на том не было и царапины, когда он касался её плеч своими руками. Всё залечил, чтобы не казаться полным неудачником? Драко хмыкнул. Чтобы не происходило между ними, он был уверен, что этот поцелуй пошатнул хрупкий начавшийся роман. И на удивление это заставило его улыбнуться. Словно ему было до этого дела. Поправив манжеты и ворот сорочки, он не спеша отправился в зал.***
В зале царили суматоха и веселье. На площадке танцевало две дюжины студентов, остальные распределились по залу и круглым столикам. За учительским столом также было оживлённо. Профессорам было не до учеников. Они что-то оживлённо обсуждали, порой смеясь и прикладываясь к кубкам. Ни намека на скорбь и траур. Драко улыбнулся. Возможно, в чём то эти министерские праведники были правы. Словно глоток свежего воздуха слышался чей-то звонкий смех. Пары не стесняясь целовались, а одиночки смело напивались, ища себе жертву на вечер. Это казалось таким нормальным и обычным, будто войны вообще не было. Конечно, появление Малфоя не могло остаться незамеченным, но кося на него недоверчивые взгляды, студенты отворачивались и вновь занимались своими делами. Никто не хотел портить такой славный день. Драко тоже не хотел, поэтому дабы не провоцировать никого своим видом, он занял самый дальний столик за которым пыхтел Невилл Долгопупс, доедая рыбный пирог. Драко схватил кубок и понюхал его содержимое. Эльфийское вино. Недурно для Хогвартса. Невилл заметил соседа и вскинул голову, замерев. Драко ухмыльнулся. Наверное, он не понимал почему Драко выбрал именно этот стол. — Малфой? Забитым ртом произнёс он. — Плохой тон, Долгопупс. Прожуй сначала. Невилл покраснел и принялся усердно пережевывать. Драко наблюдал за ним, находя его поведение забавным. В прежней жизни, он назвал бы его неотесанным тюфяком и даже не посмел бы сесть за стол. Проглотив, Невилл запил пирог вином и вытер салфеткой рот. Драко поняв, что теперь гриффиндорец будет пялится на него, сделал вид, что не заинтересован в беседе. Он с любопытством разглядывал блюда на столе, внимательно изучая напитки. — Огневиски здесь нет. Только вино. Вдруг сказал Невилл. Драко кивнул. — У ваших есть, но они отказались делиться. Мерлин знает как они пронесли его сюда. — Хитрость и исключительный ум — привилегия слизеринцев. Невилл хмыкнул и отвернулся. Драко взял пустой кубок и налил себе вина. Пригубив, он сморщился. — Пойло для простецов. Невилл сделал вид что не расслышал, а Драко решил осмотреться. Его слизеринские товарищи сидели с другой стороны, усердно делая вид что не знают его. Гриффиндорцы почти полным составом танцевали что-то наподобие национального ирландского танца. Рон Уизли лизался с рыжей пуффендуйкой, отчего они казались одним большим рыжим пятном. Он видел как его сестра схватила Поттера за руку и вывела из танца, потащив к выходу из зала. Все находились в компаниях своих друзей и близких. Только он и Долгопупс как два отщепенца сидели отдельно, совершенно не подходя друг другу для компании. — Почему ты не с ними? Он махнул рукой с бокалом в сторону гриффиндорцев. Дин Томас громко что-то пел, заставляя всех хвататься за животы. — Ты говоришь со мной? Удивился Невилл. — Да, блять, Долгопупс. Я говорю с тобой. Прорычал он, откидывая отросшую чёлку. — О, ну мы в соре. Сейчас они на меня в обиде. Драко стало интересно, чем их так мог обидеть этот с виду безобидный увалень. Он не стал спрашивать, но Невилл понял и без слов его заинтересованность. — Я освободил твою бывшую, Паркинсон, когда кто-то над ней жёстко посмеялся. Драко потребовалось много сил чтобы не округлить от удивления глаза. Невилл Долгопупс выручил Пэнси Паркинсон. По собственной воле, без злого умысла. Этот мир точно сошёл с ума. — Она кстати проклинала тебя и Гермиону. Ну так…если тебе вдруг интересно. Драко усмехнулся. Невилл ответил тем же. — И как она? — Не знаю. Тогда она неделю провалялась в лазарете, а после я её не видел. — Укатила