Сельские рассказы

Большая белая луна осветила село. Огни домов погасли, в поселке царила гробовая тишина. И лишь стрекотание сверчков нарушало ее. Урядник с Петром засели во дворе дома в густых кустах, сверху накрытых вишней. Меж собой они не разговаривали, побоялись себя выдать. Мушкет Михаила Юрьевича был на готове, заряженный разбитой в дробь серебряной цепочкой. Петр тоже расчехлил ножик, в одной руке держа факел, а в другой спички, чтоб сразу его зажечь. Оба прислушивались к малейшим шорохам, но каждый раз это оказывалась либо птица, либо кошка. Неожиданно в доме напротив завизжал поросенок в хлеву. - Вот оно, чудище проклятое. Меликов с Петром выпрыгнув из кустов, побежали через огород на визги свиньи. Распахнув дверь хлева, они увидели как лиса набрасывается на маленького поросенка. - Ах ты мерзость рыжая! - Петя швырнул в нее топор, и тот воткнулся в стену рядом с лисой. Рыжая испугавшись людей, дала деру через щель. - Что-ж, Петр Васильевич, думается мне, что если упырь где-то подле нас был, то спугнули мы его. - Меликов достал из кармана трубку, зажег ее и стал раскуривать. - Видимо да, будем надеяться, что не у нас он был. Спутники стали потихоньку вылазить из чужого двора, обратно к своим кустам. Вдруг со стороны церкви послышался нечеловеческий вопль, со звуком шипения огня. - Кажется нашелся, упырь. - Бежим скорее, без нас не управятся. Урядник взяв мушкет на изготовку помчался к церкви. Петр поджег факел и побежал вслед за Меликовым.

***

Анатолий Парфирович был человек сильный, возраста 45 лет. Ростом был аршина 3, плечи были широкие, крепкие. А ладонь медвежья, кузнецкий молот одной рукой поднимал. Имел длинную рыжую бороду, заплетенную в косички. Вооружившись длинным двуручным молотом, и факелом на ремне, он засел в небольшом дровянике возле своего дома. Убедившись, что он не видим для окружающих, а сам хорошо просматривает улицу через щель стены, кузнец закурил трубку. Клубы дыма наполняли дровяник, но Анатолию Парфировичу было нипочем, слишком часто он дышит дымом. Поймать упыря он вызвался сам, когда-то давно, нечисть уже забрала его лучшего друга, Илью, потому теперь, он всегда идет на помощь для борьбы с ней. Анатолий Парфирович, будучи удмуртом, был крещен, однако больше придерживался языческих взглядов, которые были в его семье. Весь день он тяжело работал, а к вечеру сильно устал. Выкуренная трубка только добавила масла в огонь, спустя 2 часа после начала слежки, Анатолий Парфирович сидя уснул, уткнувшись лицом в ручку молота. Однако, крики со стороны церкви его разбудили. Он, оглянувшись спросонья, поняв где находится, схватил топор, выпнув дверь дровяника ногой, побежал к храму.

