Двойное предательство

За любовь без сомнения Бьются новые поколения, Оглянись — и пробьёт твой час, Ты же не один! Ты один из нас!

      Утром Накахаре в полной мере аукнулось его «еще» и «глубже». Он понял, о чем говорил ему Рюноске накануне. К этому всему прибавилась еще и головная боль от дешевого вина. Интересно, много он его выпил? У них была одна бутылка на двоих, если Рю пил мало, то скорее большая ее часть пришлась на Чую. — О черт! Сегодня я точно не готов к тренировке, — воскликнул парень, прислоняя стакан с холодной водой к виску. — Может минералки? — предложил Рю, открывая бутылку и наливая немного себе в бокал. — Только не ее, — фыркнул Чуя, — никогда ее не переносил! — Что тогда? — У тебя аспирин есть? — Попробую у Гин найти в аптечке.       Чуя посмотрел вслед уходящему куда-то с кухни Рюноске, встал со стула и подошел к окну. Открыв его, он достал из кармана пачку сигарет и прикурил одну, смачно выпуская дым. — Нет, Чуя-сан! Давайте не будем усугублять ваше плохое самочувствие еще и сигаретами, — Рю налетел на него буквально, выхватывая окурок и выбрасывая за окно. — Образцовый гражданин, нечего сказать! — возмутился Накахара. — Просили таблетки? Пейте, — Аку подал ему стакан и блистер с аспирином.       Чуя выдавил две таблетки, взял их в рот и запил водой. — Вот ведь гадость какая! — Может пропустите тренировку? — Как? Он ведь знает, что мы отдыхали вчера, заданием не отмажешься, — Чуя сложил руки у себя на груди.       Рюноске подошёл к нему ближе, взяв за запястья, и зашептал, уткнувшись в шею: — Мало ли, что с вами случилось? Простудился, заболел. Температура поднялась.       Теплые сухие губы Рю, прикоснулись к шее, осыпая ее лёгкими, до жути приятными поцелуями. Потом он легонько прикусил мочку уха мафиози. — Продолжай! — потребовал Накахара, глубоко вздохнув. — Я удовлетворю его жажду учить в полной мере, — тихо говорит Рюноске, водя носом по теплой щеке Чуи, — А вы пока отправитесь домой, примите душ и переоденетесь. — Чертовски хороший план, — хрипло шепчет в ответ Чуя, и их губы сливаются в страстном поцелуе.       Акутагава с большой неохотой отрывается от таких сладких и манящих губ мафиози, ему мало поцелуя и как бальзам на душу слышит призыв Накахары: — Я хочу, чтобы ты взял меня на кухонном столе!       Акутагава садится на стул в расслабленной позе, на нём одет уже рабочий плащ, но разве он может устоять перед таким соблазном. — Идите сюда, Чуя-сан…       Тот кивает, подходя ближе. Он растерян и совершенно не понимает, что происходит. Аку хлопает себя по коленям, призывая сесть: — Садитесь…       Накахара садится и тотчас получает еще один поцелуй в губы, Рюноске разворачивает его к себе лицом за подбородок, вторая рука оглаживает бедро, медленно переползая на ягодицу, сминая ее, что провоцирует мычание в поцелуй.       Чуя кладет свои руки на грудь Акутагавы, то ли пытаясь оттолкнуть, то ли от переизбытка чувств. В голове не укладывается то, что Рюноске собирается делать. Мафиози, в принципе, догадывается о том, что будет дальше, он же сам об этом просил, но мысли как в тумане от прикосновений парня, на коленях которого он сидит.       Акутагава, в свою очередь, начинает поглаживать, медленно нарастающее возбуждение Чуи, под его вздохи водит рукой по его члену, чувствуя, как тот набухает. Его же возбуждение тоже дает о себе знать, упираясь в бедро Накахары, тот немедленно прерывает поцелуй, указывая на это лишь одной фразой: — Трахни меня…       Акутагава усмехается, поднимает рыжика и, быстро смахнув все возможное со стола, укладывает на него тело своего любимого. Он стягивает с него брюки и белье, с тихим стуком на плитки пола летят оторванные от нетерпения пуговицы рубашки, Чуя удовлетворённо улыбнулся. Рюноске оглаживает взглядом подтянутое и такое красивое тело, прежде чем начать вылизывать горошинки сосков и услышать сдавленный вздох. Чуя закусывает губу и ему безумно приятны ласки Акутагавы.       Он стонет, когда его целуют везде и всюду, стонет, призывно разводя ноги, когда в него на пробу толкаются два пальца, стонет, когда черные ленты Расемона обхватывают у основания алую и напряженную головку, которая сочится естественной смазкой. Стонет, когда в него входят уже три пальца, начиная осторожно двигаться в нем, попадая каждый раз по заветной точке и делая стоны громче.       Рюноске нравится картина перед ним, нравится разведенные стройные ноги Чуи, одну из которых он придерживает. Нравятся его стоны и всхлипы, покрасневшее личико и помутненный взгляд. Доставая пальцы, он слышит всхлип и спуская брюки с себя, приставляет к разработанному и розовеющему колечку мышц свой член, который так и просится внутрь тела Чуи. И Аку не в силах этому противостоять, он толкается, входя на половину, видит, как выгибается «его сладкий мальчик» и прерывает спешный стон поцелуем, начиная двигаться.       Ленты Расемона теперь везде, они ласкают затвердевшие сосочки, двигаются по члену, пережимая при этом у основания. И Чуе безумно это нравится и заводит нереально. Он царапает короткими ногтями столешницу, пытаясь насадиться больше, когда Рю в нем начинает двигаться быстрее, стол начинает ходить ходуном под ним, с него окончательно слетает рубашка, и как он будет добираться до дома его не ебет, его сейчас ебет Рюноске, а все остальное не важно.       Рюноске видит, как желает Чуя его член, как насаживается, стонет и извивается, Акутагава то ускоряет темп, то замедляет, слушая разочарованные стоны. Он поднимает тело со столешницы, заставляя насадиться полностью и трахает его уже сидящего. Чуя резко вскрикивает, поднимая голову и распахивая глаза, он дрожит и трясется в оргазме, ленты Расемона ослабевают, давая ему кончить и на живот, белесыми каплями капает сперма. Акутагава снова укладывает Чую на стол, делает пару рывков, чтобы под громкий стон кончить следом за мафиози, почти на него наваливаясь.