домой значит… — Возможно. На этом разговор закончился. Оба принялись смотреть на веселящихся. Это казалось таким нормальным, что долбанный гриффиндорец вопреки всему вызволил из беды другого человека, даже зная что этот человек гнобил тебя много лет подряд. Ему вдруг на мгновение стало интересно, сделала бы для него тоже самое Гермиона? Кстати о ней. Где её черти носят? Драко прищурился поглядывая на танцующих гриффиндорцев. Если она и была среди них, то её скрывали потные телеса её здоровых однокурсников. Глаза сами нашли столики когтевранцев. Корнер напивался как и остальные. — Хочешь…хочешь выйти на улицу…покурить? Вдруг прервал его занятие Невилл. Как не старался Драко сохранять хладнокровие, тут уже ничего не вышло. Смешок опередил его. — Долгопупс, а ты полон сюрпризов. — Это плохая привычка… — Магловская. — Но такая…классная. Мне нравится курить. — Очевидно. Съехидничал Драко. Невилл снова покраснел и поднялся с места. Драко не знал как поступить. С одной стороны сходить проветриться и покурить было заманчивым, но сходить покурить с Невиллом херовым Долгопупсом? Драко передёрнуло. Гриффиндорки не было видно, а от этого нахождение в зале казалось скучным, поэтому он всё же решился принять приглашение Долгопупса, как бы ненормально это не было. Последовав за удаляющейся спиной гриффиндорца, он заметил друзей. Нотт плясал неподалёку от гриффиндорцев, а Забини недовольно качал головой подпирая стену. Неожиданно по залу прошелся громкий визгливый смех, заставив его кинуть взгляд к источнику шума. Симус Финниган подхватив на руки кружил Гермиону, отчего та заливисто смеялась, стараясь удержать подол платья. В ту же секунду Драко отвернулся, почувствовав лёгкое головокружение. Он не собирался возвращать свой взгляд к ней, поэтому быстрее передвигая ноги покинул зал. Долгопупс ждал его у дверей, будучи уверенным, что Драко примет его предложение. Дожили блять. Молча они отправились на улицу. В голове всё ещё плясал образ гриффиндорки. От этого наваждения нужно было немедленно избавиться. Вероятно, вино было не таким уж и дерьмовым. Оказавшись на морозе, Драко глубоко втянул свежий воздух. От этого голова закружилась ещё больше и ему пришлось опереться о стену. — Что с тобой, Малфой? Поинтересовался Невилл, протягивая ему пачку магловских сигарет. — Всё…нормально. Он выхватил пачку и стал нервно вытаскивать сигарету. Невилл поднёс к его лицу зажигалку и прикурил. Драко затянулся, закатывая глаза. Он не курил с лета и понимал, что сейчас станет ещё хуже. Возможно, он даже грохнется. Но то облегчение, что приносила за собой затяжка, не шла ни с чем в сравнение. Он сполз по стене и сел в сугроб. Невилл усмехнулся и последовал его примеру. — Классно же? — Охренительно. Они молча курили думая каждый о своём.***
Вернувшись в зал он увидел, что в зале был приглушенный свет, а в центре зала сосредоточились парочки, танцуя под медленную музыку. Невилл потоптался с ним у порога, а потом совершенно неожиданно хлопнул по плечу. Драко уставился на гриффиндорца. — Увидимся, Малфой. Драко кивнул и отвернулся. Охренеть. Он позже подумает об этом. Сейчас его глаза блуждали по танцующим и когда он нашел ту что искал, он прикрыл глаза отходя к стене и освобождая проход. У него не было возможности ранее оценить её наряд. Он заметил лишь её смеющееся лицо. Сейчас же он мог рассмотреть девушку с ног до головы. Чёрное платье длины миди, с рукавами фонариками. Такое блестящее, что напоминало звёздное небо. Совершенно не рождественское и точно рядом не висело с тем, что было на ней в магазине. Аккуратные чёрные лодочки и распущенные волосы дополняли образ. Он видел как атласная ленточка была вплетена в тоненькую косичку поверх её волос. Она была чертовски красивой. Завораживала, заставляя дыхание сбиваться. Всё портило лишь одно — корявые ручёнки Корнера, которыми он обнимал её. Гермиона о чём-то говорила с ним, иногда морща свой всезнайский