***

Федор и Батюшка направились к югу, недалеко от церкви. Засев в кустах, Федор взял в руки длинный нож, в другую руку взял незажженный факел. Священник, будучи глубоко верующим человеком, придерживающегося пацифистических взглядов, не прихватил с собой холодного оружия, он взял лишь факел и большой серебряный крест. Просидев в кустах часа 2, дрема стала одолевать Федора, но батюшка был бодр, он внимательно следил за обстановкой, ему казалось, что раз упырь в прошлый раз пришел именно к нему, то и в этот раз он явится туда же. Так и произошло, к двери дома священника стала подходить черная кошка. Батюшка почувствовав неладное, пихнул Федора в бок: - Вставай Федь, просыпайся. - Что такое, батюшка? - Ответил шепотом Федор. - Гляди что делается. Черная кошка, подходя к двери дома священника, вдруг встала на дыбы и обернулась ужасным телом упыря, а затем сразу превратилась в урядника. - Откройте, Батюшка, дело срочное, откройте. - Сказал упырь голосом Меликова, постучав в дверь дома. Священник и Федор вышли из кустов, направляясь к чудищу: - О, наконец вы пришли, Михаил Юрьевич, мы тут уже битый час упыря поджидаем. - Батюшка запрятал серебряный крест за спиной. - И как успехи? - поинтересовался упырь, пытаясь скрыть нервозность. - Да как-то не очень были, а вот сейчас хороши стали. - Федор резко поджег факел и ударил им в грудь урядника. Тот завопит от боли и вновь обернется упырем. Батюшка, достав крест, начал читать молитву глядя на чудище. Упырь завопив, одним ударом отбросил Федора в сторону, другой рукой схватившись за крест батюшки - сломал его на 3 части. Мерзко зашипев, обнажив свой безобразный рот с острыми клыками и змеиным языком, он бросился на священника повалив его на землю. Федор метнул кинжал в упыря. Чудище отлетело на метр и повалилось на бок, но тут же резко встав, вырвало кинжал из плеча и отшвырнуло в сторону. На звуки борьбы прибежали урядник и Петр. Петя помог встать батюшке и поджег его факел. Михаил Юрьевич швырнул факел в упыря, подполя ему лицо, затем направил на него мушкет. Он нажал на курок, но выстрела не последовало: - Да что за напасть такая, порох что-ли отсырел?! Упырь зашипел и бросился на Федора, оставив глубокие порезы на груди мужика. Когда чудище замахнулось, что бы вспороть шею Федору, его в бедро ударили огромной кувалдой, и тот отлетел, упав на спину. Прибежавший Анатолий Парфирович замахнулся еще раз, но упырь ловко увернулся от удара, и встав на 4 лапы, побежал в лес. Урядник и кузнец бросились в догонку. Петр и священник, убедившись, что с Федором все в порядке, побежали следом. - Я решил проблему с мушкетом, выстрелить смогу, но расстояние большое, боюсь не попаду. - С отдышкой проговорил Меликов. - Валамон, сутэм утчаны, кузё-инмар урядник (Понял, попытаемся догнать, господин урядник) Михаил Юрьевич удмуртского не знал, но тут все и так было ясно. Упырь, будучи раненным в ногу, бежал куда медленнее, чем при первой встрече, но догнать его было, все еще не просто. Спустя 5 минут погони, упырь стал забегать в лес. - Если в лес убежит, не поймаем, ваше благородие! - Кричал догоняющий Петр. - Отсюда стрелять бессмысленно, все равно не попаду! Забежав в лес, упырь стал пытаться скрыться за пнями и кочками. Анатолий Парфирович бросил кувалду и метнул нож в упыря. Но чудище вновь увернулось от удара и поскакало дальше. Урядник вырвался вперед, относительно остальных. Он не пытался чем то метнуть в чудище, Меликов ждал удачного момента для выстрела, и он настал. На пути чудища был овраг, упырь, заглядевшись назад, не заметил его и кубарем повалился вниз. Михаил Юрьевич, держа мушкет на изготовке, аккуратно соскользил вниз. Упырь не в силах встать, злобно глядел на урядника, шипя словно змея. - Довольно, помучал нас и хватит. Господи, кого только наша земля не носит. - Меликов направил мушкет на чудище, взвел курок и выстрелил в голову нечисти. Череп упыря разлетелся на куски, словно разбившаеся ваза. Тело чудища от прикосновения серебра - начало гореть алым пламенем. Находясь в каком-то трансе, не до конца осознавая, что происходит, Меликов встал в ступор глядя на горевшее тело упыря. Ему чудилось, будто кто-то громко завопил внутри этого чудища, словно живая душа, пробудившись ото сна, пытается выбраться из горящего тела упыря. Наконец, очнувшись,урядник протер пот со лба и оглядел овраг. Спереди оврага показались множество светящихся в темноте глаз, и послышалось злобное рычание. Меликова пробил пот, ведь мушкет разряжен, а факел он бросил еще в селе. Но волки не прыгали вниз оврага, словно им кто-то запрещал. Наконец, одно из животных бросилось в овраг. Меликов, поняв, что бежать бессмысленно, просто машинально отшагнул взад, к краю оврага. На его глазах показалась фигура зверя, со шкурой белого цвета и со злыми рычащими глазами, однако, задние его лапы были не такие как у других волков, они имели коленный изгиб, как у человека, да и передние лапы были схожи на человеческие. На шее волка висел деревянный крестик, висевший на черной веревочке. Зверь стал медленно подходить к уряднику, неожиданно волки сверху оврага зарычали и попятились назад, громко скуля. В овраг резко спрыгнул Анатолий Парфирович, со своим молотом наперевес: - А ну прочь, зверье! - Закричал тот. Волк злобно посмотрев на кузнеца, гаркнул на него. Только тогда Анатолий Парфирович заметил болтающийся крестик на шея зверя. - Илья? Ты ли это? - Вымолвил кузнец, глядя в глаза волка. - Илья? - Ошеломленный вопросил урядник. Зверь резко переменился в лице, он перестал рычать, успокоился. Поджав хвост, он выпрыгнул из оврага и убегая, горько завыл. Немая сцена, никто не решился начать говорить, прервали это Петр и батюшка, подоспевшие к ним с веревкой: - Вылазьте ваше благородие! Урядник взялся за веревку и посмотрел на Анатолия Парфировича, но тот лишь отводил взгляд к земле, тяжело вздыхая.