***

      В этот день все обошлось более менее и для Рюноске, и для Чуи. Первого Дазай пожалел на тренировке, за это он рассказал, по какой такой причине отсутствует его любовник. Второй просидел целый день за отчетами в своем кабинете, подложив под пятую точку мягкую подушечку. А к вечеру стало понятно, что Акутагава на два дня выбывает из совместной жизни, потому что отправляется на очередное тайное задание Мори. Чуя только улыбнулся, ему нужна была передышка в отношениях. Они договорились встретится через пару дней на тренировке у Дазая.       Осаму встретил их как всегда смеясь. Его не удивило, когда Рю и Чуя стали по очереди нападать на него. Он с легкостью отражал их атаки и, наконец, в очередной раз поднявшись с пола, Чуя поинтересовался: — А план у нас какой-нибудь есть? — Летать от него, пока ему не надоест. — Очень интересно. Для разнообразия, сейчас я попробую «улететь» к нему за спину. Нападем на него с разных сторон, посмотрим, что из этого получится, — Чуя ударил кулаком об ладонь, — Пошли!       Он напал на Дазая и, оттолкнувшись от его рук, перелетел через его голову. Приземлился удачно, на ноги. — Как ты? — вопрос Дазая прозвучал для Чуи неожиданно. — Что со мной будет?! — пробурчал он себе под нос.       В этот момент Дазая атаковал Акутагава, Осаму отбросил его, как всегда, а потом почувствовал на своей шее руки Чуи, парень навис на его спине и обнял ногами за торс. Дазай отшвырнул его, как котенка. И только когда Чуя рухнул у стены, перед этим ударившись об нее головой, понял, что не рассчитал силу. — Чуя! — Дазай бросился к нему раньше, чем Акутагава понял, что произошло.       Он наклонился над ним, приподнял и прикоснулся рукой к ушибленному месту, Накахара зашипел. — Не трогай, придурок. Больно же. — Прости, я не хотел, чтобы так получилось. — Дай мне пять минут и я прийду в себя.       Чуя прикрыл глаза, стараясь собрать мозги в кучу, ловя жёлтые круги, и вдруг почувствовал на своих губах теплые губы Дазая. Сначала он растерялся, как реагировать на подобную наглость, открыл глаза и молчал, пока его губы нежно сминали такие пленительные и желанные губы Осаму Дазая. А он то думал, что оставил в прошлом всю эту фигню. — Прости! — ещё раз хрипло проговорил Дазай. — Что ты себе позволяешь? — в тон ему, так же хрипло, ответил Чуя. — Я просто очень испугался за тебя, — Осаму мило улыбнулся. — Тебе не кажется, что ты поздно начал проявлять свою заботу обо мне? Теперь для этого у меня есть Акутагава, — он оттолкнул от себя Дазая, — Рю, дай мне руку и помоги подняться.       Акутагава поспешил исполнить его желание, но, оказавшись на ногах, Чуя чуть не потерял равновесие снова, от резких движений у него закружилась голова. Рю поднял его на руки и посмотрел на Дазая серьезным взглядом. — С ним все будет хорошо, Семпай. Разрешите закончить занятия на сегодня?       Осаму согласно кивнул, Рюноске развернулся и поспешил со своей ношей в коридор. Накахара и Дазай успели обменяться прощальными взглядами.       Чуя все не мог понять, зачем Осаму его поцеловал, зачем взбудоражил практически остывшее уже сердце. Из раздумий его вывел голос Акутагавы: — Я же говорил вам, нам не одолеть Осаму.       Чуя переключился молниеносно, в уголке его губ застыла презрительная усмешка. — Мы просто были не готовы. За пару дней можно придумать, как это сделать. А пока нам остается только наблюдать и отыскивать его слабые места. Одно из них мы уже знаем, он неадекватно реагирует на мои промахи, этим можно воспользоваться. — Как? Притворится, что вам больно и напасть? — смутился Рюноске, — Это же подло! — Никто не говорил, что на тренировках нельзя жульничать и обманывать. Ты же видишь, открыто нападать на него бесполезно. — А вы, оказывается, не плохой стратег?! — опуская Чую на ноги, заметил Рю. — Ну, как говорится, с кем поведешься, — улыбнулся Чуя, глаза заблестели игривой лазурью. — Все прошло? — Да. Даже голова перестала болеть., — и в этот момент так невовремя зазвонил телефон, — Да, Мори-сан! Слушаю вас.       Чуя, выслушав распоряжения Мори, сбросил звонок, виновато взглянув на Акутагаву. — Теперь ему понадобились вы? — Ничего серьезного, еду с ним на переговоры. Увидимся вечером, Рю. — Удачи! — на прощанье Акутагава прикоснулся губами к его щеке, и Чуя быстрым шагом направился к боссу.