носик. Корнер улыбался как идиот, по видимому не веря своему счастью. Красивая девушка в руках неудачника. Драко прищурился, преследуя простую цель. Поймать её взгляд и дать понять, что ни черта она не будет плавиться в объятиях этого урода. Секунды бежали, а она всё не замечала его. Он сложил руки на груди и опёрся о стену. Он знал что делать. Он знал как заставить её оторваться от Корнера. Он подготовился и ждал. Он знал, что рано или поздно она окинет зал смущённым взглядом. Мгновение и гриффиндорка сталкивается с ним карими глазами. Мгновение и… Драко сторонним наблюдателем видит как она крутится вокруг зеркала, оценивая свой наряд. Он уже знает что её ноги чертовски привлекательны, но… Нет. Это не то. Она обнимает Поттера и говорит о том, что он её лучший друг. Не то. Она пялится на него в большом зале, а почувствовав, что он сейчас посмотрит в ответ, отворачивает голову и заговаривает с Джинни о рунах. Интересно, но не то. Она принимает комплимент о краснеющего Корнера и спешит в библиотеку. Отлично. Она занимается. Она смотрит на него. Снова занимается. Буквы расплываются и вот она снова смотрит на него. Она поднимает голову снова и видит Корнера. Тот протягивает ей цветок. Она принимает его и смеется. Корнер улыбается и сжимает потные руки. Она смотрит как он собирает вещи. Корнер приглашает её на рождественский праздник. Она соглашается. Корнер зовёт её погулять. Она соглашается. Они выходят из библиотеки. В её руках книга и цветок. Корнер придерживает для неё дверь. Она видит его. Он подпирает стену как минутой ранее в действительности. Она смущенно опускает взгляд. Корнер спрашивает у него чего тот хочет. Он дерзит в ответ. Назревает перебранка. Майкл хватает её за руку и силой тянет дальше. Она от неожиданности вскрикивает. Ей немного больно. Совсем чуть-чуть. Корнер делает это не специально. Майкл не хочет чтобы он срывал на ней свою злость. Как всегда… Он заводится и отталкивает от неё Майкла. Корнер толкает в ответ. Он толкает сильнее, за что получает кулаком в нос. У него течет кровь и краем глаза он видит как она прижимает руки к лицу. Она напугана. Он на пределе. Он пинает Корнера ногой и тот улетает на пару метров, врезаясь в дверь библиотеки. Она пытается вмешаться, но он не позволяет. Он кричит на неё. О том, что она идиотка и дура. Слепая курица и недалёкая деревенщина. Корнер встаёт и пытается заступиться за неё, а через мгновение снова падает. Он бьет его несколько раз, прежде чем она стаскивает его с Майкла и тащит подальше от коридора. Он видит мадам Пинс, но не обращает на неё внимания. Она отводит его в конец коридора и обзывает в ответ. Она одним движением залечивает его нос. Он не сводит с неё глаз. Она требует объяснений, а он вплотную приближается к ней и выхватывает цветок, разрывая растение на много много кусочков и кидает им под ноги. Она возмущена и что-то говорит ему, тыкая в него пальцем, но он уже не слышит. Он хватает её за голову и притягивает так резко, что их головы практически сталкиваются в гневном поцелуе. Она замирает, а потом отталкивает его. Он глубоко дышит, а она смотрит на его губы. Облизывает их розовым язычком. Дрожит. Смотрит в глаза и снова на губы. Она…ждёт. Будто…позволяет. На этот раз он действует нежнее. Чуть нежнее. Этот поцелуй всё равно нельзя назвать таковым, но всё же. Она послушно задирает голову и встаёт на носочки чтобы быть ближе. Он целует её, обнимая за талию. Опуская руки на бёдра. Прижимаясь невероятно близко. Так близко, что… Его выталкивает из её сознания так резко, что он еле держится на ногах. Гермиона смотрит на него во все глаза, в то время как Майкл интересуется её самочувствием. Блять. Драко разворачивается на каблуках и спешит покинуть зал. Стояк мешает передвигать ноги так быстро, как того требует ситуация. Он надеется, что этого казуса не заметила добрая половина школы. Он слышит топот каблуков позади. Кажется, он нарвался на неприятности.