***

      Поездка с Мори слишком затянулась, поэтому освободился Накахара уже довольно поздним вечером, если не сказать, что ночью. Он сразу отправился в кабинет к Рюноске, надеясь, что парень не уснул еще. Заглянул и улыбнулся, увидев его за рабочим столом, а позади него уже разложенную кровать. — Смотрю, ты успел соскучиться по мне! Да, Рю?       Тот поднял голову от бумаг и улыбнулся. — Чуя-сан! Рад вас видеть. Чаю? — Кофе. Иначе усну на предварительных ласках, — Накахара прошел на мини кухню и расположился за столом, подперев подбородок рукой.       Он с улыбкой смотрел на хлопотавшего рядом с ним Акутагаву. Тот долил в чайник воды, нажал на кнопочку включения, чайник недовольно заурчал. Рюноске поставил перед Накахарой вазочку со сладостями. Парень рассмотрел в ней тайяки, моти и дораяки. Схватил что помассивнее и принялся уплетать. — Вы голодны? Может, хотите что нибудь посущественнее? — Рю смерил Накахару внимательным взглядом. — Нет, иначе точно разомлею и усну. — Ну и хорошо, я не обижусь. — Зато обижусь я. Хочется твоей ласки сегодня ночью. — Кстати, о ночи, — замялся Рюноске, расставляя чашки, — Не хотите повторить с завязанными глазами? — Не хочу, — решительно отвечает Чуя, он боится, что снова будет представлять вместо Акутагавы Дазая.       Чайник щелкает выключателем, и Рюноске разливает кипяток по чашкам. — Хорошо, — кивает Аку, соглашаясь с желанием Накахары.       Парни пьют обжигающий кофе в прикуску с тайяки, их взгляды, которые они друг на друга при этом бросают, такие же обжигающие. Чуе становится жарко от выпитого напитка. — Может в душ? — предлагает он. — Нет! В постель! — Рюноске поднимает мафиози на руки, Чуя смеется, — Что? — Рю, ты приучишь меня к рукам, будешь страдать потом. — Успокойтесь, Чуя-сан. Поверьте, вы — приятная ноша.       Он опустил его на кровать и начал расстегивать пуговицы рубашки, Чуя задумчиво смотрел на действия Рюноске и думал о его предложении, снова завязать ему глаза. После того, как Дазай поцеловал его сегодня, соблазн помечтать вновь, что он в его объятьях, был слишком велик. Чуя в нерешительности облизал губы. — Рю., — Акутагава вопросительно посмотрел в его голубые глаза, и Накахара решился, — Я хочу отдаться тебе сегодня с завязанными глазами.       Он шумно выдохнул и понял, что от смущения покраснел немного. Рюноске улыбнулся и кивнул, достав из-под подушки все тот же шарфик. — Ничего не бойтесь, вы будете в надежных руках.       Он завязал Чуе глаза и повернул голову в сторону гардероба. Как и ожидалось, его последняя дверь открылась и оттуда вышел Дазай.